И если ты мой сердечный огонь - тебе я замёрзнуть не дам
9 апреля 2022 г., 17:33
Фэн Синю всегда нравилось работать руками. Не зависимо от того, будь то вылепливание в детстве из пластилина нелепые, громоздкие фигурки, или в осознанном возрасте работа гончаром — творчество всегда было для него чем - то особенным, трепетным.
Изысканные вазы, обожжённые в печи и расписанные этим умелым мастером - всегда выходили шедеврами, не иначе. Даже если готовка давалась мужчине тяжело, он всегда знал, что с своим упорством и помощью супруга - у него обязательно получится.
Перемазанный глиной, шатен ловко вылепливал что-то новое для себя - искусство скульптурирования. Это была достаточно крупная модель, пока что без особых форм, но с весьма узнаваемыми чертами - тонким носом, длинным конским хвостом и миндалевидным разрезом глаз. В этом образе невозможно было не узнать Му Цина.
— не похоже. Не так прекрасно, как он. — ворчал сам на себя гончар, сминая кусок своих многочасовых стараний в комок глины, с которой он всё и начинал.
— и чего ты так сердишься? Что опять у тебя пошло не так? — возмутился Му Цин, открыв дверь в мастерскую к его супругу. — вечно говоришь, что у тебя что-то идёт не так, а на самом деле это настоящее искусство.
Обратив внимание на эти привычно заказывающиеся глаза, и несколько нахмуренное лицо, Фэн Синь беззвучно посмеялся, вытерев руки и потянув возлюбленного к себе в объятия.
— эй! — не успел и опомниться мужчина, как невольно повалился в чужие руки, наблюдая за тем, как внимательно супруг пытался рассмотреть каждую черту и особенность его лица.
Вот он шрам за ушком - оставленный дворовой кошкой, которую Му Цин снимал с дерева. А здесь рубцы от старых ран, которым тот не давал время зажить и сдирал живьём. Россыпь родинок с правой стороны, словно кто-то в прошлой жизни исцеловывал этого человека, не давая ему и продышки.
— что ты делаешь? — непонимающе смотря на Нань Фэна, молодой человек поднадул губы, но из обвивающих рук выбиваться не стал.
— рассматриваю тебя. Я хотел сделать твою скульптуру, солнце. — честно признался гончар, глупо улыбнувшись.
В ответ последовало громкое фырканье. После - протяжный вздох. И наконец - тихий, но проникновенный голос.
— ну вот разве нельзя было меня сразу позвать? Хоть бы натурой для тебя побыл. — убрав немного влажные волосы чёлки назад, Му Цин легко погладил кончиками по грязным от глины щёки, усмехнувшись с вида Фэн Синя.
— такой очаровательный, когда работаешь.
Глаза Фэн Синя цвета чарующего золота, оттенка шафраново - мандаринового, плещущие мягкостью, и думается ему, откровенно своим лихорадочным безумием завораживающие.
— и мне нравится, когда ты на меня так смотришь.
— а мне нравится твоя улыбка.
— тогда чем же это не повод запечатлеть её сейчас? — смеясь, Му Цин ущипнул мужа за нос, всё же привстав. — начинай, пока ещё солнце не село. А то мне ещё на ужин тебе картофель запечь надо.
— слушаюсь, моя вечно бурчащая тучка.
