LITTLE FAIRY TALE

На следующий день Майки ощущает ментальное беспокойство патрулирующей группы. Он молниеносно мчится к месту происшествия, надеясь встретить противника. Его морда не читаема, когда приметил знакомую шерстку и разбегающиеся в стороны глаза. Эта несносная омега вернулась. Просто абсурд, просто нереально. Он ей отчетливо дал понять, чтобы выметалась с территории Томан. Но нет, несносная кошка вновь маячила на границе, охотясь за белкой. Барс неуклюже перепрыгивала с ветки на ветку, клацая зубами возле мелкого зверька. Беличье семейство встрепенулось, защищая своих отпрысков. Зверьки ворчали и закидывали шишками омегу, от чего та ошалело отскакивала. Ее непонятное урчание слышалось по округе, самка совершенно не умела охотиться. Манджиро истерично дергал хвостом и его правый глаз дергался. Какая она нагла и глупая, разок отпустил и сейчас пожимает плоды своей благородности. Ну ничего, в его голове зрел план, как навсегда избавиться от назойливой мушки. Пума громко взвыла, чем привлекла внимание омеги. Любопытный взгляд изучал камень, где аки лев возвышался глава стаи. Темный взор яростно прожигал в незваной гостье дыру, а той хоть бы хны. Добродушно махала хвостом, приветствуя своего недавнего преследователя и резко дернулась, вытягивая голову. Ее ушки дергались, когда Сано делал шаги, приближаясь. Белки сбежали, ужин отменяется. "- Как ты хочешь умереть?" Майки ментально посылал ей агрессию, его запах усилился, а оскал не предвещал ничего хорошего. Барс подпрыгнула на месте и сделала переворот через себя, переворачиваясь на спину. Ее поведение не поддавалось логике или здравому смыслу, как новорожденный котенок, что слушает нравоучения матери. Только самка вовсе не котенок, уже вполне зрелая и готовая к размножению. Он прекрасно чувствовал ее запах и феромоны омеги, ощущал приближающуюся течку. Она не мечена. Ничейная омега, попала на чужую территорию, разносит свой запах и метит камни, потираясь шерстью. Это до искр в глазах злило, когда он патрулировал границы, слышал этот шлейф, скалился и альфа внутри бесился. Это его территория, только он может тереться яйцами об камни и метить, только он может оставлять на деревьях борозды от когтей и охотиться на белок. Да что эта омега о себе возомнила? Почему не оборачивается в человеческую ипостась, не выходит на диалог, только убегает и наводит шороху. Омега переворачивается на лапы и вальяжно вытягивает лапы вперед. Ее морда не выражает агрессии, игриво щурится и мурчит. Все, это очевидна провокация срабатывает лучше, чем красная тряпка перед быком. Сано надоедает это лицезреть, как королевна бестактно оголяет пузико, не боится вожака. Он отталкивается задними лапами и летит в сторону самки, раскрывая пасть, когти вытягиваются, в надежде пронзить чужую плоть. Совсем рядом приземляется, от чего барс фыркает и стрелою перебегает куда-то за снежную горку. С ветки падет снег, точно ей на голову, которая чуть-чуть вытягивается, ушки прижаты к голове, а взгляд изучает альфу. Он проклинает ее игривость и желание играться. Он проклинает эту несносную омегу, кидаясь в сугроб и пробивая своим телом. Две кошки сталкиваются, кубарем скатываясь ниже, по склону. Манджиро вцепляется зубами в переднюю лапу, чем вызывает протяжный вопль самки. Но в положении - кувырком, тому не удается долго удержать омегу. Их разъединяет большой ствол дерева, в который он первым и влетает, от удара из легких выбивает весь воздух, заставляя разжать пасть. Барсу полезло чуть больше, ее тельце скатывается ниже и близ ручья тормозит. Больше на морде не читается игривость, больше в глазах нет азарта и блеска. Самка встает на лапы, качнувшись в сторону. Ее тело ведет, а передняя лапа ноет, зубы пумы пробрались через пушистый подшерсток, прокусывая. Серебро становится багряным, а на снегу остается алый след. Было очень больно, самка прихрамывала и выла, тотчас принимаясь вылизывать рану. Язык проходится по шерсти, от чего та прилипает и она отчаянно хочет зализать ноющее место. Майки смог отдышаться, помахав головой в разные стороны. Удар был такой силы, что в глазах на несколько секунд потемнело, но на то он и сильнейший, совершенно не почувствовал никакого урона. Огибая дерево, заприметил кровавый след, наклоняясь, внюхиваясь. Приятно, кровь омеги пахла чем-то нежным, но в тоже время ярким и насыщенным, пока не мг понять точно. В пасти собирается слюна, которую проглатывает и сверкающим взглядом наблюдает. Самка покачиваясь, начинает двигаться в сторону ручья, поворачиваясь спиной к альфе. Это был его шанс, напасть и уничтожить угрозу его стаи. Сано не понимал, в какой момент эта несносная кошка стала угрозой? Почему сразу угроза? Кому угроза? В его стае много сильных альф, кои могут разорвать барса на части, но он не хотел подпускать близко к поселению, словно прятал эту пушистую проблему. Он не хотел, чтобы кто-то даже почувствовал запах чужой омеги, свободной омеги. Омега кряхтела, пока спешно покидала место происшествия. Она очень голодна и устала, перспектива хотя бы попить влекла. Она не боялась альфу позади, даже ранение уже не причиняло дискомфорта, лишь бы хоть водички хлебнуть, утолить жажду. Омега понимала, что теперь этот самец не играется, она его просто не слышала, не понимала приступ агрессии и его феромоны только дурманили, приятно оседая на языке. Манджиро старался оттолкнуть, а вовсе не привлекал к себе назойливую помеху, она просто не понимала его языка, его мотивов, не понимала, что он тут главный. Ибо встречала редко представителей кошачьего семейства, они все были странные, чувствуя омегу - накидывались и хотели осеменить. А он, постоянно наблюдает и как самой казалось, будто бы заигрывает. Совсем не похоже на брачные ухаживания, оба это понимали, но ранее барс бы сбежала далеко и надолго, а пума бы разорвал чужака. Видно, им было комфортно и нормально рядом друг с другом, было интересно. Если бы омега не провоцировала Сано лишний раз, держалась поодаль, наблюдала, все могло иначе сложиться. Но ей никто не прививал чужих законов и порядков, она просто дикая кошка, одинокая путница, нашедшая временное пристанище. Язык касается теплой воды, сразу становится лучше, а живот предательски журчит. Очередной день без пропитания, скоро силы совсем закончатся, даже бежать не сможет и станет легкой добычей. Вода продлевала ей жизнь, оттягивала момент слабости. Вновь рычание, больше это не служило предупреждением. Это было прямой угрозой для самки, но она отчаянно глотала воду, не шелохнувшись. Когда позади послышались уверенные шаги, срывающиеся на бег, барс прыгнула в ручей и начала бежать. Сейчас ее спасет бегство, сейчас нельзя играться с альфой, нужно вернуться на скалы, где будет преимущество барса, ну как, может быть и было бы, не будь кошка неуклюжей. И эта погоня длилась почти вечность, они как ужаленные, бегали между деревьями, прыгали по деревьям и скалам. Майки гнался, прогонял и пытался треснуть по хвосту, шипя, рыча и проклиная эту ненормальную. Опять она сбегает, нарушая границы двух стай, а ему остается тяжело дышать, с гневом прожигая удаляющиеся лапки. *** - Майки! На границе нарушитель! - В небольшую халупу семейства Сано врывается плечистый парнишка, он неразборчиво объясняет, говорит про нарушителя. Этим нарушителем оказывается новая знакомая, по описанию. - Да-да, иду... Сано думает, что это его личное проклятие. Не дают нормально поужинать, в кругу своих близких. Рядом сидела девушка, блондинка, со светлыми глазками, ее волосы собраны в аккуратную косу, куда вплетались зимние цветы. Мохнатые ушки на голове дернулись, Эмма с интересом уловила переменчивость в настроении старшего брата. - Что-то серьезное? - Омега ласково кладет свою ладонь поверх руки Майки. - Нет. Я разберусь с этим быстро, не говори ничего Кен-чину. - Слабо улыбнувшись, блондин поднимается со своего места и выходит на улицу, в это время старик и девушка смотрят в след удаляющейся фигуре. - Дедуль, как думаешь, что происходит с Манджиро? Последнее время сам не свой...Часто куда-то убегает и возвращается с посторонними запахами, может ли быть, что это люди? - Девушка грустно опускает глаза и выдыхает. Очень переживает за своего брата, но омегам запрещено ошиваться на границе, где их могут поймать или убить. - Ммм, не переживай. - Старик деловито приложил ладонь к подбородку и поднял взгляд. На его морщинистом лице проступило что-то вроде улыбки, сам себе кивнул и посмотрел на воспитанницу. - Манджиро взрослеет. Помню, был в его возрасте и познакомился с вашей бабушкой, она была той еще оторвой! Все в стае думали, что она настоящая альфа, держала в узде других альф и была прекрасной, сильной, настоящей воительницей. Я впервые ее увидел, сразу влюбился, потерял всю свою гордость и едва ли не попрощался со статусом вожака. - Старик громко засмеялся и взял в руки деревянную чашку, делая большой глоток вина. - Ого...Бабушка была такой сильной? Но...к чему ты это? Или...Ох, Майки...Он ведь не мог? - Эмма вскочила из-за стола и приложила ладошки к щекам, глаза удивленно сияли. В доме был слышен смех, какие-то непонятные визги и хорошо, что главный предмет обсуждения уже скрылся в лесу. *** Каждый Божий день вожаку приходили мысли, что этот кошмар никогда не закончится. То к нему мысленно обращаются, то врываются в хижину и оповещают. Эта самка просто прилипла к границе, ее невозможно никак прогнать, даже прибегая к насилию, возвращается раз за разом. Так и сейчас, Майки лежал на камне, под едва пригревающем солнышком, пристально наблюдая за резвящейся в снегу омеге. Она кувыркалась, прыгала на камни, подкапывала какое-то растение, пытаясь выдернуть зубами. Когда ничего не получалось, фыркала и закапывала задними лапами. Он уже не гнался, не пытался прогнать или разорвать, просто наблюдал, внимательно изучая повадки и действия новой кошки. Птицы вокруг ворчали и мелкие зверьки ощетинились, барс распугивала всю округу, неуклюже врезаясь задницей в ствол дерева, на нее падал снег. Самка отряхивалась и забавно хмурилась, от такого неповоротливого существа улыбка сама лезла на его лицо, будь в человеческой ипостаси. Вожак медленно опустил голову на передние лапы и выдохнул, не было смысла ее спугивать, лучше наблюдать со стороны, как за котенком, а после шугнуть восвояси. Он бы так подумал, пока не увидел белую лисицу, что с интересом наблюдала, приближаясь к барсу. Животное держалось поодаль, сливаясь с окружающей обстановкой. Теперь еще одна любопытная пара глаз лицезрела абсурд пушистого недоразумения. Сано хмурился, узнав омежью морду лисы, ему перестало нравиться происходящее. Его проблему заметили, как бы слухи не распространились по округе, тот готов был подняться и показать себя, но внезапно замер. Самка сорвалась с места и побежала в сторону притаившегося зверька. Опасность, вожак воспринял по своему, подшерсток встал дыбом и инстинкты защитить своих встрепенулись. Майки соскальзывает с камня, покидая укрытие, подбираясь ближе, готовы отбить атаку большой кошки. Но лапы вновь, будто бы вросли в землю, а морда удивленно вытянулась. Омеги не источали феромонов злости или испуга. Обе самки встречно побежали друг к другу, барс упала прямо перед лисицей и громко замурчала, начиная тереться мордочкой о низенькое тельце. Он не мог поверить своим глазам. Обе заигрывающее валялись в снегу, большая и опасная кошка ластилась к миниатюрной, тыкая мордой, бодаясь и будто бы они уже давние знакомые. У Сано отпала челюсть, это бунт на корабле? Его омеги ошиваются подле чужой? Что происходит в их строю? У него будет много вопросов. Этой лисицей оказалась омега из рода Акаши, причем молоденькая, едва вошедшая в возраст половозрелости и ее брат старший брат неоднократно сватал Манджиро, что самка сильная и волевая, возможно отличное потомство. Кажется, ее звали Сенджу? Средний ребенок, Харучиё Санзу, был одним из помощников патруля, прямо ютился около вожака и вопреки всем законам природы, его наградило омежьем статусом. Да, сам Санзу не против стать сучкой главы, но Сано всячески игнорирует знаки внимания. И как оно складывается? Они предали Томан? Общаются с чужеродной омегой? И с каких пор омег так тянет к другим омегам? Почему Сенджу ластится, позволяет себя повалить и активно отвечает на заигрывания барса? С каких пор лиса уходит так далеко от поселения? Почему именно она, да еще так активно отвечает на приветственный "поцелуй" носиками. Где-то внутри зарычал альфа, а зарычал от чего, Майки не мог объяснить. Это не назвать ревностью, скорее собственничество, ведь даже ему не удавалось настолько сблизиться, если дело не касалось драки или случайно выдранного клока шерсти омеги. Злился, но наблюдал. Даже защкерился в сугробе, дабы самки не обратили внимания. Рано или поздно услышат, почувствуют, его феромоны зашкаливали. Пока не было ответной реакции, для Акаши младшей, запах вожака - норма, он был везде. А барс просто начала привыкать, что альфа ошивается вокруг, следит за ней и даже сейчас слышала его, якобы тихие ковыряния снега. Омеги довольно наластились и лисица свернулась клубочком под боком большой кошки. Барс мурчала, как-то странно реагируя, будто бы это не другая омега, а ее отпрыск, даже пару раз обнюхала, начала вылизывать. Первые секунды ее терпели, как язык лохматит шерсть, а после у Сенджу сдают нервы и она вскакивает на лапки, спешно отряхиваясь. Самка разваливается на снегу, прижимая к себе передние лапки и тихонечко мяукает. Сано злится. Он очень сильно злится, ибо эта ничейная омега делится своим запахом с другой, а она принесет в поселение, на своем теле. Майки уже сам раскапывает какой-то корешок и начинает истерично грызть. Внезапно лисица отходит и принимает свою человеческую ипостась. Миниатюрная девушка с белыми, едва касающимися плеч волосами, невозможно голубыми глазами, что обрамленные светлыми ресницами. На груди у нее меховая шкурка, похожая на ее собственную, аналогичный элемент одежды прикрывает бедра, схоже с юбкой. Позади мелькает ее хвост, покачиваясь из стороны в сторону. - Опять меня слюнявишь... Барс Потерлась головой об снег и перевернулась с боку на бок, часто хлопая хвостом, замечая вокруг снег. - Почему не примешь человеческий вид? Эй, ты меня слушаешь? - Недовольно фыркала лисица, присаживаясь на корточки рядом с омегой и протянула руку, поглаживая по спине. Тонкие пальчики перебирали густую шерсть, пробираясь к загривку, слегка почесав, от чего задние лапки задергались, взгляд омеги стал мягче, а ее запах заполнил округу. Обе самки ошалело отскочили друг от друга. Сенджу не поняла, с чего ее новая знакомая так ярко реагирует на прикосновения? При первой встрече, когда лисица обнаружила ее бренное тело, обе испугались, но барс не подавала признаки агрессии и первая подошла "знакомиться". Акаши младшая хотела бить тревогу и сообщать стае, но видела, что на лапке красуется алый след. Почему-то ей стало жалко большую кошку, так они впервые и познакомились, с этого началась эта странная дружба. Само собой лисица оставила в тайне, что на территории Томан чужая, и в этот же вечер приволокла сверток, где были какие-то ягоды и засушенные грибы. Мяса для барса достать трудно, ее бы заметили и выследили по запаху. Сенджу каждый раз пробегала мимо помеченных мест и обтиралась о деревья, где проходил кто-то из стаи, таким образом запах новой знакомой выветривался, меняясь на привычный. Старшие братья замечали, что их сестра пропадает и не били тревогу, Санзу подозрительно обнюхивал, скалился, но спускал с рук. Эти две самки как-то быстро и резко сконектились. была особенная ментальная связь, которую невозможно объяснить логически. Просто барс не агрессивная, открытая и приняла омегу, да что там, она открыто заявляла вожаку, что не против подружиться, только Сано расценивал такие действия смешками - в его адрес. - Ну Мими, ты чего? - Внезапно вымолвила лисица. С ее голосом, Манджиро дернулся, вытягивая голову. Это было имя этой неповоротливой кошки? Интерес брал свое, заставляя подслушивать и подглядывать. Пробовал смаковать, словно перекатывая на языке новое слово, это было ее полное имя? А может кличка? А может сокращение? А еще Сано ожидал, когда омега покажет свою человеческую ипостась. И вновь, опять, Сенджу ее видела, она первая на всей территории, ведь альфа постоянно следил и выслеживал, но не подловил момента. Злился, а подушечки лап начинали потеть, все внутри напряглось, стоило омеги встать на лапы и отряхнуться. Вот он, момент истины...