Фокус Чувств

Громкий выстрел смешался со звуком полицейский сирены, проезжающей мимо нашего дома. Ночь была не слишком тёплой, заставляя кутаться в одеяло до подбородка. И наверное, холод играет не такую слишком важную роль в таком действие. У девочки волосы были с непослушными светлыми кудрявыми волосами, которые были похожи на овечью шерсть. Такие же пушистые и светлые, будто сахарная вата. Но на деле, всё было намного хуже: по ощущениям они напоминали солому, которая через чур спутывалась между собой словно тонкая паутинка, причиняя лишь неприятную боль при расчёсывание, а в жару неприятно липли к лицу, придавая ещё плюс горячих градусов в придачу. Её тело было слишком напряжено из-за шума на улицы, которые издавали выстрелы, крики, угрозы кому-то, и звук сирены. Потому рядом с её кроватью на тумбочке лежал шокер, готовый в любой момент помочь девочке в крайней ситуации. Как можно сильнее укутавшись в одеяло, уткнувшись холодным носом в такую же по температуре грязно-больного цвета стену, она начала считать до десяти чтобы успокоить себя. Я старалась полностью погрузиться в своё сознание, пытаясь игнорировать опасный шум на улице, и плач сводного брата. Пыталась игнорировать тревожащие чувства из-за того что Карл даже не сказал когда и где мы встретимся. Пыталась уснуть. Но сильная жажда, из-за который горло было неприятно сухим, заставила спустить подрагивающее ноги на холодный деревянный пол и подняться, натянув на ступни тапочки, она убрала кудрявую липкую прядку за маленькое ушко, давая холодному воздуху ополоснуть правую часть щеки. Тихий скрипучий звук бросался по этажу, с каждым шагом. Глухой стук постепенно утихал, переставая с громким стуком об ребра посылать озноб. Подходив к лестнице, она увидела что свет на кухней всё ещё горит, хотя время позднее. — Господи, ещё пару дней тут, и я сойду с ума от нервов, — Послышался тихий и обеспокоенный голос матери, точно сидевшей за кухонным столом. — И всё ведь из-за одного моего самоуверенного муженька. Агнес слегка прижалась к левой холодной стене, пригнувшись, навострив свой слух. Кажись, сейчас начнётся скандал. Тем более зная что Ник не любит когда его в чем то обвиняют. Даже если он и взаправду серьезно накосячил. Её темно-светлые брови расстроенно припустились вниз, делая лицо печальным. Черт, а ведь теперь она будет в плохом настроение и завтра точно не разрешит прогуляться с Карлом. — Ну конечно, давай всё снова сваливать на меня! — недовольно прошипел мужчина. — Ведь если что, можно свалить всю вину на меня! — Это не я каждую секунду говорила что надо поскорее уезжать из Москвы, и что сбережений нам хватит! Я тебя отговорила, говорила подождать, но ты, — женщина резко встала со стула, из-за чего тот чуть не упал. — Ты нагло проигнорировал мои слова. И вот, получай! — она зло сжала ладони в кулаки, держась с мужем на расстояние. Девочка сидела на лестнице с грустным лицом слушая эту суматоху, которую бы посчитала не слышать. Она осторожно встала со ступеньки повернувшись спиной вниз, поднимаясь. Теперь мне точно не светит встретиться с Карлом. Как можно тише идя до комнаты, она погрузилась свои мысли, словно в омут, заглядываю в самую глубину. Она ненавидела ссоры родителей. Ей и так их хватало с первого брака матери с биологическим отцом. Кто бы узнал причину их ссор, то покрутил бы пальцем у своего виска, всем своим видом показывая что им надо сходить к семейному психологу. Муж пытался сохранить их брак хотя бы ради их маленькой дочери. Но жена в свою очередь настояла на том чтобы разорвать с ним все связи. Причина их распада была смешна. Он недостаточно зарабатывал. Им хватало на одежду, еду, и оплачивать квартиру. Но Вера смотря на своих подруг, у который мужья зарабатывали по восемьдесят тысяч в месяц, начала промывать мозги своему партнёру, чтобы он устроился на более оплачиваемую работу, не заботясь о его благополучии и здоровье. И лишь когда они развелись, она наконец поняла какие ошибки успела сделать, коль ночами изводила и винила себя. Но благо появился Ник, а потом и их общий сын. Но Элен даже в своём малом возрасте подозревала, что мама лишь заглушает свою внутреннюю боль ими. И эта ещё одна причина почему она согласилась уехать из Москвы. Мысли словно рой муравьёв шустро пробегали в самую тёмную нору в голове, заставляя девочку поглощаться в них словно мёртвая птица в глубокий океан, наполненный самой страшной неизвестностью. Ступая тапочками по тихо скрипучему полу, она пыталась не впадать в детские горькие слёзы, ведь ей совершенно не хотелось чтобы и её младший брат стал свидетелем несчастливого брака. Она снова была беспомощна и могла лишь смотреть на них и не вмешиваться, будто пуская маленький тонкий кораблик по сильному и грозному течению. Элен уже успела за это время пустить несколько слёз, ведь в этот горячий обжигающий огонь семьи, подливалось ещё масло которое называется "Саут-Сайд", благодаря которому Элен начала плохо спать по ночам, боясь что следующий глухой выстрел может прилететь ей в окно. Она молилась чтобы они поскорее накопили денег и переехали, хотя бы не в спокойный, но более безопасный для жизни район. Дверь скрипучем протяжным звуком закрылась, оставляя девочку в своей комнате и в своих тяжких мыслях. Она ненавидела ночь, ведь тогда начиналось чувство паники и тревожности от посторонних неприятных мыслей, которые Элен не могла отогнать от себя. *** Сидя за дубовым тёмным столом она буквально каждой клеточкой тела чувствовала напряженный заряд который исходил от взрослых. Они молчали и лишь кидали несколько сухих фраз, из-за которых по коже пробегали мелкие и неприятные мурашки. Может, лучше не стоит говорить о том, что за мной должен зайти Карл? А если он вообще не придёт? Что тогда? Девчушка ещё сильнее поникла. Прикусив нижнюю губу она сжалась, пытаясь не встать из-за стола, и не уйти к себе в комнату, с громких хлопком закрыв дверь, которая так и норовила вот-вот слететь с петель. Еле как подняв свой трусливый взгляд, она вжала голову в плечи. Ей казалось чёрная липкая темнота медленно поглощала мелкое помещение, а лица родителей начали изуродоваться становясь мерзко-темным и злым, о чем говорили их бордовые глаза, которые своим ожесточённым взглядом медленно начали проскальзывать по её бледному личику. Их рты ужасно открылись, с тихим хлюпком открывая белые острые зубы. Веки резко зажмурились, а сама Элен прижалась к спинке стула, прикрыв лицо мокрыми и трясущимися пальцами, пытаясь скрыть себя от этого ужасного и мерзкого мира. Сердце неприятно отбивало грудную клетку, будто сама пташка хотела с яростью вылететь из этой маленькой западни. — Элен. Воздух выбился из лёгких, потому в уголках глаз скопились мелко видные кристаллики. — Элен? Плечи подрагивали, показывая весь спектр ужаса, который почти достиг той самой вершины. — Лена! — голос матери пробился сквозь темную пелену, давая ушам наконец слышать, а воздуху попасть в сжатые легкие, чувствую холодный воздух, проходивший от лица до рта. Руки сползли на колени, а ноги почувствовали пол, на котором стоял стул. Голова медленно поднималась вместе с глазами, боясь увидеть ещё один «Глюк». — Прекратите, пожалуйста, — сиплым голосом умоляя попросила она, проглядываясь сквозь мелкую кудряшку, попавшую на лицо. Лицо отчима исказилось в неприязни, пока его широкая и мясистая ладонь сжали хрупкую вилку. — О чём ты, милая? — превосходно напялив маску спокойствия спросила женщина, улыбаясь. — Просто... — запнувшись девочка отвела взгляд, чувствую как их взгляд отдаёт горячей теплотой на щеке. — Эта наши проблемы, Элен, не твои, — с хрипатой выдал мужчина, отводя взгляд, будто понимая что девочке это неприятно. — Кораблик! — не в тему выдал младший брат, махая в ладони синим кораблем. Сказав что она уже достаточно поела, девочка быстрыми шагами начала подниматься на этаж, желая вдохнуть уличный воздух, и дать позволить бить по лицу морозному острому ветру. Она обводила своим мутным от слез взглядом пару домов, пока не остановилась на одном. Там живет Карл. Судорожно вздохнув, она хлюпнула носом, чувствуя как маленькая капелька начинает скапливаться в правом глазу, намереваясь скатиться по щеке, пока не раздался стук.