Эрен Йегер - идиот!

— И что же, мисье Саеба, получается вы подозреваете меня? — женщина облокотилась на стол. Каюту освещал яркий лунный свет, и в голубых лучах блеснула по новому легкая шаль, слетевшая с её белоснежных плеч. Она «стрельнула» глазами в детектива и аккуратно перенесла ногу с каблука на носок, уже увереннее сев на край стола. Шелковая ткань её платья, похожая на ночное небо, спала на другую ногу, частично обнажив стройные ноги и правое бедро. Корабль качнулся, Рё подошел практически вплотную. Его заинтересованный взгляд едва ли можно было оторвать от её ног. Лилиан уверенно протянула руку к его лицу и поймала его взгляд — Рё, вы такой красивый и сильный — мужчина подошел практически в плотную, женщина аккуратно провела рукой по его плечу и посмотрела на его губы- неужели вы будете подозревать бедную иностранку, которая приехала за женихом? — Так вы, Лилиан такая же бедняжка, которая тоже просто ищет любви — она слегка наклонилась к нему, но он опустился на колени и подхватил её ногу у икры. Его пальцы ловко развязали шнурки и одна из шпилек упала на пол. — Именно так — он начал массировать одной рукой ступню, а другой поднимался вверх по бедру. «А этот извращенец не так и плох» — расслабившись подумала Лили. Но в следующую секунду Рё рывком сорвал с её ноги подвязку с бриллиантом. В тот момент когда Лили нащупала револьвер и направила его на лоб Рё он уже с довольной ухмылкой стоял у двери в каюту. Его пистолет был направлен на мошенницу, а из кармана смокинга торчала часть кружевной подвязки. Лилиан гневно покраснела и щелкнула предохранителем — Я конечно, хотел чтобы от моих прикосновений покрывались краской такие прекрасные дамы, но к сожалению у меня есть принцип — Никаких мошенниц? — Никаких стерв Раздался выстрел… В этот момент скрипнула входная дверь и в прихожую ввалились Райнер и Бертольд. Жан встал с дивана и вытягивая руки пошел в сторону соседей — Жанчик снова смотрит своё стариковское кино — Райнер открыл холодильник и достал бутылку сока и бутерброды. — Райнер, тебе не хватило? — Бертольд сел на стул, устало вытянул руки и обмякнув положил голову на столешницу, свесив руки. — Налей мне тоже. — Почему вы так поздно? — Жан тыкнул пальцем в уставшего парня, но Гувер повернул голову в другую сторону — Хей, тебе что, стыдно? Хотя ты сам сказал делов на 20 минут. — Жан, Жан, Жан — Райнер поставил разогретую тарелку с бутербродами прямо у головы Бертольда и хлопком положил руки на плечи Кирштайна. и наклонившись к его уху игриво продолжил — Ох, мой дорогой товарищ, неужели наш стеснительный жира не навел на тебя какие-нибудь мыслишки? Жан отодвинул голову райнера и обернулся на вешалку, а потом вновь посмотрел на Бертольда — Где твоя куртка? — Мне пришлось кое-кому её отдать. — А может наш неожиданный Дон Жуан расскажет чуть больше? — Райнер… — устало протянул Бертольд — О, этот бедняга должен знать, что он пропустил. Неужели ты лишишь его описания, которое мне пришлось слушать всю дорогу от её дома? — Да в чем дело, ребята? Бертольд поднял туловище, отпил сока и серьезно посмотрел прямо в глаза Жана, отчего то на секунду вздрогнул — Жан, скажу тебе быстро, чтобы ты не так сильно расстраивался. Мы встретили у берега Эрена и Микасу. — И Микасу? — взволнованно повторил Жан — Да. Их вынесло на дальний пляж, который выходит к серпантину. — Хахах, раз ты так серьёзно повтори слова про «морскую нимфу"или про «лунную фею»! — видя, что Жан начинает закипать, Райнер поставил ему стакан воды. Кирштайн тут же сделал большой глоток и с укором посмотрел на Гувера. Он виновата перебирал большие пальцы, а Райнер позади него сдерживал смех — О чем это он говорит? — Понимаешь, дело в том… — Теперь мы тебя понимаем, Жан — блондин перебил друга и показал большой палец вверх — Вот такая б…фигура. Когда она в лунном свете начала отжимать свое платье, ну такое с запахом, мы все как вкопанные стали… Жан побледнел и выпил стакан махом до дна. Бертольд, понимая к чему подходит рассказ, толкнул Райнера в плечо, пытаясь его остановить, но юноша продолжал — Когда Эрен побежал за мной, после того, что я сказал что она секси, Берт повел себя как самый настоящий рыцарь — Жан, прежде чем ты начнешь зли… делать выводы… сейчас на пляже ветренно и они явно нуждались в помощи, так что я выбирал между Эреном и Микасой — Ни капли! Эрен сразу за мной побежали, а вы ещё разговаривали, пока я там бегал от этого ненормального — Так получается твоя куртка у Микасы, так? — спросил Жан. Бертольд виновато кивнул — Эй, ты вообще не должен перед ним извинятся или чувствовать себя виноватым, понятно? — Жан вскинув брови, скрестил руки и отклонился на спинку стула. — Объясните- ка мистер Браун, почему я не должен на него злится. И на тебя кстати тоже. — Ути-пути, наша пони оказался ревнивцем. — он кхмыкнул и уже серьезнее продолжил — Во-первых, она не твоя девушка, и не твоя сестра. — Но вы же оба знаете, что произошло! — Да, но тут второе. Поцелуй ничего не значит, особенно если она наоборот от тебя шарахается. — А в чьем-то случае и секс- буркнув заметил Бертольд. Райнер прищурил глаза и передразнивая покачал головой — Я тебя вообще-то защищаю, дылда — Берт поднял ладони и улыбнувшись указал на Жана. На его лице так же блеснула небольшая усмешка. «Стена пробита». — Для справки, Криста — закрытая страница. Но продолжим. В-третьих, мы лишь отмечали твой хороший вкус и подчеркивали насколько прекрасна личность твоего объекта симпатии. — Так стелишь… ты что, умный? — К сведению, у вас средний бал ниже, чем у меня. Я третий после Армина. Что ещё раз доказывает мою объективность. — Ладно, тебе достанется меньше, чем Бертольду. Всё очень складно, но слабо. — А теперь наступает часть, в которой вступает Бертольд. Дружище, ты же завтра уезжаешь на конференцию в Марли? — Да, вставать рано, так ещё там безвылазно три дня на соревнованиях. — Гувера осенило и он сначала посмотрел на Брауна, а потом на Кирштайна. — Точно! Если я попрошу, чтобы она вернула куртку через тебя, у вас будет ещё один формальный повод поговорить! — Что? — А если я вас ещё запру в клубной комнате…- добавил Райнер — Перегибаешь. — отметил Бертольд — Ну так что, Жан. Ты упустишь этот шанс, или потратишь силы на тумаки, которые ничего не принесут? В комнате зависло ожидание. Жан задумался. Спустя полминуты он выдохнул и опустил голову — Она была с Эреном? — Да. — И какие у тебя предположения по этому поводу, Райнер? — он сжал руки на коленях и с надеждой посмотрел на оратора. — Скорее всего, учитывая течение и личный опыт, они прыгали с обрыва, который находится не так далеко — неожиданно сказал Бертольд. — Возможно. Я показал это месте Кристе и, недавно, Эрен выложил её фото с этого места. — Скорее всего она показала его Эрену, а он привел её туда… Это довольно опасно. Почва там постепенно крошится, и течение могло быть обратным и тогда бы их унесло к подводным скалам. — Но место там красивое, я там признался ей в…- он заметил мрачный взгляд друга — да что мы об этом месте! Давай смотреть позитивно! У тебя есть отличный повод поговорить с ней.А если ты что-то такое узнаешь, просто с глаз долой и сердце вон. — Знаешь, я решил, я напишу Микасе с утра. Ты просто должен быть на перерыве в клубной комнате, хорошо? — Ладно. Бертольд ещё раз потянулся, пожелал спокойной ночи и ушел в комнату. — Мне тоже завтра рано вставать. Если всё же захочешь, чтобы дверь клубной комнаты случайно не открывалась… — Я понял. Спасибо — Кирштайн устало отбил кулачек Брауна и улыбнулся. — у меня замечательные соседи. -Хей, я, вообще-то, твой друг, а дружба- это чудо. Слышал про такое? — Хорошая шутка. Иди уже спать, Эпл Пай. — Сладких снов, Флатер Шай… Беспокойные мысли всё же довольно долго не давали ему уснуть. Только сегодня она взяла круассаны и снова так быстро убежала, ничего не сказав. И тут оказывается, что возможно у них было свидание с Эреном. «А если они ещё и поцеловались? Это хорошо вписывается в историю Райнера. Если они поцеловались… У меня нет и шанса. Почему? Почему я не могу выкинуть тебя из головы? В лунном свете? А потом ещё в этой куртке… Наверняка Берт смущался, и не хотел рассказывать, потому что мило улыбалась и… потому что ты прекрасна… Моя голова взрывается. Сердце… Разбивает его снова и снова… А этот придурок рядом…действительно ли он может быть лучше ради тебя, Микаса? Как ей сказать? Неужели ты ничего не почувствовала? Или Дай мне хотя бы шанс! Почему я так переживаю об этом? Если она скажет отстать, я больше не буду бегать. Перетерплю. Остановлюсь. Только…» Пасмурное утро смешало начало дня. Жан помнил, как рингтон телефона противно «ударил по ушам», как зубная паста показалась противнее на вкус чем, обычно, как он случайно задел волос на животе кнопкой от брюк. «Очнулся» только после раунда с Марко. Лампа запищала когда Ботт коснулся плеча Жана. — Ты не выспался? Или котел под твоим кевларом всё еще разогревается? — Жан недоуменно повернулся и вопросительно посмотрел на Марко — У тебя с утра какие-то странные фразы, может сделаешь намек? — Марко ткнул кончиком рапиры в левую часть груди друга. Жан закатил глаза и кивнул — Так ты про сердце. Где ты взял эту фразу. Она очень «понятная». — Забавно. Не узнал собственное сочинение. — Что? Я так говорил? — Марко улыбнулся и закивал, поддразнивая Жана. Свободной рукой Кирштайн приложил ладонь к голове. — И хоть сказано довольно красиво, Жан, твои показатели снижаются. У Марко как всегда «довольно интересные» рипосты. — Эрвин перевернул ещё одну страницу и взглянул на учеников по очереди. Жан почувствовал как эти голубые глаза, обрамленные тяжелыми бровями разочарованно посмотрели в его сторону — Марко, у тебя хороший прогресс, а вот Жан последнее время… Можете собираться, мистер Ботт — Спасибо за тренировку. — Марко кивнул и отключил снаряд, а потом и снаряжение. Оставляя друга на дорожке. Идя к раздевалке он крикнул товарищу, что подождет. С хлопком двери Эрвин выдохнул. — Меня не покидает беспокойство с крайней гостевой тренировки. Ты же вроде не из тех людей, которые делят спортсменов по полу. — Вы же сами говорили, что такое иногда бывает, мистер Смит. Волнения мешают концентрации… — Ты несешь волнения на площадку? Что-то новое. Можешь пока отключаться — Жан направился к приборам и краем глаза взглянул на тренера. Он задумчиво смотрел на планшет. — Подойди, пожалуйста… — Хорошо.- Жан подошел ближе, смит открепил пару листов и чуть наклонил планшет в сторону Кирштайна. Кроме личной учетной таблицы, внимание привлек небольшой лист с графиком. Синие и красные линии переплетались и сходились в отмеченных точках. — Как видишь, по таблице твои показатели обычно падают после объявления дат соревнований и поднимаются ближе к ним. Причем есть малая схожая тенденция перед гостевыми тренировками. За пару дней перед тренировкой с Энни, а так же перед общеуниверситетскими соревнованиями они незначительно падали, но после тренировки они повышаются. — Но здесь же не такие большие цифры, всего отставание на балл или два — Да, и я просто записывал и отслеживал, но перед тренировкой с Аккерман они наоборот повысились, так же на два балла. Но потом…ты только взгляни — карандашом он обвел восемь последних столбцов — Твои показатели снизились более чем на восемь баллов. — Смит строго посмотрел в глаза ученика. — Я бы не обратил на это внимание и возможно дал бы тебе передохнуть, если бы не соревнования. Надеюсь, что ты постараешься. Я не вижу иного выхода как увеличить разминочную нагрузку и повторение теоретических основ. — он сделал небольшую паузу — Признаюсь, в какой-то момент мне пришла мысль, что ты можешь делать это умышленно… — Я понял вас тренер. Буду стараться и у меня честно нет других умыслов…- и всё же Эрвин с подозрением посмотрел на молодого человека. Он знал о его «особой любви» к Микасе. Но не знал, мог бы он зайти так далеко: практически во вред себе? — Вместо вечерней тренировки будет званный ужин. Я хотел бы попросить тебя помочь мне, а так же настоятельно рекомендовал бы пообщаться с Леви по поводу техники. Пересылал ему твои записи, думаю, его советы будут полезны. — Но мистер Смит, это как-то неловко — Тебе выпадает возможность пообщаться с профессионалом мирового масштаба. Не думаю, что стоит упускать такую возможность. — Я вас понял. Я могу идти. — Да. Ожидай звонка и смс в течении дня. Ужин начинается в семь. После этого разговора оставалось неприятное чувство. Это было похоже на настоящий приказ, однако разочаровывало то, что Эрвин лишь подтвердил его «внутренние догадки». — Жан, ты опять в своих мыслях. — Почему ты так решил? — Ботт спустил один из рукавов его свитшота обнажая изнаночные швы у рукавов. Жан вздохнул — Ты прав… — Мне неудобно прерывать тебя, но давай к сути. Этот момент тебя настолько сильно подкосил? — Ты хочешь услышать, что для меня это пустяк, и что я знаю как это решить, но я теряюсь всё больше… — Жан, я поддержу тебя в любом моменте, но тебе и вправду иногда не хватает решительности. Если тебе нужен совет, то я могу дать сразу два. Первый: перестань её задабривать. Ты уже больше недели к ряду тратишься на цветы, пропадаешь на кухне, оставляешь ей кофе. Кажется это только её бесит. Второй: заройся в учёбе и журнале. Это же ведь твоя страсть! Может даже увидишь ещё кого-то наконец. Первая любовь не всегда ответная. — Марко заметил как Жан нахмурился. — Все говорят одно и тоже, а толку…- Марко аккуратно толкнул его сумкой — Но в итоге всё зависит от тебя. А пока, пойдём съедим что-нибудь… Чем ближе было назначенное время, тем больше волновался Жан. Он ходил кругами по групповой комнате, возвращался к редактированию текста, переставлял книги, поправлял одежду и причёску в зеркале, в итоге придя к единственному занятию, которое могло его успокоить. Кирштайн выдвинул белую доску, зашторил окна и подключив ноутбук к проектору, сел за фотографии. Он несколько минут редактировал на ноутбуке, а затем отходил от компьютера на несколько шагов, чтобы рассмотреть фотографию в проекции. Мягко скрипели клавиши ноутбука, гудел старый проектор, стилус немного «шкрябил» по планшету. Изредка в коридоре раздавалась музыка или чьи-то разговоры. Этот странный бытовой ритм настолько быстро приедался, за работой можно было провести часы. Быстрый стук в дверь. Будучи погруженный в экран, он лишь махнул рукой — Да, да. Заходи. Только, пожалуйста, закрой дверь. Присядь, пожалуйста, я уже заканчиваю. — Микаса послушно кивнула и прошла к свободной парте. Погруженный в работу, Кирштайн не поднимал голову от экрана компьютера, настойчиво пытаясь найти нужный ему контраст. Микаса, держа в руках плотный картонный пакет, обратила внимание на фотографию проектируемую с ноута. Райнер, окруженный ореолом света и и слившихся воедино фанатов на трибунах. Кончиками пальцев тянулся к мячу, который оставался на грани баскетбольного кольца. Даже в черно-белой фотографии присутствовал дух кульминации переходящий в триумф. — Так ты увлекаешься фотографией? — Нет. Это для студенческой газеты. Мне больше нравится именно редактура и дизайн.- он нажал на несколько кнопок и фотография оказалась рядом с заголовком из витиеватых букв. В очередной раз Кирштайн чуть отодвинул стул и попятился назад, рассматривая работу на большом экране. Девушка обернулась. Жан сосредоточенно рассматривал работу.Волосы выбились из немного сделанной наспех прически, стилус закрался за ухо, рукава кофты задернуты до локтей, но во всем чувствовалась уверенность, схожая с уверенностью на спортивной площадке. — Тебе нравится? — юноша посмотрел прямо в глаза Аккерман и она быстро перевела взгляд на экран. — Это хорошая работа. Я бы обратила на такое внимание. И Райнер здесь получился довольно…неплохо. — Довольно трезвая оценка. Мне если честно вроде бы и самому нравится, но как всегда, чего-то не хватает. — Знаешь, хоть я и не художник, видя как ты стараешься, думаю ты сделал что-то классное — он громко выдохнул и прикрыл лицо руками. Она оставила пакет на парте и аккуратно подошла ближе — Жан, ты в порядке? Кирштайн открыл лицо и посмотрел на девушку. Его щеки и уши покрылись румянцем, а на лице засияла улыбка. -П-просто…это очень приятно… услышать такое…от того, кто тебе так…нравится- Эта реакция непроизвольно вызвала улыбку и девушки и она сама неожиданно для себя почувствовала как заалели её скулы. Когда она это заметила с губ слетело краткое «ой» и она тут же сделала серьезное лицо. — Ты действительно очень хорош в этом… — на подняла глаза и их взгляды пересеклись. Его нежная и спокойная, но при этом уверенная улыбка, выражала благодарность и дольку восхищения. Она совсем не заметила как сама оказалась чуть ближе. И тут же, случайно коснувшись его пальцев ,она быстро поднялась и отвернулась — Но, не думай, что мои слова комплимент. — Хорошо. — мягко проговорил Кирштайн, продолжая улыбаться — Это будет тем, что ты захочешь. Повисла неловкая пауза. Микаса коснулась пальцами пакета и обернулась на Жана. Он волновался и явно немного метался, пытаясь начать -Жан, вчера — но парень тут же перехватил её слова — Я давно пытался поговорить с тобой. И то что ты не убегаешь и тоже говоришь… Это много для меня значит, но позволь всё-таки сначала спросить: неужели ты и в правду ничего не почувствовала? — Не буду врать, это заставило меня волноваться и посмотреть на вещи под другим углом. Но вчера Эрен признался мне и… — Понятно. - он нервно зачесал волосы рукой. Отчего то это по настоящему кольнуло Микасу. Девушка сделала шаг в его сторону, но внезапно Кирштайн резко встал со стола и посмотрел ей в глаза - И всё же я не хочу просто так сдаваться - Что ты имеешь ввиду? - он подхватил её ладони в свои руки - Ты очень давно мне нравишься. Я хочу быть рядом. Мне претит мысль о том, что после этого мы просто снова будем знакомыми. - жар вновь подступил к щекам девушки. Она застыла чуть сжав его ладони. Аккерман разбирала слова Эрена по косточкам, но признание Жана казалось намного честнее и понятнее. "Он говорил очень...искренне?"