Наруто: Легенда о Золотом Журавле

Рукопись Мико Учиха

"Вы потребовали от меня рассказать правду о случившемся в Деревне Скрытой в Росе. И я напишу все, что помню, а правда это или нет - судить вам. Начну издалека. Вам давно известно: я не родилась в Деревне, как и половина ее населения. Коренные жители являлись учеными и медиками, но в бою на передовой они мало пригодны. Росе было необходимо усиливать боевую мощь, чтобы суметь защищаться от нападения противников, ведь ценных сведений и артефактов в Деревне хватало. Главой Деревни был так называемый Феникс. Никто не знал его настоящего имени. Но с приходом его к власти Деревня начала процветать. Он осуществил множество идей по развитию Деревни, в том числе его идеей было излечивать детей и оставлять их у себя. Детей, которых забирали синоби Росы, стали называть "Детьми Феникса", что весьма символично: Феникс дал им вторую жизнь. Поначалу все было хорошо. К Детям Феникса относились с почетом, их обучали лучшие приглашенные учителя из других стран. Но нам самим нельзя было покидать родную Деревню в определенном радиусе. Мы выходили на мелкие задания: кто-то на охоту, кто-то на тренировку, а кто-то для того, чтобы отбивать Деревню от приходящих групп врагов. Но мы были под постоянным присмотром. Когда я стала старше, все вокруг начало обретать другие краски. Я замечала недоговорки, несостыковки, стала смотреть на мир по-другому. Мне надоело сидеть на одном месте без перспективы выбраться, и это меня медленно убивало. У меня развилась паранойя и мне казалось, что я сама в ней виновата: напридумывала различных причин. Не могло же быть, что в Деревне что-то не так - она безупречна. В 16 лет я познакомилась с Дайске. Мы не сразу поладили, но вскоре быстро подружились. Мне нравился его взгляд на существующее положение дел. В нем пылала кровь перемен. Дайске не нравилась закрытая политика Деревни и он мечтал стать ее правителем, чтобы все поменять. Я загорелась его идеями. Мне тоже хотелось кое-что поменять: убрать привязку Детей Феникса к месту. На протяжении года Дайске все чаще говорил о своих идеях. Его идеи постепенно стали перерастать в планы. И с каждым разом мой друг становился мрачнее. Однажды я подошла к нему и спросила, что с ним происходит. А он ответил: - Мико, ты разве не видишь? Посмотри вокруг: вся наша Деревня построена на лжи. Я и правда стала тщательнее присматриваться и прислушиваться после его слов. По крупицам собирая информацию и анализируя ее, пришла к выводу, что моя паранойя была интуицией. Я узнала многое о настоящей политике Росы. Как оказалось, на лечение брали далеко не всех, а конкретных детей: из сильнейших знаменитых кланов. Феникс, не позволяя возвращать их родителям, просто собирал коллекцию уникальных синоби. Под флагом добродетели, он следовал своей выгоде. И это подтверждалось тем, что письма от простых людей с просьбой вылечить их ребенка, были отклонены в связи с "ограниченным числом мест и ресурсов". Далее я выяснила, что жизнь каждого из Детей Феникса была расписана чуть ли не по минутам. Оказалось, все друзья, связи, действия - все было предрешено. Я вспомнила, как пробудился мой шаринган. Отправившись на задание за пределы Деревни со своим другом детства, который был со мной с пеленок, я не сумела его защитить. В тот же день отомстила убийце и заполучила эти глаза. После того, как я узнала, что этот случай был подстроен, я поклялась себе не использовать свой шаринган, ведь он напоминает мне о друге, что стал игрушкой в руках дьявола. Также я узнала, что даже Дайске был предписан для меня. Феникс объединял детей в пары для того, чтобы впоследствии они поженились и дали начало новому геному. По итогу Дети Феникса были просто подопытными крысами и породистыми псами. И, самое страшное: я узнала, что впоследствии этот усиленный геном рожденных в пределах Росы должен в будущем расширять территорию за счет захвата других Деревень и стран. Основной целью Феникса оказалось классическое завоевание мира. Обыкновенная жажда власти. После всего мне стало не по себе и не могла жить дальше с этой информацией в Росе. Я держалась Дайске, так как он был единственный, кто меня в этом понимал. И вот, три года назад Дайске решился действовать. Он заявил, что собирается свергнуть Феникса и стать главой Деревни. Осыпал меня пламенными речами, как даст свободу Детям Феникса, как откроет Деревню для посетителей, и как медики, наконец, будут лечить всех детей. Конечно же, в этом я его поддержала. Мне очень хотелось повидать мир и искренне помогать людям. Мой друг назначил восстание на одну из ночей, когда не осуществлялось вылазок и никто не был готов к нападениям. Я сомневалась в нашей мощи, но Дайске развеял мои сомнения. Оказывается, у него было много сторонников. Наступила та самая ночь. Нашей задачей являлся просто прорыв через охрану, захват Феникса и объявление новой власти. Мы не собирались убивать всех. Но, следовало ожидать, что что-то пойдет не так. Сначала все было тихо и шло по плану. Но когда мы захватили Феникса, Дайске убил его. Меня это шокировало, он не говорил, что хочет убивать. Тогда-то я начала терять доверие и к нему. Мы не успели объявить новую власть, так как Деревня начала оживляться и завязалось сражение. Вдруг Дайске погиб. Точнее, нам так показалось, ибо, как вы знаете, он живой. И с этого момента начался хаос: Дети Феникса сражались против остальной Деревни, кто-то стал убивать мирных жителей, у половины сработала взрывная печать, некоторые в порыве ярости стали поджигать здания. Наш отряд потерял главу и рассредоточился кто куда. Это была даже не гражданская война, это была самая настоящая анархия. Я пыталась взять руководство, но было уже поздно. Метаясь туда-сюда, призывая людей остановиться и отступить, я не добилась никакого результата. Иногда мне приходилось убивать своих же, которые переступали черту. Механизм был уже запущен и его нельзя было остановить. Я забралась на край оврага и взглянула на Росу со стороны. Пожар быстро разгорался, прыгая по домам, повсюду трупы, кое-где все еще сражались не на жизнь, а на смерть. Трудно передать то, что я тогда чувствовала и думала. На моих руках кровь соратников, на моей совести все происходящее. Мне стало тошно от всего этого. Хотелось смыть эту грязь с лица земли, стереть страницу из истории. И тут я увидела дамбу, что веками особняком стояла и защищала нас от сильнейшего потока воды. Я решила послушать интуицию и сделать то, что она подсказывает. Мне требовалось поставить порядка трех сотен взрывных печатей, чтобы разрушить стену. Я взглянула еще раз на Деревню. Жители практически поубивали друг друга. У Росы больше не было шанса. И тогда я взорвала дамбу. Мощная вода прорвалась через нее, снося все на своем пути. Она заполнила весь овраг, вымывая грязь в сторону океана. После чего я покинула это место." Цунаде опустила руки с раскрытым свитком и посмотрела на стоящую перед ней Мико. Среди синоби стояло гробовое молчание. - Что ж, это очень печальная история, - заключила Цунаде, - Не знаю, стоит ли доверять всему сказанному в этой рукописи, но если все так, то ситуация весьма неоднозначна. Скажи, Мико, что ты делала после того, как покинула Росу и до того, как пришла в Коноху? Девушка некоторое время сохраняла тишину, но все-таки ответила: - Ожидала своей смерти. Вспомнив про печать, я не думала строить планы на дельнейшую жизнь. Уже считала себя мертвецом. Но прошел день, два, а печать не взрывалась. Я вышла за радиус, но ничего не произошло. Сначала это дало мне надежду. Но на третий день мне стало плохо. Вероятно, произошедшее в Росе повергло меня в шок, что притупило все мои чувства. А когда шок стал проходить, я начала испытывать эмоции, сравнимые с болью от глубокого ранения. И тогда-то печать чуть не активировалась. В этот момент я встретила Мамору - журавля. Оказывается, я забрела в их долину. Мамору тут же меня успокоил и взял под свое крыло. Он научил меня контролю эмоций, а впоследствии журавли позволили мне обучиться их техникам. Так я стала журавлиным отшельником. После чего путешествовала, изучая мир. Во мне появилось так много новых эмоций, что было непросто сдерживать. Хотелось их испытать в полной мере, но боялась. В конце концов я узнала о Конохе. Услышала, что здесь жили мои родители. Пусть мы и являлись чужими людьми, так как я с рождения ни разу с ними не пересекалась, но мне было интересно посмотреть и познакомиться. Но основной целью похода в вашу Деревню была просьба о помощи с печатью. Я собрала все то, что у меня осталось от Росы и пришла к вам. Синоби переглядывались и перешептывались друг с другом, обсуждая все, что они сегодня услышали. Какая-то часть признала историю достоверной, а какая-то потребовала доказательств. - Есть ли возможность как-то подтвердить все твои слова про Деревню Скрытую в Росе? Мико задумалась. Как можно подтвердить то, доказательств чему практически нет. Но Ямато, стоявший все это время неподалеку от подопечной, предложил мысль: - Единственное, что можно сделать - это найти Дайске и других выживших. Они собрались вместе и наверняка где-то обосновались. У них может быть опровержение или подтверждение слов Мико Учиха. - По-видимому, это действительно единственная возможность. Но как нам их найти? - Я могу послать разведчика, - сказала Мико, - Я много рассказывала журавлям о своем прошлом и о людях, что со мной связаны. Уверена, что Дайске и его группа обосновались не слишком далеко от озера. Так или иначе, они часто там бывают и их легко выследить. - Хорошо. Отправляй разведчика, но если он ничего не обнаружит, то придется прочесать всю территорию вокруг озера, - согласилась Хокаге. Девушка призвала небольшого энергичного журавля. - Привет, Рю. Мне нужна твоя помощь. После объявления задания, Рю полетел на разведку. Мико все еще держали под стражей для всеобщего спокойствия. - Ты молодец, - сказал Ямато, стоя за железными прутьями, - Я почему-то верю твоим словам. Скоро мы найдем им подтверждение, а заодно захватим свиток деактивации. И тогда все это закончится. - Хотелось бы верить, - безэмоционально ответила девушка и отвернулась к стене. У нее не было желания питать себя ложными надеждами. Дайске был очень уперт и силен, вряд ли все закончится так благополучно.