Гигиеничка, снитч и родинки

Октябрьский ветер пробирает до костей. Кусается. Гермиона шмыгает носом, топчется на месте с ноги на ногу. Обдувает ладони. Матч только начался. Она вообще не хотела идти. Правда не хотела. Но как же ее вело сюда. Как же ей хотелось взглянуть хотя бы на мгновение. Вскинуть голову вверх, уловить быстро движущуюся фигуру на метле и просто запомнить его выражение лица, с которым он летает. Ее щеки красные. От холода и стыда. Хорошо, что ее не рассекретят, если увидят. Ведь совершенно точно хочется оставить в тайне эту свою неосторожность. Свою неосторожность влюбиться в Малфоя. Она еще теплит себя надеждой, что именно «влюбиться» в будущем времени. Что сейчас Гермиона просто смотрит. Просто ловит взглядом его прищуренные глаза, его форму, взмокшую от пота на спине. Его порозовевшие щеки. И то, как челка порывом ветра зачесывается назад, открывая его волевой лоб. — Ты всё-таки пришла? Она вздрагивает от неожиданности. Потому что не думала, что ее здесь кто-то найдет. Ведь она пряталась под трибуной, глядя на игру через деревянные сваи. Теодор ровняется с ней рядом, опирается плечом о столб, глядя вверх. Он выглядит точно так же, как сегодня утром в библиотеке — расслабленным. Она всегда поражалась этой его черте. Никогда не видела, чтобы Нотт был в другом состоянии. Вежливый, общительный, спокойный. Из всех Слизеринцев она могла общаться только с ним, ведь он сам шел на контакт. Просто месяц назад, подойдя к ней в библиотеке и сев напротив, предложил готовиться к выпускным вместе. — Ты будешь готовиться сначала года? — спросила его тогда. — Хочу сдать на отлично. А ты? Он еще спрашивал? Гермионе потребовалось некоторое время свыкнуться с тем, что, порой идя на завтрак и случайно встретив Драко и Тео в коридоре, второй всегда здоровался первым. Порой даже бросал друга и сопровождал Грейнджер до большого зала. Малфой шел рядом, как молчаливый спутник. Она смущалась, когда неспециально задевала локтем руку Драко, а тот переводил на нее взгляд, не выражающий абсолютно ничего. Наверное это ее зацепило. Его холодные серые глаза, в которых что-то читалось, чего она не могла распознать. — Пришла поболеть за друга? — Тео возвращает ее в реальность. — Поттер сегодня в ударе. Она быстро кивает головой. Соглашается. Кусает сухие губы, чувствуя привкус крови. Совсем растрескались. — Тебе нравится, как он играет? — неожиданный вопрос ее озадачивает. — Да, он молодец. Ей хочется уйти, но вот так бросать Нотта здесь, словно она чего-то испугалась, было бы ошибкой и неправдой. Тео не докучал ей. — Заметил, — неоднозначно вновь говорит он. — А ты почему не поднимаешься к себе на трибуну? — она смотрит в его профиль, ловя себя на том, что вновь пересчитывает его родинки на щеках. Слева три. На правой щеке пять, но совершенно крошечных. Соедини их чернилами, наверняка можно понять, какое созвездие получится. — Зря ты пришла, — он отталкивается от столба. Смотрит вниз нахмурившись, вытаскивая руки из карманов. Его кулаки сжаты. — Что, прости? — ее настораживает. Таким он никогда не был. Теодор Нотт спокойный. Всегда спокойный, но сейчас в нем словно что-то щелкнуло. Он поворачивается к ней лицом, подходя ближе, на расстоянии вытянутой руки. Смотрит прямо в глаза. Молчит. Разглядывает. — Неужели ты не поняла? — говорит он. — Даже с высоты он тебя не замечает и не видит. Хотя может увидеть крошечный снитч на расстоянии десятков метров. Гермиона сглатывает. Опять кусает губу. — Салазар! — он ругается, разрывая зрительный контакт. Сдавливает пальцами переносицу. — Прости. И спустя пару секунд его лицо вновь приобретает то же спокойствие, что и всегда. Он улыбается. Как-то по-другому. Тяжелее. Тянется к карману, доставая маленькую гигиеничку. Он позволяет себе подойти еще ближе. Вытянуть руку и коснуться восковым кончиком помады ее сухих губ. — Ты все их покусала, — говорит он, аккуратно растирая помаду. — Держи. Его теплая рука берет Гермиону за ладонь, вкладывая гигиеничку. — Есть ли шанс, что ты перестанешь смотреть вверх и начнешь смотреть на того, кто перед тобой? Грейнджер раскрывает рот, чтобы что-то ответить. Но свисток судьи и дикий шум толпы глушат все вокруг. Снитч поймал Малфой.