Мы лишь посидим в тишине...

      Выбежав из дома, Гарри понёсся куда глаза глядят. Ничего не осознавая он бездумно пробегал по улицам, а в голове у него звучали последние слова отца…       — Забыл, кто здесь родитель?! — Отец поднялся с кресла и от ярости хотел влупить непослушному отпрыску, еле сдерживаясь. Гарри же в это время упирался в стенку и по привычке огрызался, несмотря на то, что уже давно из его глаз текли слезы и голос очень сильно шатало.       — И в то же время домашний тиран?! — В очередной раз Джеймс замахнулся, но Гарри смог отбиться от удара, но рука, на которую он пришел жутко болела.       — Да что ты себе позволяешь, щенок?!!! — На него страшно было смотреть. В гневе отец был страшен. Давно я его не видел в таком состоянии. Последний месяц мы с ним кое-как даже ладили и было очень неожиданно почувствовать такие резкие качели. А все из-за банальной причины — учеба. Мне уже четырнадцать лет! Почти пятнадцать! И мне пытаются втолковать то, что пытались ещё четыре года назад. Может я когда-то и посмеялся бы с этого, но сейчас мне определенно не до смеха.       — Да делаю я эти уроки!!! Чего ты ко мне прицепился?! — На свой страх и риск я продолжаю кричать. Я знаю, что распаляю его ещё больше, но на тихих интонациях мой голос сорвётся и я буду выглядеть ещё более жалко.       — Чего прицепился?! Я сейчас как прицеплюсь! — Замахивается ещё раз, но я уворачиваюсь. И, что есть мочи, пробегаю расстояние до входной двери, хватаю первую попавшуюся куртку и выбегаю на улицу.       Холод приятно бил по разгоряченной от рыданий голове и я почувствовал себя почти спокойным, но продолжал бег, направляясь в традиционную для подобных ситуаций точку — мой любимый парк. Ох, сколько я в нём подобных истерик пережил. Воспоминания о них были не самыми приятными, но в этот парк меня всегда тянуло в таких, как этот, случаях. Здесь была очень спокойная, умиротворенная атмосфера, особенно по вечерам. Сейчас была середина мая. Может днём и было тепло, то ночью холод пробирал насквозь.       Сев на траву возле своего любимого дерева, я постарался ни о чём не думать. И вот она, казалось, блаженная тишина, но тут вновь мелькнула картина недавней ссоры. Слезы обиды опять потекли и я, в который раз за этот проклятый день, начал задыхаться в рыданиях, стараясь хотя бы издавать меньше звуков. Сетуя в мыслях на свою ужасную жизнь, я и не заметил как ко мне кто-то подошёл и слегка приобнял со спины. Осознав это, я мгновенно притих, ощутив уже более уверенное объятие.       — Чшшш… — Прошипел обеспокоенно голос. А зря. От подобных ощущений меня прорвало и мне даже показалось, что то, что уже успело выйти было малой долей того, что успело скопиться где-то внутри. Очень глубоко внутри. Не беспокоясь больше ни о чем, я просто прижался к незнакомцу, уткнувшись лицом ему в грудь. Казалось бы, слишком интимная поза, но я подумаю об этом потом. Не хочу сейчас думать. Слабые поглаживания по спине успокаивали и я чуть не заснул, ощущая сильную слабость. — Знаешь, что бы у тебя ни случилось, оно не стоит того, чтобы так просто тратить свои нервные клетки. Они не восстанавливаются, вообще-то.       Я бы это всё прослушал, просто наслаждаясь чьим-то присутствием, но этот голос казался смутно знакомым. То ли из-за пустоты в голове, то ли из-за сильной усталости я не смог опознать личность, которой принадлежит этот голос. Поэтому я поднял свои красные глаза — даже не смотря в зеркало, я с точностью могу сказать, что они были именно такими — смотря на этого человека и пытаясь рассмотреть в темноте его лицо. Прищурившись, я всё-таки смог увидеть тёмные глаза, которые спокойно смотрели в ответ, прямой нос, острые скулы. Проморгавшись, не веря глазам, я уставился на… Реддла??? Что он, черт возьми, тут делает?       — Т-ты… — Мой голос все ещё дрожит. Я судорожно пытаюсь подняться, но он меня останавливает.       — Спокойно, Гарри. Все хорошо, я тебе не наврежу. — Подозрительно смотрю на него и устало выдыхаю:       — Даже если и да, то у меня нет настроения отбиваться. — Он понимающе на меня смотрит и кивает. О, боже, кто бы меня ещё мог понять? Конечно, Реддл! Этот невозможный отличник-заучка, черт его дери, и нереальный красавец. Классический случай всех сопливых подростковых романов, которые так любят читать девчонки. Например, такие, как моя сестра Элиза. Сколько же раз я видел её заплаканной и с каждым разом причина слез была все более странной.       Опять чувствую рассеянные поглаживания и вспоминаю, что лежу в объятиях Реддла. О, боже! Ладно, хорошо, пока все спокойно можно ничего не делать, о вот потом… Потом и подумаю. Кстати, что Реддл делал в этом парке? И тот, словно прочитал мои мысли, отвечает:       — Я вышел прогуляться перед сном. Сегодня погода хорошая: чистое небо, даже звёзды все видны. Такие ночи редко увидишь. Да и прохлада отрезвляет от всяких негативных мыслей. — О, да. Даже лучше всякой холодной воды. Лениво ворочаюсь и сажусь рядом с ним, обвивая руками колени и кладя на них голову. Боковым зрением замечаю, что он делает то же самое, о чем-то думая. Между нами на мгновение виснет тишина. Нет, она не давит, даже успокаивает. Вскоре мне надоедает вслушиваться в звуки природы.       — О чем думаешь? — Спрашиваю. Странно, никогда не думал, что буду спрашивать это именно у него. Он непонимающе моргает, поворачивает ко мне голову вопросительно смотря мне в глаза и возвращается к рассматриванию неба.       — О чем я думаю? — Задумчиво спрашивает. Я киваю головой. — О падающих звёздах.       Гляди, вон там одна беззвучная, как дух,       Алмазною стезей прорезывает воздух,       И вот уж путь её — потух…       Странно, но я замечаю одну падающую звезду. Я хочу спросить его. Не знаю о чем. Например… Зачем он читает стихотворение? Причем здесь звёзды или…       Не спрашивай, куда она свалилась.       Прошу тебя, безмолвствуй, не дыши!       Я чувствую, она лучисто раздробилась       На глубине моей души…*       И опять эта тишина. Он закрывает глаза и упирается лбом в свои колени. В этот миг меня покидают все мысли. Как же это всё странно. Такой странный вечер…       — Красиво. — Я не знаю зачем, но чувствую потребность что-то сказать. — И часто ты так стихи читаешь? — Он поднимает на меня взгляд, легко улыбаясь. Какой же он сейчас красивый…       — Нет. Просто, мне показалось это уместным. — Чуть растерянно отвечает и хмурится. — Если тебе не нравится, я больше не…       — Нет-нет, мне понравилось. Ты их так красиво рассказываешь. — Божечки, что я несу? Теперь ещё комплиментами Реддла засыплю. Краснею от собственного порыва. В темноте это не так сильно видно.       — Спасибо. — Слышу тихий ответ. Мне кажется или Том смутился? Так резко дёрнул головой в противоположную от меня сторону…       Мы продолжаем наше наблюдение за звездным небом. И мне даже нравится. В этот момент я понимаю, что вечерний Том Реддл — абсолютно новый для меня человек. Не думаю, что мы с ним перестанем постоянно ругаться в школе, но сейчас… Сейчас можно просто посидеть и вместе посмотреть на звёзды. В тишине. Вдвоем.

Тихо шуршит листва Ластится ко мне ветерок. Тепла настала пора, И с сердца снял я замок. Шуршит тихо листва. Звёзды горят в вышине Не скажем друг другу: «пока». Мы лишь посидим в тишине…**