Последствия не обратимы

За окнами уже стемнело и земля начала остывать. На улице заметно похолодало, что заставило съёжиться, по телу пробежали мурашки. -Держи, - произнёс Алан, протягивая мне своё потрепоное регби. -Сам сообразил, или опять в голове моей побывал? – вопрос звучал больше как претензия. -Сам, - Алан глубоко вздохнул то ли от усталости, то ли от предстоящего тяжёлого разговора. Хотя ночь была достаточно прохладной, но завораживающе прекрасной. Звёзды украшали россыпью уже потемневшее небо. Полная луна завершала ансамбль всей этой прекрасной композиции. Ветер обдувал наши тела со всех сторон, приходясь по открытым участкам. Что-то в голове щёлкнуло, давая мне усомниться на секунду в увиденном, мне казалось до боли знакомой картина, но это чувство так же стремительно пропало, как и возникло. Поначалу повеяло гарью, но мгновения спустя я почувствовала запах свежего хвойного леса, он расслаблял и успокаивал. Терраса, на которую вывел меня Алан, была простенькой в отличие от обстановки в доме, но хорошо вписывающейся в фасад здания. Чёрные стальные прутья отгораживали территорию террасы. Два потрёпанных лежака украшали угол всего пространства. Простенько, но со вкусом, как бы сказала мама. От этих мысли стало грустно на душе, снова воспоминания о найденных именных крестиках и никаких следов их хозяев. -Так что именно тебе хочется узнать? – Алан прервал мои мысли, своим внезапным вопросам. -Всё. -Мне нужна конкретика, я не смогу тебе помочь, если ты не скажешь, что именно тебя интересует, - он был чересчур, спокоен, даже безразличен. Его вид выдавал какую-то усталость как будто, что-то высасывало из него силы, - поступим так, - он потёр рукой глаза, - задавай вопросы, а я попробую утолить твоё чрезмерное любопытство. Общее состояние Алана, не радовала. Его потрёпанный вид, уставший и поникший взгляд, огромные круги под глазами, будто бы он не спал неделями и истощённый вид. Выглядел очень болезненно, это вызывало беспокойство. -С тобой всё в порядке? – волнение нарастало, с каждой секундой. -Всё нормально. Чем быстрее мы начнём, тем быстрее закончим, - заключил он напоследок. -Хорошо, для начала, вы с Джеймсом говорили, что я прохожу четвёртую стадию, что это значит вообще? Я буду мутировать как оборотень? – вопросительно я взглянула ему в глаза, ища там ответ, но он только отвернулся в сторону леса и продолжил. -В психологии есть такое понятие «Пять стадий принятия неизбежного». Люди, которые попадают в сложные жизненные ситуации, проходит пять ступеней. Первая - это отрицание. Как только я сообщил тебе о смерти родных, ты впала в панику, наотрез отказывалась принимать реальность, тем самым пройдя первую стадию. Вторая ступень, с которой столкнулась – гнев. Я показал тебе этот момент, так как он был, что привело сильнейшему выбросу твоей энергии. Тем самым ты была на волоске от смерти. Третья стадия – надежда. Пытаясь уверять себя в то, что, они могут ещё быть живы, что возможно в силу обстоятельств родные покинули тебя и где-то прячутся. И наконец твоя четвёртая стадия – депрессия. Вся та скорбь, что ты испытывала, грусть, опустошения, тревога, слёзы, переживания. На этой стадии находишься и до сих пор. Это и понятно, смерть родных большая потеря, особенно когда одна осталась в живых. Рано или поздно, ты перейдёшь на пятую стадию и просто примешь неизбежное. Боль и пустота, возможно, навсегда останутся в душе, но тебе станет немного легче со временем, - всё сильнее и сильнее Алан довил на только что поджившую рану. Новая порция слёз была уже готова к выходу наружу, но благодаря мантре, что учила меня мать в детстве, чтобы успокоить бурлящие во мне эмоции, я смогла их сдержать. Я отвернулась в другую сторону, чтобы Алан не видел мои мокрые от слез глаза. Яркое свечение звёзд расплывалось. Питаясь отчаянно сдержать нахлынувшие эмоции, я медленно повторяла про себя, - "Три вещи нельзя скрыть: солнце, луну, истину". Также с детства я успокаивала себя, причиняя физическую боль, что сейчас тоже помогало. Сжимая кулаки, так что оставались кровавые полумесяцы на ладонях от ногтей и прикусывая нижнюю губу до крови. В завершения своей мантры, когда уже слёзы отступали, я глубоко вдохнула и продолжила. -Что произошло там, в лесу, когда я потеряла сознание во второй раз? – безразличный вид Алана, стал немного напрягать. -Когда ты вопила, как ненормальная? -Да. -Хочу сразу пояснить, что этого нужно было ожидать. То, что ты единственная выжившая, на участке, откуда всё началось, уже делало тебя особенной. С твоего прибытия мадмены тряслись над тобой, как над красным алмазом. Ты находилась день и ночь под наблюдением. Тебе не требовалось ни воды, ни еды. Твой организм отвергал всю, что ему давали, чтобы набраться сил, любая помощь была, отрекалась телом. Несмотря на то, что ты дышала с трудом, твой организм был полностью истощён, он всё же брал откуда-то силы восстанавливать. За пять месяцев ты пришла в норму без какой-либо помощи. Четыре месяца мадмены изучали тебя двадцать четыре часа в сутки непрерывно, но изменений никаких не было. Посчитав, что это всё, ты стала им неинтересна как объект наблюдения, так оказалась с нами в одной камере. -Откуда столько знаешь? Ты же сидел всё это время со всеми в той комнате. Откуда так хорошо осведомлен, сомневаюсь, что эти люди отчитывались перед вами? – во мне закрадывалось сомнение. Всё это выглядело очень подозрительно. В голове проскочила мысль о том, может, он, как то связан с ними. -Вся информация из головы Гейба, его воспоминания, - прервал размышления Алан. Его лицо было отвёрнут от меня, судить врёт он или нет, было очень сложно. -Хочешь сказать, что за пару минут, что ты контактировал с Гейбом, увидел всё? -В голове время летит быстрее, чем здесь. Я могу посмотреть всю жизнь человека, всего за пару мгновений. А теперь я продолжу, если ты не против, - я одобрительно кивнула, но сомнения о том, что здесь что-то не так, всё равно остались со мной, - так вот ещё при побеге, я заметил, на сколько мощна была твоя энергия, когда ты безрассудно отвлекала Гейба своим криком. Почему-то я не придал этому значения, а зря, ведь совокупность факторов, тех воспоминаний, - он немного помедлил, - Гейба и тот мощный звуковой удар, который ты смогла воспроизвести после пяти месяцев комы, должен был насторожить меня. Возвращаясь в тот день, когда ты нас чуть всех не погубила, я понял, насколько ошибался, недооценивая твоё состояние. После того как ты решила выплеснуть всю ярость, что накопилась в тебе за то время, меня отшвырнуло с огромной силой к булыжнику. Эта звуковая волна сносила и разрушала всё на своём пути, на расстоянии в нескольких тысячах километров. -Да, я помню, как сломала окружающие меня мощные стволы деревьев пополам. -Это тоже, - не уверенно произнёс Алан, - но на это всё не закончилось. Я всего на секунду зажмурился от боли, при ударе о булыжник. Когда я их открыл, то не на шутку перепугался. Ты стояла на коленях и всё, абсолютно всё гибло. Этот круг смерти стремительно распространялся в окружности, не оставляя шансов выжить. Что самое страшное, всеми твоими силами распоряжалась не ты, а они распоряжались тобой. Я пытался докричаться до тебя, но всё было без толку. Твой разум был закрыт от меня и прибывал, в каком-то непонятном трансе. Всякая попытка докинуть до тебя хоть что-нибудь, оборачивалась краха, предметы не долетали до тебя, они просто испепелялись, попадая твоего круга. Мне с трудом получилось развернуть окаменевшее тело и тут началось самое ужасное. Тебя охватила такая злоба. В один миг ты подняла тело на ноги и обратила свои взор на меня. Глаза были окутаны черно-красной пеленой, словно один сплошной зрачок облитые кровью. Я слышал о таком в теории, но увидеть на практике был не готов. Это явление называют «Кровавой яростью», крайняя форма, не встречающаяся в природе до того дня. Нам очень повезло, что твой организм был сильно истощён, потому что ты бы под воздействиями своих эмоций просто на всего убила всех нас. Но все отделались небольшими ушибами от твоей ударной волны. А ты обильным кровоизлиянием, которое, само собой, остановилось и восстановилось. Это всё, что я знаю, - закончил Алан. Мне не верилось, что я он рассказывал обо мне. Всё выглядело так, будто это какой-то хорошо продуманная фантастическая история, потому что я не помню ничего такого. Ужас застыл в моих глазах. -Это правда. -Если не веришь, то могу показать, - он стремительно начал приближать свою руку к моему лицу, но я смогла ловко отскочить. -Нет, - несмотря на весь кошмар услышанного, я старалась спрятать свой страх. Представить не могла, что я чуть не убила всех этих людей, только потому, что не умею держать себя в руках. Единственное, чего я сейчас желала, это забежать в комнату запереться и не выходить из неё до конца жизни плача и жалея себя. -Ты определённо, что-то не договариваешь, - какая-то недомолвка висела в воздухе. Его недосказанность не давала мне собрать кусочки головоломки воедино. Какая-то недосказанная деталь не оставляла мне покоя. -Ты точно хочешь, прям всё узнать? Думаешь, готова всё это увидеть? – по голосу было слышно, что Алана утомил этот разговор. -Да, - не успела я договорить свою фразу, как вокруг меня поползла вниз вся картинка. Вся эта мишура, состоящая из красивого ночного неба, вечнозелёного леса, прекрасного свежего воздуха, всё, словно краска сползала вниз по листу, открывала мне обзор на настоящий мир, мир после апокалипсиса. На Землю, покрытую самовоспламеняющимся от ветра пеплом, окружённым густым как парное молоко непроходимым туманом, где вдали виднелись очертания коряг, которые раньше составляли густые леса. Всё было именно так, как показывали в постапокалиптических фильмах, мрачное, серое и безжизненное, не оставляющее надежду на нормальную жизнь. -Что это? – паника от безысходности наполняло тело. Хотелось верить, что это всё один ужасный кошмар, от которого невозможно проснуться. -Я же тебя предупреждал, - сказал Алан, поворачиваясь ко мне лицом, но теперь предо мной стаял не он, а Айзек из моих ведения. -Этого не может…, - и снова шоковое состояние и потеря сознания.