Кровавый танец

Спустя время повязку все-таки сняли, но зрение от такого сильно пошатнулось. Конечно он все ещё видел, но все было таким размытым, что иногда складывалось в цветные пятна. Состояние было похоже на пьяный угар, голова болела, а из-за пятен перед глазами все плыло. Возмущаться Пи не стал, так как мог и вовсе остаться слепым. Просить уже о чем-то Поко бывший бизнесмен не стал. Это было бы нагло с его стороны. Гитарист и так сделал довольно много. Оставалось надеяться на силы врачей, но от очков он наотрез отказался. Только сейчас Пи смог разглядеть весь масштаб увечий и ран. Количество ожогов и шрамов на теле привело его в ужас, а смотреться в зеркало и вовсе стало противно. Каким чудом его успели спасти? Ожоги покрывали практически половину его тела, острой болью отзываясь при каждом движении. Чего только стоили увечья возле глаз, из-за которых хотелось натянуть пакет на голову. Шрамы на теле можно скрыть одеждой, но на лице… Бинты лишь немного ослабляли боль, а закидываться обезболивающим было опасно. Грифф приходил каждый день. Обычно он молча сидел на стуле или же вовсе не подходил молча протягивая Кроу пакет с едой. Если же он выходил из палаты, то Грифф выдавливал несколько вопросов о самочувствии Пи. Было чувство, будто он делал это через силу, словно кто-то заставил его прийти и узнать все ли хорошо. Это немного удивляло и совсем было не похоже на рыжеволосого. — Зачем ты приходишь? — Прохрипел Пи, ковыряясь в тарелке. Кроу вновь слинял в неизвестном направлении, что дало началу неловкого разговора. Грифф замялся. — Думал что тебе нужна помощь. Ты же мой… Друг. — Никогда бы не подумал что тебя будет беспокоить чье-то самочувствие. Это заставило Пи еле слышно усмехнуться. Грифф выдавил из себя улыбку и как только услышал шаги врачей быстро поднялся со стула и ушёл. В больницу он больше не приходил. Спустя месяц Пи наконец выписали. Мало что изменилось за время лечения, но теперь зрение было не таким отвратным, а боль по всему телу стало легче переносить. Понимая что от отеля остались лишь обгоревшие деревяшки, было принято решение поехать в старую квартиру в которую они приезжали ещё в детстве. Она долго пустовала после постройки отеля. Водить Пи теперь было нельзя и машину пришлось вести Кроу. Всю дорогу они не промолвили ни слова. Разговаривать совершенно не хотелось. Тишину в салоне разбавлял лишь лепет Лу с задних сидений. Пи был так подавлен, что за это время ни разу не подошёл к сыну. Он все ещё не отошёл от смерти жены и он слишком сильно напоминал ему о Марии. Гром сильными раскатами проходил по небу. Тучи быстро сгущались. В любой момент мог пойти дождь. Поднявшись по разрисованным этажам Кроу покопавшись в ключах открыл квартиру. Она выглядела пусто и безжизненно, но ни смотря на это вспоминалось много теплых моментов. Придётся ещё многое докупить прежде чем это место можно будет назвать обитаемым. Но пока на это нет ни сил, ни денег. Кинув вещи у порога братья разошлись по разным комнатам. Состояние только ухудшалось. Тяжело поднявшись, Пи направился в ванную. Вода должна хоть немного успокоить кожу. Оперевшись руками на края раковины он рассматривал себя в зеркале. Он до сих пор не смог привыкнуть к своему лицу. Особенно ко взглядам прохожих. А когда-то они смотрели с восхищением… Опустив взгляд ниже, он брезгливо отвернулся. Голова резко начала думать. Отель сгорел, он выглядит так, что без отвращения не взглянешь, а на его плечах остался грудной ребенок и младший брат. Денег не было и он совершенно не знал что делать. Дышать стало больнее. Паника вновь им овладела. Слезы крупными градинами стекали на холодную плитку стоило ему вспомнить о Марии. Его распирало от такой несправедливости. Она не заслужила такой участи! Зеркало быстро разлетелось по кусочкам и они со звоном разбивались об плитку. Кроу слегка дернулся от громкого звука, но подходить к разъярённому брату не решился. Слегка качая кроватку Лу, он дотронулся до своего шрама. Пустяки если если сравнивать с братом. Он не имеет права жаловаться в такой ситуации, Пи было намного тяжелее. Ему ещё крупно повезло. Малыш не спал, но из-за простуды кричать не мог, продолжая лишь беззвучно реветь. Кроу оставил любые попытки успокоить малыша, но оставался сидеть рядом. Когда то же он вырубится? Сейчас это все что он мог сделать. В дверь настойчиво позвонили. Цокнув, Кроу тяжело поднялся с кровати. Кого там принесло в такую темень? — А Грифф, это ты… Что-то случилось? — Привет, Пи дома? — Отряхивая мокрую шубу спросил он. — Да, но вряд ли сейчас к нему безопасно заходить. У него… — Раздался новый треск стекла и отчаянный крик. — Истерика что-ли. — Я всё-таки попробую — Как знаешь, но тебя предупредил. — Пожал плечами Кроу, пропуская парня внутрь. — Он в ванной. Хотя по крикам думаю ты уже догадался. Проходя обшарпанный коридор, Грифф еле слышно стуча сапогами добрался до нужной двери. Вздохнув, он положил шубу на тумбочку и достал чудом уцелевшие от дождя документы. Стало вдруг тихо, слишком тихо. В голову полезли самые неприятные исходы событий. Он что себя до смерти изрезал? Он резко открывает дверь. В ванной стоял полумрак. Пара ламп была разбита, но одна уцелевшая скудно освещала Пи. Под ногой хрустнул кусок стекла от чего взгляд упал вниз. Как же много битого стекла. Пи сидел на плитке, его слегка трясло, но вряд ли от холода. На нем были лишь домашние штаны. Опустив голову, он обхватывал колени окровавленными руками. Костяшки были изрезаны в кровь. Грифф облегченно вздохнул. Больше навредить себе парень не успел. В больнице он всегда видел Пи с бинтами и не осознавал насколько тот мучается от приносимой при каждом движении боли. Протянув руку, он остановился на полпути, не решаясь дотронуться до плеча. — Всё потерял… — Прошептал Пи. — Всё что я строил все эти годы, своё счастье. Всё сгорело в этом проклятом пожаре. И похоже что я вместе с ним. — Я понимаю, больно терять любимого человека. Но… — Нет ты не понимаешь! — Крикнул Пи, поднимая голову. — Ты разве понимал, что человек которого ты любишь никогда больше не будет с тобой? Я даже не уверен что ты кого-то любил. — Ты меня плохо знаешь. — Уже более холодно отозвался Грифф. — Я не настолько бесчувственный. Это заставило Пи удивлённо поднять брови, но затем он нервно рассмеялся, позволяя рыжеволосому сесть рядом. Оба долго сидели в молчании. Грифф обдумывал слова Пи, а тот просто не хотел ни о чем говорить. На плечи опустился теплый пиджак. Пи удивлённо повернул голову, но не получил никакого ответа. — Знаешь как я зарабатывал деньги, чтобы основать этот отель? — Грифф вопросит взглянул. — Я брал большие кредиты на фальшивые имена и сбегал. Неожиданное признание заставило рыжеволосого снять очки. Пи лишь нервно смеялся. — Вот как… Значит Пи не твоё настоящее имя? — Нет, меня зовут Корбин Пэлтоу. — Поэтому ты остался без денег… Так как являешься преступником и не можешь… — Заткнись! Я и без тебя знаю. — Не боишься, что я сдам тебя копам? — Усмехнулся Грифф, однако быстро стих, увидев с каким безразличием парень смотрел на него. — Я постараюсь тебе помочь. — Он отмахнул куски стекла подальше и взял в руки папку с бумагами которую принес с собой. — Посмотри на меня. Думаешь мне что-то поможет? У меня совершенно нет денег. И с таким уродливым лицом меня не возьмут ни в одного заведение. — Пробубнил Пи. — Придумай как можно решить эту проблему. Я здесь не для этого. Держи. — Грифф протягивает документы. — Что это? Откуда у тебя это? — Он лихорадочно листал папку с большими суммами на его имя. — Как ты это сделал? — У меня есть свои небольшие связи. Эта новость его заметно расшевелила. Мало того, что всё имущество будет покрыто, так он получит большую сумму сверху и сможет без труда построить отель заново. В порыве чувств он крепко обнимает Гриффа, на мгновение позабыв о всех своих невзгодах. Окровавленные руки пачкают рубашку но рыжеволосого это не волнует и он обнимает в ответ. Впервые его так сильно разъедала совесть и он был просто обязан помочь. — Спасибо. Грифф понимал, что не достоин даже слов благодарности. Он сухо кивнул, сжимая Пи сильнее. Тот слегка поморщился от боли и Грифф опомнившись ослабил хватку. Ни смотря на кровь и стекло, объятия были какими-то успокаивающими и тёплыми. Словно утешают здесь его, а не Пи. Грифф уткнулся в шею, ловя еле уловимый запах шампуня. Холодные кольца коснулись израненной кожи, успокаивающе водя по спине. Пи слегка поежился от чужих прикосновений. Дыхание Гриффа казалось обжигающим, а руки ледяными. Он прикрыл глаза, облегченно выдыхая. Первый раз за эти месяцы ему было спокойно на душе. — Могу я называть тебя по имени? — Неловко прошептал Грифф. — Только если никого рядом нет. — Устало прошептали в ответ. — Никто не должен узнать. — Хорошо, Корбин. Было непривычно услышать своё имя спустя столько лет. Он запрещал говорить его даже своему брату. Но это так приятно… Он еле видно улыбнулся. Голова тяжелела и опустив ее на плечо Гриффа он провалился в беспокойный сон.