Букет от чувств

      «Ханахаки и Батохаки две очень редкие болезни. Небожителей они затрагивают редко и, к сожалению, исход всегда один — смерть.» — именно это прочла Вики в одной из книг, которые им, непризнанным, рекомендовали для дополнительного самообразования.       Вот и сейчас, пока её друзья улетели на несколько дней к родителям, Вики сидела в библиотеке и читала книгу о болезнях бессмертных, удивляясь самому факту возможности заболеть бессмертному существу. Хотя яркий пример был на лицо в виде директора школы Серафима Кроули, крылья которого перестали нести свой функционал, давая возможность летать, и были больше похожи на мантию.       «Ханахаки и Батохаки чем-то схожи. Обе проявляются от сильной и неразделённой любви. Бессмертный умирает, раздираемый изнутри цветами и шипами роз или красивейшими бабочками Голубыми Морфо.»       — Подумать только, цветы и насекомые убивают, — себе под нос прошептала девушка.       — Редко, но бывает, — ответил ей бархатный голос её учителя. От неожиданности девушка вздрогнула. — Прости, не хотел пугать.       — Ничего, — немного смущённо ответила она. — Я думала, что одна тут.       — Как видишь не одна, — тепло улыбнулся демон.       — Геральд, можно Вас спросить? — пользуясь случаем, поинтересовалась она.       — Спрашивай, на то я и твой учитель, чтобы отвечать на вопросы, — он присел напротив неё, не отрывая взгляда от её небесных глаз.       — Здесь, — она указала на книгу, — говориться о цветах и насекомых, что убивают влюблённого изнутри. Но разве это возможно? Больше похоже на фантастику, а не на реальность.       — Возможно. В нашем с тобой мире, как и в мире смертных, даже единичный случай описывается.       — Как побочные эффекты у лекарств?       — Именно. Поэтому в книге и написано, что подобные ситуации редки.       Их тихая беседа завершилась глубокой ночью, они разошлись по комнатам и даже не подозревали, что цветы-убийцы, которые они обсуждали, начали прорастать внутри обоих. Ведь оба испытывали чувства друг к другу, но боялись признаться в них и быть отвергнутыми.

***

      С той встречи в библиотеке прошло две недели. Вики проснулась рано утром от сухого кашля. Будто горло драли наждачкой, но, выпив стакан воды, всё прошло. Так что она не заподозрила ничего дурного. Но так продолжалось каждое утро и в один прекрасный день девушка выплюнула цветок сирени. Маленький нежно фиолетовый цветочек покоился на ладошке непризнанной. Вот тогда Викторию пробрал леденящий тело и душу ужас.       «Не может быть?!» — подумала она. — «Я ведь не настолько влюблена в него. Да и по книгам, цветы должны быть другими. Должны быть розы, а не сирень. Что же мне делать? Подойти и сказать? Нет! Я так не могу. Или всё же могу?»       Но ни в этот день, ни на следующий, ни неделей позже она так и не подошла с этим вопросом к демону, хоть и было много возможностей поговорить тет-а-тет. А состояние девушки становилось всё хуже и хуже. Приступы кашля начали учащаться, на занятьях по полётам или борьбе на крыльях девушка задыхалась отдышкой. Её соседка и подруга Мими поняла что к чему, когда увидела в руках подруги платок с только что выплюнутой небольшой кисточкой сирени, пока еще только в слюнях непризнанной. Дьяволица выпытывала кто этот урод, из-за которого её подруга медленно и мучительно умирает. Дочь Мамона хотела посмотреть в его глаза и высказать всё, что она думает о таких, как он.       Но Вики молчала и радовалась тому, что в её, пусть и не долгой бессмертной жизни, был он. Кого она с упоением слушала на занятиях, чувствовала его тепло и энергию на практических по энергологии, каждым его взглядом и улыбкой, что она иногда ловила. Но так и не могла пересилить себя просто подойти к нему и сказать, что очень сильно любит его.

***

      С той встречи в библиотеке демон не мог выкинуть образ дочери серафима из головы. Он ещё в их первую встречу обратил внимание на, выбивающуюся из общей массы, девушку. Она сразу сказала, что будет демоном, но ангельская внешность совсем не состыковывалась с выбранным путём. За годы, нет, столетия одиночества Виктория разбудила, сама того не зная, казавшееся «мёртвым» сердце демона. Он испугался этого. Чувства, которые проснулись, пугали его. И он боялся в этом признаться себе и ей.       Геральд наблюдал за девушкой и чувствовал себя маньяком, который следит за своей жертвой. Он заметил изменения в девушке: частый кашель, отдышка, лёгкая бледность, которая с каждым днём становилась всё явнее. На его вопросы о самочувствии девушка говорила, что просто стресс и усталость. Но в его сердце закралось сомнение.       А потом и его самого пробрал кашель. А нежно-розовый цветок маттиолы в его ладони поверг демона в шок.       «Я влюбился в непризнанную!» — утверждение, как гром среди ясного неба, пронеслось в голове. — «Но я не могу портить ей жизнь. Я древний демон, а она молодая девушка. Скорее всего уже кто-то занял её сердце. Тот же Люцифер. Я не могу её принуждать. Уйду в сторону и тихо покину этот свет в окружении цветов.»

***

      Так прошло ещё две недели. Двое бессмертных погибали от цветов. Пока в один прекрасный день Мими не забежала в кабинет Геральда с ужасом, написанном, на лице.       — Геральд, быстрее. Помогите! — задыхалась от бега дьяволица. — Вики… Ханахаки… Она зовёт Вас… Она умирает…       — Где она? — вскочив со своего места, спросил демон.       — В нашей комнате, — ответила брюнетка, а демон уже выбежал из аудитории в направлении к девушке.       Когда дверь отварилась, глазам демона предстала ужасная картина: вся кровать девушки была усыпана кровавыми кисточками сирени, истощённая девушка посередине этой «клумбы».       За это время демона тоже потрепала болезнь, но в силу того, что он рождённый, у него болезнь проходила в замедленном темпе и откашливаться кровавыми цветами он ещё не начал.       Видя любимую в таком состоянии, брюнет проклинал всех и вся, а особенно того, кто не ответил на её чувства. Да, ему показалось странным, что он и она сплёвывают не розы, но должного внимания на это не обратил.       — Геральд, — тихий, хриплый шёпот вернул демона обратно в реальность.       — Вики, не трать силы. Их и так мало у тебя осталось, — проговорил брюнет, присаживаясь на край её кровати, а сердце демона рвалось на части.       — Я должна сказать, — её слова прервал новый приступ кашля.       — Тише, тише, — он убрал прядь волос, что прилипла к щеке, а самого пробрал кашель и опять нежный цветок упал на его руку.       — Я люблю тебя, — прошептала она. — Надо было раньше сказать.       — Я тоже тебя люблю, Вики, — и тут их обоих поразило понимание.       В глазах обоих читался неподдельный шок. Сердца обоих начали биться в едином ритме, а цветы, что их убивали, начали благоухать. Удушье от, растущих внутри, цветов сменилось лёгкостью. Геральд осторожно прислонился своим лбом ко лбу девушки и, смотря в её глаза, спросил.       — Почему ты так долго молчала? — на его глазах навернулись слёзы: боли от возможной потери Виктории и счастья, что успели вовремя.       — Думала, что такая, как я, не нужна такому демону, как ты, — силы медленно возвращались к непризнанной, на её лице уже играл лёгкий румянец.       — Вот мы с тобой дураки, — усмехнулся он. — Я тоже думал, что не нужен тебе и не хотел портить тебе жизнь.       — Ты её спас, — шепнула она.       — Мы оба спасли друг друга, — после сказанного, демон нежно поцеловал девушку в губы, не обращая внимания на солоновато-металлический привкус крови.       В проёме двери в комнату девушек стояла Мими и не верила своим глазам: её подруга оживала, её преподаватель целует её подругу, а цветы начинают сиять, окутывая комнату нежным ароматом и свечением, и исчезают, исцеляя души и сердца двух влюблённых.

***

      Спустя некоторое время Вики стала полноценным демоном. Геральд сделал ей предложение и она ответила «да». Мими была счастлива за подругу и уже предвкушала момент, когда она сможет нянчить их демонят. А в книге про Ханахаки и Батохаки появилась новая глава, описывающая случай демона и непризнанной.