И нет ничего лучше.

— Тош, а давай на природу сгоняем на выходных? — отрываясь от экрана мобильного щебечет Арсений, жалобно сверля возлюбленного под боком взглядом. Завораживающая морская синева встречается с зеленью леса, и обе теплеют за секунды. — Конечно, Арс, спрашиваешь еще! А куда поедем? — встрепенувшись интересуется Антон. Мальчишка перебирает кольца на руках, заинтересованно смотря на Попова. — Секрет. — хихикает старший, по-лисьи хитро склабясь.

***

— Антон… Ты серьезно хочешь взять его с собой? — Арсений недоверчиво косится на возлюбленного, в это время держащего на руках рыжего кота в шлейке. Животное довольно мурлычет в ответ на поглаживания и почесушки за ушами. — Он же сбежит в первые три секунды… — Он? Не-ет! Ты смотри, как он хочет поехать с нами! Мы просто не можем его оставить, Арс, ну пожалуйста, я без него не поеду! — Антон умилительно хлопает ресницами и опечалено сводит брови к переносице, дует губы и фыркает. Арсений тяжело вздыхает, театрально закатывает глаза, а после расплывается в доброй улыбке, повержено кивая. Под довольные возгласы Шастуна их счастливая троица покидает квартиру.

***

За окном автомобиля захватывающие дух вечерние пейзажи спешно сменяют друг друга. Антон, как заворожённый наблюдает за открывающейся глазу лесополосой уже битый час, но все никак отлипнуть не может — слишком красиво, и слишком редко они куда-то вот так выбираются. — Тош, Ты не уснул еще? — беззлобно усмехается Арсений, смещая одну руку с руля на бедро любимого, ласково поглаживая. Антон еле-заметно вздрагивает, поворачивается к своему парню и склабится, кивая отрицательно. — Соскучился? Может, остановимся? Как раз выгуляем Люка, а то он весь извелся уже. — унизанная бижутерией рука тянется через задние сидения к беспокойно дерущему обшивку сидения коту, подбадривающе гладя. — Хорошо, давай. — Попов выглядит все таким же спокойным и сосредоточенным на полупустой дороге, но в потеплевшем голосе отчетливо слышно его охотное согласие. Это вызывает у Антона неконтролируемую улыбку. Люк выпрыгивает из машины так быстро, что Антон не успевает ухватиться за поводок шлейки, но зато это делает Арсений, после с усмешкой вкладывая в родную руку кожаную ленту, на прощание ласково касаясь костяшек губами. — Иди выгуливай своего разбойника. — Арсений мягко журит Шастуна по голове и аккуратно хлопает между лопаток, как бы провожая. Антон в ответ на касания довольно жмурится и тает, но быстро собирается в кучку, когда его с неожиданной для кота силой тянут в сторону леса. — Ух, ну только не нахватай клещей, Люк, прошу тебя! — фырчит Антон, сетуя на животное, прытко скачущее по своим важным кошачьим делам, свидетелем которых хозяин невольно станет. После десяти минут ожидания Арсений напрягается. Темнеет. Антон с котом на шлейке один, где-то вне поля зрения, а зная этих двоих, они уже могли идти по гребанной тайге. Попов без раздумий шагает в чащу, вслушиваясь в окружение. Через пару минут где-то сбоку слышится брань. Отборная такая, даже оригинальная, в каком-то смысле. — Да сука. Ну ебанный в театре, кот, какого хуя? Ты как, блять, кожаный поводок умудрился порвать? — возмущается парень, пытаясь отвязать запутавшийся о дерево кусок поводка, пока рыжий виновник наблюдает со стороны невинно таращась на хозяина как на дурака своими большими кошачьими глазами. — Вы чего тут? Я уже заволновался, вас так долго не было. — Арс облегченно выдыхает, присаживаясь на корточки рядом с рассерженным Антоном, разглядывая масштаб трагедии. — Ой, да брось, тут уже ничего не сделать. Бери Люка и пойдем, а то замерзнешь. — от Арсения это звучит так, будто проблема вообще незначительная, это совсем не дорогущий поводок, шедший в комплекте со шлейкой «специально для кошек». Шастун сдается и вздыхает, расслабленно опуская плечи. Питомца на руки не берет, потому что тот послушно щеголяет рядом с довольнейшим видом «освободившегося от рабства» существа. Антон всерьез задумывается, что им год назад просто впарили щенка вместо котенка, а Арс думает, что кот их такой же, как и хозяин, руку которого он сейчас сжимает в своей.

***

Шастун почти заметно сияет, настолько радуясь каким-то новым событиям в своей спокойной жизни, укладываясь на разложенном сиденье поудобнее, сжимая Люка в объятиях. Единственный минус, что Арсений слишком далеко. Аж по другую сторону авто. Но это исправимо. — А-арс, — ласковый голос мягко разрезает тишину, раздаваясь в темноте, и Попов чувствует мурашки по коже каждый раз, когда Антон произносит его имя так. Вместо всех «люблю». — Да, родной? — А если я к тебе на сиденье переползу, ты подо мной задохнешься? — Нет, Тош, не задохнусь. — сипло смеется старший, поворачиваясь лицом к своей второй половинке. — А если я с котом? — хихикает Антон, чуть жмурясь и уже приподнимаясь на локтях на сиденье. — Идите оба сюда — Арсений по-доброму вздыхает и качает головой, но все равно приглашающе разводит руки. Через пару минут пыхтения и тихой ругани у него на груди лежит, наверное, главная долговязая радость его жизни, а где-то над головой большим рыжим комком сопит кот.

***

— Долго нам еще…? — страдающе выскуливает Антон, разминая затекшие конечности как может. — Ребенок, я все понимаю, тоже не рад, но осталось совсем чуть-чуть, потерпи. Антон разочарованно сопит и переводит взгляд на Арсения, замирая. Ладно, все уже не так плохо, когда его профиль так мягко облизывают лучи утреннего солнца, в которых синие глаза теперь заменяют небо. Нет. Мир. Хотя Попов весь еще с давних пор Антону всю вселенную заменяет. ~ — Так, Антон, закрой глаза, и не открывай, пока я не скажу, ладно? — намеренно немного замедляясь на дороге просит Арсений. Антон охотно кивает и послушно закрывает глаза, стараясь унять рвущуюся наружу глупую улыбку и детское любопытство. Он любимому доверяет на все сто процентов, но все равно интересно. Машина останавливается, они выходят. Антон не видит ничего вокруг, но чувствует, как легкий ветерок треплет русые кудри, а кончиков пальцев касается трава. Или колосья. Непонятно. — Можешь открывать. — довольно выдыхает Арсений, сжимая Антонову руку в своей. Перед глазами яркими красками вспыхивает поле, под ногами высокая луговая трава пестреет белыми цветами, вдалеке уже практически поднялось солнце и залилось лазурью небо без единой тучи. Шастун ошарашенно хлопает глазами, делает несмелый шаг в сочную траву и ведет по ней ладошкой, она в ответ приятно холодит и щекочет. Здесь довольно прохладно, а вместе с тем и свежо. Но холода не чувствуется — Антона сзади прижимают к себе. Арсений укладывает голову на плечо любимого и вместе с ним смотрит на это великолепие, чувствуя грудной клеткой, как трепещет чужое сердце. — Это так… Красиво… Боже… А-арс, спасибо, что привез сюда…… — в этой благодарности все. Вся любовь, удивление, восторг, счастье. — Ты заслуживаешь этого. — Арсений обходит Антона, любовно оглаживая худую спину, скрытую под футболкой, и целует в губы с такой щемящей нежностью, что сердце замирает, и Шастун начисто забывает как дышать. Всю картину дополняет Люк, трущийся о ноги, заходясь в урчании. И в этот миг нету ничего, кроме Арсения, Антона и кота. И нет ничего лучше.