Личный Тони Старк

Венти не был капризным, нет, совсем нет. Каждый божий день он брал на себя ответственность за сотни людских жизней, да и до всей этой истории с суперсилой у него была самая обычная жизнь: учёба, работа и счета за электричество. Так что избалованным он себя точно не считал. Всё дело было в Чжунли. Правда, Венти понять этого не мог, но чем больше он капризничал, дул губы и выкидывал всякие детские глупости, тем больше Чжунли обожал его. Он не видел более счастливого человека, чем Моракс, которому в очередной раз нужно было заплатить за все хотелки Венти. Да, он ворчал, ругался даже немного, но ни разу не отказал, и по спрятанной улыбке было однозначно ясно — ему это доставляет удовольствие. Наверное, с точки зрения психологии это было понятно: по силе они практически равны, да и по интеллектуальным способностям Венти не отставал (конечно, не такой гений как Чжунли, но в гуманитарном секторе разбирался просто отлично, а на фоне его слуха и таланта к музыке заурядная игра Чжунли на рояле выглядела просто жалко), вот и приходилось компенсировать финансами. А финансов у Чжунли было, пожалуй, слишком много. Он буквально мог бы купить себе четверть материка со всеми предприятиями и строениями на ней, если бы закон позволил. Но такое было запрещено, так что Чжунли довольствовался своей коллекцией машин, на половине из которых не ездил ни разу, пожертвованиями в фонды и обеспечением Венти всеми благами современного общества. Под всеми он имел в виду буквально всё, что только было можно достать. У него даже была штука для сахарной ваты, а ведь Венти просто в парке сказал, что она выглядит забавно. Не было только одного: внимания. Да, сложно Чжунли за это винить, он просто не понимал, что нужно что-то кроме огромной суммы, которую он был готов выделить в любой момент, его так вырастили. Но Венти всё равно немного винил. Ну, совсем чуть-чуть, больше обижался, а потому старался привлечь внимание. Всеми доступными способами. — Я настолько красивый, что хочу сам с собой встречаться, — вздыхает, падая спиной на кровать. Комплексов по поводу внешности у Венти не было никогда, даже в самые тёмные времена пубертата. Всё просто, он лапочка. Он красивый и милый, у него мягкие волосы, большие глаза, стройное телосложение, очаровательные — не слишком заметные, но и не бледные — веснушки и предостаточно самоуверенности, чтобы притягивать других людей. Листает пальцем фотографии в своём телефоне, внимательно разглядывая каждую деталь. Потрясающе. Эротично, но не слишком пошло. Со вкусом. Он точно знает, Моракс без ума от его шеи (видимо поэтому это один из немногих прикрытых участков на его костюме. Временами Чжунли ужасно жадничал), так что всё же возвращается к одной из фотографий, с мечтательным вздохом глядя на свои ключицы и мелкие родинки. Как же он завидует Мораксу, тот может целовать всю эту красоту. Если Чжунли после такого не сделает ему предложение и не подарит личный самолёт, Венти такие отношения не нужны. Переворачивается на живот, с усмешкой печатая «удачного рабочего дня» и отправляет, с интересом наблюдая. Ага, рабочего, Венти всё сделает, чтобы Чжунли думалось совершенно не о работе. Если это не подействует, то в арсенале есть совсем тяжёлая артиллерия: фотографии, где видны крылья. Странно, конечно, но иным словом, как фетиш, Венти это назвать не мог. Чжунли обожал его крылья: водил пальцами по хрящам, зарывался в мягкие пёрышки, а если уж ему предоставлялась обнажённая спина, то от зоны лапчатку он оторваться не мог минут по двадцать. Место это было чувствительное, так что Венти особо не сопротивлялся, но иногда Чжунли прямо так срывало крышу, что он своими вылезшими клыками мог впиться в кожу. Кстати, все эти странные мутации оставались загадкой. Вернее, Моракс там пытался как-то разобраться, делал кучу генетических тестов, и, да, там нашли новый ген, вот только, ну, совсем новый. Настолько новый, что его предпочли пока не исследовать. Потому что взаимосвязи не было, просто семь людей в один момент вдруг получили силу: Венти рухнул посреди поля, отойдя от автобусной остановки во время школьной экскурсии, Чжунли потерял сознание на интервью, Эи отключилась в своей квартире (просто потому что предпочитала никуда не ходить), Мурата — на спецзадании. Все ели разную еду, все были в разных местах, никто даже знаком друг с другом не был. Единственная зацепка: странное явление в тот день. Словно падающая звезда пролетела над материком. Вопреки ожиданиям, это был вовсе не комета и не осколок метеорита, сгорающий в атмосфере. Просто какой-то космический объект пронёсся и исчез из поля наблюдения. Вот только никто из семи этого не видел, да и почему именно эти люди? Странно, короче. Но Венти разобраться не особо стремился, просто принял, что теперь ему нужно после универа бежать спасать жизни. Да и появление парня в принципе скрашивало страх от непонимания собственного тела и личности. А непонимание там было ой как много: куда исчезают крылья, когда он их складывает, почему именно крылья, что значат появившиеся знаки на теле? Но он хотя бы был собой. А вот Чжунли, стоило золоту в жилах подобраться поближе к голове, терял контроль, становясь куда более резким и грубым. Временами это было горячо, даже очень, но точно не когда Венти первый раз увидел, как разверзлась земля. В любом случае, крылья выглядели потрясающе. Как и весь Венти. И не особо-то он скрывал своё удовольствие от обожания Чжунли. «Дорогой, я уеду на несколько дней, работа. Нет времени посмотреть, что ты отправил, извини» А вот это на обожание было мало похоже. Венти хмыкнул, нахмурившись. Он не капризный, нет. Но Чжунли любит его капризы. — Здравствуйте, я по поводу вашего предложения о сотрудничестве, — откашливается, стараясь говорить ровнее и чуточку ниже. Как обычно говорит Барбатос. — Но у меня будет парочка мелких условий. Встретимся, чтобы обсудить?

***

— Господин Чжунли, хотите пообедать, пока летим домой? — стюардесса вежливо остановилась около места мужчины, надеясь, что не отвлекает того от пятиминутного созерцания стены. Так хотелось обнять Венти и лечь с ним спать часов на тридцать. — И вы просили напомнить вам ответить на важное сообщение. — Спасибо огромное, я и правда забыл, — за эти дни, что он почти не спал, он даже минуту не смог выделить, чтобы ответить Венти. Он точно обиделся. Улыбка невольно трогает губы. — Пожалуйста, закажи мне домой доставку цветов, желательно побольше. И тот браслет, всё в красивой подарочной упаковке. — Очередная побрякушка за миллионы? — а вот и причина внезапного отъезда Чжунли: Эи нужно было слетать в другую страну по поводу засекречивания некоторых дел, к которым имели отношение Архонты. А так как представителем их организации всё же был Моракс, его просто затащили в эту круговерть подписей и бюрократии. — Не перебарщиваешь с подарками? Парень-то мелкий, а уже наглый: крутит тобой, как душа пожелает, а ты и рад. — Думаешь? — ну, временами он был и правда немного слишком щедр, но ведь это всё ради Венти, да и неоднократно он убеждался, что тот с ним вовсе не из-за денег. Хотя, здравая мысль в словах Эи есть. — Ладно, ты права. Цветы, наверное, лишние. — А потом он удивляется, что его миленький ангелочек снимается во всякой непотребщине, — Эи фыркает, но вдруг перестаёт быть такой смелой и дерзкой, стоит стюардессе заговорить с ней. Ну почему к её немного асоциальной личности относятся без должного уважения и постоянно пытаются начать общение. — Ты о чём сейчас? — Чжунли удивлённо приподнимает брови, поворачиваясь к спрятавшейся от общения коллеге. — Ты не видел? У тебя доступа к интернету нет что ли? — усмехается, быстро печатая что-то на своём компьютере и протягивая его впавшему в лёгкий ступор мужчине. — Я не в особом восторге от мужского тела, но тут вынуждена признать: чертовски горячо. Чжунли с первых секунд понимает, что это Венти. Вот его любимая родинка под правым ребром, вот плавный изгиб талии, вот сухой живот с видным под кожей рельефом достаточно сильных мышц. Венти абсолютно точно раздет. Да, не видны… интимные части, но Чжунли чётко различает уходящие вниз косые, кости таза и сужение около паха. Камера скользит вверх, вслед за рукой Венти, чертящей линию вдоль своего тела. Его костюм… он надет, но не разблокирован. То есть на Венти буквально только тонкая полоска металла, начинённая сложнейшими технологиями, и прикрывающий голову капюшон, который, тем не менее, не мешает любоваться длинной шеей. Да, это красиво. Нет, не просто красиво. Это то, как Чжунли бы описал сексуальность, если бы его попросили это сделать. Абсолютно всё: плавные движения, сухость подтянутого тела и мягкость некоторых его изгибов, простота наготы и бесконечная сложность анатомии. Девушка на фоне видео болтает что-то про естественность, но разве хоть один человек смог бы слушать? На экране Венти запрокидывает голову, так его кадык теперь особо чётко виднеется, двигаясь, от чего по светлой коже под жёстким освещением бегут тени. Камера заезжает за спину, спускаясь вдоль острых лопаток к основанию расправленных крыльев. Чжунли сглатывает, отводя глаза. Он обожает это тело каждой частичкой своей души. Но какого чёрта это видео не просто у него в личных сообщениях? Какого чёрта дальше идёт информация о поддержке какого-то там проекта и непонятные ссылки? Это ведь его Венти. Его красивый парень, чьей красотой он любуется каждый день. Не общий, его собственный! — Моракс, контролируй свою ревность, — Эи отворачивается к окну, учтиво не смотря на золотистые жилы, выступившие на руках мужчины. Явно начал злиться. — Разбирайся со своей зазнобой, он бы не выкинул это просто так. Чжунли и сам знает. Венти снова выкидывает очередную пакость, желая быть сначала поруганным, а затем, похлопав глазками и, если придётся, крыльями, вымотанным в чужой огромной постели. Чжунли эту схему заучил. Открывает переписку со своим парнем. И тяжело вздыхает, опуская лицо в ладони. Теперь всё ясно как белый день: он посмел проигнорировать фотографии Венти. Не просто проигнорировать, а даже не посмотреть их. Что ж, теперь весь мир может увидеть что-то примерно такого же содержания. — Эи, просто пожелай мне удачи, — вздыхает ещё раз, едва ли не плача от странности и безвыходности всей ситуации.

***

Венти абсолютно точно знает, что Чжунли видел тот ролик. Понимает это буквально по его шагам, нервным и торопливым. А потому принимает самую непринуждённую позу на свете, будто бы нечаянно скидывая с ног одеяло, чтобы было чётко видно: он в одной рубашке Моракса. Пусть попробует его отругать, когда Венти одет в это. — Какого чёрта? — ой как грубо. Хихикает незаметно, удивлённо глядя на появившегося в двери мужчину. — Венти, нельзя такое вытворять! Даже на зло мне. — Что? Ты о чём? — невинно хлопает глазками, откладываясь книгу, которую и не читал вовсе, а просто взял в руки для наигранного равнодушия. Золотые жилы Чжунли поднимаются выше, уже выглядывая из-за ворота его пиджака. — А, ты про тот социальный ролик? Чудо, да? Здорово, что люди поднимают вопрос естественной красоты и натуральности. Хотя, легко его поднимать, если в кадре я. — Венти, это чёртова эротика, — буквально камера на сантиметр вниз, и это видео отправилось бы в раздел «порнография» с чёткой пометкой «18+». — Зачем ты это сделал? — Ну моё тело стало ещё лучше от хорошего питания и правильных нагрузок, и мне нужен был чей-то комплимент, а ты молча уехал и даже не удосужился посмотреть фотографии, — говорит будничным тоном, словно про погоду, но Чжунли на сто процентов знает, что сейчас он готов закипеть как чайник. — Вот я и решил, что получить комплименты от тысяч людей будет намного лучше, чем ждать реакции кого-то, кто совершенно меня не ценит. А на руке ведь поблёскивает заказанный Чжунли несколько часов назад браслет. Даже не пытается сделать вид, что не принял подарок и обижен серьёзно. Просто веселится и вредничает. Ладно, в любую игру можно играть вдвоём. — Хорошо, сейчас я куплю права на это видео, конечно, его уже видели, и удалять нет смысла, просто я хочу быть владельцем, — с максимально спокойным лицом просит умного ассистента соединить его с руководителем этого социального проекта. — А потом у тебя на теле останется столько… следов, что никогда в жизни в подобном не сможешь сняться. — Да, эти ребята идейные, они так просто не отдадут тебе своё творение, — а сам почти что смеётся, специально выпрямляясь и потягиваясь, чтобы не застёгнутая до конца рубашка оголила ключицы и плечи. Провокатор. — У всего есть цена, — уж кто-кто, а Чжунли о деньгах знал абсолютно всё. Да и разве могут они не продать права? Вся прибыль им, видео тоже останется нетронутым. Тут ведь просто принцип обладания. Наконец начинается гудок, ему не в первый раз проворачивать подобное, даже спокойно как-то, волнует разве что полуголый Венти в их кровати. И мобильник парня, что начинает звонить. Венти хмыкает, лениво переворачивая его экраном вверх, а потом отвечает на вызов, медленно поднося к уху. — Видите ли, господин Чжунли, я немного обогнал вас, — голос звучит сразу из двух мест, и от этого голова немного гудит. — Я уже успел купить право на интеллектуальную собственность. Это теперь мой проект. — И что ты хочешь? — потому что без какой-то конкретной цели Венти не затеял бы этот спектакль. Да, он временами ведёт себя по-детски, но в этой крашенной голове едва ли не больше мозгов, чем у Чжунли. — Хм, что же я хочу? — прикладывает палец к подбородку, словно не продумал уже всё давным давно. — О, точно! Ты проводишь две недели рядом со мной. Двухнедельный отпуск, если можно так сказать. Никаких исчезновений из-за работы, никаких отговорок. — Но у меня работа, — на Чжунли смотрят как на последнего идиота, и он отводит глаза, делая шаг в сторону кровати. — Я не могу просто пропасть на четырнадцать дней. — Знаешь, у этого фильма есть потенциал на конкурсе любительских короткометражек, — тянет, словно и правда листает в телефоне конкурсы, а не просто новостную ленту. — О, ещё можно на социальный конкурс отправить, или выложить на донатные ресурсы, а собранные средства отправить в фонды, или… — Я понял, — у него с самого начала не было другого варианта, кроме как принять все условия и сдаться. Проиграл в этой битве. — На две недели я полностью твой. Мой час стоит примерно миллион, так что, считай, я заплатил тебе триста тридцать шесть миллионов. Только головой качает, прося голосового ассистента отменить все его встречи в эти дни. — Какие миллионы, дорогой? — Венти усмехается, победно, но нежно глядя на Чжунли. — Я только что получил нечто бесценное.