Глава, в которой происходит все
9 апреля 2022 г., 15:24
Считается, что длинные волосы среди парней носят либо священники, либо геи. К какой категории относился Паша? К обеим.
Ещё один день его бренной жизни, к сожалению, все ещё не приближенной к Богу, проходил как обычно. Отцу Павлу было всего двадцать пять лет, но он уже был священником в, пусть и маленькой, но уютной и доброжелательной для прихода в неё всех верующих людей за помощью церкви.
Сегодня было воскресенье, поэтому священник ожидал большого наплыва посетителей и потихоньку готовился к нему. Ещё до его прихода уборщица — милая старушка на пенсии, пожелавшая скоротать последние годы в свящённом заведении — вытерла со всех икон пыль и убрала оплавившиеся свечи, чтобы позже ничего не мешало поставить новые.
Павел прошёлся по всем иконам, коих было немало, проверил, чтобы каждая стояла на своём месте и помолился каждому святому, изображённому на них, за спасение душ людских. Он также проверил состояние Напрестольного Евангелия и возложил массивную книгу на престол в алтаре. Перелистнув несколько страниц, святой отец запомнил страницы необходимых для его следующего Богослужения, а именно литургии, которая скоро должна была начаться.
Сложив листы для записок об упокоении и здравии в аккуратные стопки, Паша проверил наличие ручек, которыми прихожане могли написать свои просьбы к Богу и отдать их священнику, чтобы тот помолился за них.
Молодой мужчина уже был одет в темную сутану до пола с длинными рукавами. Он поправлял свой высокий воротник и следил за тем, чтобы его внешний вид был идеален. Пусть из-за бесформенного одеяния этого и не было видно, но под ним скрывалось красивое, немного накачанное тело, которое увидеть суждено было не каждому. Длинные каштановые волосы были зачёсаны назад, а на носу сидели очки в изящной оправе.
В какой-то момент двери церкви открылись и в здание спешно зашёл мужчина, не намного старше Павла. Он выглядел явно растерянным, нервозным, будто впервые пришёл в религиозное заведение и не знает, что вообще надо делать. Но раз уж он оказался в такой сложной жизненной ситуации, что ему понадобилась помощь Бога и он обратился за ней именно сюда, святой отец чувствовал свой долг разобраться в проблеме посетителя и хотя бы выслушать.
Павел, сохраняя спокойствие, прошествовал мимо изображений со святыми прямо к мужчине. Его шаг был твёрдым, уверенным, будто вся сила этого мира сейчас принадлежала ему и он сам стал олицетворением Бога — такое впечатление сложилось у прихожанина.
Подойдя к мужчине, он решил заговорить первым:
— Приветствую в нашей скромной обители. Как зовут тебя, сын Божий?
Столь странная манера разговаривать сначала сбила посетителя с толку, но, быстро собравшись с мыслями, он ответил:
— А-Антон, — чуть заикаясь, произнёс он свое имя.
— Что тревожит тебя, Антон? — вопрошал Павел.
Мужчина совсем не выглядел как кто-то, кто вообще должен ходить в церкви и отзываться о них не иначе, кроме как с негативом и презрением. Одетый в чёрные джинсы, серую футболку и чёрную косуху, ему только не хватало цепей и тогда образ типичного гота-рокера был бы готов. Его светлые кудрявые волосы лежали в творческом беспорядке, да и в целом складывалось ощущение, будто он только проснулся и с ничего решил наведаться в религиозное учреждение.
Прокашлявшись и глубоко вздохнув, Антон решил выговориться и произнёс:
— Святой отец, я… Я согрешил. В эту пятницу я переспал с мужчиной.
— И не перезвонил.
***
Да, узнать в строгом священнике Павле парня с сайта знакомств под ником «Лоли» и статусом «любит мальчиков не гей» было действительно очень сложно. Но возможно. Учитывая то, какую ночь они пережили вместе. В ту пятницу Паша договорился с одним парнем, которого звали «Антон-гондон» и с которым вот уже месяц переписывался, встретиться в реальности. Местом встречи они выбрали ночной клуб, который не пользовался особой популярностью и вообще его мало кто знал, так что вероятность того, что им помешают, стремилась к нулю. Паша заранее продумал свой внешний вид и решил по случаю и месту надеть обтягивающую тело чёрную водолазку, белые брюки, чёрные ботинки на грубой подошве и в дополнение к образу повесил на шею несколько цепей и надел на уши серьги с крестами. Очень церковно и скромно, ага. Вообще, решение уйти в религию пришло после анализа детства, в котором родители юноши часто водили его на богослужения, понимания, что священники действительно много зарабатывают и что прочитать несколько молитв в день наизусть несложно, особенно учитывая отлично развитую память парня. И пусть он всегда хотел себе другой жизни, он все ещё к ней стремился, так что ночью просыпался его «настоящий я» и веселился до следующего дня, молитвы и новой игры в священника. Тот вечер шёл как по маслу. Несколько алкогольных коктейлей только разогревали кровь и заставляли эмоции выплескиваться наружу. Всякое стеснение отошло на задний план и не волновало ни Пашу, ни Антона. Парни сперва танцевали очень даже прилично, но уже спустя час начали все больше раскрепощаться и вот уже в танце двух тел проскальзывают интимные касания, пошлые шутки и комплименты. Примерно в одиннадцать часов они заказывают такси и едут вместе в ближайший отель. Сняв двухместный номер на одну ночь, парни поднимаются на лифте наверх, но не сдерживаются и начинают целоваться уже в кабине лифта. Как только у них получается открыть дверь, пару раз промахнувшись мимо замочной скважины, парни быстро заходят внутрь, на ходу раздеваясь и разбрасывая куда попало одежду, даже не думая о ней. Так они доходят до спальни, где Антон заваливает Пашу на огромную двухместную кровать. В полумраке комнаты видны лишь очертания двух тел. Спутанные волосы Павла разметались по подушкам, но сейчас ему было не до них. Все его внимание было сосредоточено на прикосновениях горячих рук Антона к его телу. Он прикусывает нижнюю губу парня и тут же зализывает, как бы извиняясь за несдержанность. Переходит на скулы, а потом, оттянув волосы Паши назад, чтобы не мешали, открывает своему взору тонкую изящную шею. Прильнув к ней, оставляет засосы и укусы, которые завтра будут гореть яркими пятнами, а «святой отец» будет пытаться скрыть их за высоким воротником одежды. Стоны наслаждения срываются с уст Паши, который впивается ногтями в плечи любовника. Жарко, горячо, а он такой покорный и открытый ласкам парня, что сам себе не верит и верить не хочется. Нашёлся тот, кому он готов отдать всего себя и он тает во власти Антона. Тот гладит руками торс юноши и продолжает выцеловывать каждый сантиметр его тела: острые ключицы, бицепсы, потом прикусывает один сосок и сжимает в пальцах другой, чем снова вырывает стоны из Паши, который отчаянно пытается закрыть рукой рот, но Антон ему не даёт: ему нравится слышать, как Павел, такой разгоряченный, пропитанный возбуждением, утопает в своих эмоциях и ощущениях, не в силах сдержать их. Антон отрывается от сосков и целует впалый живот, переходя все ниже и ниже, двигаясь вдоль тела парня. Все его ласки мгновенно откликаются у Паши горячей волной внизу живота. Хочется больше, хочется ещё-ещё-ещё, пусть он не останавливается, пусть продолжает. Но против желания юноши Антон резко перестаёт и немного отодвигается назад. Раздвигает ноги партнера в стороны и сгибает их в коленях. Наслаждается видом: полное наслаждения лицо Паши, желающего логичного продолжения, его тяжело вздымающаяся грудь, горячие вздохи и разметавшиеся по подушке волосы, в целом красивое и подтянутое тело… Идеально все. Антон переходит к коленям, сначала гладит их, а потом начинает целовать и цепочкой мелких поцелуев продвигается выше. Кусает парня за внутреннюю сторону бедра и сразу же зализывает. Языком проводит линию и останавливается возле паха. Павел в смущении пытается закрыться, сдвинуть ноги, но ему не разрешают. Антон вмиг встаёт с кровати, ищет у ее подножия брошенные в момент страсти Пашей белые брюки. Ещё в баре он заметил на них чёрный пояс, который сейчас будет очень даже кстати. Достав пояс из брюк, возвращается к ожидавшему его парню и этим самым поясом связывает тому руки, привязывая их к одной из перекладин на кровати. Ночь обещает быть жаркой, чувственной и, буквально, райской. Но, проснувшись примерно в полдень, пропустив все, что только можно пропустить, Павел понял, что в номере отеля он находится один. Постель была пуста.***
— Ты?! Так это был ты? — Антон явно не ожидал увидеть своего партнера на одну ночь здесь. На самом деле, он раскаивался в своём поступке и в том, что вот так, ничего не говоря, ушёл. Ему было стыдно писать Толе после этого, он не знал, как извиниться. Таких жгучих угрызений совести парень давно не испытывал. В панике Антон удалил свой аккаунт на том сайте знакомств, но позже, поняв, что ему действительно нравится Павел и он хочет все исправить, попытался его найти. К сожалению, безуспешно. — Да, я понимаю, ты хотел все забыть. Не волнуйся, я не держу на тебя зла, пусть мне и было в тот момент обидно и неприятно, но тебе не о чем беспокоиться. Мы просто забудем это как… сон. Пусть и прекрасный, но сон, — Паша говорил это с сожалением о потраченном времени и вспыхнувших чувствах, которым суждено завять, не получив взаимности. — Нет, стой, подожди, нет, я не хочу забывать! Паша, всего лишь за месяц общения с тобой я будто снова ожил! Я понял, что ты правда мне нравишься! Я пытался тебя потом найти, у меня не получилось, но правда, я хочу быть с тобой! Хотя бы… попробовать! — Антон говорил это все с таким отчаянием в голосе, что было ясно — он говорит правду. Но Павел ему не верил. — Пожалуйста, не стоит пустых слов. Если тебе ещё что-то нужно, ты хочешь помолиться за кого-то или написать прошение за своих родных и близких, то там лежит все необходимое, — святой отец показал рукой в сторону стола с бумажками для записок, — а если нет, то я больше ничем не могу тебе помочь. Антон смутился и совсем не знал, как поступить. Но вдруг в его голове родилась гениальная мысль и он поспешил ее осуществить. Подойдя к столу и взяв одну из бумажек и ручку, он быстро начал что-то на ней писать. Закончив, он вернулся обратно к священнику и судорожно сунул лист ему в руки. — Вот, пожалуйста. Это важно. — Да, конечно. Если это все, то всего доброго и да поможет тебе Бог! Антон впопыхах развернулся и, не оборачиваясь, ушёл. Только двери закрылись за ним, оставив Павла в полной тишине. Он не нашёл на лицевой стороне ни одного имени и решил перевернуть лист. Там он обнаружил небольшое послание: «Пожалуйста, дай мне ещё один шанс. Я не хочу тебя потерять» Павел уже знал, какое решение он примет.
