There's nothing left for you

*** Сияет небо, свет сквозь оспу звезд Как вспышка гнева, я в своем доме гость Я ничего не могу с собою сделать Я ничего не могу с собою сделать ***       За этот поступок его точно не похвалят. За этот поступок его точно никто не погладит по голове и не скажет, какой он умница. Скорее всего, его вызовут к директору. Но сейчас для Кайла это не казалось чем-то страшным и совершенно его не беспокоило. Всё, что сейчас занимало его мысли, а точнее, кто, был его лучший друг- Стэн Марш, который сбежал с уроков. И никто из парней даже не знает, где он. Кенни посоветовал ему сходить на склад «Храни сам», но что Стэну там делать? Телефон Марша был недоступен, на сообщения в социальных сетях он не отвечал, поэтому паника внутри Кайла всё нарастала и нарастала, принося с собой страх и тревогу. Он надеялся, что МакКормик был прав, потому что он не может представить себе другое место, где мог бы спрятаться Стэн.       Несмотря на то, что сейчас в голове Брофловски бушевала настоящая гроза, и ураган из мыслей не давал ему успокоиться, на улице была очень хорошая погода. Солнечные лучи мягко легли на светлую кожу Кайла. Они не были обжигающе-горячими, как обычно бывает глубоко в июле, когда ты ищешь местечко, лишь бы спрятаться от солнца. Нет, они были теплыми и касались бледного лица Брофловски невероятно мягко. В такую погоду только и хочется, что гулять с друзьями. Но сегодня это точно вряд ли получится сделать- ему бы для начала найти своего друга.       Путь от школы до склада довольно длительный. Так что, если Стэн вышел из школы незадолго до него, то вполне возможно, что он сам ещё только в пути. Возможность встретить друга по дороге немного воодушевила Кайла, и он ускорил шаг, но уже через две пройденных улицы понял, что это бесполезно. Стэнли наверняка его сильно обгоняет.       Все его мысли сейчас крутились вокруг Марша. В принципе, это не редкое явление для Брофловски. Если бы он подошёл к нему на урок раньше, интересно, Марш бы тоже сбежал? Кайл бы не стал его останавливать, а проследовал вместе с ним прочь. Настойчиво, даже если Стэн просил бы отстать от него. Он бы пошёл за ним до самого конца, только бы не терять его, только бы видеть перед собой его светлое и прекрасное лицо.       Хоть Кайл и не любил это признавать, мысли о том, как он любит Стэна и что отдал бы ему всю свою жизнь, влияют на него больше даже положительно, нежели отрицательно. Свою любовь к Стэнли он считал бременем, которое не давало ему нормально жить, но как же порой ему было приятно думать об этой любви. Эти мысли вызывали у него бабочки в животе, и он даже ощущал некое чувство, смутно напоминающее эйфорию, хотя он бы никогда этого не признал. Если можно было подключить голову Кайла к телевизору и продемонстрировать всё то, о чем он думает в данный момент, все были бы поражены количеством противоречивых мыслей, что у него возникают довольно часто. Особенно, когда дело касается Стэна.       Спустя минут двадцать Кайл, всё-таки, добрался до склада. Он давно не посещал данное место. Последний раз был тогда, когда парень был ещё совсем мал, лет шесть-семь назад, когда они играли в супергероев. Он помнит лабораторию «Профессора Хаоса», того самого супер-злодея, которого придумал себе Баттерс, помнил, как они сражались здесь на крыше зданий и совсем не чувствовали опасности, а чувствовали только прилив сил от безудержного веселья и счастья, которое дарила им ролевая игра. Тот костюм, который он себе когда-то придумал, чтобы также вписаться в ряды супергероев, до сих пор хранится у него в шкафу. Сейчас «Человек-Воздушный Змей» звучит уж слишком по-детски и несерьёзно, но как же он был счастлив придумывать все особенности для своего персонажа, делать вместе со своей мамой костюм (он был удивлен, что она так легко согласилась, ведь обычно она задавала кучу вопросов о том, во что мальчики собираются играть, травмоопасно это или нет и так далее), расписывать подробно каждую суперспособность, участвовать в развитии сюжета, противостоять врагам. Тогда детское сознание Кайла воспринимало всё как будто в действительности, а его воображение точно не скупилось на яркие супергеройские образы сражений и битв. Беззаботное детство, которое уже не вернуть, но по которому ты определенно будешь скучать.       Он вспомнил то, какой костюм был у Стэна. «Человек-Инструмент» звучало очень эпично и выглядело абсолютно также. Хоть его костюм и был довольно простым, он явно отражал всю сущность его персонажа. Кайл вспомнил, как однажды Рэнди отругал Стэна за то, что тот берёт его инструменты без спроса, хотя Стэн с самого начала спрашивал своего отца разрешение и тот вполне согласился.       Вспоминая те светлые и невинные времена, когда твоей единственной заботой было то, что бы такого интересного придумать, чтобы завтра поиграть с друзьями во дворе, на лице Кайла непроизвольно возникала улыбка. Сквозь мысли он даже и не заметил, как с такой улыбкой дошёл почти до самого конца склада, но со Стэном так и не встретился.       Только спустя пару мгновений Брофловски опомнился и огляделся по сторонам. Нет-нет, он просто невнимательно осмотрелся. Ему нужно было просто ещё раз хорошенько прочесать склад, и он точно обнаружит своего сбежавшего друга.       И он так и сделал. Как можно тише, чтобы не выдать своё присутствие для охранника, он стал заново проверять все уже пройденные им пути, а также проверял те, по которым, как ему казалось, он ещё не успел пройтись. И спустя несколько минут прочесывания узеньких промежутков между гаражами, он, наконец, обнаружил того, за кем сюда пришёл.       Согнув ноги и обхватив их руками, он сидел так почти неподвижно, кажется, будто вовсе застыл в трансе. Видимо, он был глубоко погружен в свои мысли. Ещё одним подтверждением этому было то, что Стэн даже и не заметил, как Кайл подошёл к нему. Брофловски сел на корточки так, что его лицо оказалось прямо напротив головы Марша, но и так Стэн, кажется, вообще не отреагировал. Его голова была спрятана между ногами и туловищем. Не очень удобная поза, однако, после неё шея крайне затекает.       Не получив должной реакции на своё появление, Кайл вздохнул. Неужели всё было настолько плохо? Или же Стэн просто делал вид, что он его не замечает, а сам просто обижен и не хочет разговаривать? Что бы это не было, Кайл не собирался терпеть игнорирование. Он дотронулся до плеча Стэна и погладил его, а затем проговорил: — Стэн, это я, Кайл. Я пришёл.       Парень уже ожидал, что Стэнли сразу же поднимет голову и посмотрит ему прямо в глаза, но вместо этого Стэн продолжал его игнорировать. Только, кажется, его плечо дрогнуло под внезапным прикосновением. Такая реакция Кайла действительно немного разозлила. Но он контролировал себя. Сейчас Стэну точно не нужны были его недовольные высказывания. — Всё хорошо, Стэн. Я здесь, с тобой. Посмотри на меня. От своих слов Кайла самого бросило в дрожь. Это звучало очень интимно и явно не походило на слова, которые мог бы сказать обычный лучший друг. Будто бы они сейчас в какой-нибудь сопливой гей-драме, ей богу. Но, несмотря на сомнительность сказанного, эти слова, кажется, сработали, и Стэн, схватив руку Кайла, которая всё время находилась на его плече, поднял голову и взглядом обратился прямо к нему. Эти глаза были полны боли и страха. Такого он не видел у Стэна со времен развода его родителей, когда его взгляд был наполнен всеми отрицательными эмоциями в одном.       Но больше всего в этих глазах была отчетливо видна безмолвная грусть.       С минуту они молчали. Стэн, не отрываясь, смотрел на своего друга, а Кайл пытался подобрать хоть какие-то слова после того, как был ошарашен взглядом, который только что встретил. Наконец, тишина была нарушена и, как ни странно, это был Стэн. — Тебе об этом месте сказал Кенни?       Кайл, наконец, вышел из ступора. Но тут же вошёл в замешательство. Кенни? Откуда он знает? Они были здесь вдвоём, а Кайлу не говорили? Что они тут делали? Ревность, смешанная с смятением, не давала Брофловски ясно мыслить. Но он всё же смог ответить Стэну. — Да. Но откуда он знает, что ты здесь?       Марш глубоко вздохнул и отпустил руку Кайла. Кайлу стало на мгновение грустно- хотелось ощущать тепло своего любимого человека хотя бы чуточку подольше.       Опустив ноги так, чтобы их лица были на одном уровне, Стэн продолжил расспрос, видимо даже не собираясь отвечать на вопросы своего друга: — А он не говорил ничего помимо этого?       Снова вопрос, который показался Кайлу крайне странным. Теперь его мысли о том, что Кенни и Стэн что-то от него скрывают, только подкреплялась. И он не мог скрывать свои чувства. Было видно, как Брофловски свёл брови к переносице и подозрительно посмотрел на Марша. Тот, однако, никак не отреагировал на выражение лица своего друга. Видимо, его очень волновал ответ на вопрос, который он только что задал. А раз так, то Кайл и незамедлительно ответил: — Нет, ничего. Он просто сказал, что ты сбежал из школы и чтобы я искал тебя здесь, на складе.       Улыбка озарила угрюмое лицо Стэна, даже несмотря на тот факт, что она была отнюдь не весёлая.       Марш поёрзал на асфальте и, кажется, всё же решил подняться на ноги. Он посмотрел на Кайла, и тот без слов сделал то же самое, после подъёма отряхнувшись. Стэн выгнул спину назад, и послышался звук хрустящих косточек. Приятно размяться после долгого сидения в такой неудобной позе.       Между парнями на какое-то время возникла тишина. Стэн разминал затёкшие суставы, а Кайл смиренно ждал, когда можно будет продолжить разговор. Всё-таки, они сегодня поговорят. По крайней мере, Кайл надеется, что это всё пойдёт дальше. Кто знает, чему сегодня в их отношениях суждено раскрыться? — И ты свалил с уроков и пришёл сюда ради меня?       Басистый голос Марша разрезал тишину, чего и ждал Кайл. Вопрос, конечно, был немного тяжелым для самого Брофловски. Он думал, как бы на эмоциях не наговорить лишнего. Сглотнув накопившуюся во рту слюну от волнения, он коротко ответил: — Конечно, ты же мой друг.       Теперь улыбка на лице Стэна, кажется, уже не была такой грустной. Наоборот, она приобрела хоть какие-то счастливые нотки. Кажется, его немного воодушевил ответ Кайла, пусть он и был таким коротким.       В этот раз Кайл решил сам задать вопрос Стэну. Было определенно нечестно, что задаёт их только Стэн, а сам не отвечает. Но от этого не сможет отмолчаться: — Но почему ты вдруг с уроков сбежал?       Реакция последовала незамедлительно. Выражение лица марша переменилось вмиг с легкой радости до досады. Оно так и кричало: «Я так и знал, что ты задашь этот вопрос, но лучше бы ты этого не делал». Но Кайлу было ни чуточки не совестно от совершенного им только что. Он выпытывающим взглядом посмотрел на своего друга и ждал объяснений такому провокационному поведению. В прочем, Марш думал над этим вопросом недолго, и через небольшой промежуток времени ответил: — Мне не хотелось никого видеть. Хотелось погрустить наедине с собой. А это место… это лучший вариант для такого.       Он осмотрел окружающее их пространство с некой гордостью в глазах, будто бы всё, что здесь находилось, было его личными владениями, где мог находиться только он и никто больше. Такое объяснение всё равно показалось Кайлу слишком расплывчатым. Ему хотелось конкретики. Но он никак не решался об этом заговорить. Правда Стэн ему и не дал, так как продолжил диалог: — Знаешь, я до последнего не хотел тебе говорить об это месте. А теперь, кажется, что и зря я так долго его скрывал. После признания тебе мне стало как-то легче, — Стэн наблюдал реакцию своего друга, который, кажется, стал постепенно догадываться, что здесь происходит на самом деле, — Я действительно был дураком. Нужно было рассказывать о моих переживаниях тебе, а не надеяться на поддержку от холодных бетонных стен склада.        Стэн повернулся к Кайлу и взял его руки в свои. Надо же, совсем недавно он сидел на асфальте и думал о том, что никогда ему ещё не было так больно осознавать своё существование, а теперь ему казалось вполне легко поделиться своими самыми сокровенными тайнами с лучшим другом. На мгновение он даже подумал, что сможет признаться ему в том, что сам осознал совсем недавно, что заставило его сердце остановиться на полсекунды и излиться кровью от горечи. — Если ты готов меня выслушать, то я откроюсь тебе полностью. Прямо сейчас. Прямо здесь. И пусть нас может поймать охранник, но я должен признаться тебе во всём немедленно. Я устал скрываться и быть слабаком. Пора перестать убегать от неизбежного.       Ошарашенный потоком откровенных слов от Стэна, Кайл стоял неподвижно, а его пальцы боялись даже дотронуться до ладоней Марша в ответ. Что сейчас происходит? В голове Кайла слова Стэна звучали как признание в любви. Он хочет открыть ему свою душу. Он устал скрываться. Эти слова ударяли по барабанным перепонкам с наибольшей силой, чем остальные, и Кайл слышал, как стучит его сердце, слышал этот учащенный пульс, и всё, что он мог ответить Стэну- это лишь немой кивок. Хотя, кажется, парень и без этого был готов говорить.       И Стэн начал. Слова срывались с его губ так быстро, он говорил о своих чувствах так горячо и с усердием, будто бы всё это время он здесь готовил речь, а не рефлексировал с самим собой. Он рассказал о том, что уже давно испытывает тревогу, что потеряет их отношения. Которые для него являются одними из самых важных, без которых он бы просто не смог существовать. И именно из-за этого страха он боялся разговаривать с Кайлом на темы их отношений. Он считал, что эти проблемы не были такими существенными, несмотря на то. что приносили Маршу боль. Именно поэтому он приходил на этот склад и, наедине с самим собой решал всё, как ему казалось, раз и навсегда. Но сам прекрасно понимал, что это не так. И, как следствие, всё это копилось в нём, потому что никогда не получало должного выхода наружу. А ещё и Венди. Венди, которую он так же любил и хотел, чтобы в их отношениях всё было хорошо. Но как всё может быть хорошо. когда твоё ментальное состояние с каждым разом всё хуже и хуже? Естественно, это провоцировало ссоры между ними. Из-за повышенной тревожности он не высыпался. И это приводило к ещё большим проблемам. Стэн часто думал, что его жизнь уже не имеет смысла. Ещё и проблемы в семье навалились. Всё это образовало одну большую кашу из тревог и проблем, что не давала маршу нормально жить. И вчерашняя ссора с Кайлом спровоцировала ссору с Венди, которая стала той самой искрой, которая от фитиля подожгла динамит.       Речь Стэна закончилась, и он глубоко вздохнул, почувствовав облегчение. Кайл всё это время молчал и слушал своего друга. На его лице смешались разные эмоции, от замешательства и задумчивости до самой настоящей грусти и досады. Он не знал, что можно сказать по поводу того, что он только что услышал. Единственное, что у него крутилось в голове прямо сейчас, но что сказать было категорически нельзя: «Ты даже не представляешь, насколько я люблю тебя, Стэн. Я бы принял тебя любым, тряпкой или сильным, не важно, главное, чтобы это был ты».       Не найдясь, что ответить, Кайл не придумал ничего лучше, как обнять своего лучшего друга. Но это явно не было плохим ответом, потому что Стэн охотно ответил на объятия, крепко прижав к себе Брофловски.       В объятиях любимого человека было так уютно и хорошо. Казалось, жизнь Кайла начинала налаживаться.