Забавы для Кощея

Весело звеня подковами, в вихре пыли в деревню ворвался молодой гонец. Пронесся, словно ветер, по главной улице, остановился лишь на площади у рынка. Конь его разгоряченно прял ушами, бил хвостом; гонец, опустив поводья, сидел верхом, ждал, пока люди вокруг соберутся. Не прошло и четверти часа, как набежала толпа на площадь: бабки да деды, что на лавках под заборами сидели, дети малые, ватагой по деревне носившиеся, да девки молодые незамужние в платках нарядных да праздничных. Оглядел гонец толпу, усмехнулся да подбоченился. – Долго же вы собираетесь, долгонько! – воскликнул, будто бы сердясь. – Не весь же день мне туточки дожидаться, у меня, может, много еще дел других важных! – Да полно тебе, Елисей, – забурчал какой-то дед из толпы. – Знам мы тебя, хвастуна. Токмо и горазд, что на кони скакать по огородам. Кажи давай, что у тебя в бумагах написано. У нас, мож-быть, тожа дел важных кучами. – Не слушай его, Елисеюшка, – захихикали девицы. – Мы-то тебе завсегда рады! Заглядывай на обратном пути, пойдем с нами в поле цветы собирать! – А ну, замолкли, девки окаянные! Давай, Елисей, рассказывай! Неужто князь новые подати назначил? – Некогда князю про подати думать, – фыркнул Елисей. – Занят он. На той неделе Горыныч столице огнем грозил, на этой неделе внучку замуж выдает… – Значитца, точно подати. Ни разу ищо война иль свадьба без лишнего злата не обходилась, – пробурчал тот же дед. Елисей насупился. – Что ж вам, дед Бажен, заговоры со всех сторон мерещатся! Я-то сегодня просто почту привез, а вы «подати, подати»! Хотя это и не почта, а так, объявленьице, чтобы на столбе вывесить. – Ну дык и читай, объявление тое, пошто нам к столбу тому ходить! Все ровно бестолочь какая написана. – И вовсе не бестолочь, – обиделся Елисей, который текст по заказу сам писал. – Слушайте же, да поеду от вас, надоели! Итак… «Для помощи в важном деле требуются молодые люди статного телосложения и богатырской силы количеством не менее трех душ. Оплата золотом, условия оговариваются по прибытию. Еда и ночлег предоставляется». Подпись: Кощей. Народ отпрянул, загомонил, заплевался. – Тьфу ты! Вот же Кощей, ирод проклятый! Ишь, чего удумал! – А что удумал-то? – к толпе подошли пятеро молодцев. – Да ясно дело, недоброе замыслил что-то! – выкрикнула баба Бояна. – Ну что ж вы так, бабушка, – нахмурился старший из пятерых. – Разве ж можно так говорить, коли ничего такого написано не было? Вдруг и правда помощь нужна доброму человеку, а вы… – Да не человек он, а Кащей! – рассердилась старушка. – Ну, хорошо… Я, говорю, доброму Кащею помощь может, надобна, а вы… Баба Бояна затопала ногами. – Да не добрый он, а злыдень и душегуб! Пойдете к нему в замок, смертью лютою погибнете! – Мы, конечно, сами не местные, – нахмурился молодец, – многого не знаем, что тут у вас да как, но коли человеку – иль не человеку, помолчите, бабушка! – помощь надобна, то мы, как вольная дружина, не можем мимо пройти и в беде страждущего бросить! Гонец, давай нам сюда свою бумагу, да дорогу разъясни! Мы пойдем к Кощею на помощь! – Ой, дурак, – баба Бояна схватилась за сердце. – Помрете, погибнете, соколики! Знамо всем, что Кощей – нечисть бессмертная, с ведьмами да лешими дружбу водящая! Съедят вас, зажарят заживо, только косточки в болото выкинут! Тут уже и девки молодые заломили руки белые и в плач ударились, скорбя о таких красивых молодцах, деды кулаками затрясли, о кощеевых преступлениях наслышанные. – А ну цыц, людье суеверное! – прикрикнул на них Елисей, да к пятерым молодцам повернулся. – Был я у него в замке давеча, ни черепов с костями, ни иных злодейств не видывал. Вот карта, к объявлению прилагается. Ни пуха, ни пера! – К черту, – хором отвечали пятеро молодцев, да рассмеялись заливисто. – Ясен пень, к черту, вы ж туда и собираетесь! – пробурчал дед Бажен, да только его уже никто не слушал. *** К вечеру добрались молодцы до кощеева замка. Шли они и через болото топкое, и на распутье четырех дорог стояли, и мимо церквей разрушенных брели – и нигде зла или нечисти какой не встретили. Улыбались ребята радостно: все сомнения, ненароком в души их закравшиеся, не нашли подтверждения. Стукнули они в двери замковые, да распахнулись они перед ними. Вошли во двор молодцы, огляделись – чисто, зелено, просторно. Посреди двора пруд с берегами песочными, вокруг цветы цветут да пчелы мед собирают. Благодать и красота! Вдруг выкатился на ступеньки клубочек ниток красных закрутился на месте, заподпрыгивал. Переглянулись молодцы, да шаг вперед сделали; а как только с места сдвинулись, так и покатился клубок внутрь замка, словно дорогу им указывая. Пошли ребята за ним смело, любопытством полны – не каждый день волшебную вещицу встретить доводиться. Шли они по лестницам и коридорам пустынным, пока не пришли в главную залу. А посреди зала того стоял длинный стол из беленого дерева, яствами уставленный, а во главе стола сидел на троне каменном, стало быть, сам Кощей. Был он худ, высок и, несмотря на возраст, телом статен и лицом красив; черные одежды шелковые облегали его, как вторая кожа, а плащ парчовый, брошью красивой заколотый, на плечах лежал, словно королевская мантия. На голове сверкала золотом тиара изящной работы, а пальцы длинные, тонкие перстни украшали самоцветные. Глаза его зеленые горели колдовским огнем, пленяя и зачаровывая. И встал Кощей, и заговорил голосом глубоким да приветливым. – Добро пожаловать! Проходите, гости дорогие, угощайтесь после дороги долгой! Благодарю вас, что на зов мой откликнулись; подходите, присаживайтесь. Я – Кощей Бессмертный. Рад вас привечать. – И вам доброго дня, мил человек! – поклонился ему старший из молодцев. – Мы – вольная дружина, никогда не проходим мимо беды человеческой. Меня зовут Светозар, а это товарищи мои: Горислав, Ратибор, Могута и Пересвет. Благодарим за радушие. – Ой, бросьте, не стоит благодарностей, – махнул рукой Кощей, садясь на место. – Оставьте церемонии, проходите, проходите. Угощайтесь, а то суп из фазанов остывает. За едой поговорим. Подошли молодцы к столу, стали рассаживаться. Ели и пили с удовольствием, а Кощей наблюдал за ними и молча усмехался. Когда наелись и напились молодцы, махнул Кощей рукой, и как по волшебству, все яства со стола пропали, а кубки золотые да вино красное появилось. – Ладно, а теперь перейдем к условиям, – заговорил Кощей, вставая с места. Пошел вокруг стола, своей рукой вино в кубки наливая. Сел обратно, на молодцев посмотрел придирчиво. – Помощь ваша нужна мне в деле важном, но довольно личного характера, – произнес Кощей задумчиво. – Поэтому первым делом слово с вас взять хочу, что о деле этом никто не узнает из других людей, ни единого словечка. – Конечно, обещаем, – склонил голову Светозар. – Мы не из болтливых. Правда, ребята? – Разумеется, – прогудел Могута, любуясь кубком золотым. – Мы ж не бабы какие, сплетничать на базарах. – Да и помощью своей только пустобрехи бахвалятся, – важно закивал Ратибор. – Нам этого не надобно. – Вот и славно. Значит, за тайну можно не переживать, – в голосе Кощея послышался смех. – Пейте же вино, пейте. Итак, заняты мы будем дня два, не меньше, а на третий утром уже сможете в обратную дорогу пуститься. Заплачу сразу же, чтобы ненароком не забыть. Вот ваша награда. Перед каждым молодцем появилось на столе по мешочку с золотом. Не веря глазам своим, Пересвет открыл мешочек и высыпал на ладонь горсть золота. – Да этого ж много, господин Кощей, – сдавленным голосом проговорил Светозар. – Полно вам, – отмахнулся Кощей. Засунув руку в карман плаща, он вытащил еще одну горсть золота. – У меня его предостаточно, мне столько и за всю жизнь не истратить, – лукаво улыбнулся Кощей, пропуская монеты сквозь пальцы. Засмеялись молодцы, золотым блеском зачарованные, а Светозар, сам того не ожидая, залюбовался чужими пальцами, в черные перчатки затянутыми. Спохватился, глаза отвел, уставился взглядом смущенным в стол перед собой. Заприметив это, Кощей довольно усмехнулся, бросил монеты на стол и хлопнул в ладоши. – Итак, договорились! Выпьем же за это, а потом идите спать, а утром за дело примемся. Торопливо схватив кубок, Светозар вслед за своими товарищами осушил его до дна и хотел было встать из-за стола, но сладкое вино внезапно вскружило ему голову. Ноги стали ватными, непослушными; мысли путались, разбегались. Не прошло и минуты, как пятеро молодцев опустили один за одним головы на стол и уснули глубоким сном. *** Проснувшись, Светозар не сразу понял, где находится. Под спиной мягко шуршал сеном мягкий матрас, нос щекотал аромат мясного пирога. Сев на кровати, он с удивлением огляделся. Большая комната, несколько постелей, на которых спали его верные товарищи – Ратибор, Могута и Пересвет. Горислава видно не было, и, встревоженный, Светозар вскочил на ноги, но тут же, охнув, опустился обратно на матрас. Спина и задняя часть отозвалась сильной болью, словно он… Словно… А что он, собственно, делал вчера, что так болит, стыдно сказать, исключительно филейная часть? Шумно сопя и сдерживая ахи и вздохи, Светозар схватил сапоги и вышел за порог. И тут же наткнулся на мрачного Горислава, сидящего на невысоком крылечке. – Где мы, Горислав? Трактир какой, или что? – первым делом спросил Светозар. – Ничего не помню! Вроде же брагу не пью, так отчего же в голове шумит и память отшибло? Ударился, может, чем? – Ударился, – зло отвечал Горислав. – Да не один раз, друже. А память… А память вам Кощей, злодеина, отшиб! – Какой Кощей? – удивился Светозар. – Такой, – перездразнил его товарищ. – Помнишь, мы три дня назад в деревушку зашли, да объявление с просьбой о помощи у гонца взяли? – Ну, было что-то такое… – неуверенно протянул Светозар. – Так вот, обманула нас эта нечисть! – сплюнул Горислав. – А местные же предупреждали! Говорили, мол, веры ему нет, злодей он и убивец! – Погоди, так мы же живые, – удивился Светозар. – При чем тут убивец? – Ну и хорошо, что живые! Кто знает, что этому обманщику в голову могло прийти! – Да расскажи же ты по-человечески, – рассердился Светозар. – А то сам, словно баба, сплетни повторяешь! – Э, брат, вот тебе правда! Он нас обманом в замок заманил, зельем, воли лишающим, опоил, заставил участвовать во всяких… непотребствах, а потом, снова зельем опоил, чтобы памяти лишить, и сюда магией своей проклятой перенес! Вот! Что ж ты теперь про этого вурдалака и нелюдя скажешь?! – Какие такие непотребства? – не чуя ног, Светозар опустился на крыльцо рядом с товарищем. Горислав побагровел, сжал кулаки огромные. – А такие, что мы впятером, как дурачки деревенские, два дня по его замку скакали, да в игры детишечьи перед ним игрались! То салки, то казаки-разбойники! Чехарду посреди двора устраивали! Ты вон спрашивал, не ударился ли – так вот, ударился, да еще как! Помнишь забаву такую праздничную – на столб за призами всякими лезть? Вот ты и лез, радостно хохоча, падал с высоты на задницу, и снова лез! Тьфу, аж вспоминать тошно, потому что все лезли, словно дурни! Кому кошелек кожаный достался, кому рубаха новая… А ты уздечку красивую ухватил, так Кощей тебе самолично из конюшни самого лучшего коня привел, да из рук в руки подарил! Светозар нахмурился. Показалось ему, что в голосе друга давнего зависть послышалась. – А ночью мы все, в одних рубахах, в пруду купаться пошли! Стыдоба! – разошелся меж тем Горислав. – А этот… нечисть, ирод проклятый… сидел, улыбаясь, на бережке, да смотрел, как мы, словно девки, в пруду его плещемся! Венки по воде пускаем, хороводы водим… Срамота! Как вспомню, так плеваться охота! Нет, не могу я об этом молчать, и пущай, что мы обещание давали! Пойду в деревню, всем расскажу, чем помощь этому злыдню оборачивается! Светозар помолчал. – А скажи, Горислав, – спросил вкрадчиво. – А насчет золота Кощей тоже обманул? Опешил его товарищ. – Нет, все золото при нас осталось, – ответил озадаченно. – А что, Светозар? – А то, что раз ты свое обещание нарушить хочешь, то деньги надо бы вернуть. А то нечестно получается, не думаешь? – Это еще чего?! – вскочил на ноги Горислав. – Мы свою часть уговора выполнили! Потакали всем его прихотям, за это и плата! – Ну, так и в чем тогда он нас обманул? – сурово проговорил Светозар, тоже на ноги поднимаясь. – Он свое слово полностью сдержал. Кормил, поил, ночлег предоставил, золото заплатил. Остальное, Горислав, наш недогляд. Людям не поверили, условия толком не обговорили… Будет нам на будущее урок. А вот ежели ты в деревню пойдешь, да все расскажешь, то будешь ты вруном и пустобрехом, раз свои же обещания нарушаешь. А Кощей… Бог ему судья, а не мы. Живы, здоровы, карманы золотом полны. Что ж тебе не так? – А то не так, что меня унизили! Я – богатырь, силач, защитник слабых, а не дурачок, что в детские игры гулькается! – воскликнул Горислав. – Кто в мою силу богатырскую верить будет? Будут смеяться, что я, как дитя, в салочки до сих пор играю! – А кто об этом узнает, если мы никому рассказывать не будем? – развел руками Светозар. Горислав замолчал, посмотрел на него озадаченно. – Ага, конечно, – пробурчал через мгновение. – Сам он и расскажет, как ему надобно будет. Знамо ведь, любой злодей богатырское имя доброе очернить хочет! – Да зачем это ему? – Просто потому, что он злодей, – твердо проговорил Гореслав. – А ты, раз его защищаешь, то и не друг мне боле. Посмотрел на него Светозар печально. – Защищаю я его, потому как считаю, что нет его вины в том, что сами мы опростоволосились. Человек он иль создание волшебное, негоже нам свое обещание нарушать. Вот это точно не по молодецки, не по человечески. Не дав слова, крепись, а дав слово, держись. Не прав ты, Горислав. Жаль мне дружбы нашей… Но слово не воробей, вылетит, да не воротится. Отвернулся Светозар от товарища грустно, да пошел вокруг дома. За поворотом увидал конюшню, а в ней – коня вороного в сбруе черной с золотом. Топнул конь ногой – из-под копыт искры вылетели, а заржал – словно гром по округе прокатился. Погладил Светозар с восхищением гриву шелковую, осмотрел уздечку богатую. Вздохнул тяжело, да в седло вскочил. Конь, словно мысли его прочтя, тотчас из стойла выбежал, через плетень перескочил, да помчал его дорогами неизвестными, лесами, полями да оврагами. Пригнулся Светозар к шее лошадиной, чтобы ветками из седла не вышибло, и полетели они быстрее ветра. Долго ли, коротко, как день к закату клонился – возник вдали замок красивый, будто бы смутно знакомый, и понял Светозар, что это и есть дом кощеевый. Час спустя вбежал конь вороной во двор, да встал, как вкопанный; слез Светозар с коня, огляделся. Пуст двор был да тих, но вдруг движение сбоку почудилось. Вздрогнул Светозар, обернулся, и сразу же фигуру высокую узнал, словно враз память к нему вся вернулась. – Что же, добрый молодец Светозар, не понравился тебе подарок мой? – заговорил Кощей, гладя коня по гриве шелковой. – Понравился, – тихо отвечал Светозар, зачарованный чужим мягким голосом. – Или, может, награда мала? – Нет. Все меня устраивает. Не за этим я вернулся. – А зачем? – обернулся Кощей. Сложил рук на груди, склонил голову набок, посмотрел с любопытством. – А за тем, что ты не всем нам память затуманил, – твердо заговорил Светозар, решившись. – Друг мой, Горислав, обиду на тебя затаил. Считает он, что посмеялся ты над нами, обманул и обесчестил, и собирается людям обо всем произошедшем рассказать. – Хм, значит, не на всех отвар действует, – задумчиво проговорил Кощей. Снова посмотрел на Светозара. – Что ж, бывает. А ты предупредить меня решил? Очень благородно. – Дело не в благородстве, – Светозар отвел глаза. – Наоборот, с просьбой я пришел. Ведь ты волшебством владеешь… Сделай так, чтобы Горислав позабыл все, что тут было. Не хочу, чтобы он слово свое нарушил. Он обижен очень и зависти полон, но я все равно не хочу, чтобы друг мой сам себя бесчестил, слово свое нарушая. – Ну, допустим, я сам этого не могу, но знаю пару ведьм, которые могут мне помочь, – Кощей пошел вокруг пруда, задумчиво разглядывая свое отражение. – А мне что с того? Чем платить за это будешь? – Проси, чего хочешь, – смиренно ответил Светозар. – Все, что в силах моих, сделаю. – Ну, раз так, – Кощей обошел пруд и остановился около Светозара. – Поживешь у меня месяц-другой. Столько дел у меня тут, самому не всегда управиться получается. Иногда коней моих вороных пасти надо по горам да морям огненным, или золото в подземных пещерах искать, с ведьмами зелья варить всякие… – Как прикажешь, – поклонился Кощею Светозар. – Только один вопрос есть у меня, если не возражаешь. Зачем мы тебе тут были надобны? Зачем.. игры эти всякие детские? Кощей пожал плечами. – А сам что, еще не понял? Что ж, объясню. Я – Кощей Бессмертный. Живу уже тысячу лет, и еще столько же жить буду. Слухов обо мне дурных много ходит, было дело, грешен, хоть и давно от пакостей всяких отошел… но все равно много столетий люди меня сторонятся. Вот и приходится домашние забавы устраивать, чтобы самому повеселиться да посмотреть, как народ празднует и дурачится. – Так ты не со зла, а от одиночества, – ахнул Светозар. Забилось быстро сердце молодецкое, жаром тело окатило, а душа словно навстречу чужому горю потянулась. Шагнул Светозар вперед, в порыве волнения низко поклонился. – Если хочешь, я буду твоим другом! – воскликнул он, выпрямившись, не чуя земли под ногами. – Игры, гуляния, разговоры иль охота – чем захочешь, заниматься будем! – И ты меня не боишься? – полюбопытствовал Кощей. – Я же нечисть, злодей и душегуб. Сплетни человеческие не на пустом месте возникают. Светозар покачал головой, чувствуя, как щеки румянцем заливает. – Ну, было и было. Кто старое помянет, тому глаз вон, люди еще и так говорят. Раз ты говоришь, что сейчас не таков, то я в это и верю. Сердцем верю. Кощей удивленно покачал головой. – Люди не перестают меня удивлять. Ладно же, принимаю твою дружбу. Вот только… Лукаво улыбаясь, Кощей подошел совсем близко. Зеленые глаза смотрели пристально, словно в самую душу вглядывались, и Светозар онемел, околдованный этим взглядом и улыбкой. – Есть у меня к тебе просьба, друг мой сердечный, – заговорил Кощей медленно, коснувшись пальцами тонкими чужого лица. – Есть одно место в соседнем королевстве… Сад волшебный, в котором молодильные яблоки растут. Привези мне несколько, в залог дружбы нашей крепкой, чтобы я мог быть тебе под стать, молодым и красивым… А взамен я… Закрыв глаза, Светозар подался вперед, жадно вслушиваясь в манящие переливы хриплого голоса. Тело дрожало, душа переполнилась горячей, сладкой истомой. Дыхание сбилось, сердце снова стучало, словно безумное. Довольно усмехаясь, Кощей погладил заалевшие скулы и прошептал на ухо: – … А взамен я научу тебя совершенно особенным забавам.