Лифт, бар, твоя кухня

Мужчина шумно выдыхает натягивая на себя недавно купленную футболку. Мягкая ткань приятно обволакивает рельеф его тела, он довольно улыбается надевая черную джинсовку. Не сказать, что у него есть свой стиль, но вкус был точно. Арсений Попов — самодовольный тип, помешаный на себе и своём удовольствии. В своих кругах поговаривают, что он родился с сердцем из стали, потому что Арсений-вечный-холостяк-Попов не состоял и не желал состоять в серьёзных отношениях. Хотя желающих было пол-Москвы, и мужчины и женщины не могли устоять перед непроницаемым, ледяным взглядом Попова, перед его резким одеколоном и невероятно привлекательным телосложением. Арсению недавно стукнуло тридцать, отметил хорошо, не беря во внимание пьяного Серёжу, которого тащил потом на горбу. На его голубые глаза залипали все девушки Москвы, Попов не подпускал к себе ни одну, лишь на ночь, а дальше: "как нибудь потом позвоню". Арсений не пропускал ни одну вечеринку в этом городе, но никогда не напивался до беспамятства, потому что пить умел, но тусить он явно любил - это уже почти как хобби. Не странно, ведь у самого имеется свой элитный клуб в центре Москвы. Недавно его обновили, по указаниям Арсения. Попов был полностью доволен. И вот сегодня, девятнадцатого апреля, намечается самая жаркая туса этого месяца. Лушим другом и человеком, который знал о Попове всё был Серёжа Матвиенко — коренастый парниша с забавным хвостиком на голове и ухоженной, красивой бородой. Они с Арсением абсолютно разные, но крепче дружбы не найти. Серёга помогал Арсу с путаниной в его бошке и бизнесе. Оказывал психологическую помощ, был первым советником и правой рукой Арсения. Разве что не дрочил за него. Хотя было вообще-то один раз... Но история умалчивает об этом!!! В общем, не разлей вода были Арсюшка и Серёжка. Позвякивая связкой ключей, Арсений вышел из квартиры направляясь к лифту. В нём оказался какой то щупленький мальчишка, кажется, тоже живущий тут. Арс кивнул ему и нажал кнопку первого этажа, опираясь на стенку. На пол пути к цели лифт дёрнулся и остановился. Кажись, застряли. — Да какого... — Прошипел Попов ударяя в двери лифта. Мальчишка напрягся, и его скованность чувствовалась в воздухе этого самого небольшого помещения. Арсений нажал на специальную кнопку, вызывающую подмогу. — Пиздец, — повторял Попов себе под нос, — Застряли, получается. — Получается — да, — вздохнул парень. — Арсений, — протянул руку Попов, повернув голову в его сторону. — Антон, — ответил на рукопожатие. — Не особо приятная ситуация для знакомства, ну ладно. Ты на каком этаже живешь-то? — Одинадцатом, — промямлил Антон. — Парень, я не собираюсь тебя насиловать, чё ты зажался? — Тебе кажется. Попов хохотнул смотря из-под лба. Словно хищник, который намечает себе обед. И отворачиваеться. — Это тебе сколько? Лет шестнадцать? — Ошибся на четыре года. — Двенадцать? — Угадал. — Так и не скажешь, — хохотнул Попов, — куда собирался идти? — Подруги в клуб заставили пойти, сказали, что какой то очень крутой снова открылся. — Название не помнишь? — Что то с небом связано. "SkyeBird" — да, клуб Арса. Вот это неожиданность. — Да что ты? Я, представляешь, туда же, — ухмыльнулся Попов. — Круто, главное не тусить тут всю ночь, — улыбнулся мальчишка, смешно регулируя руками. — Забавный ты, Антон. Пересечёмся ещё? — Он бросил загадочный взгляд на парня и они дёрнулись. Лифт поехал дальше. — Пересечёмся, думаю, — проговаривает Антон и его телефон разрезает трель, — Да, Окси, прости, я в лифте застрял, скоро буду. — Невеста? — хмычет мужчина, когда новый знакомый выключает телефон. — А? Окси? Не-е-е, — смеётся парень, — Подруга. Мы вчетвером дружим, я как тот один барбос среди роз. — Ого, и ни разу не спал ни с одной из них? — Нет... Я... Мы очень хорошие друзья. — Такой шанс ты упускаешь, малой ещё, наверное, — лифт останавливается и Попов выходит. — А вот и нет! — возмущаеться ему в след Антон и тоже выбегает, догоняя того, — Арсений, стой же. Мужчина остановился почти доходя до своей машины. Парень подбежал. — Что такое, Антоня? Антон хотел было что то сказать, но от уменьшительно-ласкательной формы своего дурацкого, на его взгляд, имени в висках запульсировала кровь. Его никто не называл так. Только: Антон, Тоша или Тоха, но не Антоней. Это показалось парню очень милым. — Антон? — Арс выгнул бровь и тряхнул парня за плечи, — Что ж такое, очнись, а! — А! Прости, ничего. — Тогда, я поехал. Пока, Антоня, — он хохотнул и скользнул в тачку Машина уехала, а Антон на ватных ногах поплёлся к ближайшему метро. *** Антон учиться в аграрном университете. Сегодня, девятнадцатого, ему исполнилось 20, а значит мальчик уже совсем взрослый. Хотя по нему не скажешь. С самого утра парень получает поздравления, в первую очередь от любимых подруг, а потом уже и от всех родственников, а-ля какой-то тёти Марины, которая крестила сводного брата маминой подруги, живущей во Франции. В общем, Антон сам не понимал, кто его поздравляет и откуда эти люди вообще в его жизни. Потому что вся его жизнь крутилась вокруг единственного по-настоящему родного Антону человека — мамы. Она часто грустила после ухода отца из семьи, могла долго не есть, а иногда и не спать. Её зелёные глаза-фонарики потускнели, а улыбка стала дефицитом, потому Антон, как хороший сын, старался быть для неё опорой. Также жизнь крутилась вокруг трёх очень важных ему девиц — Иры, Оксаны и Кати. Они учились в паралельных классах в школе, Ира в "А", Катя в "Б", а Окси в "В", как и Антон. Потом вместе поступили в один универ. Да так и дружат, вчетвером. Антону не нравятся девушки, и его подруги об этом знают. На личной жизни друга не настаивают, но о своих парнях Антону рассказывают первому. Сегодня девчонки настояли на праздновании днюхи друга, не абы где, а в крутейшем клубе со всей Москвы. Он не хотел, не хотел праздновать. Но против женской силы не попрёшь. Потому и встретился того вечера с Арсением. В назначенном месте, в назначенное время парень встретился с Ирой и Оксаной, Катя опоздала даже больше чем Антон. Окси её поругала, в шутку, конечно, и на вызванном зарание такси они направились в торговый центр, по словам Иры: за сюрпризом. — Ну Ир, что ещё за сюрпризы? Я всё ещё в этот ваш клуб не особо хочу. — Шастик, миленький мой, мы с девчонками обязаны устроить тебе самое лучшее день рождение, от тебя требуеться больше оптимизма, а от нас всё остальное, — Ира волшебно улыбается и тело Антона тут же расслабляется от такой родной улыбки. *** Арсений залетает в клуб натыкаясь на приветливые улыбки работников. Вид танспола его устраивает, по этому мужчина спешит направиться за барную стойку, что бы проверить начищенные стаканы и идеальный, мраморный стол самого бара. — Дим, сегодня коктейли бесплатны, сообщи остальным, на всякий случай, — обращается владелец заведения к бармену и удовлетворившись идеальностью за баром, уходит проверять уборные. Проверяет новые кабинки и чистоту белоснежных унитазов. Умывается и включает подсветку, приглушая основной свет торшеров. Гордо вскидывает подбородок выходя обратно в зал. Мужчина становиться около диджея, который уже настраивал свою аппаратуру. — Привет, Арсений, — приветливо улыбается забитый татуировками парень. — Всё готово? — улыбается Попов в ответ следя за движениями диджея. — Последние штрихи, — уверяет он Арсения и тот разворачивается, что бы уйти. — Отлично, Вань, жги. Арс уходит в свой кабинет, где его уже ждёт Серёжа — лучший друг и партнёр по бизнесу Попова. Тот развалившись на диване листает тик ток, как ребёнок, реально. — Серёнь, тебе точно тридцатник скоро? — смеёться Арсений, плюхаясь рядом с другом. Матвиенко не обращая внимания жмёт на камеру и начинает снимать Арсения. — Смотрите, это — Арсень Сергеевич, и он в свои тридцать уже дед, редкий вид молодых мужчин, который вымирает. Поддержите старичка, — совершенно спокойным голосом говорит Серёжа, пока Арсений ржёт и бьёт приятеля по щиколоткам, расположившимся около его бедра. — Вот дурак. Убери камеру, Серёг, реально. — Да всё, всё. Ты где так задержался-то? — всё ещё смотря в телефон спрашивает бородатый. — Да в лифте застряли с парнишкой каким-то, — махает рукой мужчина. — О как! И что за парнишка? Симпатичный? — Матвиенко блокирует телефон и игриво танцует бровями. — Ну, забавный малой, но странный, должен сегодня с подругами сюда прийти. — Попов, я вижу, что что-то тут не так. Ты либо залип на него, либо унитазы тебе показались не такими белыми, как хотелось бы. — Отличные унитазы, — встаёт Арсений, улыбаясь уголком губ. — Понятно всё с тобой. — Что тебе там понятно, Матвиеныч? — Всё мне понятно, Сенька, — говорит друг и облакачиваеться о стену, — Видно, не простой парнишка в том лифте был. — Да обычный студент, чё прикопался? — Серёжа хмыкает и снова включает телефон, падая на диванчик. Арсений смотрит на друга с минуту и выходит в главный зал. Випки открыты, на баре горит подсветка из белого света, что бы не так напрягало уставших. Танцпол освещён неоновыми сафитами, свет приглушён, и Арсению до безумия нравится новый дизайн его клуба, он самодовольно всё осматривает ещё раз, пытаясь заметить что-то неидеальное, так и не заметив каких-то изъянов выходит из заведения, садясь в свою машину. *** Ира завязала глаза имениннику и, окружённый своими подругами, Антон неуверенно плетётся по приказам Кузнецовой. — Может не надо, Ир? — притормаживает Шастун. — Шаст! — рыкнула Ира и шлёпнула друга по заднице. — Ай! — Та-а-ак, почти пришли, — сказала Ира толкая входную дверь Макдональдса. Она махнула девочкам рукой на столик у стенки и они быстренько побежали туда, беря в руки красивые коробки, — Ну, Антошка, можешь открывать, — подбегает девушка к подругам и берёт хлопушку. Антон стягивает повязку и в него тут же летит конфетти из хлопушки. — Хэппи бёрздей ту ю, хэппи бёрздей ту ю! Хэппи бёрздей наш Антошка, хэппи бёрздей ту ю! — поют подруги и вручают имениннику те самые пёстрые коробки. Антон улыбается девчонкам и на глаза сами по себе наворачиваются слёзы, потому что это очень мило! Его прежде так не поздравляли, только в пять лет, когда отец ещё был кем-то значущим для мальчишки. Подошедшая Окси вытирает слёзы, которые ещё не успели вакатиться из ореол ресниц. —С днём рождения, родной, — шепчет она держа лицо друга в своих нежных руках. — Спасибо, спасибо огромное, девочки, вы лучшие! — Ты лучший, Тош, — улыбается Катя и парень получает тройные обнимашки. После Шастуну дают "Хэппи Милл", ссылаясь на то, что он только родился, по этому ещё маленький для взрослой еды, но позже уже уплетает двойной чизбургер запивая всё излюбленной фантой. Ребята сидят ещё до половины девятого, а потом отправляються покорять танцпол.