Амортенция умершего

      Лучшие друзья встретились на платформе 9¾, как и договаривались. Гарри, Рон и Гермиона ждали свою подругу, которая никогда не отличалась пунктуальностью. Вот и сейчас. Ярко–алый паровоз должен был отходить через 10 минут, а Джейми всё нет и нет.       Джейми Уотерс — чистокровная волшебница, ученица факультета Гриффиндор. Стройная девушка ростом примерно 165 см. У Джейми глаза напоминают цвет морской волны, а волосы тёмно-русые, с осветлёнными прядками возле лица. Её родители Келли и Роберт Уотерс — добродушные чистокровные волшебники, бывшие члены Ордена Феникса.       Сейчас Джейми спешила на платформу, где договорилась встретиться со своими друзьями.       — Идём быстрее, поезд отходит уже через 6 минут, — сказал отец девушки и они вместе направились к барьеру между платформами 9 и 10. Мистер и миссис Уотерс небрежно облокотились о барьер и исчезли. Джейми сделала то же самое.       Через секунду они провалились сквозь металлическое ограждение и оказались на платформе 9¾. Их взорам предстал алый паровоз «Хогвартс–Экспресс». Клубы дыма плыли над платформой, до отказа забитой ведьмами и колдунами, провожавшими детей в школу. Впереди Джейми заметила золотое трио и поспешила к ним, не забыв обнять маму с папой.       — Хорошей учёбы, Джейми! — крикнул отец вслед дочери.       — Учись хорошо, детка! — воскликнула миссис Уотерс девочке со слезами на глазах. Муж ласково обнял её за плечи.       — Гермиона! Рон! Гарри! — окликнула Джейми друзей. Те быстро развернулись на источник звука. Девушка катила тележку с большим коричневым чемоданом и с переноской сверху.       — Джейми! — воскликнули они.       — Ты чего так долго?! — начала возмущаться «заучка».       — Простите, я проспала, — смущённо ответила девушка. Гермиона фыркнула, а Гарри и Рон помогли Джейми затащить чемодан и переноску в купе.       Раздался громкий свисток. Проводники шли вдоль поезда, захлопывая двери вагонов. Ребята быстро запрыгнули в вагон и пошли в купе, которое Рон с Гарри уже «забронировали». Усевшись, они начали разговоры обо всём. О том, как и где провели лето, об учёбе, о том, куда собираются идти после школы. Джейми рассказала о лете, о том, что была в Греции с родителями, видела множество достопримечательностей.       За разговором они не заметили, как быстро пролетело время. Выйдя из вагона, ребята направились к каретам. К ним были запряжены огромные, чёрные и крылатые кони.       — Фестралы… — восхищённо, с толикой грусти прошептала Джейми.       — Джейми, ты идёшь? — спросил Рон.       — Да, — кивнула девушка. — Да. Иду, — с трудом оторвавшись от этих прекрасных, но в то же время ужасных созданий, Джейми залезла в карету.       Всю дорогу до замка девушка молчала. Она вспоминала Фреда. Фред был её лучшим другом. Но Джейми любила его. Безумно любила. Но боялась признаться. И это стало её ошибкой…       2 мая 1998 года Фред Уизли был убит в Битве за Хогвартс Августом Руквудом.       Джейми помнила его мёртвое тело, его невидящие глаза и призрак последней улыбки на застывшем лице.       — Джейми, мы приехали, — сказал Гарри, тем самым выведя её из воспоминаний.       — А, да, идём, — опомнилась девушка, и они влились в толпу, торопливо поднимающуюся по каменной лестнице к дверям замка.       Вестибюль был ярко освещён факелами, и шаги учеников по мощенному каменными плитами полу отдавались в нём эхом. Все двигались направо, к двустворчатой двери, которая вела в Большой зал.       Предстоял пир по случаю начала учебного года. В Большом зале школьники рассаживались по факультетам за четыре длинных стола. Вверху простирался беззвездный черный потолок, неотличимый от неба, которое можно было видеть сквозь высокие окна. Вдоль столов в воздухе плавали свечи, освещая серебристых призраков, во множестве сновавших по залу, и учеников, которые оживленно переговаривались, обменивались летними новостями, выкрикивали приветствия друзьям с других факультетов, разглядывали друг у друга новые мантии и фасоны стрижки. И будто не было той ужасной войны…       «Ну не жить же прошлым, правда?» — подумала Джейми.       Гарри, Рон, Гермиона и Джейми сели в середине стола. После распределения на столах появились всевозможные кушанья: мясо, пироги, овощи, хлеб, разнообразные соусы, кувшины с тыквенным соком.       — Умираю с голода, — простонал Рон и схватив первое попавшийся блюдо, принялся накладывать его к себе в тарелку. Гермиона наложила себе всего по немножко, так же поступил и Гарри. Джейми же сидела перед пустой тарелкой и невидящим взглядом смотрела на свои руки, сцепленные в замок. Её мысли вновь вернулись к Фреду. В памяти, словно как в видеокассете, заиграли моменты с близнецами Уизли: очередные шалости, дурачество в гостиной Гриффиндора, нелегальные походы в Хогсмид, гулянки с Фредом по берегу чёрного озера.       Из потока воспоминаний её вывел взволнованный голос Гермионы:       — Джейми, всё в порядке? Ты почему не кушаешь?       — Я не хочу, — соврала Джейми. Что–что, а врать она умела хорошо, но использовала этот «талант» очень редко.       — Ладно, — недоверчиво посмотрев на девушку, сказала Гермиона. Джейми ободряюще ей улыбнулась.       После пира, когда все наелись до отвала, директор МакГонаголл велела всем идти по спальням. В комнате Джейми была с Гермионой и Джинни. Девушка сидела на кровати и смотрела в одну точку.       — Джейми. Джейми очнись! Что случилось? Ты сегодня сама не своя! — воскликнула Гермиона и тут же добавила:       — И не смей говорить, что всё нормально!       — Ладно. Да, я не в норме. Я снова вспоминаю Фреда… — грустно произнесла Джейми.       — Но Джейми, ты же понимаешь, что его не вернуть. Мы понимаем, что ты чувствуешь… — подала голос, до этого молчавшая Джинни.       — Вы не понимаете, что я чувствую! — голос дрожал, крупные слёзы катились по щекам, губы подрагивали, руки, сжатые в кулак, посинели. — Вы не знаете, какого это, просыпаться посреди ночи в холодном поту и каждую ночь видеть, как он умирает! — воскликнула девушка и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.       Выйдя из комнаты, Джейми направилась в выручай–комнату. Пока она шла, по её щекам продолжали скатываться горькие слёзы. Дойдя до пустой стены, напротив которой висел портрет Барнабаса Спятившегося, избиваемого троллями, девушка закрыла глаза, и представила себе небольшую, уютную спальню. Через минуту в стене появилась отполированная до глянцевого блеска дверь. Толкнув дверь, Джейми зашла в просторную комнату, освещённую мерцающими факелами, как в подземельях, которые восемью этажами ниже.       Комната была в белых, серых и чёрных тонах. Стены были светло-серого цвета. В углу стояло небольшое, с чёрной рамой зеркало, рядом с ним белый комод, а на комоде будильник и книги по тем урокам, которые будут завтра. Посреди комнаты стояла большая, мягкая кровать. Недалеко от неё расположился письменный стол из белого дерева и стул на колёсиках. На столе ваза с цветами и пару школьных принадлежностей. У стены возле комода стоял белый шкаф. Ещё в комнате был небольшой, туалетный столик и дверь, которая ввела в ванную комнату.       Ванная была сделана в тех же тонах, что и спальня. Тёмно-серая плитка на полу, душевая кабина, раковина и зеркало над ней.       Пройдя в комнату, Джейми не переодеваясь, упала на кровать и снова горько заплакала. Поджав ноги к груди, она смотрела размытым взглядом в стену. Найдя рядом плюшевого мишку, она обняла его и продолжила ронять слёзы на подушку.       — Почему именно ты, Фред? Почему смерть забрала именно тебя? Почему?! — плача, шептала в пустоту Джейми. Утомлённая истерикой, девушка уснула беспокойным сном.

***

      — Джейми, милая, перестань плакать. Мы скоро встретимся, я обещаю тебе, — улыбнувшись, сказал Фред девушке, которая плача и неверующе смотрела на парня перед собой.       — Это правда ты, Фред? Тот самый Фред, с которым я гуляла по берегу чёрного озера? Тот самый Фред, с которым я устраивала очередную шалость? Это правда ты? — со слезами на глазах спросила Джейми.       — Да, это правда я. Прости, милая. Мы скоро встретимся, — произнёс Фред и грустно улыбнувшись, растворился в тишине, прерываемой тихими всхлипами девушки.       — Нет! Не бросай меня! Пожалуйста! Только не бросай меня снова! Нет! Умоляю! Только не сейчас… — задыхаясь от слёз, кричала Джейми. Вдруг земля ушла из-под ног, и девушка упала во тьму…

***

      Резко проснувшись, Джейми села на кровати и не отрываясь смотрела в одну точку.       «Сон был таким реальным. Может это вещий сон? Хотя нет. Это бред! Фред умер, он не может вернуться…» — рассуждала про себя Джейми.       Встав с кровати, девушка привела себя в порядок и пошла в Большой зал на завтрак. В холле Джейми встретила золотую троицу и Джинни.       — Джейми, прости пожалуйста за вчерашнее. Мы правда, не хотели тебя обидеть, — сказали хором Гермиона и Джинни.       — Ничего страшного. Я не обижаюсь, — улыбнулась им Джейми и они все вместе пошли в Большой зал.       Позавтракав, ребята направились в подземелья на урок зельеварения.

***

      — Ну-с, — Слизнорт снова встал у доски, выпятив и без того объемистую грудь, так что пуговицы на жилете грозили оторваться, — я приготовил для вас несколько зелий — так, для интереса, знаете ли. Вы наверняка о них слыша­ли, даже если пока еще ни разу не варили. Кто-ни­будь может мне сказать, что это за зелье? — Он указал на котел рядом со столом слизеринцев. Джейми приподнялась со стула и увидела, что в котле кипит жидкость, с виду похожая на обыкновенную воду.       Гермиона отработанным движением подняла руку раньше всех, Слизнорт указал на неё.       — Это сыворотка правды, жидкость без цвета и за­паха, которая вынуждает того, кто ее выпьет, гово­рить правду, — сказала Гермиона.       — Очень хорошо, очень хорошо! — одобрил Слиз­норт. — А теперь… — Он указал на котел возле сто­ла когтевранцев. — Это зелье также широко известно… В последнее время не раз упоминалось в министерских брошюрках… Кто знает?.. — Гермиона снова быстрее всех подняла руку.       — Это Оборотное зелье, — сказала она.       И Джейми, и Гарри, и Рон тоже узнали густую, тягучую, медленно булькающую субстанцию цвета глины во втором котле, но они не обиделись на Гермиону за то, что та ответила первой; в конце концов, именно она сумела изготовить это зелье, когда все они еще учились на втором курсе.       — Отлично, отлично! Ну, а это… Да, Мисс…— Слизнорт замолчал, смотря на Джейми, ожидая пока она скажет свою фамилию.       — Мисс Уотерс, сэр. Это Амортенция, — самое мощное приворотное зелье в мире, — сказала Джейми.       — Совершенно верно! Вы, видимо, узнали его по особому перламутровому блеску? — спросил Слизнорт у девушки.       — Именно так, сэр. И по тому, что пар завивается характерными спиралями, — ответила Джейми, — И ещё оно пахнет для каждого по-свое­му, в зависимости от того, какие запахи нам нравят­ся, — например, я чувствую запах свежего сена, карамели, миндаля, и… — Тут она резко замолчала и опустила взгляд в пол.       — Позвольте узнать ваши имена? — спросил Слизнорт.       — Гермиона Грейнджер, сэр.       — Джейми Уотерс, сэр.       — Очень хорошо, мисс Грейнджер и мисс Уотерс, примите за­служенные двадцать очков в пользу Гриффиндора, — добродушно проговорил Слизнорт.       — Разумеется, на самом деле Амортенция не со­здаёт любовь. — начал Слизнорт. — Любовь невозможно ни сфабрико­вать, ни сымитировать. Нет, этот напиток просто вызывает сильное увлечение, вплоть до одержимос­ти. Вероятно, это самое могущественное и опасное зелье из всех, что находятся сейчас в этой комна­те. О да, — прибавил он. — Вот поживе­те с мое, наберетесь жизненного опыта, тогда уже не станете недооценивать силу любовного наваж­дения… А теперь, — продолжил Слизнорт, — пора приступать к работе.       — Сэр, вы не сказали, что в этом котле. — Эрни Макмиллан указал на маленький черный котел, сто­явший на учительском столе. В нем весело плеска­лась жидкость цвета расплавленного золота, боль­шие капли подскакивали над поверхностью, точно золотые рыбки, но ничего не проливалось наружу.       — Ага, — снова сказал Слизнорт, и Джейми стало ясно, что он вовсе не забыл про это зелье, а просто дожидался вопроса для пущего эффекта. — Да. Это. Что ж, леди и джентльмены, это весьма любопытное зельице под названием «Феликс Фелицис». Насколько я понимаю, — с улыбкой повернулся он к Гермионе, которая громко ахнула, — вы знаете, как действует «Феликс Фелицис», мисс Грейнджер?       — Это везение в чистом виде! — взволнованно произнесла Гермиона. — Оно приносит удачу!       Все выпрямились на стульях.       — Совершенно верно, еще десять очков Гриффиндору. Да, забавное это зелье, «Феликс Фелицис», — сказал Слизнорт. — Невероятно трудное в изготов­лении, и, если процесс хоть немного нарушен, по­следствия могут быть катастрофическими. Но если зелье сварено правильно, вот как это, например, то все, за что вы ни возьметесь, будет вам удаваться… по крайней мере пока длится действие зелья.       — Почему же его не пьют постоянно, сэр? — азар­тно спросил Терри Бут.       — Потому что при неумеренном употреблении оно вызывает головокружение, безрассудство и опас­ный избыток уверенности в себе, — пояснил Слиз­норт. — Хорошенького понемножку, знаете ли… В больших дозах это зелье чрезвычайно токсично. Но изредка, по чуть-чуть…       — А вы когда-нибудь принимали его, сэр? — спро­сил Майкл Корнер с живым интересом.       — Дважды в своей жизни, — ответил Слизнорт. — Один раз, когда мне было двадцать четыре года, и еще раз — когда мне было пятьдесят семь. Две столовые ложки за завтраком. Два идеальных дня. Он мечтательно устремил взор в пространство.       «Актерствует он или нет, — подумала Джейми, — но вы­глядит это впечатляюще».       — И это зелье, — сказал Слизнорт, словно оч­нувшись, — будет наградой на нашем сегодняшнем уроке.       Наступила такая тишина, что бульканье зелий в котлах как будто стало в десять раз громче.       — Один малюсенький флакончик «Феликс Фелицис». — Слизнорт вынул из кармана миниатюрную стеклянную бутылочку и показал ее всему классу. — Доза рассчитана на двенадцать часов удачи. От рас­света до заката вам будет везти во всех ваших начи­наниях. Но я должен вас предупредить, что «Феликс Фелицис» запрещен к использованию на любых офи­циальных состязаниях, таких, как спортивные сорев­нования, экзамены и выборы. Поэтому наш победи­тель должен будет использовать его только в обык­новенный день… и пусть этот день станет для него необыкновенным! Так, — продолжил Слизнорт, внезапно переходя на деловитый тон, — что же нужно сделать, чтобы выиграть этот сказочный приз? Обратимся к страни­це десять «Расширенного курса зельеварения». У нас осталось немногим больше часа, и этого времени вам должно хватить на пристойную попытку сва­рить Напиток живой смерти. Я знаю, что до сих пор вы не приступали к таким сложным зельям, и потому не жду идеального результата. Во всяком случае, тот, кто добьется наилучших результатов, получит в на­граду этого маленького «Феликса». Начали!       Ученики дружно загремели котлами, кто-то уже со звоном ставил гирьки на весы, но никто не про­износил ни слова. Сосредоточенную целеустремлен­ность, царившую в классе, можно было, кажется, по­щупать рукой. Все то и дело оглядывались посмотреть, как идут дела у соседей. В этом было и преимущество, и не­удобство уроков зельеварения — никто не мог скрыть свою работу от других.       Время подходило к концу. Но нужного результата ни у кого не было. За исключением может одного человека.             — Время вышло! — объявил Слизнорт. — Прошу всех прекратить помешивать!       Слизнорт медленно двинулся между столами, за­глядывая в котлы. Он не делал никаких коммента­риев, только иногда принюхивался или помеши­вал в котле. Наконец он добрался до стола, за кото­рым сидели Гарри, Рон, Гермиона и Джейми. Печально улыбнулся при виде вещества, напоминающего де­готь, в котле Рона. Зелье Гермионы и Гарри удостоилось одобритель­ного кивка. Тут Слизнорт увидел зелье Джейми, и на лице его выразилось недоверие, смешанное с вос­торгом.       — Безусловная победа! — воскликнул он на все подземелье. — Отлично, отлично, мисс Уотерс! Ну, вот вам приз — один флакончик «Феликс Фелицис», как обещано, и смотрите используйте его с толком!       Слизеринцы смотрели на девушку с презрением, пуффендуйцы и гриффиндорцы с восхищением, а когтевранцы с удивлением.       Джейми сунула крошечный пузырек с золотистой жидкостью во внутренний карман.       — Как это у тебя получилось? — изумлённо спросила Гермиона у девушки, когда они вышли из класса.       — Мне как-то раз папа рассказывал про Напиток живой смерти. Вот и запомнила. — улыбнувшись ответила Джейми.

***

      Джейми сидела одна в спальне и думала. Много думала. Вдруг она ощутила необходимую потребность выпить «Феликс Фелицис» прямо сейчас. Не через полчаса, не завтра, а именно сейчас. Откупорив флакончик, она залпом выпила содержимое. Ничего особенного не произошло, но Джейми почувствовала, что ей срочно нужно в Выручай–комнату. И было немного странно, что мысли были о Фреде. Но они не были грустными, наоборот. Они были какие-то радостные что ли? Вылетев из спальни, она чуть не сшибла Джинни. Быстро извинившись, Джейми поспешила в комнату «так-и-сяк».       Остановившись перед пустой стеной, Джейми закрыла глаза и представила образ Фреда. Живого Фреда. В стене появилась отполированная до глянцевого блеска дверь. Толкнув дверь, Джейми оказалась в полностью белой комнате, без мебели. Посреди комнаты стоял… Фред? Замерев на месте, девушка смотрела на парня, пытаясь понять, сон это или нет? Или может это галлюцинации?       — Я же обещал, что мы скоро встретимся, — лучезарно улыбнувшись, сказал Фред.       — Мерлин Всемогущий! Это правда ты, Фред! — со слезами на глазах воскликнула Джейми и бросилась в объятия парня. Тот широко раскинув руки, принял девушку в распростертые объятия. Джейми уткнувшись в плечо Фреда плакала, а тот успокаивающе гладил по спине. После того, как девушка успокоилась, они ещё долго стояли в объятиях, наслаждаясь обществом друг друга.       — Никогда, — послышался тихий голос девушки. — Слышишь? Никогда больше не бросай меня.       — Ни за что тебя больше не брошу. — также тихо ответил Фред.       Отстранившись он посмотрел в невероятного цвета глаза девушки. Нежно погладив её по щеке, парень заправил прядь непослушных волос за ухо девушки. Опустив взгляд на такие манящие губы Джейми, он аккуратно взял её за подбородок и вновь посмотрел в глаза, молча спрашивая разрешения. Дождавшись слабого кивка от Джейми, он приблизился к её лицу. Между их губами оставалось пару сантиметров. Сократив их, Фред мягко и ненавязчиво поцеловал девушку. Джейми сразу же ответила на поцелуй, не спеша сминая его губы своими. Их поцелуй был полон нежности и любви. Не было ни какой страсти. Была только любовь. Самая настоящая и искренняя любовь. Мягко отстранившись, Фред спросил:       — Джейми Келли Уотерс, согласна ли ты стать моей девушкой?       Не долго думая, Джейми воскликнула:       — Да! Да, я согласна!       Улыбнувшись, Фред обнял её за талию и закружил в танце. Они были счастливы.

Всё что мы теряем, обязательно к нам вернётся, только не всегда так, как мы ожидаем.

— Полумна Лавгуд