Ни слова о любви (версия 2.0)

Боль. Слишком много боли. Первое, что ощутил Драко, когда проснулся. Казалось, что его всю ночь пытали Круциатусом. Он медленно поднялся с кровати, пытаясь найти причину своей боли. Но он был в своей комнате, и ничего не изменилось. Все так же как и вчера: война закончена, родители живы, он жив. Это самое главное. Но тревога не давала ему покоя. В голове тихо царапалась какая-то мысль. Юноша прокрутил вчерашний день в голове: немного поссорились с мамой насчёт Хогвартса, а затем побеседовали об отце. Драко снова успокаивал Нарциссу, говорил, что пять лет пролетят быстро, что могло быть и хуже. Ничего особенного. Но все же… Что-то не так. Малфой прошел в ванную комнату и тщательно стал вглядываться в свое лицо, пытаясь увидеть хоть что-нибудь, хоть какой-нибудь намек на причину своего состояния. Впалые щеки, красные глаза, сухие губы. Ничего не изменилось. Скорее всего это был один из его кошмаров. Однажды ему приснилось, что он падал с криком в Адское пламя, а Поттер летел за ним и не мог схватить его за руку. Чаще снилось, что Волдеморт входил в его комнату и убивал его за непослушание. А самый страшный кошмар, который преследовал его, это тот, где Поттер так и не ожил. Хагрид удерживал в руках его тело, а Волдеморт все кричал и кричал о победе… Слизеринец резко выдохнул и быстро ополоснул лицо. — Ну же, Драко! — яростно прошипел он самому себе. — Соберись! Не стоило давать матери новых поводов для переживаний. А он справится, обязательно справится. И если для ее спокойствия нужно было отправиться в Хогвартс, он сделает это. Она — единственное, что для него имеет ценность. Немного успокоившись, он нырнул в душ. Испуганный вскрик раздался по всей ванной комнате. На его груди прямо на сердце чернела маленькая метка в виде змеи… *** Хогвартс. Жалкое подобие школы. Драко ненавидел каждую секунду, прожитую здесь, но ничего не мог поделать. Уже две недели он терпел всю эту атмосферу и ждал. Ждал, когда все взорвутся и наконец накажут Малфоя по полной программе. Но ничего… Да, были косые взгляды. Да, были шепотки и сплетни в его сторону. Да, были неприязнь и отчуждённость. И на этом все. Никаких проклятий в спину, никаких драк или открытых ссор. Видимо, политика Поттера и Грейнджер в защиту детей Пожирателей Смерти все же давала свои плоды. Все вокруг молчали о битве, игнорируя разрушенные стены, полупустые классы и малое количество людей. Все пытались жить дальше. Драко тоже пытался, но ожидание чего-то плохого преследовало его и не давало успокоиться. А ещё и Метка. Змейка не давала ни каких признаков, но вряд ли она появилась просто так? Что она скрывает за собой? Каждый день Малфой пытался раскрыть тайну Метки, но безуспешно. Она появилась внезапно и явно не хотела пропадать. Громкий стук заставил вздрогнуть парня, и он поспешно застегнул рубашку. — Привет, Малфой! Давно не виделись… — нахально улыбнулся Поттер, входя в комнату без разрешения. — Что делаешь? — Какого хрена ты тут забыл, Поттер? — процедил слизеринец, закрывая за ним дверь. — Мне нужна твоя помощь в одном деле, — деловито заявил он, поправляя очки. На самом деле Драко ожидал что-то подобного. Он знал, что когда-нибудь Гарри заявится и попросит помощи за то, что заступился за него на суде. И вся эта натянутая обстановка «Не трогайте Драко Малфоя» создана не просто так. — И естественно только я смогу помочь тебе, — язвительно пропел Малфой. — Как интересно выходит. — Да ладно, тебе, Драко, — Гарри подошёл к нему чуть ближе, дотрагиваясь до груди, где находилась метка. — Я знаю, что ты прячешь там. Моя работа. Малфой завис. Он уставился на героя самым скептическим взглядом, не понимая сути. Метка Поттера? Для чего ему она? Что он собирается делать? Драко молниеносно сбросил руку Гарри со своей груди, отходя к столу, делая самый незаинтересованный вид. Не может быть. — Не понимаю, о чем ты, — голос предательски задрожал. — И почему ты такой упрямый, Малфой? — Поттер снова подошёл к нему. Он наклонился к его уху, тихо шепча. — В твоих же интересах сотрудничать со мной. Будешь послушным, получишь все, что пожелаешь. А если будешь упрямиться… Гарри отстранился и медленно стал расстёгивать рубашку. Малфой развернулся к нему, наблюдая за каждым его движением. Дышать стало тяжело. Паника нарастала с огромной скоростью, но он старался успокоить себя. Только не сейчас, только не сейчас. Он чувствовал, как его пальцы из-за всех сил сжимают стол, а по лбу потекла первая капля холодного пота. Метка на груди Поттера была такой же как и у Драко. От этого становилось только хуже. Драко просто сменил одного хозяина на другого и снова не по своей воле. Он не хотел этого. Он ничего не хотел. И почему всегда он?! — Эй, Малфой, — Гарри взял его за подбородок, вглядываясь в глаза. — Все хорошо. Ты сделаешь одно дело и сразу же забудешь. Хорошо? Никто даже не посмеет и слова сказать против тебя. Ты под моей защитой… — Так почему ты сам этого не сделаешь? Почему именно я? Почему это всегда я?! — голос уже предательски сорвался, а перед глазами стало все расплываться. И лишь зелёные глаза Поттера сверкали опасным блеском. Драко в ловушке. Поттер — псих, ещё больший псих, чем Волдеморт. Заклеймить его так, чтобы никто не знал и не догадался. Кто же увидит чудовище в святом герое? И действовать руками бывшего Пожирателя Смерти. Гениально, ничего не скажешь. — Малфой, у тебя нет выхода, поверь, — прошептал он, сжимая челюсть Драко. — Мне ничего не стоит отпроситься на выходные, посетить один очень известный мэнор, капнуть пару капель яда. И никто даже не подумает, что это был я. Бедная Нарцисса! Сошла с ума после войны! Оставшись без сына, без мужа в мэноре, где жил Волдеморт, она не смогла вынести всего этого… — Ты не посмеешь, — прохрипел Драко, тяжело дыша. — Она спасла тебе жизнь! Только не мама! — Будь умничкой, Драко, — Гарри отпустил подбородок Драко и утешительно погладил его по голове. — Я уже все продумал, тебе нужно взять и сделать. Я не рискую своими людьми. Не хватало воздуха. В голове стоял лишь бешеный стук, который не давал мыслить рационально. Тело перестало слушаться совершенно, а мир закружился. Драко уже не понимал, что происходит, ему оставалось жадно вдыхать воздух, а пальцы сильнее вжимать в стол. Единственное, что ему удавалось контролировать. Руки Поттера прошлись ещё раз по голове, у Драко еле хватило сил дернуться. Он почувствовал, как Гарри отступил, куда-то пропадая из виду, но легче не становилось. Так мало воздуха. Ноги стали предательски подкашиваться, а мир тускнеть. Чужие, сильные руки подхватили его, таща куда-то, но Малфою все равно было уже наплевать. Ему хотелось только дышать. Ледяная вода резко ударила в лицо, а потом ещё, и ещё. Драко стал отчаянно махать руками, обескураженный поворотом событий. Слов все ещё не находилось. Поттер выключил воду, и терпеливо ждал, когда тот придет в себя. Малфой медленно осел на пол, обхватывая свою голову и пытаясь найти хоть одну разумную мысль. — Дыши, Малфой, дыши, — посоветовал тихий голос Гарри, и пришлось слушаться. — Как часто у тебя бывают панические атаки? — Это в третий раз, — безразлично отозвался он. Не осталось ничего: ни враждебности, ни интереса, ни желания. — Эй, — гриффиндорец присел рядом на корточки, хватая руки Малфоя. — Все хорошо. Если ты сделаешь для меня одно дело, к твоей матери никто не притронется. Я смогу освободить твоего отца. Я гарантирую, что семья Малфоев будет славиться так же, как и прежде. Ты получишь все, что пожелаешь: работу, девушку, деньги… Все зависит от тебя. Малфой молчал. Он чувствовал силу Поттера каждой клеткой своего тела и знал, что тот не лжет. Его теплые руки крепко сжимали ладони Драко, согревая, а мир казался таким маленьким в этой гребанной и мокрой ванной. Гарри может быть угрожающим, теперь это не тот мальчик, с которым можно было кататься по полу, обзывая придурком. Но и с другой стороны, Поттер может быть преданным. Почему-то Драко это знал. — Не нужно освобождать отца, пусть это будет ему уроком, — проскрипел парень, не узнавая свой сиплый голос. — Я согласен. Поттер радостно достал из кармана склянку, в которой была тонкая и маленькая иголка, примерно с размером в 4 дюйма. Он протянул ее к слизеринцу, чтобы тот разглядел поближе. — Кончик этой иголки пропитан ядом василиска. Этой дозы достаточно, чтобы убить человека, но нельзя было обнаружить. Твоя задача — воткнуть эту иголку в нужное место нужному человеку и все, — Гарри взял пальцы Драко и приставил к своей шее. — Вот здесь, под нижней челюстью, на шее находится сонная артерия, которая доносит кровь до мозга. Чувствуешь пульс? Запомни. Вот эта самая точка. Медленно вонзишь иглу, подождёшь минуту, чтобы яд рассосался в крови и вынимаешь. Ватой зажмешь дырочку, и ждёшь ещё две минуты. Лучше переждать, чем не дождать. И человек умрет, даже не понимая этого. Драко не мог поверить в то, что слышит это от Поттера. Это гениально и в то же время безумно, что его передёрнуло от внутреннего похолодания. Его стало колотить от мелкой дрожи, но он старался держать эту склянку крепко, чтобы она случайно не упала на пол. — Не бойся Малфой, я же говорю, что все продумал. Я дам тебе мантию-невидимку, — похлопал по коленке Гарри, вставая. — Почему я? — спросил Драко, поднимая глаза на Гарри. Он был таким большим и устрашающим, по сравнению с мелким и жалким Малфоем, вжимающимся в стену. — Я вижу в тебе потенциал. Возможно, ты пока меня не понимаешь, но в будущем, сможешь стать моей правой рукой и править Магическим миром вместе со мной. Тебе просто нужно вырасти… — И кого я должен убить? — Ханну Аббот. Пусть это будет проверкой для тебя. Сегодня ночью. *** Тихие шаги. Драко ощущал себя голым, хотя находился под мантией-невидимкой. Все уже спали — было три часа ночи. Свет луны едва пробирался в гостиную через полузакрытое окно. Почти не дыша, он открыл нужную дверь. Хорошо, что Поттер подробно объяснил, где находится кровать Ханны. Шаг. И ещё шаг. Слышно, как бешено бьётся сердце. Драко постарался откинуть все посторонние мысли, собираясь с силами. Он сможет. Он сможет. Он сможет. Девушка тихо сопела. Ее рыжие волосы рассыпались по всей подушке, а лицо было расслабленное и беспечное. Он чуть отодвинул одеяло, обнажая тонкую, длинную шею. Четкие движения: надеть перчатки, достать склянку, вынуть иглу. Нащупать нужную точку, воткнуть иглу, подождать и вынуть. Ничего сложного. Драко слегка занёс руку с иголкой, выдыхая. Давай же! Руки снова стали дрожать. Он закрыл глаза, уговаривая себя не паниковать. Тишина. Игла мягко опускается на шею, протыкая нежную, молочную кожу. Ханна тихо охнула, пытаясь пошевелиться. Но яд моментально разнёсся по организму, так как был занесён в нужную артерию. Ее тело содрогнулось, и Драко хотел уже было дернуться, но заставил себя ждать. Он вынул иглу, и сразу же приставил ватку. Драко чувствовал, как уходит жизнь из молодой девушки. Ее тело обмякло, а ее стеклянные глаза расширились от удивления. В этом взгляде не было ни испуга, ни страдания. Она даже не успела осознать своей смерти. Тишина. Эти две минуты длились бесконечно. Хотелось бежать, бежать без оглядки, но он лишь держал ватку, чтобы кровь остановилась. Не должно быть ни единого следа. Теперь Малфой даже не слышал своего сердца. Задержав дыхание, он неуверенно протянул руку к ее лицу. Она была все ещё теплой, но ее остекленевшие глаза и слегка побледневшая кожа говорили, что жизнь уже ушла из ее тела. Драко аккуратно закрыл ей глаза. Ханна просто спит… Тишина. Он убрал ватку и, убедившись, что крови нет, поправил одеяло на место. Шаг. И ещё шаг. — Прости, — одними губами прошептал Драко и вышел из комнаты. Лишь луна была ему свидетелем. *** Поттер ждал его в комнате. Он бесцеремонно расположился на кровати Драко и пялился в потолок, думая о чем-то своем. Когда Малфой зашёл, он даже не повернул голову. — И как? — Все, — Драко наконец-то позволил себе выдохнуть. — Доволен? Он быстро стянул с себя мантию-невидимку, осточертело бросая ее на пол. Туда же полетели перчатки, ватка, склянка с иглой. Ему не терпелось избавиться от следов и смыть от себя весь этот ужас. Больше ничего не говоря, он направился в ванную, крепко сжимая челюсть. Убийца. С зеркала на него смотрели серые глаза убийцы. Он ненавидел свое отражение. Осознание вылилось на него, как ведро холодной воды, подавляя его маленькую, ничтожную сущность. Мерзкий Малфой. Жалкий Малфой. Истерический смех вырвался сам по себе. Как иронично, все что про него говорили люди, теперь оказалось правдой. Видимо, это была судьба. — Малфой? — громко постучались в ванную. — Ты в порядке? В порядке ли он? Лучше бы он спросил, в порядке ли Ханна, чертов садист! Драко со всей силы ударил в зеркало, чтобы проверить. Если он почувствует боль, значит он ещё жив и определенно не в порядке. Он не достоин жизни. Боли не было. — Что там у тебя происходит? — истерично закричал Гарри, пиная несчастную дверь. — Блять, открой мне дверь! Малфою понравился цвет крови на его бледной тонкой руке. Он глубоко выдохнул, наконец закончив смеяться, и завороженно уставился на стекающую каплю крови по запястью. Рука слегка дрожала, но ему это нравилось ещё больше. Будто это вообще не его рука. Дверь с грохотом упала вниз. — Черт! — Поттер бросился к нему, но Драко вжался в пол, ложась на плитку, отчаянно желая, чтобы его не трогали. — Малфой! Ты меня слышишь? Конечно, он слышит. Он ведь не глухой. Но тело никак не хотело шевелиться. Руки задрожали ещё сильнее, и Драко вопросительно перевел взгляд на Поттера. — Что произошло? Что с тобой? Ответь мне, — прошептал он, садясь на колени рядом. Он аккуратно протянул свои руки к нему, словно спрашивая разрешения, и слегка их взял, чтобы осмотреть. Драко снова стало смешно. Как он смеет задавать такие вопросы? Он запрокинул голову и смеялся, смеялся, смеялся, пока не почувствовал, как метка на груди сильно стала жечь. Боль разнеслась по всему телу, словно на него наслали Круциатус. Да, он достоин большего. Он достоин смерти. Поттер впервые активировал ее, похвально. Боль исчезла также внезапно, как и появилась. Судорожный вдох. — Я не дам тебе умереть, Малфой… — прошипел Гарри, поднимая того с пола. — Ты мне нужен живым. Он потряс Драко, как тряпичную куклу, но тот ничего не хотел осознавать. Кровь медленно стекала по пальцам на пол, а слезы смешались с потом. Поттер схватил его за челюсть, пытаясь поймать его взгляд, но Малфой на это лишь усмехнулся. — Ты мой, понятно? Я с глаз с тебя не спущу, так и знай. Celarе memoria! *** Утро встретило слизеринца нестерпимой головной болью. Это уже входило в традицию, просыпаться в таком состоянии. Драко уже подумывал никуда не идти и наплевать на весь этот гребанный мир, но он был единственным слизеринцем-восьмикурсником, и поэтому учителя часто делали на него акцент. Да и восьмикурсников было немного. Человек пятнадцать. Малфой искренне порадовался, что мальчиков было нечетное число, и поэтому в комнате он был один. Кто в своем уме захочет жить с Пожирателем Смерти? Пересилив себя, юноша не спеша собрался, выпил зелье, надеясь, что оно ему поможет. А беспричинная тревога все его не отпускала. Стоило ему только выйти из комнаты, как столкнулся с ошеломляющей новостью: было обнаружено мертвое тело Ханны Аботт в ее комнате. Это было ужасно. Малфой даже сначала не мог принять это, беспомощно оглядывая всех вокруг, а потом забежал в комнату, чтобы спрятаться. От чего, он сам и не знал. Руки сами потянулись к рубашке и торопливо растегивали пуговицы, чуть не разрывая их. Змея на груди Драко открыла глаза и сменила положение.