Карты

Когда они с Эммой вышли на улицу, Норман опасливо осмотрелся. Во дворе уже бегали и играли дети, из-за чего там было шумно. Невольно он поёжился, чуть крепче сжал её руку. Он чувствовал себя некомфортно здесь, но ради неё старался делать вид, что всё хорошо. В конце концов, он не хотел выглядеть в глазах своего любимого ангелочка трусом. Хотя ему, на самом деле, очень хотелось бы вернуться обратно в комнату, закрыться там и спрятаться под одеяло. Он не любил шумные компании: они напоминали ему о прошлой школе. По возможности он старался их избегать, но сюда его позвала Эмма, и потому он просто не смог отказать. Тем более, для него это был просто отличный шанс провести с ней время и ещё больше сблизиться. Вот он и следовал за ней, стараясь не обращать внимание на столь ненавистный ему шум. Пока они шли, Норман заметил знакомое лицо. Он даже нахмурился и помрачнел, когда увидел его. Он хорошо запомнил этого парня. Именно ему Эмма отдавала эскизы для костюмов, именно он был тогда на ярмарке в Хэллоуин. Кажется, его звали Оливер. Норману он не нравился. Он чувствовал, что между ним и Эммой есть какая-то особая связь, и потому испытывал нечто странное, когда видел их вместе. Он и сам не мог объяснить, что это. Просто его сердце болезненно сжималось в груди каждый раз, когда они разговаривали или улыбались друг другу. Даже сейчас, видя Оливера здесь, Норман чувствовал себя отвратительно. Но Эмме ничего не говорил: не хотел лишний раз её беспокоить. К тому же она выглядела такой счастливой, он просто не решился испортить ей настроение. Поэтому ему приходилось страдать самому. — Ох, ну наконец-то ты вернулась. Тебя только за смертью и посылать, — обратился к Эмме Оливер, когда они подошли. После он заметил Нормана, из-за чего заулыбался. — Вижу, вернулась ты не одна. — Тебе просто повезло, что Норман вообще согласился прийти, — Эмма фыркнула и села на траву. Норман робко устроился рядом с ней и обнял её за руку. — А я говорил, — протянул Оливер, блаженно потягиваясь. Она на это лишь махнула рукой и отвернулась. Норман в их разговор не вмешивался, лишь молча наблюдал за ними со стороны. Он не знал, о чём они говорили, но ему это определённо не нравилось. Он видел, как ангелочек хмурилась и фыркала, и потому внутренне злился на Оливера. Ему казалось, будто он её обижает. А он не любил, нет, просто терпеть не мог, когда её обижали. Хотелось поставить этого парня на место, показать ему, что бывает с теми, кто вредит его ангелочку, однако Норман ничего так и не сделал. Всё же он понимал, что ничем хорошим для него это не закончится: Оливер выглядел значительно сильнее, чем он. Да и не хотелось ему расстраивать Эмму. Наверняка она сильно расстроится, если он поссорится с её друзьями. Или, что ещё хуже, вообще начнёт его ругать. Норману не хотелось, чтобы ангелочек его ругала, поэтому он решил не вмешиваться в их с Оливером дела. Вместо этого он лишь продолжил наблюдать за ними, внутренне подавляя дикое желание ударить его. — Ладно, проехали, — спустя недолгую паузу наконец подал голос Оливер. Он перевёл взгляд на Нормана и добродушно улыбнулся. — Слушай, Норман, не хочешь сыграть с нами в карты, а? — он кивнул на колоду карт, лежавшую рядом с ним на траве. — Нет, — холодно отрезал Норман. Его ответ прозвучал так резко, что Оливер даже невольно вздрогнул. — Э, но почему? — обескураженно спросил он. — Я не умею. — Ну так это же совсем не проблема. Мы можем тебя научить. — Всё равно нет. Оливер растерянно почесал затылок и перевёл взгляд на Эмму, словно ища в ней поддержку. Очевидно, он надеялся, что она как-то поможет ему, однако этого так и не произошло. Эмма только неопределённо пожала плечами и усмехнулась. Отчаянно вздохнув, он покачал головой и махнул рукой. Видимо, продолжать спор дальше он был не намерен. Нормана это порадовало: он не хотел тратить время и нервы на подобные глупости. Однако он всё же остался, чтобы посмотреть на игру. Тем более, Эмма после недолгих уговоров согласилась сыграть с Оливером одну партию, и потому ему стало интересно. Хотелось посмотреть, как это всё происходит вживую. Когда он учился в прошлой школе, то часто слышал от одноклассников и ребят постарше о различных карточных играх, но никогда не принимал участие в таких сам. А теперь у него наконец выдался шанс лично увидеть, как именно они проходят. Да ещё и посмотреть на то, как играет его ангелочек. Нет, такое пропустить он просто не имел права. Устроившись поудобнее, Норман стал внимательно следить за движениями рук Джиллиан, которая начала быстро перемешивать карты в колоде. Она меняла их местами так ловко и виртуозно, что он совсем не мог разглядеть их мастей. Но ему определённо понравилось наблюдать за ней. Она делала интересные по его мнению вещи, и потому он неотрывно глядел на неё, желая узнать, что же будет дальше. В какой-то момент он даже забыл о том, что рядом с ним кто-то есть: настолько сильно увлёкся. А вскоре Джиллиан закончила и раздала карты Оливеру и Эмме. Когда всё было окончательно готова, игра началась. Норман напрягся, чуть сжал пальцами свою одежду. По лицам обоих он видел: проигрывать никто из них не намерен. Казалось, он кожей чувствовал повисшее в воздухе напряжение, и потому начал нервничать сам. Но оттого становилось особенно интересно, кто же победит. Ведь, насколько он знал, и Оливер, и Эмма были до чёртиков упрямыми и не любили сдаваться. Первый ход сделала Эмма. Она бросила карту, названия которой Норман не знал, и выжидающе посмотрела на Оливера. Тот подумал немного, а после вдруг ухмыльнулся и сделал свой ход. Судя по её лицу, он отбил её карту. Норман в этот момент сильно напрягся, закусил губу, вцепился пальцами в край своей рубашки. Он нервно поглядывал то на Эмму, то на её противника, ожидая, что же она предпримет. Он не разбирался в картах, а потому не понимал совершенно, что же теперь будет. Эмма же, в отличие от него, оставалась предельно спокойной. Лишь на секунду она позволила себе досадливо скривиться, однако очень быстро взяла себя в руки. Хмыкнув, она бросила другую карту, и уже по лицу Оливера стало понятно: теперь счёт за ней. Так продолжалось ещё какое-то время. Они перекидывались картами, хмурились, фыркали и кривились от досады, пока Норман наблюдал за ними со стороны. Сам он периодически вздрагивал, если видел, что Эмма проигрывает. Порой ему хотелось вмешаться, чтобы хоть как-то ей помочь, но он сдерживал себя. Понимал, что вряд ли сможет что-то сделать, ведь играть в карты он не умел от слова совсем. Поэтому всё, что ему оставалось, — это молча сидеть и смотреть. Лишь изредка он тихонько, чтобы слышала только она, поддерживал Эмму. Говорил, что она справится, что всё у неё получится, что она точно победит. А она слушала его, и его слова, кажется, подбадривали её и придавали ей сил. Это чувствовалось в том, что после каждого маленького проигрыша она не падала духом и лишь усиленнее старалась. Его радовало хотя бы это. Хоть чем-то он смог ей помочь. А потом игра наконец-то закончилась. К огромному разочарованию Нормана, Оливер вышел из неё победителем. Митчелл сильно расстроился из-за такого исхода, ведь он так надеялся, что Эмма всё-таки победит. Он держал за неё кулачки, подбадривал и поддерживал её, но все его старания оказались тщетными. Его ангелочек проиграла этому Оливеру. Норман был настолько огорчён его победой, что ему снова захотелось его ударить. Врезать ему прямо в наглую рожу, так, чтобы он больше не улыбался. Но он понимал, что не может, просто не имеет на это права, поэтому лишь сверлил его гневным взглядом. — Ну вот, опять ты победил, — Эмма отчаянно вздохнула и откинулась на траву. К удивлению Нормана, она не выглядела грустной или рассерженной. Нет, совсем нет, она была… уставшей. Только и всего. — Ну уж извиняй, кто же виноват, что я такой гениальный игрок, — Оливер самодовольно усмехнулся, на что она лишь махнула рукой. — Какой вообще смысл играть с тобой, если ты всё время побеждаешь, — пробормотала она. — Да ладно тебе, весело же, — он улыбнулся и придвинулся к ней, после чего ласково погладил её по волосам. Эмма только недовольно заворчала. Норман в этот момент ощутимо дёрнулся. У него внутри всё сжалось, в груди заныло, заскреблось то самое чувство, что он испытывал ещё совсем недавно. В голове зашумели, зашептали столь ненавистные ему голоса. Он до боли закусил губу, зажмурился. Он уже приготовился к долгому и мучительному приступу, однако наваждение прошло так же быстро, как и наступило. Всё потому, что его отвлёк голос взволнованной Гильды. Она обращалась не к нему, а, кажется, к Дону, мальчику чуть младше него, но ему вполне хватило и этого, чтобы голоса замолчали. Когда они совсем затихли, он с облегчением выдохнул и повернулся в сторону играющих в догонялки детей. Больше он не смотрел на Оливера. Не хотелось словить очередные галлюцинации.

***

— Эмма… — негромко позвал Норман, когда на улице никого, кроме него и Эммы, не осталось. Её друзья ушли ещё полчаса назад, и потому он смог немного расслабиться, но его по-прежнему волновал один вопрос. Он долго не решался задать его, всё собирался с мыслями, а теперь наконец набрался смелости, чтобы спросить. — Да? — Эмма блаженно растянулась на траве и вопросительно взглянула на него. Она ещё какое-то время играла с детьми после того, как Оливер и все остальные разошлись по домам, и потому её волосы были забавно растрёпаны. Норман отметил про себя, что это выглядит мило. Невольно он даже засмотрелся. — Этот парень, Оливер… — выдержав небольшую паузу, наконец начал он. Его голос звучал тихо, неуверенно, пальцами он нервно теребил края своей рубашки. — Я весь день наблюдал за вами, и со стороны кажется, что вы очень близки… Скажи, Эмма, кто он для тебя? — он заглянул ей в глаза, словно желал отыскать в них ответы. Внутренне он надеялся услышать, что они с Оливером просто близкие друзья. — Кто, Оливер? Он мой старший брат, — она улыбнулась и запрокинула голову назад, став разглядывать вечернее небо. — Я с самого детства с ним, вот мы и близки. — Старший… брат?.. — Норман недоумённо моргнул. Он ожидал чего угодно, но такой ответ явно обескуражил его. — Ты никогда не рассказывала, что у тебя есть старший брат… — Ну конечно, мы же с ним не родные, — она тихо рассмеялась. — Оливер так часто спасал мою жизнь, что за всё это время стал частью моей семьи. Поэтому я и называю его своим старшим братом. — Вот как… — он глубоко вдохнул и слегка улыбнулся. На самом деле, такой ответ более, чем устраивал его. На душе сразу же стало как-то легко и спокойно. Ведь это означало, что они с Оливером не любят друг друга как парень и девушка. А значит, он ему не конкурент. — А что? — Эмма снова перевела на него вопрошающий взгляд. — Нет-нет, ничего. Я, это, к себе пойду, а то ужин скоро, — Норман замотал головой и поспешно поднялся с травы. Она хотела ещё что-то сказать, однако он очень быстро скрылся в здании пансионата.