Есть ли в этом смысл?

      Ночь.       В комнате раздаётся тихий скрип от покачивания кровати. Хрупкое, маленькое тело вжимают в кровать. Сильные руки слегка сдавливают шею мальчика, делая все попытки закричать тщетными. Лицо скрыто подушкой, маленькие кулачки сжимают одеяло всё сильнее с ускорением темпа толчков.       Один, два, три…?       Когда же это прекратится?       Нет не единой детали, которая могла переместить разум в отдалённое место. Не за что было зацепиться из всех воспоминаний. Все они были отвратительными.       Так ли хорошо иметь подобную память?       Запоминать каждое событие вплоть до мелочей, вплоть до испытываемых ощущений. Подобные воспоминания лишь губят, они не дают прожить этот отрывок времени и оставить в прошлом. Они будут с тобой всегда, воспоминания буквально въедаются в твой разум, искажая мировоззрение и идя вместе с тобой по жизни. Они уничтожают тебя изнутри, превращаясь в психологические травмы.       И вновь этот сон.       На протяжении большого количества времени блондину являются одни и те же воспоминания.       Одни и те же люди.       Одни и те же муки.       Жизнь однообразна даже в проявлении жестокости.       Какая жалость, даже здесь нет никаких интересных и цепляющих моментов.       Тлеющий окурок полетел вниз. — Ворон с переломанным крылом, — Растянул блондин, — Это будет интересно, — Или, как минимум, разнообразно.

***

— Скажи, кто твой король? — сквозь зубы процедил Морияма. Рука на затылке сильно сдавила волосы, резко оттягивая их назад. — Эра королей сошла на нет. Возможно ты до сих пор в безпамятстве Лже-Дмит-рий первый? — Протянул Нат. И в который раз он про себя проклял вспыльчивый характер, доставшийся ему от отца. Было бы у него хоть кап…       Удар.       Боль от удара распространилась по всей голове, начиная от виска и заканчивая челюстью. Голова стала невыносимо тяжёлой, все мысли запутались в один комок. Натаниэль выпал из реальности, погружаясь в отдалённый угол своего подсознания, позволяя делать со своим телом, что вздумается.       Он не сломается.       Пока есть Жан, Нат был готов являться опорой, как в эмоциональном плане, так и в физическом.       Он и раньше переживал подобное. Что ему мешает пережить это вновь? Пока он глубоко в подсознание, боль чувствуется лишь отдалённо, нереально.       Послышалось, как расстегивается чья-то ширинка.       Всего за один миг одежда Ната была разорвана в клочья.       Щелчок.       Наручники закрылись.       Бежать некуда. А было ли хоть раз наоборот?       Нет…       Птица в клетке привыкла к человеку, такому веселому, доброму и фальшивому. Какого смотреть на улицу из своей вечной тюрьмы? Какого понимать, что ты будешь сдерживаем до конца своей жизни, пока другие птицы порхают на воле, заводят семьи с уютным гнёздами. В то время, как твоё гнездо — это тюрьма, твоё безнадёжное заточение.       Средь золота и достатка, но за отсутствием свободы.       Чёрт.       Больно, больно, больно…       Его словно щипцами доставали из собственного подсознания. Боль прошлась от нижней точки туловища до живота, после обратно. И вновь до живота… И обратно… Сколько так продолжалось? Нат точно не знал и не хотел об этом знать.       Это отвратительно. — Ну что Веснински, кто твой король?! — Пропел над ухом Рико, — Отвечай блять, — Резко схватив за волосы, Морияма со всей силы ударил о быльцу кровати, вмазывая лицо Натаниэля, как массу для лепки.       Вот только от неё не слышится характерный для травм костей хруст.       Челюсть пронзила невыносимая боль, резко передав сигнал, мозг не мог выдержать подобной болевой нагрузки и мир постепенно застилал туман пустоты или его собственной души, неждавшей от людей ничего положительного… ?       Руки, они впиваются в кожу, нанося дополнительные увечья. Прикосновения обжигают кожу своим отвратительно подтекстом. Рука плавно проводит по шее, слегка поглаживая, лаская.       Отвратительно.       Будь он не достаточно упрям в своём желании показать превосходство и силу, он был бы сломлен до конца. Если он это не перенесёт, то достанется Жану… Нат не допустит этого…       Ни за что.       Могло быть и хуже, нужно лишь перетерпеть это ещё раз. Он пока не в силах дать отпор, основанный на более высоком статусе.       Ещё год, лишь год. Один гребаный год.       Он сможет, он сможет, он…       Какого?!       Нож, чёрт. В него вошёл нож. — Вот теперь это не так скучно, неправда ли принцесса? — прорычал Рико, наблюдая за выдавшейся картиной со стороны. Он стал слишком схож с монстром. Его ухмылка была подобна Ему. Руки были спокойно опущены вдоль тела.       Нат содрогнулся от боли и страха перед чудовищем.       Он позволил ублюдку вкусить его страх и мучения. Теперь Морияма знал на что надавить, чтобы получить желанные эмоции страха и полной обречённости.       Теперь он знал это и Натаниэль от этого не был в выигрыше.       Вот бы сбежать, куда нибудь далеко, где есть его семья. Он, Жан и чёртов Дэй, возможно кто-то ещё?..       Жить обычной жизнью, но у него нет абсолютно ничего. Да и если было бы…       Есть ли в этом смысл…?