Как удачно выйти замуж и сохранить лицо в фандоме

      Максим Горький как-то сказал: «Существует такая любовь, которая мешает человеку жить». Сегодня можно с уверенностью сказать, что в фандоме трансформеров — в частности, во вселенной IDW 2005, о которой пойдет речь — этим словам есть предостаточно подтверждений.       Думаю, на этот раз можно будет обойтись и без вступления — мое утверждение такое:       Пейринг Хромдома и Ревайнда нездоров.       И я попытаюсь доказать, как именно он поддерживает все, что ныне в отношениях не ценится, на примере другой канонично сочетавшейся пары — Циклонуса и Тейлгейта.

I. Отрицание неизбежного

             Говоря о формате взаимоотношений, которые складываются между представителями расы кибертронцев, мы, как люди, всегда будем утыкаться в одну существенную проблему: их культурные обычаи в корне противоречат нашим по причине их, обычаев, происхождения.       Это здесь к тому, что навстречу претензиям, которые выдвигаются к этому пейрингу (если такие вообще удается найти), очень часто можно услышать ответ из разряда «это же трансформеры, у них, может, так принято».       Ну, сложно поспорить с тем, что в IDW пытались отойти от идеи полного очеловечивания роботов настолько далеко, насколько это возможно (исключая лексику, в которой, например, можно услышать названия человеческих, привычных нашему слуху, органов). Однако не следует забывать: это не продуманная вдоль и поперек история, каждый эпизод которой был тщательно взвешен и прописан в далеком 2005 году ажно по самый конец 2018.       Крамольная мысль, но стоит признать, что большинство произведений в рамках этой вселенной это сборник работ разных авторов, которые зачастую просто не читали друг друга. Сквозь весь IDW можно найти множество разнообразнейших иллюстраций того факта, что все эти истории — о войне ли, о самоидентификации или о любви — создавались без углубления и проработки особенностей инакой расы, как это было, скажем, у Толкина. Потому что и задач таких могло не стоять: как и каждое художественное произведение, эти истории пишутся прежде всего про людей и для людей. Следовательно, и моральная оценка героев/событий должна исходить из наших, человеческих понятий о хорошем и плохом — ну, разве что среди нас находятся те самые (вымышленные) кибертронцы с отличной системной моральных координат.       Резюмируя вышесказанное: нельзя оправдать отсутствие уважения в отношениях тем, что «это просто другая культура», если предельно ясно, что эти истории крайне человеческие (о чем, кстати, сам Робертс и писал в своем письме). Да что уж, ключевой этап взаимоотношений, выводящий их на новый уровень (Conjunx Endura), является подтвержденной аналогией брака… человеческого института, созданного для утверждения семьи.       Частные случаи плохих примеров не являются отражением всей действительности во вселенной — у нас, в конечном счете, есть каноничные пары по типу Тейлгейта и Циклонуса или Скидса и Наутики, чья концепция в корне отличается от того, на чем зиждется Хромвайнд. Об этом ниже.

II. Иллюзия выбора

      Что мы знаем о Хромдоме?       Его путь в выборе спутников жизни был наиболее тернистым и болезненным среди всех кибертронцев, которых мы знаем — такого количества официально зарегистрированных (интересно, велся ли на Кибертроне учет?..) партнеров не было ни у кого среди всех, кого мы знаем. Тернистым и болезненным его путь был не только потому, что среди них числился Проул — просто Хромдом и терял своих любимых чаще, чем кто-либо другой.       Мы ничего не знаем про ботов по имени Пивот, Мак и Скаттерган — нам известно только то, что когда каждый из них умирал, Хромдом не был в состоянии это вытерпеть и стирал себе в итоге память о них. Здесь важно напомнить, что вступить в отношения такого уровня для кибертронца — в принципе большая редкость; многие отзывались об этом как о чем-то необязательном, а значит, и ценность каждого такого союза (в глазах читателя!) автоматически повышается для тех, кто в нем состоит.       С учетом всего этого, как вы думаете: благодатная ли у Хромдома была почва для развития, как минимум, неврозов, а как максимум — травмы привязанности на почве отношений?       Опережу ваши выводы: она у него уже на старте истории распустилась буйным цветом.       Когда и при каких обстоятельствах произошла первая встреча Хромдома и Ревайнда? Первый пришел на добровольную эвтаназию, устав от тягот и лишений войны, а второй — пытался отыскать среди самоубийц тело Доминуса, заходясь, цитата, истерическими воплями («До и после», MTMTE #12).       Какое все-таки удачное стечение обстоятельств, что две одиночки, пережившие столько потерь, сошлись на этой почве друг с другом, чтобы попытаться построить нечто новое с чистого листа. Если бы на этом было все, то и никаких претензий к пейрингу не могло бы быть: это как раз таки наиболее частое и очевидное решение, которое принимают люди, пережившие многое. Подобное притягивает подобное.       Но в то время, как Хромдом действительно искал в этом возможность начать что-то заново, сам Ревайнд даже близко не ставил себе подобных целей — у него они были свои, и они оставались неизменными на протяжении всех их отношений, что по итогу вылилось в один неприятный факт:       Хромдом так и остался для него на втором месте.       Когда слова расходятся с делом, верить надо делу. Ревайнд — что с первого Лост Лайта, что со второго — по нескольку раз говорил Хромдому, что любит его, но они все по-прежнему находились на корабле Родимуса, высаживаясь вдвоем на каждой планете, где были кибертронцы, в попытках отыскать призрак Доминуса.       Именно призрак: не было ни единого свидетельства того, что Доминус оставался жив (и, в каком-то смысле, это было правдой: очень вряд ли существование «одомашненного» трансформера можно назвать жизнью), а Хромдом мирился с этим, потому что ничего уже не мог с собой поделать — как было видно по его реакции на смерть первого Ревайнда, его потерю ему было переживать так же тягостно, как потери всех остальных.       А уж тем более, когда ему буквально чудом вернули его фактического клона — после такого «подарка судьбы» самостоятельно вырваться из этой привязанности у него не будет шансов. Напрашивается вывод, что со смертью Ревайнда арку Хромдома по-хорошему следовало бы закончить: он бы перестал бегать от своих проблем, принял бы очередную потерю и морально бы повзрослел. Но хотели как лучше, а вышло как всегда: чудесное возвращение только сильнее укрепило их нездоровый (для самого же Хромдома) союз — уроки не извлечены и, случись опять чего, проблемы он будет решать по старинке. Брейншторма рядом может ведь и не оказаться.       Проблемы здесь начинаются, когда мы вспоминаем, какой редкостью является Conjunx Endura для кибертронцев и как много его аналог значит для нас, людей: уже отметая вопросы в духе «почему Ревайнд гонится за химерами, не обращая внимание на живого человека рядом», натуральное возмущение вызывает тот факт, что он связал себя обязательствами — а, надо полагать, союзы такого уровня имеют определенные критерии — и при этом своими поступками продолжает всячески их игнорировать.       Он должен был либо признать, что ему нужен только Доминус (что является правдой) и отказаться от компании Хромдома, либо бросить затею с поиском Доминуса, оставаясь с Хромдомом. Но во втором случае он бы просто потерял весь смысл путешествия на Лост Лайте, а в первом… пришлось бы отказаться от очень удобного партнера — который и выслушает, и поймет, и поддержит, и простит даже такое откровенное неуважение.       Вы, возможно, возразите: Ревайнд же и сделал свой выбор, когда не дал Хромдому задержать иглы в мозгу Доминуса, и тем самым спас его жизнь. А я в ответ скажу, что судьба снова выбрала для него самый удачный момент — было очевидно, что в той ситуации в выигрыше не остался бы никто.       Доминуса спасти бы не удалось: даже если бы Хромдом ценой своей жизни восстановил его воспоминания, Рэтчету предстояло бы еще побороться за него, и не факт, что ему бы удалось (в тех условиях он не смог спасти даже Скидса и Рэведжа, не то, что вернуть к норме «одомашненного»). Это просто еще одно удачное стечение обстоятельств: Доминус был найден невероятно поврежденным, в равной степени как физически, так и психологически, поэтому шансов сохранить ему жизнь и вернуть его личность (без дальнейшего вмешательства мнемохирурга) заведомо не было. Плюсом ко всему — не хотелось бы до такого опускаться, но, к счастью, тон статьи позволяет — не думаю, что после всего, что сделал для него Хром (после предсмертного «Я нашел его для тебя»; MTMTE #53), у Ревайнда вообще было моральное право поступать хоть как-то иначе. Не забываем: Conjunx Endura здесь все еще Хромдом.       Непорядочно давать обещания, которые нет сил или желания исполнять.       Ревайнд просто попал в очень удобную позицию «безвыходности», где между заведомо мертвым Доминусом и еще пока живым Хромдомом выбирать-то и не пришлось. А что до морального выбора — он так и не был сделан в тот день. Не был сделан верный, имеется ввиду; зато он был явственно продемонстрирован в 18 выпуске «Лост Лайта».       «Это не тебе решать, Доми, есть ли тебе место в моей жизни» — ну, или «есть ли место им обоим», если в последствии дословно цитировать Хромдома. Действительно, замечательная цепочка совпадений: сначала зависимый партнер на замену во время поиска того, кто действительно ему нужен, затем — грамотная расстановка приоритетов, ну а в самом-то Послеискрии, когда терять уже совсем нечего — моментальное воссоединение с тем, к кому Ревайнд всегда предпочтет вернуться, если поставить перед ним выбор.       Это уже мелочь, но сказать о ней все-таки стоит: он даже сокращал имя Хромдома так, как очевидно сокращалось бы имя Доминус. Я не знаю, как с там кибертронскими обычаями, но вот в наших — через призму которых мы, напоминаю, оцениваем произведение — это все было бы максимально неприемлемо.       Обсуждая здесь положение Хромдома, у вас могло сложиться впечатление, будто бы автор ему симпатизирует или по меньшей мере сочувствует. И хотя я действительно отношусь с неприятием к позиции Ревайнда, Хромдом не вызывает во мне таких уж положительных чувств: если посмотреть правде в глаза, перед нами — незрелый, крайне психически неустойчивый индивид, чьи моральные проблемы только усугубились многолетним пренебрежением, но не исходят из него. Я всего лишь отдаю ему должное за его поведение в паре: по крайней мере, он делает то, что от него ожидается и пытается вести себя подобающе, но не более. В конечном итоге, односторонние невзаимные отношения, в которых он оставался по собственной доброй воле (и в которых его очевидно не держали) — это банальный мазохизм, который не делает ему чести.       Способ, которым он убегал от своих трудностей, вряд ли можно назвать взрослым — этот кибертронский аналог запоя привел к тому, что в свои-то немалые годы он умудрился забыть, что у него когда-то тоже был внутренний энергон (что, если хорошо в это вслушаться, вообще какой-то абсурд). За все годы войны плюс путешествия на Лост Лайте он бы мог задаться вопросом, а что он, собственно, вообще здесь делает, и разобраться, кем они с Ревайндом друг другу приходятся. Но вместо этого, Хромдом выбрал пассивную позицию «плыть по течению» — и это тоже было бы абсолютно нормально, если бы у них были отношения как у Дрифта и Родимуса: ситуативные fwb, вроде есть, а вроде нет. Но они супруги — это нельзя игнорировать и это подтверждает, что их отношения не должны служить ролевой моделью вообще никому.       Напоследок, я думаю, стоит поговорить о позиции авторов комикса касаемо этой пары — и уже вне зависимости от интервью, которые Робертс давал позднее, есть предостаточно свидетельств тому, что с самого начала и по самый конец, он прекрасно давал понять: ему эти отношения тоже виделись неправильными.       В конце первого выпуска MTMTE находились профайлы основного каста персонажей с кратким описанием их мотива присоединиться к Лост Лайту. Описания Хромдома и Ревайнда звучат так:       «Хромдом: Его используют»       «Ревайнд: Делает вещи, которых делать не следует»       Думаю, не стоит пояснять, кто и как использует Хромдома, и чего именно не должен делать Ревайнд.       А теперь перенесемся в 13 выпуск «Лост Лайта». Когда Циклонус, узнав о «смерти» Тейлгейта, промахнулся и ударил мечом по Ревайнду, между ним и Хромдомом произошел короткий диалог, который многое говорит нам не только о мнении авторов, но и о мнении персонажей внутри самого комикса:       — О-о, я знаю, из-за чего все это! Знаю я! Ты завидуешь!       — Чему?       — Мне и Ревайнду. У нас есть то, чего нет у тебя. То, чего у тебя никогда не будет.       — У вас ничего нет. Может, и кажется, что наоборот, но это не так, потому что… реальности свойственна боль. И я покажу тебе, где болит…       Когда Циклонус сказал, что покажет, где болит, он хотел ему объяснить, что именно значит «у вас ничего нет». У тебя, дескать, Хромдом, есть партнер, к которому ты привязался от безвыходности, а у Ревайнда есть ты, которым выгодно пользоваться и заменять Доминуса, потому что ты находишься в шаговой доступности, но у вас — у вас общего нет ничего, кроме потраченного впустую времени.       Это ему помешал высказать Рэтчет: потому ли, что они приближались к Медери, или потому, что он посчитал это неуместным над телом пораненного Ревайнда — не важно. Важно, что сам Робертс этим высказал свое мнение: такие отношения, в которых нет никакого выбора, в которых партнеры рассматриваются, как взаимозаменяемые единицы — не лучший пример для подражания.       И как минимум в этом я должна признать, что полностью с ним согласна.

III. Кривое зеркало

      Когда в начале я говорила, что покажу нездоровую составляющую этого пейринга на примере Цилгейта, я имела ввиду, что существует мнение, что эти две пары чуть ли не симметричны — но это только на первый взгляд. Название же комикса говорит нам, что все не то, чем кажется, и я, похоже, понимаю, почему многие люди восприняли Хромвайнд таким же образом, что и Цилгейт.       Но если мы попытаемся их сравнить, окажется, что пример адекватных отношений будет именно во втором случае — не в первом так точно. Рассмотрим главные аргументы в пользу их «схожести»:       «Обе пары состоят из двух сошедшихся одиночеств»       Так-то оно так, но надо видеть разницу между Ревайндом, который жил с надеждой найти своего Доминуса где-то там во вселенной, и Тейлгейтом, который прекрасно понимал, что ничего, из того что он знал, не осталось прежним шесть миллионов лет спустя.       Циклонуса с Хромдомом тоже равнять не надо: первый провел бог знает сколько лет в Мертвой Вселенной, а второй жил обычной жизнью с ее радостями и горестями. Они абсолютно в разных положениях.       Поэтому, когда мы говорим «сошлись два одиночества» в отношении Хромдома и Ревайнда, мы имеем ввиду лишения не совсем того масштаба, которые были у Циклонуса и Тейлгейта: не хотелось бы преуменьшать потери первых двоих, но у последних буквально ничего не осталось из свидетельства их прошлого, кроме косвенной связи миллионы лет назад (Циклонус был старшим офицером на Арке, где Тейлгейт провалился под землю). Они друг для друга буквально все, что у них осталось — в Хромвайнде же как минимум для одного из партнеров всегда был вариант получше.       «Они идут на жертвы друг ради друга»       И снова полуправда. Конкретно Ревайнд, как уже выяснилось, ничем для Хромдома не жертвовал (единственное — он помог закрыть капсулу с Оверлордом, но если бы он этого не сделал, погиб бы весь корабль; этот момент никак не исходил из их отношений друг с другом, просто Ревайнд сам по себе был готов так поступить), он всегда оказывался в очень удобном для себя положении, где и выбирать-то особо не приходится, и что-то кардинально решать — тоже. Он постоянно пытается усидеть на двух стульях, и выбор — окончательный — так и не сделал: вернее, просто дождался, пока жизнь сама за него все решит.       Напротив: это Хромдом отказывался (в силу своего желания или моральной травмированности) от попыток отстоять свое человеческое достоинство; это он постоянно ему уступал, терпел, прощал, понимал, и вряд ли он сможет отучиться от этого без вмешательства со стороны. В «плохой» концовке «Лост Лайта» мы увидели, что Ревайнд перешел в перманентный альтмод из-за трансформерского аналога Альцгеймера, и Хромдому от этого стало только хуже: уже было заметно, как он помрачнел, и, я думаю, известно, как он поступит, когда второй Ревайнд окончательно умрет.       На другой стороне медали Циклонус и Тейлгейт: пожалуй, самыми яркими примерами экстремальных поступков можно назвать защиту Тейлгейта после неудачного покушения на Мегатрона (MTMTE #47) и рискованный метод лечения, на который Тейлгейт решился, чтобы больше не причинять вреда Циклонусу по случайности («Лост Лайт» #7). Что в первом, что во втором случае, риски умереть у обоих были колоссальные (не говоря уже, что Циклонус вообще постоянно его опекал), но важно здесь вот что: это никоим образом не лишало их достоинства. Хромдом, готовый умереть в интересах Доминуса (ради кого! своего же соперника!) не на том же уровне, что Циклонус, который постоянно боролся за их с Тейлгейтом личное счастье.       «Они одинаково прошли этапы ревности»       Не думаю, что тут нужно что-то отдельно разбирать, потому что этот пункт состоит из всего вышеописанного, но попробую объяснить, в чем здесь ошибка.       «Ревность», которую испытывал Циклонус к Гэтавею, была не только ревностью самой по себе: он слишком стар и предусмотрителен, чтобы позволить так легко запудрить себе мозги. Он видел в Гэтавее нечто подозрительное и опасное (и, как позже выяснилось, не зря), а потому и стремление оградить Тейлгейта от его компании было продиктовано не столько чувством собственничества, сколько желанием уберечь его от беды.       У Хромдома ревности к Доминусу как таковой вообще не было: на протяжении всего MTMTE/ЛЛ он придерживался довольно однообразного смиреннического взгляда на свое положение «запасного аэродрома», и ни разу не давал себе даже помыслить о том, что у него, как у актуального Conjunx Endura Ревайнда, есть право претендовать на место в его сердце. На первое место, раз уж о том речь — можете поправить меня, но, кажется, никто из них не подписывался на роман втроем.       Один-единственный раз — именно тогда, когда он пытался восстановить Доминусу память — Хромдом сформулировал то, что его не устраивало (и то, сделал это не в формате претензии, а в формате жалостливого утверждения), в надежде услышать опровержение, но принял за него всего лишь рациональный поступок Ревайнда, который тот совершил по мотивам, описанным выше.       Это тот случай, когда отсутствие каких-либо требований по соблюдению субординации исходит не из того, что человек «достиг просветления», познал дзен и вообще свободен от всяких рамок — в случае с Хромдомом очевиднее некуда, что его неспособность попросить Ревайнда определиться уже с выбором исходит от крайне слабой воли и заниженной самооценки.

Выводы

      На самом деле, как и во вступлении, я не знаю, что нужно сказать такого неочевидного и небанального, чтобы как-то подытожить всю статью: то, что было здесь написано — не какие-то особенные додумки и трехэтажные фанатские теории. Это все написано там черным по белому, а если еще и читать комикс глазами зрителя, имеющего понятия о нормальных отношениях, совсем несложно будет увидеть, что за флером «любви, как в сказке» кроется совсем ужасное нутро.       Проблема Хромвайнда не в том, что он про травмированных жизнью людей, которые сбились в пару без надлежащей терапии: будем реалистами, далеко не все люди с психическими заболеваниями вообще осознают, что с ними может быть что-то не так. Проблема этой пары — и это, повторюсь, Робертс сам показал через свои работы — заключается в том, что она учит нездоровой жертвенности, отказу от собственных интересов и личности, учит готовности раствориться в партнере, который в любой момент может взять и уйти из вашей жизни (буквально или фигурально). Она учит быть приложением к тому, кого вы любите — а вот как решать эту проблему, не рассказывает, потому что в жизни, к сожалению, нельзя приделать к пальцам палочки-выручалочки, чтобы моментально забыть о боли.       Возможно, в этом и правда видят романтику — по крайней мере, не счесть, сколько примеров в мировой литературе преподносит именно такую модель отношений как единственно верную. Но зачем нужно впадать в такие крайности, если в том же МТМТЕ/ЛЛ, прямо-таки по соседству с Хромвайндом, есть адекватный пример любовной пары, где никто никого не ставит в унизительное положение и не лишает самого главного, на чем и строятся любые здоровые отношения: выбора?       Любовь Хромдома к Ревайнду была построена на изначально неблагодатной почве и взращена в условиях наплевательского отношения к его чувствам. Не исключено, что найдутся те, кого такой партнер (или даже такая роль) более чем устроит, и те, кто будут согласны на похожую динамику — это личное дело каждого.       Просто каждый раз, когда я мысленно возвращаюсь к моменту, где Ревайнд решал, кого оставить в живых — Хромдома или Доминуса — я прихожу к выводу, что у него бы даже выбора такого не стояло... будь у него чувства хоть к кому-нибудь из них.       Но это уже совсем другая история.