Разве это не судьба?

Небо медленно окрашивается в розовый, а Хенджин только разлепляет глаза, вновь чувствуя неприятные чувства, которые возвращаются с той же силой, что и до этого. Он ложится на бок и прижимает к себе ноги, чуть ли не скуля от наступающей боли. Хван замечает на кровати чёрную толстовку, которую, кажется, оставил Минхо, когда уезжал. Забыл он её или намеренно оставил у младшего, не имеет значения. Важно то, что на ней остался запах альфы. Хенджин притягивает к себе вещь и утыкается в неё носом, прижимая к себе. Помогает мало, но становится немного спокойнее. Хенджин не замечает, как приезжают родители и входная дверь открывается. Он также не слышит тихих разговоров и быстрых шагов в сторону его комнаты. Дверь открывается, и внутри оказывается обеспокоенный омега. Папа Хвана подходит к кровати сына с пачкой каких-то таблеток и стаканом воды. Несложно догадаться, что происходит с подростком, он почувствовал сильный запах влажной травы, который распространился по всему дому. Старший омега садится на край кровати и аккуратно помогает Хенджину приподняться, чтобы выпить таблетки, ослабляющие симптомы. Хван сначала не понимает происходящего, просто принимая таблетку без лишних вопросов, и ложится обратно, так и не отпуская чужую кофту из рук. Это не остаётся без внимания Джиёна, так звали папу Хенджина, но он не придаёт этому значения сейчас. Они обязательно поговорят об этом позже. Джиëн не уходит от подростка, пока тому не становится легче и жар немного спадает. Таблетки достаточно быстро начинают действовать, и Хенджин уже может немного расслабиться, хоть и не до конца. — Пап? — Хенджин поднимает взгляд на родителя и говорит довольно тихо. — Что со мной происходит? Это болезнь? — Тише, Джинни, всё хорошо, давай успокоимся. Я все сейчас объясню, — старший омега не знает как начать, ведь не был готов, что это разговор будет так скоро. Казалось, что Хенджин ещё маленький и будет таким еще долгое время, однако вот его уже настигла первая течка. — Понимаешь, все люди рано или поздно взрослеют. То, что с тобой происходит, это твой организм показывает, что ты уже вырос и готов к продолжению рода. Но не воспринимай это слишком серьёзно, никаких детей тебе пока что не нужно. Может ты и взрослеешь, но для таких вещей ещё рано. Это просто природа. Течка случается раз в три-четыре месяца и длится в среднем три дня. Я буду давать тебе таблетки, которые ослабляют симптомы, можешь больше не волноваться об этой боли. Потом, когда у тебя появится хороший альфа, а мы с твоим отцом позаботимся об этом, тебе и таблетки не понадобятся. — То есть. Это повторится через несколько месяцев? — Хенджин не знает как реагировать на это, ведь ощущать это вновь не хочется, но в голову лезут воспоминания о действиях Минхо. Омега бы хотел ощутить это снова. Он садится на кровати, чтобы было удобнее общаться с папой, и морщится от неприятного чувства мокрой одежды. — Да, Джинни. Но теперь меня волнует кое-что другое, — выражение лица старшего омеги вдруг меняется, когда он замечает на шее Хвана небольшое пятнышко, похожее на небольшой синяк. Джиëн проводит рукой по шее сына, а после оттягивает ворот его рубашки, открывая вид на ещё несколько таких же меток. — Значит, мне не показалось, что здесь кто-то был. Хенджин, объясни мне, пожалуйста, что здесь произошло. Кто с тобой это сделал? Как этот человек вообще тебя нашёл? — Если я скажу, что это комары ты же мне не поверишь? — Хенджин помнит слова Ли, что говорить родителям о нём не стоит, но другого выхода не остается. Он видит нахмуренный взгляд папы и сам опускает взгляд на свои руки. — Это мой друг. Он однажды случайно заехал сюда, и мы подружились. Он хороший, правда! Когда я почувствовал себя неважно, он донёс меня до кровати и помог мне. Я вас познакомлю, если он согласится на это. Хëн не хотел, чтобы я рассказывал о нём, он сказал, что вы будете против нашей дружбы… — Что он с тобой делал? — старший омега выглядит серьёзно и взволнованно. — Целовал везде и гладил. Он не сделал ничего плохого, пап, мне было приятно. Хëн бы остановился, если бы мне не нравилось, — Хенджин решил, что говорить всё не стоит, родителям вряд ли понравится полный рассказ произошедшего. — Джинни, понимаешь ведь, что ему нельзя верить? Мы же тебе говорили, что многие люди просто хотят тебе навредить, использовать. Не стоит общаться с кем-то, в ком мы не уверены. Мы с твоим отцом найдём для тебя хорошего человека, который точно тебя никогда не обидит. Иди в душ, я пока поменяю твоё постельное, тебе лучше поспать, может обдумаешь мои слова и поймёшь, что не стоит общаться с ним. — — - Минхо долго не мог заснуть, из-за чего проспал первые пары. Идти на оставшуюся одну нет смысла, именно поэтому он не торопится собираться. Ли умывается и решает съездить к папе, пусть это и не далеко, видятся они не так часто. Но сейчас ему необходимо поделиться с близким человеком своими переживаниями и посоветоваться о дальнейших действиях. Стук в дверь прерывает тишину, и спустя несколько минут дверь открывается. Звонок в родительском доме давно сломан, но никто не собирался его менять или чинить, это не является необходимостью. Минхо делает шаг в квартиру и сразу оказывается в объятиях взрослого омеги. Он скучал по этому, но всё же предпочёл жить отдельно, чтобы не приносить лишних неудобств папе. — Пааап, я тоже рад тебя видеть, но ты меня сейчас так задушишь, — Ли смеётся, обнимая родителя в ответ, и сам же не спешит отстраняться. Выбраться из тёплых объятий всё же пришлось, и начали разговор они уже на кухне, когда на столе появились две кружки зелёного чая. Старший начал копошиться на кухне, доставая из ящиков разные сладости и всё, что можно поставить к чаю, но Минхо его остановил:  — Ли Тэмин, успокойтесь и уделите внимание своему ребёнку. Я приехал, не чтобы меня откормили, а поговорить с любимым папой. — Боже, Минхо, просил же не делать так. Опять полным именем зовёшь, — омега возмущается, но садится напротив Минхо, наконец успокоив свои желания накормить сына. — Как у тебя дела? Не нашёл ещё себе никого? Ничего мне не рассказываешь – буду вытягивать. — Всё нормально, пап. Мне не до отношений, ты это прекрасно знаешь, так что рассказывать особо и нечего, — Минхо пожимает плечами и делает глоток из своей кружки. Через пару секунд тишины переводит взгляд в сторону окна и решает рассказать о Хване. Начинает он с самого начала, описывая все характеристики друга и их встречи. Говорит он воодушевленно и улыбается при упоминании многих событий, произошедших несколько дней назад. Мысль о вчерашнем заставляет его затихнуть и опустить взгляд на собственные руки, обхватывающие кружку с чаем, но альфа всё же продолжает свой рассказ, уже меньше уделяя внимание подробностям и стараясь изложить всё кратко, но ничего не упустить. Тяжело рассказывать об этом, ведь сам он понимает, что совершил ошибку. Страшно увидеть в глазах близкого человека разочарование, именно это не позволяет Минхо поднять взгляд. В конце своего рассказа он замолкает, по прежнему рассматривая пальцы. Тишина, стоящая на кухне, ещё больше напрягает, но нарушать её не хочется. Ли ждёт, когда родитель хоть что-то скажет, поддержит или хотя бы скажет, что разочарован. — Ох… Не ожидал я услышать такую концовку рассказа о твоём друге. Ты не виноват, слышишь меня? С тобой впервые такое случилось, поэтому ты растерялся и не ушёл вовремя. Но ты не использовал его, даже с учётом того, что он был готов на всё. Уверен, он простит тебя, если ты извинишься, не переживай, — Тэмин накрывает руку сына своей и слегка улыбается, показывая этим поддержку. — Давай испечем печенье или кексы, когда поедешь к нему, тогда он точно не сможет тебе отказать. Только подожди пару дней, пока течка пройдёт, чтобы больше не было таких ситуаций. Минхо улыбается и кивает, как только старший Ли заканчивает говорить. Ему приходило в голову, что необходимо приехать позже и взять с собой чего-то вкусного. Предложение испечь печенье звучит очень даже неплохо. Тема быстро перетекает во что-то более нейтральное и не такое напряженное. Это позволяет альфе немного отвлечься и забыть на какое-то время о Хенджине и собственном поступке. На прощание Ли обнял родителя и выслушал все наставления и по поводу Хвана, и просто беспокойства о его здоровье. После разговора с папой Минхо чувствует себя гораздо легче и спокойнее. — — - Прошло три дня с последнего визита Минхо в дом Хванов. Признаться честно, Хенджин успел соскучиться и буквально считал дни до приезда старшего. Жаль только, что альфа не сказал, когда приедет в следующий раз. А приедет ли вообще? В голову омеги лезли неприятные мысли о том, что родители могут быть правы, Минхо ведь тоже человек, альфа, так почему он не может поступить с Хенджином плохо? Стараясь не думать об этом, Хван решил заняться рисованием и проводил за этим всë своё время, практически не спускаясь из своего укромного уголка. Минхо скучал не меньше, помимо этого ощущая еще и чувство вины, но не торопился ехать к младшему. Он успел прокрутить в голове тысячи вариантов извинений и несколько исходов событий, в основном не в его пользу. С папой они сразу договорились на ванильные кексы с клубничной начинкой. Ли не может быть уверен в вкусах омеги, ведь они не особо обсуждали предпочтения друг друга. Пожалуй, всё, что знает Минхо, – Хенджин безумно любит сладкое. Альфа настоял на своей помощи, ведь так будет хоть немного но видно, что Ли старался. Даже если омега и не сможет проверить, кто старался над угощением, ему важно знать, что он делал это почти сам. Минхо аккуратно собирает кексы в специальную коробочку, чтоб они не перевернулись и украшает их сырным кремом, который заранее приготовил его папа. На прощание он обнимает родителя и выходит на улицу. Обычно Ли не приезжает так поздно, но ничего поделать с этим не может. Приготовление угощения заняло довольно много времени, именно поэтому выезжает он только около четырёх вечера. Пусть родители Хёнджина могут вернуться раньше, либо совсем не уезжали, альфа не думает об этом, рано или поздно они бы встретились всё равно. А сейчас, когда они наверняка почувствовали его недавнее нахождение в комнате их сына, скрываться нет смысла. Останавливает свой мотоцикл Минхо около уже знакомого одинокого дома. Он не торопится, слезая с байка, и ждёт, когда Хван, как и обычно, выбежит его встречать. По крайней мере он надеется, что всё так и будет. Не хочется верить, что омега настолько обижен, что не хочет даже выйти и встретить друга. Ли достаёт кексы из небольшого багажника и подходит к воротам. К его счастью, Хенджин всё-таки выходит к нему и радостно улыбается, сразу же напрыгивая на альфу с объятиями, как только ворота оказываются открытыми. — Хëн! А я знал, что ты приедешь снова! Папа сказал, что этого не будет. Якобы ты уже получил своё и больше не хочешь со мной дружить, — Хван дует губки на последних словах и отходит от старшего, замечая коробку в одной руке. — Что это такое? Надеюсь, что-то вкусное и мы пойдём сейчас пить чай? Заодно познакомлю вас с папой! — Как я мог не приехать, мне как минимум нужно было извиниться. Это кексы, я делал их почти сам, — Минхо чуть улыбается, но улыбка быстро спадает с его лица. Ли напрягается. Хоть он и предполагал нахождение родителей дома, знакомство с ними всё же не вызывает ничего кроме страха. — Погоди, в смысле познакомишь с папой? Не-не-не, я не готов к такому, думаю, мне лучше поехать домой. — Ну хëн… Папа не кусается, пошли! — Хван хватает альфу за руку и строит глазки, чтобы Минхо точно согласился. — Идём, ты ему понравишься! И мы сможем проводить время вместе чаще. Даже когда родители дома, представляешь?! Минхо довольно скоро соглашается и послушно идёт за Хваном в дом. Пусть он и приезжает постоянно и бывает здесь несколько раз в неделю, сейчас всё ощущается по-другому. Знакомство с родителями выглядит для альфы как серьезный шаг в их отношениях, будто после этого придётся делать предложение, звать замуж. С другой стороны, не так плохо: если он понравится родителям Хенджина, не нужно будет скрываться и уезжать раньше их приезда. Однако это никак не успокаивает Минхо. Его могут также и не принять, запретить приезжать или что похуже. Дверь дома открывается и Хенджин ведёт старшего на кухню, где их уже ждёт его папа-омега. Младший берёт друга за руку и идёт к столу, чуть ли не припрыгивая на месте, в то время как Минхо подавляет внутреннее волнение от встречи с родителем Хвана. Ли кланяется в знак вежливости, неловко здороваясь со старшим омегой. — Добрый день, мистер Хван. Я Ли Минхо, друг вашего сына, — альфа пытается улыбнуться как можно расслабленнее и милее. Сейчас действительно важно понравиться старшему, если они хотят и дальше продолжать общени. — Хенджинни сказал, что вы хотели со мной познакомиться… — Минхо садится за стол напротив Джиëна и рядом с Хенджином, по прежнему не отпуская его руку. Так намного спокойнее, ведь создаётся ощущение, что он не один. — Здравствуй, Минхо. Скажу сразу, я против вашего общения и твоего нахождения в нашем доме. Тем более после того, что ты сделал с моим ребёнком, — Джиëн складывает руки на груди и выглядит серьёзно. Было вполне ожидаемо, что родители могут узнать о существовании Минхо после того случая с течкой и рады этому не будут. — Я приношу свои извинения за тот случай. Я не хотел делать ничего с Хенджином, тем более пользоваться его положением было бы неправильно. Между нами ничего не было, я бы не переспал с омегой во время течки, если это не мой омега, — Минхо старается говорить ровно и без волнения. Врать, что совсем ничего не было, нет смысла, но Ли смог сдержаться и вовремя уйти. Хёнджин сжимает ладонь старшего, теперь уже тоже заметно переживая из-за слов папы. — Вы ведь видите, что Хёнджин хочет со мной дружить, а я ни на что большее не рассчитываю. Можете так не переживать по этому поводу. — Минхо, ты явно уже взрослый альфа, у тебя свои потребности, и я не могу представить, что у тебя нет никаких намерений на моего Хенджини. Он ещё маленький, и альфу для него должны выбрать мы, то есть родители. Ты только будешь мешать ему и отвлекать от правда важных вещей. Закончим этот бессмысленный разговор, ладно? — Джиëн отходит от стола, а после и вовсе отворачивается к плите, чтобы заняться приготовлением ужина. Это даёт явно понять, что ловить здесь нечего и старший омега на разговор не настроен. Минхо вздыхает и встает из-за стола, ловя на себе растерянный взгляд Хвана. — Хорошо, разговор окончен, раз Вы этого хотите. Но я всё равно буду приезжать к Хенджину и проводить с ним время, как и до этого. Пока Хенджин сам не скажет, что не хочет меня видеть, ваше мнение не имеет никакого значения. Я друг Хёнджина, а не ваш, так что Вам не обязательно со мной контактировать. — Минхо кланяется в знак уважения, хоть Джиён возможно этого не увидит. Рот Хёнджина открывается в шоке. Его всегда учили, что нельзя спорить со старшими и тем более ставить свои интересы выше взрослых. Он даже не замечает, как альфа выходит из-за стола, а после покидает кухню. Лишь услышав хлопок двери, он тоже выбегает из помещения. Хенджин догоняет старшего, когда тот уже собирается покинуть территорию, и накидывается на него с объятиями. Хоть Минхо и сказал, что не бросит Хенджина, отпускать его сейчас не хочется. — Хëн, ты куда? Мы даже не пообщались, — голос омеги негромкий и с нотками обиды, хотя сам он только сильнее стискивает Ли в объятиях. — Это из-за слов папы? Но ты же сказал, что тебе всё равно на это… — Джинни, собьешь ведь меня так в следующий раз, — Минхо тихо смеётся и аккуратно расцепляет руки омеги, чтобы хотя бы развернуться к нему лицом. — Я ведь сказал, что буду возвращаться в любом случае. Просто тогда, когда твоих родителей здесь не будет, чтобы не было неловких встреч и таких высказываний по поводу меня. Так будет лучше, да? И твои родители не будут меня видеть, все в плюсе. Я обещаю, я буду приезжать в те же дни, что и раньше. Я помню, когда родители на работе. Давай, Джинни, отпускай меня и беги есть кексики, не зря же мы с папой старались для тебя, — Минхо улыбается и треплет подростка по волосам, устраивая там полный беспорядок. Когда ручки Хвана отпускают его, альфа разворачивается и идёт к своему мотоциклу. На последок помахав рукой, он уезжает в город. Хенджин знает, что он вернётся, а это самое главное для него сейчас. Хван тихо пробирается на кухню и забирает коробку с кексами, лишь бы не оставаться в одном помещении с папой, и тихо поднимается наверх в свою комнату, а из неё по лестнице забирается на мансарду, поднимая лестницу к себе. Видеть сейчас никого не хочется, кроме человека, который только что уехал, но обещал вернуться. Омега открывает коробочку и только сильнее умиляется, когда до него доходят слова Минхо о том, что эти кексы делал он и его папа. Пусть чая у него нет, попробовать сие творение просто необходимо. Хочется растянуть удовольствие, ведь кексы оказались очень вкусными, он сам же не замечает, как половина уже пропала в его желудке. Хенджин встаёт со своего места и подходит к окну, смотря вдаль даже с какой-то грустью. Он определённо скучает по старшему, даже запреты родителей вряд ли заставят его прервать эту дружбу.