Что за странное чувство.

Для Тачибаны многие стали как открытая книга: она понимала людей и легко читала их мысли, чувства, даже скрытые мотивы. Но был один человек, который оставался для неё загадкой, — Санзу. Парень со шрамами, что пересекали не только его лицо, но и, казалось, сердце. Его душа была спрятана за толстой стеной, которую он не позволял никому пробить. Хината знала его репутацию. Прямолинейный, громкий, иногда пугающе резкий, Санзу демонстрировал безжалостность и психопатические наклонности. Его фанатичное преклонение перед Манджиро поражало её больше всего: для Санзу Майки был не просто другом или лидером — он был его «королём». И это преклонение делало его ещё более опасным. Особенно её интересовали шрамы. Эти глубокие отметины, будто оставленные самой жизнью, не давали ей покоя. Как он их получил? Как он выглядел без них? Иногда она ловила себя на мысли, что пыталась представить его лицо, лишённое этих линий боли. Однажды она осмелилась спросить его об этом. Но её попытка чуть не закончилась трагедией. Санзу вспыхнул, его взгляд стал холодным, как лезвие ножа. Коко и Риндо вовремя вмешались, уводя его от конфликта. Этот инцидент стал для Хинаты уроком: некоторые вопросы лучше оставлять без ответа. --- Поздно вечером Хината сидела на кухне, укутавшись в тёплый плед, и пила чай. Дом был тих — каждый был занят своими делами. Девушка наслаждалась этой редкой минутой покоя, пока не услышала шаги. Они звучали тяжело, словно шли не ноги, а чугунные гири. Она обернулась к дверному проёму и застыла. В комнату вошёл Санзу. Его вид был... странным. Глаза слегка затуманены, движения немного неуверенные. Он явно был под воздействием веществ. Хината знала, что лучше бы ей не привлекать внимания. Она попыталась остаться незаметной, но Санзу всё равно посмотрел на неё. Вместо того чтобы что-то сказать или уйти, он молча подошёл и сел напротив. — Санзу? — нерешительно позвала она. Его взгляд был тяжёлым. Словно он нес на своих плечах невидимую ношу, слишком тяжёлую даже для него. — Забавно... Тебе кажется, что я жалок, да? — его голос прозвучал резко, но не агрессивно. — Нет, Санзу, я так не думаю, — твёрдо ответила Хината, стараясь скрыть дрожь в голосе. Он усмехнулся, но в его взгляде не было и тени улыбки. — Ладно, если я отвечу на то, что тебя мучает, ты оставишь меня в покое? Он знал что этот вопрос очень беспокоил её Она кивнула. Санзу тяжело вздохнул и начал говорить: — Эти шрамы... я получил их в детстве. Меня обвинили в том, чего я не делал. Знаешь, как это? Когда тебя наказывают за чужую ошибку? — Тебя обвинили? В чём? — Хината не могла удержаться от вопроса. — Это не важно, — его голос стал отстранённым. — Просто так вышло. Один человек совершил ошибку, а наказали меня. За его действия я расплатился вот этим, — он провёл пальцами по шрамам на лице. Его движение было медленным, словно он чувствовал эту боль до сих пор. — Что ты тогда чувствовал? — вырвалось у неё прежде, чем она успела остановиться. — Злость. Чистую, выжигающую злость. Хочу стереть этого человека с лица земли. До сих пор хочу, — его пальцы скользнули по поверхности стола, оставляя невидимые линии. — В детстве я пытался это подавить. Не получалось. Как ни старайся, ты не можешь закрыть глаза, когда тебя унижают. Хината слушала, затаив дыхание. Ей было искренне жаль его. В его словах звучала боль, гнев и... какая-то глубокая усталость. — Не бери это в голову, — вдруг бросил он. — А? — она моргнула, выныривая из своих мыслей. — Это было давно. Тебе всё равно не понять. Теперь ты довольна? — Да... Спасибо, Санзу. Он взглянул на неё, усмехнулся и добавил: — Ну и рожа у тебя кислая. Улыбнись хоть. Мы же не на похоронах. Хината растерялась. Она не ожидала такой фразы, но улыбнуться всё равно не смогла. — Ты странная, конечно, — протянул он, вставая из-за стола. Он уже направился к выходу, когда девушка вдруг произнесла: — Спасибо, Санзу... Если захочешь, можем как-нибудь ещё поговорить. Или куда-нибудь сходить. Парень обернулся, его взгляд задержался на ней чуть дольше, чем обычно. — Ты и правда странная, — тихо ответил он, ухмыльнувшись. — Но хорошо. Он ушёл, а Хината осталась сидеть в тишине. Её мысли вертелись вокруг его слов, его шрамов и того, что скрывалось за его ухмылкой.