Меня заводит твоё безумие

Антон, побывав во всех комнатах и ничего интересного не найдя, отчаянно отправляется в свою комнату… — Стоп, а это что? — не понимает он, подходя ближе к шкафу, из-за которого торчит дверная ручка. «Скрытая комната?» — предполагает Шастун. С трудом отодвинув этот громадный шкаф, через 15 минут была видна дверь. Подросток дёргается ручку, но та не отворяется. «Логично» — промелькает у него в голове. «Нужно взять что-то тяжёлое» Отыскав где-то топор, он ударил им со всей силы по ручке, но та лишь поцарапалась. Удивившись этому, Антон продолжает усердно работать над тем, чтобы открыть дверь… Спустя каких-то 20 с лишним минут, ручка полностью сломана, шкаф обезврежен, дверь открыта… — Ну что ж, пора… — решает он, заходя внутрь. «Как здесь темно» — с этими мыслями Антон быстро включает фонарик на своём телефоне. — Лестница?! Но. Куда? — спрашивает у пустоты юноша. Он аккуратно поднимается по ней, уже несколько раз пожалев, что вообще затеял узнать, что за дверью. Но как говорится: «Назад дороги нет» и к тому же заинтересованность побеждает, поэтому сейчас Шастун медленно идёт по лестнице, наступая на каждую ступеньку, чтобы не дай Бог упасть! Преодолев преграду под названием «лестница», Антон останавливает на месте всматриваясь в черноту впереди. Ступенек дальше нет, а значит он уже на нужном ему место. «Вдох-выдох и пошёл?» — думает подросток, вступая в тягучую чёрную дыру, и сразу же натыкаясь локтём в стену. — Ай… — поглаживает место удара. Посветив фонарём на место об которое ударился, он замечает выключатель. Нажав на него, комната освещается тусклым, но хоть каким-то, светом. Комната, в которой он сейчас находится не похожа на остальные, она не большая, с тёмными обоями, с… ещё одной дверью? «Сколько комнат в этом доме?» — пробегает мысль в голове. Поблагодарив вселенную за то, что та дверь была открыта, Антон заходит и видит мини кинотеатр со старинным кинопроектором. Осмотрев помещение, мальчишка находит три плёнки: «психушка», «эксперимент», «завершение». Решив, что будет смотреть по порядку, он вставляет плёнку в кинопроектор и начинает крутить ручку. Хорошо, что Шастун застал те времена, когда были советские фильмы, и он знает, как пользоваться этой «штукой»… Либо препарат сломался, либо плёнка уже совсем старая, потому что на экран не выходит ничего кроме какой-то фотографии психушки… Посмотрев вдаль, подросток замечает диктофон на котором также написано «психушка» Он нажимает «воспроизвести»… Психушка. День 1 Меня отправляют в психушку, потому что я по их словам «сумасшедший». Не знаю, смогу ли я записывать всё происходящее там, но если вдруг что, помогите мне! Пожалуйста… Может быть кто-нибудь найдёт этот диктофон и спасёт меня? — Пошли давай! — слышится на заднем фоне. Ну всё, до встречи, будущий Арсений. Запись закончилась… — Арса забрали в психушку?! Но… — не договаривает он, включая следующую запись, намереваясь дослушать всё до конца. Психушка. День 2 Это второй день моих записей про психушку… Вчера меня забрали в неё, не дав даже слова сказать. Но спасибо им хоть на том, что оставили мне диктофон. Так! О чём это я? Ах, да. Вчера меня завезли туда и что-то подсунул и, от чего я спал крепким сном. Ну а дальше, я уже проснулся в своей новой спальне в смирительной рубашке. Но минут через 10, ко мне зашла довольно-таки милая девушка, думаю ей лет 20, она принесла мне лекарства, которое я должен был выпить… Ну вот и всё. Даже не покормив меня и других людей, они заставили спать. Но хорошо, что сегодня соизволи покормить, а то, честное слово, я бы им ногу откусил… Да ладно, шучу. Скучно здесь просто. Завтрак кстати неплохой был. Каша манная, моя любимая и какао. Я правда хотел кофе, желательно покрепче, но меня здесь никто не слушает. Запись окончена… — А-ху-еть. — по слогам произносит юноша. Хочется уйти из этого места и спросить обо всем самого Арса, но мальчишка продолжает сидеть, включая следующую запись… Психушка. День 7 Прошла неделя. Них. Нифига интересного не происходило. А жаль. Думаю, что скоро сдохну от скуки. Реально, каждый день, как будто на повторе: Просыпаюсь, ем кашу, отдыхаю, опять ем, играю со своими новыми друзьями… Ах, да. Я познакомился с другими людьми, пока у нас было свободное время. Они, кстати, не такие уж и психопаты, как говорят в фильмах. Нормальные, правда один из них, думает, что он голубь, но это даже забавляет, хоть что-то интересное происходит. Так вот. Играю с ними в шахматы, настольные игры. Правда, нам еле отдали их, угрожали нам и постоянно говорили: «Только не съешьте фигурки». Мы что, по их мнению совсем прибамбахнутые? Ах, да. Мы же в психушке… Ну в общем, так проходят дни. После игр, мы обычно снова едим, конечно же пьём таблетки, а после нам разрешают погулять на свежем воздухе, но строго в смирительных рубашек и строго на территории психушки, которая огорожена высоким забором, с колючкой наверху. Я не знаю, как она называется… О! Тот чел, который думает, что он голубь, как только выходит на улицу, кричит и бегает кругами, пока мы — нормальные люди, ходим по территории и угараем с него. Запись закончилась… — С каждым разом, всё страшнее и страшнее, но. Я иду до конца. — зачем-то вслух произносит Шастун. Психушка. Месяц. Прошёл месяц. Нет, серьёзно. Вы представляете, целый месяц! Я в шоке. Хорошо, что мой друг — Степан, отсчитывает дни на стене, рисуя палочки… Как в тюрьме получается… Так вот. Степан сегодня ко мне подходит и говорит такой: «Арсюх, представляешь, уже целый месяц прошёл, думаю надо отметить» Ну вот мы и отметили. Откуда он достал бутылку коньяка, я не знаю, но и знать мне не нужно. Главное, что она у нас есть, точнее была… Когда все легли спать, мы давай бухать, а тут одна крыса, не буду называть кто. Анька, ой, в общем, крыса одна взяла и рассказала главной женщине, ну-у и. Досталось нам короче. Утро настало, у нас голова болит, а тут эта приходит главнокомандующая и такая: «Вы зачем вчера пили?» Нет, не так. «Откуда вы коньяк достали?! Вам нельзя же! Хорошо, что Анечка — моя хорошая, рассказала мне и я вовремя забрала его у вас… Совсем головой не. Ик. Думаете.». А мы что? А мы то видим, что она сама не трезвая, стоит тут, шатается, так ещё, сучка, нам воды не дала.» Наказала» видите ли… На этом всё, что я хотел сказать. Будут новости — обязательно расскажу. Конец записи… — Сколько он пробыл в ней? — думает мальчишка. Психушка. День X. Ну вот я опять на связи с вами. Что могу рассказать? Ну например то, что я совсем потерялся во времени. Даже Степан, с которым мы кстати поссорились, тоже потерялся. Остановился он на втором месяце, а дальше просто забыл поставить палочки, тем самым потеряв счёт. Ух, какие сложные предложения я говорю. Может начать рассказы писать? Ну а что? Идея в принципе не плохая, времени у меня полно, делать здесь нечего, а значит буду писать поэмы… Кстати. Вам же наверняка интересно, что стало с человеком-голубем. Отвечаю, ничего. Ну в смысле, он ещё в психушке, в соседней комнате, но, он перестал вести себя так, поэтому опять настали времена скуки… И врачи, суки, тоже ничего не говорят. Ты у них спрашиваешь: «Какое сегодня число?» А они в ответ «Не знаю». Ещё как знают они, просто не хотят говорить. Ну что? Трудно что-ли ответить?! Надеюсь, что скоро нас отпустят… Хотя бы меня. Запись окончена… — Кажется, я тоже начинаю потихоньку сходить с ума. — устало потирает виски, а после поднимает голову наверх, прикрыв глаза. — Как много информации… — говорит он, всё же включая следующую, и кажется, последнюю запись на этом диктофоне. Психушка. Последний день. Урааааа, ой. Всем привет, точнее мне из будущего, рассказываю. Меня выписывают! Я так рад! Не прошло и полгода…хотя я не знаю сколько прошло. Ого, мой телефон!!! Я уже забыл, как он выглядит. Ого, так он ещё и заряжен, прикольно. Так… Какое сегодня число.? 27 августа. Пиздец, всё лето тут просидел… Да, ладно. Будущий я, тебе скажу, но только по-секрету, я сбежал. Это было очень сложно. Но я смог! Конечно же, я не могу вернуться назад в свой дом, потому что скорее всего меня будут искать и начнут именно оттуда, поэтому я заехал домой, забрал все свои деньги из сейфа. И как я ещё помнил пароль? Не знаю… Так вот. И уже прикупил себе дом в самой глуши леса. Хорошо, что Серёжа — мой лучший друг, который лесник в этом лесу, договорился с жильцом этого дома и мы купили его. Вот так и живём… В лесу, с несколькими миллионами в сейфе и по тайной комнатой, в которой я и оставлю всё это… До встречи, психушка! Конец записи… — Погодите. Тоесть, он сбежал из психушки?! Я встречаюсь с психопатом?! — Тебя это так сильно пугает? — спрашивает Арсений, облокотившись на дверной косяк. — Арс…? А ты…? — Уже вернулся. Освободился пораньше, думал проведу вечер с тобой за фильмом, а теперь походу не до этого. — отвечает на немой вопрос мужчина. — Тебя до сих пор не поймали.? — только и спрашивает Антон. — Не-а. Даже больше скажу: меня и не искали. — А… Серёжа.? — не договаривает подросток. — А что Серёжа? Мы с ним знакомы с детства, он знал про то, чем я занимаюсь, но всё равно со мной дружит. Хороший человек… Так что? Снова о убежишь от меня? Или тебя в город отвезти? — Всмысле.? — не понимает он. — Ты не хочешь убежать от меня? Ты продолжишь встречаться с психопатом? — Арс… — устало выдыхает юноша. — Я люблю тебя… — А я тебя нет. — перебивает старший. Самый страшный кошмар подростка сбывается. — Я хотел сказать, что у меня появился новый парень… Знакомься, это Эдуард, по-короткому Эд. — Арс… — на глазах уже наворачиваются слёзы. — У тебя есть 5 минут собраться и уехать. — отрезает Попов. Антон быстро выбирает из этой комнаты, спускаясь по лестнице, и заходя в свою комнату пихает всё в рюкзак. «За что? За что он так со мной? Что пошло не так?» — Пока. — говорит мужчина, выходя в коридор. Антон выбегает из дома, но понимает, что не знает дорогу. «Пути обратно нет» — думает он. «Если умирать, то как раз в лесу.» Шастун не замечает, как пришёл к дому Матвиенко. Что ж, почему и нет? Подросток стучит в дверь. — Ты опять сбежал от Арса? — устало спрашивает Серёжа. — Нет. — отрезает мальчишка. Мужчина поднимает подбородок младшего и замечает заплаканное лицо. — Что случилось?! Это Арс? Он что-то нахимичил?! Что? Говори! Убью я этого Попова! — Не надо… Мы расстались просто. — Погоди. Вы встречались?! Вот Попов, сука, ничего не сказал. Так! Ты не плачь главное. Расскажи мне по порядку. — Ну-у… — рассказав всю историю, он говорит: — Как-то так. — Ого… Тяжелый случай. Ты можешь пожить пока у меня. А то куда ты пойдешь? К Ире, которая последний раз видела тебя три месяца назад? Новый год у меня отметишь, а потом уже будем решать что с тобой делать. Это не обсуждается! Месяц точно живёшь у меня, пока я разбираюсь с Арсом.

***

— Ты думаешь, что это была хорошая идея? — спрашивает Эд. — Конечно. Лучше он немного поскучает, чем будет жить с психопатом. Кстати, спасибо тебе за помощь. — Да не за что. Но всё же… Мне не очень нравится этот вариант. Тем более, он тебя любил, он же сам сказал, ему похуй, что ты — психопат! — Не знаю, Эд, не знаю. — качает головой. — Долго не задумывайся, время — деньги, ты можешь не успеть. У меня что-то очень плохое предчувствие. — говорит Выграновский. — Хорошо, спасибо. — Пока. — кидает Эд и выходит, не дождавшись ответного «пока». Вот и остался Попов один. Совершенно один. Снова. Тишина в доме окутывает мужчину всё сильнее и сильнее, затягивая куда-то в другой мир, где всё плохо. Где нет рядом Тоши. Где он всё ещё в психушке… Но лишь тиканье часов говорит, что мир реален… — Мир реален! — вскрикивает Попов, вставая с пола. И к чему это было никто не знает…

***

— Арсений! Ты совсем ахуел?! Ты зачем ребёнка мучаешь?! — кричит Матвиенко, прямо с порога. — И тебе привет… А что я? Не люблю я его! — жестикулирует руками. Серёжа кидает на него такой взгляд, от которого Попов даже как-то слишком быстро сдаётся. — Да кого я обманываю! Люблю я его! Всей своей душой! Но не могу… Понимаешь, Серж? Не-мо-гу! Он не заслуживает такой жизни! Я не достоин его! — падает на пол, закрывая руками лицо. — Но. Я же люблю тебя! — появляется из-за спины Матвиенко, мальчишка. — Тоша? Тоша! — подскакивает с места Попов и крепко-крепко прижимает подростка. — Прости меня! Слышишь? Прости! Я люблю тебя… — говорит Попов, увязывая Антона в поцелуй. Не такой, который был при их первой встречи, а нежный… — … И не забудь выпить таблетку! — говорит та милая девушка. — Где я? Где Антон?! — спрашивает мужчина. — Вы в психушке. Какой Антон? Вы утром выпили таблетку? — Не-ет… — Ах, теперь-то понятно какой Антон! Таблетки надо пить! — Серёжа? — удивляется Попов, как только та женщина уходит. — Ты тоже в психушке? — Арс… Тебе тоже он приснился.? — Да… — Как думаешь, к чему это? — Не знаю, но походу я — влюбился… — Влюбился? Арс, в Антона? Серьёзно? — Серёж, я не знаю, как так получилось, но я без него жить не могу. Понимаешь? В палату входит высокий молодой челок, с медецинской маской на лице. «Где-то я его уже видел» — Всем доброе утро, я ваш новый главврач. Меня зовут… — Антон.? — перебирает старший. — Эм… Да, а как ты.? — Шаст немного запереживал. — У вас на бейджике написано. — вместо Арса отвечает Матвиенко. — А-а. Хорошо. Так вот. Я ваш личный врач. Прошу ко мне относиться с уважением, несмотря на мой возраст. — А сколько тебе? — Недавно исполнилось 18. Сказать честно, было очень трудно устроиться куда-нибудь в таком раннем возрасте. Мне дали вас, на проверку, если вы будете идти на поправку, то я официально буду работать. — Хорошо, мы поняли. — Так, а теперь выпейте вот эти таблетки. — Антон подходит сначала к Серёже, а после к Арсу. Попов решает, что взять в руки таблетку ему не хватит сил, потому наклоняется и съедает её прямо с руки младшего. — Эм… Что вы делаете? — аккуратно убирает руку. — Ой, Тош, прости. — промямлил, как ребёнок, брюнет. — Как ты меня назвал.? Тоша.? — Ну да, а что такое? — не понимает Попов. — Я не разрешаю себя так называть. Для вас я — Антон Андреевич, максимум просто Антон. Но никак не Тоша! Всем понятно?! — Простите его, он немного в шоке от данной ситуации. — влезает Серёжа. — Почему? — не понимает подросток. Да, он ещё для меня подросток! Матвиенко смотрит на друга, ожидая, что тот начнёт. — Вы мне нравитесь. — смущённо говорит он, опуская голову. Боже, когда они успели поменяться ролями? — Я? — удивляется Антон, пока Серёжа ударяет себя по лбу. — Да… Вы мне снились. — сознается он. — Именно вы. Высокий шатен, с зелёными глазами. Мы общались, а потом. Мы признались друг другу в любви и поцеловались, а после я оказался тут. Проснулся. — грустно выдыхает мужчина. — Вы гей? — первое, что спрашивает врач. В ответ Попов только кивает, не поднимая взгляд на младшего. — Вы таблетки сегодня принимали? — Нет… — Вот и снится всякая чушь. — ставит диагноз он. — Да почему сразу чушь?! — подскакивает Попов. — Вы никогда никого не любили? Вы не гей? — Любил… Гей… Но… — запутался Антон. Походу ты не справляешься с этой работой. — Что но? Что?! — срывается Арсений. Дальше происходит то, чего никто не ожидал… Антон начинает плакать. Попов мысленно убивает себя, а после встаёт и медленно подходит к подростку и поглаживает его по спине, крепко обнимая. Получая, едва слышно… Спасибо — Тебе серьёзно я снился? — успокоившись, спрашивает Шастун. — Да… Ты наверное не веришь… Считаешь, что я сумасшедший… — Так и есть. — на него сразу смотрят эти голубые глаза. — Ты же в психушке лежишь. — пожимает плечами «врач» — И к тому же, как я мог тебе сниться, если ты меня даже не видел? — Не знаю… — выдыхает мужчина. «Зачем я с ними разговариваю? Они же сумасшедшие! Бля, ну вот нахуя я пошёл работать врачом в психушку?! Не мог в обычной больнице? Долбоёб…» — думает Шастун. — Антон… — зовёт Матвиенко. — Ты его любишь? — Что? — не понял юноша. — Нет, конечно. Он, сумасшедший. — А минутами ранее ты плакал мне в плечо. — как бы не в значай говорит Попов. — Как бы минутой ранее я здесь почти работал, а сейчас нет. — передразнивает Антон. — Почему сейчас нет? — не понимает Арсений. — Потому что я увольняюсь. Ну. Я ещё не работаю тут, поэтому просто ухожу. — запутался юноша. Он скрывается за дверью и больше не появляется. Ни в этот день, ни в следующий, ни через неделю, ни через месяц. — Где Тоша? — спрашивает старший у медсестры. — Кто? — Антон… Антон Шастун. — Он уволился, ещё в тот же день. Странно очень, обычно его никто не доводил до этого, а тут взял и уволился. — Ну правильно, что не выдержал. Он же не лечил других… — Почему же? — перебивает она. — Он у нас полгода работает. Хороший малый, только вот ушёл он. Всё. Не увидишь ты его… Ни-ког-да… — говорит она, отдавая таблетку и уходя. Остался он в оплате один. Матвиенко выписали неделю назад… — Я обязательно тебя найду… — в пустоту выдыхает Попов.