Твой запах это...

Сегодня ты опять готовишь всем, но нихрена сам не ешь. Меня, это и вроде не должно волновать, но это просто ебнуто. У тебя и так сплошные кожа да кости. Мне что, насильно в тебя хавчик пихать? Просто, если ты сдохнешь, кого мне таскать по заброшкам? Кого мне тогда мучать? Псину или Курилку? Биполярника? Ну уж нет, извольте!

***

Я сижу на кухне и смотрю на тебя. Выглядишь как домохозяюшка.Собранные в пучок голубые волосы, запачканная маркерами и акварелью футболка. Но самое прикольное это фартучек, бля. Розовый (прям как наш Петушара) с божьими коровками. Ты его у белобрысой спиздил, что-ли? Ты выглядишь та-ак нелепо! Но очень привычно и по-домашнему… Пожалуй, если бы я с кем из нас и замутил бы, то только с тобой. Остальные или ебнутые, или мне просто противно с ними. А с тобой, каким бы плаксой и тряпкой ты не был, круто проводить время. Ты, кажется, никогда не обижаешься. Из-за этого ты еще круче!

***

— Мм… Вару, можешь позвать всех? — — А? А разве шарлотка не только мне? — — Конечно не только… Но ты можешь съесть мой кусок.- — Опять голодовка? — Ты молчишь. Но я вижу, что шутки ты не понял. А ещё выглядишь как виноватый щеночек.Я подхожу к тебе и беру за руку. — Ну должен ты хоть что-то поесть! Так, пожри сейчас же, иначе забодаю, покусаю и Псину с Курилкой натравлю! — — Хорошо… —

***

Ты еле-еле, давясь, съел небольшой кусок пирога. Видимо, сейчас я услышу, какой я мудак и уебок? А ты, тряпка, ничего не говоря, поднялся и… ОБНЯЛ МЕНЯ?! Чего бля? Я конечно знал, ты педик каких свет не видывал, но почему лезешь именно ко мне? Сам виноват, если ты по мне сохнешь, то сам себе бьешь сердце. Стоп, подожди. — Ты ахуел мне слезами любимую толстовку заливать? Все, тебе пиздец — Такая тряпка, как ты, ведь боится щекотки? Конечно, боишься! Вот ты уже смеёшься, давясь оставшимися слезами. — Хи-хи… Вару, перестань! — — Не перестану! — Обожаю твой смех. И чего ты, в самом деле, все время ноешь?

***

Ты все же заставил меня тащиться за остальными. Почти все утащили еду к себе, а Псина и Курилка вообще хер знает где. На кухне остался только бабник, рассказывающий о своих шалавах, фу блять… Как же он меня бесит… Даже слушать не хочу. Свой кусок пирога я давно съел, скучно. — Зонт, пошли выйдем? — — Зачем? — — Тупой? Прогуляемся! — — Хорошо. — Одев куртки мы выходим на улицу. Я взял тебя за руку (ну а вдруг убежишь?) и потащил за собой.Подъезд, бабульки на лавочке, ларек с мороженным, магаз… Все привычное и скучное. Мне не нравиться. — Слушай, Зонт. Тут неподалеку заброшка есть. Сгоняем туда? — — В заброшенных зданиях жутко… — — И круто! Пошли! — Я отпустил твою руку, но обхватил тебя за талию и перекинул через свое плечо. Теперь точно не убежишь. Сегодня ты опять готовишь всем, но нихрена сам не ешь. Меня, это и вроде не должно волновать, но это просто ебнуто. У тебя и так сплошные кожа да кости. Мне что, насильно в тебя хавчик пихать? Просто, если ты сдохнешь, кого мне таскать по заброшкам? Кого мне тогда мучать? Псину или Курилку? Биполярника? Ну уж нет, извольте! *** Я сижу на кухне и смотрю на тебя. Выглядишь как домохозяюшка. Собранные в пучок голубые волосы, запачканная маркерами и акварелью футболка. Но самое прикольное это фартучек, бля. Розовый (прям как наш Петушара) с божьими коровками. Ты его у белобрысой спиздил, что-ли? Ты выглядишь та-ак нелепо! Но очень привычно и по-домашнему… Пожалуй, если бы я с кем из нас и замутил бы, то только с тобой. Остальные или ебнутые, или мне просто противно с ними. А с тобой, каким бы плаксой и тряпкой ты не был, круто проводить время. Ты, кажется, никогда не обижаешься. Из-за этого ты еще круче! *** — Мм… Вару, можешь позвать всех? — — А? А разве шарлотка не только мне? — — Конечно не только… Но ты можешь съесть мой кусок.- — Опять голодовка? — Ты молчишь. Но я вижу, что шутки ты не понял. А ещё выглядишь как виноватый щеночек. Я подхожу к тебе и беру за руку. — Ну должен ты хоть что-то поесть! Так, пожри сейчас же, иначе забодаю, покусаю и Псину с Курилкой натравлю! — — Хорошо… — *** Ты еле-еле, давясь, съел небольшой кусок пирога. Видимо, сейчас я услышу, какой я мудак и уебок? А ты, тряпка, ничего не говоря, поднялся и… ОБНЯЛ МЕНЯ?! Чего бля? Я конечно знал, ты педик каких свет не видывал, но почему лезешь именно ко мне? Сам виноват, если ты по мне сохнешь, то сам себе бьешь сердце. Стоп, подожди. — Ты ахуел мне слезами любимую толстовку заливать? Все, тебе пиздец — Такая тряпка, как ты, ведь боится щекотки? Конечно, боишься! Вот ты уже смеёшься, давясь оставшимися слезами. — Хи-хи… Вару, перестань! — — Не перестану! — Обожаю твой смех. И чего ты, в самом деле, все время ноешь? *** Ты все же заставил меня тащиться за остальными. Почти все утащили еду к себе, а Псина и Курилка вообще хер знает где. На кухне остался только бабник, рассказывающий о своих шалавах, фу блять… Как же он меня бесит… Даже слушать не хочу. Свой кусок пирога я давно съел, скучно. — Зонт, пошли выйдем? — — Зачем? — — Тупой? Прогуляемся! — — Хорошо. — Одев куртки мы выходим на улицу. Я взял тебя за руку (ну а вдруг убежишь?) и потащил за собой.Подъезд, бабульки на лавочке, ларек с мороженным, магаз… Все привычное и скучное. Мне не нравиться. — Слушай, Зонт. Тут неподалеку заброшка есть. Сгоняем туда? — — В заброшенных зданиях жутко… — — И круто! Пошли! — Я отпустил твою руку.. Но что бы ты не убежал, пришлось подхватить тебя на руки.. Пусть и ненадолго. *** На этой заброшке и впрямь жутковато. Ты боишься, но я ведь рядом. А за тебя я кому хочешь ебало разхерачу! Я собрал гнилые щепки, куски бумаги и дерева, затем вынул из кармана зажигалку. Чирк! — и у нас готов костер. Я сажусь на то, что раньше, видимо, было стеной, а теперь стало просто удобной грудой кирпичей. Ты сел рядом, положив голову мне на плечо. Я закрываю глаза, зарывшись лицом в твои волосы и вдыхаю твой запах. Печенье, ммм… А еще едкий запах гуаши. — Ахуенно пахнешь, Зонт. —