Жили мы, были, да как-то в геройку угодили

Евгения обошла вокруг меня и слегка пихнула в плечо: - Лина, садись. Попробуй сесть так, чтобы прочувствовать воздух. - Что это вообще значит? - пусть я и возмутилась, но попыталась послушаться: я сделала пару шагов вперед и расселась на траве. Как ? Получилось ли выполнить просьбу женщины?. У меня даже слишком плохо получилось удовлетворить своего педагога, о чём говорил её взгляд: а она смотрела на меня с неприкрытым презрением и усталостью. Под этим взглядом я почувствовала себя ущербной... Ну, что ж, позже расскажу маме. Моей первостепенной целью было сесть именно так, как мне было бы комфортно, а не "почувствовать воздух". Пару секунд выдержав молчание под таким взглядом, она устало выдохнула, прикрыла глаза и также устало произнесла: - Хорошо... - Старушка цыкнула, явно сдерживаясь от комментариев моей позы, но продолжила инструктаж. Видимо, подумала, что главное-мой комфорт. - Закрой глаза и представь, что лепишь что-то.. Мхм... Невесомое. Как бы из воздуха. Начнём с чего-то маленького...Ага... Ладонь вперёд. У тебя как с воображением ? - Я не понимаю, почему Евгения так смотрит на меня и так странно реагирует на любое моё движение: оценивающе, холодно, но при этом заинтересованно, возможно даже где-то восхищённо. Это поведение настораживало. Не могло не настораживать. Она и раньше была не одуванчиком, а сейчас смотрела на меня, как на подопытного кролика. Возможно, в душе её забавляла эта ситуация, но, почему-то её не устроило моё послушание или его исполнение. - Думаю, да, хорошее. - я закрыла глаза и вытянула ладонь уже немного иначе, не так как до этого, чтобы старушка-учительница одобрила позу. Возможно, она правда понимает что-то в этом, да и выбора у меня нет как такового. - Хорошо... Задай направление, скорость, форму и количество. - По голосу я слышала, что она улыбается. Она была в.. предвкушении? Сложно сказать, но стоило задуматься об этом, о её взгляде и мне становилось не по себе. - А можно... Как-то подробнее? Форму и направление чего? Мыслей? Излагайте свои мысли как-то понятнее. - У меня появилось резкое желание извиниться за такую грубость, но я подавила это желание, напомнив самой себе "ей, вообще-то, платят!". Погрузившись в мысли, мне показалось, что лицо Евгении Леонидовны почти коснулось моего, что её дыхание обожгло глаза. Я, и без того взволнованная, испугалась. Это было слишком неожиданно! А ощущения ведь обострились из-за закрытых глаз. Знатная бабушка пару раз задела меня, направляя мои конечности так, чтобы было действительно правильно. - Хорошо. Представь шарик. Максимально чётко. Представь, что он находится в твоей ладони, что это воздух, скомканный в один маленький шарик. Представь, что это маленький ураган в твоей руке. Задай направление воздуху-шарику. Она говорила, а я пыталась представить это. С представлением в голове проблем не возникло, но когда я почувствовала лёгкое покалывание на ладонях, от испуга открыла глаза. Руки были пусты. И только я хотела опять закрыть глаза, как заметила содранную кожу. Знаете, как о траву поцарапавшись в основном отходит небольшой слой кожи, именно слой, как кожица лука какая-нибудь. Вот такая "зацепка" была в самой середине ладони . Так что это было вовсе не такое "ложное" ощущение боли, не понарошку, не шутка организма. Посмотрев на Евгению, я увидела её недовольное выражение лица, такое строгое, разочарованное. А она, оказывается, достаточно эмоциональна, о таких говорят: "на лице всё написано". - Давай ещё раз. - игнорируя мои чувства и явное замешательство да даже испуг, она прикрыла мои глаза ладонью. - Но... - Тише. Давай. - Евгения сказала громче, перебивая меня. В приказном тоне, немного надавив на глаза своей прохладной ладонью. Меня это слишком удивило.. На дворе лето, жара, а у неё руки чуть ли не холодные, в то время как я тихонько тону в поту. Я повторила всё тоже, что и до этого. Сейчас боль была сильнее, заметнее, ярче, но рука моего педагога продолжала закрывать глаза, а вторая уже начала держать мою руку, чтобы я не дёргалась, чтобы не прервала это, чтобы не смогла прервать. С каждой секундой мне становилось больнее. Холодная рука педагога всё же отлипла от моих глаз, и в своих ладонях я увидела шарик. Диаметром где-то в сантиметра два. Он накручивался, увеличивался, сжимался. Шарик, или, как говорила Евгения, небольшой ураган в моих руках был каким-то серо-красным. Наблюдая за его странным поведением, я совсем забыла о боли, но быстро вспомнила, ибо она стала в разы сильнее. Практически невыносимой. Я заметила, что этот шарик постепенно, не спеша, сдирал кожу с моих ладоней. Евгения отпустила мою руку и сказала: - Прекращай. Слишком сильно вредишь себе. - Голос был немного заботливым, а ответ сдержанным, но меня и это порадовало, пусть и интонация продолжала немного морозить. Странные ощущения. - А как? - уже со слезами на глазах спросила я. Мне было страшно, мои ладони продолжали терять кожу и мышцы, возможно, и как-то слои костей.. Кто знает ? Евгения улыбнулась и сказала: - Попробуй выпустить энергию, отпустить её. Позволь воздуху уйти, улететь. - Я попыталась расслабиться, как и сказала учительница, но я не сдержалась и вскрикнула, слёзы уже градом лились, а я всё пыталась закрыть глаза, хлюпала носом и пыталась расслабить воздух в ладонях, отпустить его. Шарик ускорил своё скручивание и увеличение. Мне больно. Это всё, о чём я могла думать. Всё, что я смогла придумать, вместо этих отчаянных попыток - приложить ладони к такому красивому, почти идеальному газону, попытаться смахнуть этот шар, который стал набирать обороты быстрее изначального темпа уже где-то раза в два, попытаться вытереть его о траву и землю, смахнуть. Евгения перестала давать наставления. Она молча смотрела на мои мучения и, возможно, боялась. Я поняла, почему настоящая Лина не радовалась своей причуде. Это больно. Очень больно. Шар поглотил большое количество земли и травы, и растаял. То, насколько быстро и легко пропал шар меня напугало. То есть можно было просто сделать вот так? Или нужно было "накормить" его достаточным количеством чего-то? А может проблема была вообще в моём неумении пользоваться способностью? Если всё же последнее, то это поправимо, но, чую, будет больно... Очень больно. Слёзы продолжали литься из моих глаз, мне страшно взглянуть на мои руки, ведь я уже понимала, что ладони, скорее всего, истерзаны в мясо, если оно вообще на них осталось. - Прости, моя причуда несовершенна, ты лучше меня понимаешь свою способность. Сейчас вызову скорую. Из-за моих всхлипов и попыток успокоиться я не слушала, что говорит мой учитель. Глаза неожиданно начали слипаться, в ушах стоял невыносимый гул, как на трибунах болельщиков в момент забивания гола. Я ничего не слышала, а неожиданное помутнение в рассудке сделало моё тело ещё и ватным.

***

Чуть позже выяснилось, что я потеряла сознание от болевого шока. Это тело очень восприимчиво к боли. Прискорбно... Скорая приехала быстро и залечила мои ранения, хотя я до сих пор почти не ощущала ладоней, как если бы их просто не было, не ощущались движения, если они вообще были, потому что их забинтовали, но, посмотрев на эту перевязку я могу сделать только один вывод - это гипс, хотя нет, но визуально - копия . Мама очень сильно беспокоилась обо мне, даже хотела отменить все планы по поводу поездки и учреждения, в которое я хочу поступать, но решительных мер к этому она не приняла, решила дождаться моего пробуждения, даже не говорила ничего об отмене или изменению репетитора, по крайней мере мне. Кстати говоря о Евгении Леонидовне... Она ушла почти сразу после приезда скорой, мне рассказали, что мама даже хотела лично выгнать её, отменить репетиторство, но вновь оставили выбор за мной. Мне сказали, что я очнулась посреди ночи в тот же день, хотя не должна была приходить в сознание, попросила воды и легла спать. Но этого я не помню и не помнила тогда, даже пугает немного, хотя с кем не бывает. Тогда со мной пытались поговорить, но я не произнесла ничего кроме пары грубых слов, надеюсь, не матерных,ну и громких всхлипов. Окончательно проснулась, смогла выслушать рассказ о произошедшем и полностью пришла в себя я только на следующий день где-то около полудня. Пока я спала, меня знобило, мама вновь вызвала врача, но они сказали, что всё в порядке - это побочка после лекарства. Она тогда за пол дня вызвала скорую коло 5 раз. Мама глаз не сомкнула, переживала, что температура поднимется ещё хоть на градус. Она боялась за меня... Я здесь всего несколько суток, а меня уже так любят и ценят. Вообще удивительно, что она не заметила разницы. Я неловко улыбнулась маме, чтобы как-то успокоить её, но улыбка была вымученной и она запереживала ещё больше. Всё происходившее во время моей бессознательности я узнала от мамы, а что-то от вновь вызванных врачей. Также я слышала, как мама что-то говорила о семейном враче, практически личном. А если учитывать, что несмотря на частые вызовы приезжал к нам один и тот же человек, можно сказать, что у неё получилось что бы то ни было. Диалоги с мамой заканчивались на её волнении, вопросах в стиле "ты в порядке?", "что болит", " где болит?" и чаем. А что я могу с этим сделать ? Чай был слишком вкусным, с натуральными ингредиентами: малина и нечто пахучее, непонятное. Достаточно кислый, но мама как-то постоянно готовила и что-то добавляла и, о чудо! Получалось вкусно, даже сладко. Вкусы и того и другого раскрывались полностью, и, на удивление, неплохо сочетались. Так и сейчас. Мама вышла за чаем, готовить этот божественный напиток, а я смотрю в окно... на улице пасмурно, кажется, собирается дождь, в окно заглядывают ветки какого-то дерева. Мои руки были в месиво. Так обидно. Они были когда-то бледными, изящными, тем более, что они даже не мои! А если Лина вернётся в это тело ? Вот что я тогда буду делать, а? У неё не будет моих навыков, она вряд ли сможет достичь того же, к чему стремлюсь я. У неё были другие цели - жить спокойно. Я как-то подглядела, пока перевязывали и несмотря на то, что обычно мне закрывали глаза, чтобы я не понимала всю серьёзность ситуации, конечно же, это было сделано по просьбе мамы,а тут как-то забыли прикрыть.. Осознание того, что это реально твои руки- страшно! Очень. Мясо, мышцы, нервы, даже кости. Всё было демонстративно выковыряно. С ладоней и впрямь ушёл слой. Слои кожи, мышц... Погода была понимающей, совпадала с настроением. Комната, до этого казавшаяся такой уютной и тёплой похолодела и, казалось, хмурилась. - Нельзя отчаиваться! - громко крикнула я. Думаю, мама на кухне испугалась, потому что я быстро услышала топот ног прямо возле двери. - Лин, что случилось ? - Она смотрела на меня. Такая помятая, уставшая, потрёпанная и запыхавшаяся. - Всё хорошо. - Я мотнула головой, словно это как-то подтверждает мои слова, но женщина вроде угомонилась. - Не подойдёшь? Успокоившись, женщина подошла ко мне, как я и просила. Я повисла на её шее, обняла, потому что мне показалось, что сейчас ей это нужно, ей это поможет. Она обняла в ответ и мы так молча стояли. Думаю, ей действительно стала от этого чуть легче. Наверное, стоило самой к ней подойти. Она испугалась... Ей сейчас больше нужна поддержка, чем мне. Мне было больно, а это заживает, само исправляется, а у мамы это что-то из сферы психологии. Чмокнув меня в щёку, женщина, судя по всему, окончательно воспряв духом, опустила руки и вышла из комнаты. Я вновь осталась одна в этом холоде. Даже новости почитать не могу... А что? У меня перевязаны руки! Тем более не как у нормальных людей, а именно загипсованы! Не люблю я такое... Я похожа на безрукое создание! Червь. Мерзко от самой себя. Могу только перемещаться, лежать, и благодаря тому, что мама слишком сильно беспокоиться обо мне гулять. Сгибать руки по локоть тоже сложновато. Смысл загипсовывать израненные ладони почти по локоть? Ну ладно, это не совсем гипс, это плотный, многоразовый бинт, фиксирующий лечебные травки и тряпочки пропитанные мазями. Добрая половина всего этого имеет обезболивающий эффект. Если я буду так расписывать данный бинт, с виду точно такой же, как и гипс, будет ли это хорошо или плохо? Вообще, с того момента, как я грохнулась на той полянке без сознания прошла неделя и, хотя я расписала только ближайший день к той ситуации на то была причина. Кроме той ситуации ничего не происходило. Буквально ничего. Помимо постоянных посещений доктора, но сегодня должна прийти Евгения - мой педагог, коим, на удивление, она всё же осталась. Мама вошла в комнату с кружкой чая. - Спасибо... - Тихо произнесла я, в ответ на что она только кивнула и вышла, прикрыв за собой дверь. Я поняла по её состоянию, что пришла моя учительница. Она всегда расстраивалась, когда диалог заходил о Евгении, потому что я чётко стояла на своём - менять педагога не стану! Чем же мне так понравилась эта статная женщина? Да ничем, но она не была чересчур заботливой, переживающей. Мне нужно развить свои абсолютно неусмирённые навыки до уровня человека, развивавшего свою способность всё время, а с большим количеством беспокойство это не получится. Дверь вновь скрипнула, впуская в серую комнату такую же серую, но одновременно с тем яркую фигуру. Как у неё это получалось? Непонятно. Она была одета в костюм пастельных тонов, чем-то схожим с комнатой, например, своей бледностью, но она смотрелась здесь как хозяйка. Как властительница. Хотелось упасть в ноги и молить о пощаде, особенно заглядывая в её глаза. Но посмотрев на моё состояние, она только улыбнулась, добив меня словами: - Здравствуй, Лина. Знаешь, я тут подумала, мы начнём наше обучение в информативной форме. Я поговорю с твоей мамой и врачом и попрошу, чтобы тебе туда, - она многозначительно кивнула на гипсо-повязку, закрывающую ладони по локоть. - Кое-что добавили. Кожа на ладонях, конечно, загрубеет, но это позволит тебе использовать свою причуду. Если ты правда хочешь поступить в UA... - она замолчала, словно выдерживая драму. Возможно, она не хотела говорить что-то ещё. Возможно, это была и вовсе некая проверка. Допустим, если ты не понимаешь простейшего - "выбора нет, если то, чего ты добиваешься тебе действительно нужно". - Я не против, если это позволит мне попасть в академию. - Это будет половиной того, что нам нужно будет сделать. Но пока ты будешь болеть, - Евгения посмотрела на мои руки испепеляющим взглядом, а потом на меня, на моё лицо и уже как-то равнодушно. - Мы будем изучать всё, что есть похожего на твою способность, о твоей я, конечно, могу рассказать что узнала, но не сейчас. Позже, хорошо? Каждый день я буду заходить и мы будем изучать теорию, развивать выносливость твоего тела. Сегодня мне нужно много куда зайти и много с кем поговорить, чтобы наши идеи одобрили, так что на этом позвольте откланяться. - последнее она произнесла особенно чётко, словно с намёком, но я почувствовала себя такой глупой, не понимая, что она хочет сказать, поэтому только по-деловому кивнула, окунувшись в свои мысли. Евгения так же коротко, по-деловому кивнула, подражая своему сегодняшнему эмоциональному диапазону. Даже улыбка была деловой, нечитаемой. Женщина, по-видимому пришла только убедиться в моей уверенности, что я хочу этого, что я хочу поступить. Н-да... Сегодняшний день обещал быть весёлым, а чай непередаваемо вкусным, пусть и уже подостыл. Что же она хотела сказать прощанием? Я виновата в её занятости? Это я знаю, но прощание? Может, она имела в виду, что я и сама, без неё, ещё до того как она придёт, до того как придёт док, должна работать? Мама, обычно звавшая меня пройтись, на что я никогда не отказывалась, потому что скучно вечно лежать в кровати, хмуро посмотрела на собравшуюся меня. Да, я собралась на пробежку только потому, что мне показалось прощание старушки странным! И что ? Нет, правда? Мне всё равно скучно, да и полезно в любом случае. У нас с мамой состоялся такой короткий и не самый лучший диалог, после которого я спокойно или не очень сидела на пороге дома минут 20, потому что идти куда-то расхотелось, но я уже вроде как отпросилась: - Ты куда? - Спросила она, покосившись на тёплую, но спортивную одежду. - Гулять. А ты сегодня не идёшь? - Нет, но ты пройдись, развейся... - она замялась, явно хотела что-то сказать, но не решалась. - Лин, давай, ты не станешь поступать в геройскую академию. - Женщина практически умоляюще посмотрела на меня. - Мам... Я хочу поступить именно туда. На геройский курс. Я понимаю, что тебе страшно, но я смогу обуздать причуду и она не станет мне вредить! - Я не знала, что сказать ещё, но она посмотрела на меня так жалостливо. с таким волнением, что я и сказать ничего не смогла, только вышла за дверь и моя уверенность пошатнулась. Все эти 20 минут я провела за размышлениями. Вот правда, а стоит ли встреча с кумиром, любимым пейрингом и в целом персонажами, к которым я уже так привязалась и имею, пусть хилую, но возможность с ними встретиться, всего этого?... Так. Если я тут, а аниме ещё вышло не до конца в моём мире.. Я многого не знаю из того, что будет. Где-то, возможно, я смогу спасти ситуацию, где-то не то чтобы хочу спасать, но! Я не знаю, что будет дальше. Каков шанс, что я поступлю вообще ? Там же ограниченное количество участников, да? И как же... То есть кто-то из ребят, уже полюбившихся публике не поступят..? Может, тогда в другую академию... Но.. Как же Бакуго? А как же эта взрывная булочка? Я хочу его увидеть, но не враждовать. Ладно, это мы проходили, ужиться я с таким вряд ли смогу. Думаю, прохожие глубоко уверовали в то, что я сумасшедшая, как и наши соседи-бедолаги, которые могли с лёгкостью увидеть мои странные эмоции, жестикуляции во время всех этих мыслей и слышать странные, почти что страшные звуки. Пусть я и поставила под сомнение поступление в UA, весь этот монолог психа вызвал во мне смех. Я смеялась. Громко, заливисто, задыхаясь. Я как-то чувствовала такое. Это, наверное, что-то типа облегчения. Я заметила, как по улице не спеша шла знакомая мне фигура. - Док! - громко крикнула я, взывая к вниманию знакомой мне фигуры, и яро размахивая руками. Мужчина улыбнулся, почёсывая свою плешивую бородку. Он недавно закончил университет и параллельно защищает что-то, если я правильно помню, кандидатскую. Но к работе относится с большей серьёзностью, чем к защите. Может, он работает там по связям, но всё равно дорожит профессией и хороший врач. Док, как я его называла, подошёл ко мне и первым делом спросил: - Как твои руки? Я только от Евгении.. Ух, правда уверена в том, что стоит это делать ? Я-то могу устроить.. - Он сомневался, улыбался, но виновато. Я даже подумала, что позади меня стоит мама и сверлит беднягу взглядом, самым свирепым в её коллекции. - Да. Я уверена. Ты уже за этим пришёл? - Я демонстративно вытянула руки, чуть в лицо не пихнула. Что я могу сказать в своё оправдание? Я действительно не хотела, чтобы это выглядело так невоспитанно, нетерпеливо. На самом деле, я не помнила его имени и, хотя общалась с ним как-то по-братски всё равно звала "доком". Док улыбнулся немного виновато и аккуратно отодвинул мои руки от своего лица. Пошли тогда в дом? Руки тебе перевяжем и кое-что добавим. Моя причуда лишь немного ускоряет время предметов, поэтому с этой повязкой ты будешь ходить... Около недели, а потом на другую более, - Он притих и делал какие-то странные движения руками, словно копался в голове и периодически издавал странные звуки в стиле "а", "ну", "эм" и тихий, смущённый смех. - В общем, менее сковывающую. Понятно объяснил? - он усмехнулся, на что я тоже в ответ улыбнулась. Как же я понимаю его неловкость, хотелось показаться взрослым, а в итоге забавно продемонстрировал свою более детскую сторону. - Док, пошли в дом и не парься. - Я так к нему обращалась по одной простой причине: за последнюю неделю мы виделись чаще, чем с кем либо другим, даже чем мы с мамой. Он уже невозмутимо, как-то привычно открыл дверь, впустил меня вперёд, за что, конечно, спасибо, но теперь я не совсем, хочу повыпендриваться и могу себе позволить, поэтому молча вошла и стянула обувь. Мама всё также сидела на том же месте, на котором я её видела около получаса назад. Заметив нас, она кивнула доктору и так же грустно посмотрела на меня, как и немногим ранее, словно пытаясь отговорить. Я кивнула, как бы здороваясь и позвала дока за собой, конечно, молча, только жестами. Боялась, что мой пошатнувшийся настрой выдаст голос. В комнате Док ловко размотал мой "гипс", тряпочки, являющиеся тканевыми, тонкими бинтами, пропитанными чем-то лечебным и травками практически высушенными. - Лин, не больно? - Столкнувшись с моим скептическим взглядом, немного даже смеющимся, издевающимся, парень стушевался и тихо сказал,- мало ли. Остальная часть нашей перевязки шла в тишине. Мы молча разглядывали мои руки. Может виной всему погода, а может, моя серая комната и подобающее ей настроение, но ни док, ни я, не хотели прерывать сегодня тишину, несмотря на то, что обычно мы беспрерывно болтали, смеялись. И вот, последний бинт, накрывающий и фиксирующий все внутренности "гипса" был окончательно завязан. Он осмотрел свою работу с обоих сторон. - Всё. Завтра опять зайду. - Он вздохнул. - Сложно жить в селе, да? - Док опять посмотрел на мои руки. - Ну и ладно. Я врач получше городских! - гордо чуть ли не выкрикнул он. - Ага, - я усмехнулась, понимая, что ему нужно было поговорить во время перевязки, а я же хотела помолчать, но он мне уступил. - Спасибо. Док усмехнулся, настолько довольной улыбкой, насколько это возможно. Ну точно ребёнок. Парень махнул рукой и вышел из комнаты, оставляя меня наедине со своими мыслями. Я поняла одну простую вещь: этот парень развлекал меня неделю и мне не требовалось брать ноутбук в руки, но сейчас мне хотелось почитать новости. Устроившись поудобнее за столом и открыв ноутбук, я стала листать новости повсеместные, мировые. А поскольку Всемогущий был известен именно что повсеместно, всё, что происходило с ним, так же печаталось и выставлялось в люди. В русские люди. Идеально для меня. Читая множество статей, я ничего не поняла, посчитала. По сюжету сейчас и не должно ничего происходить масштабное. Я кивнула в никуда, соглашаясь со своими мыслями. - Значит... Нужно просто учиться. Жесть. Живёшь вот так, учишься в одну сферу, а теперь пахать нужно даже не на свою жизнь, а ради встречи с кумиром! Да какой кумир. Любимый персонаж, а ведь он может быть другим...