В подвешенном состоянии

За окном давно был вечер, но, казалось, в эту комнату свет не попадал никогда - плотные, темные шторы всегда были закрыты так, чтобы с улицы не попадал ни один луч света (ровно как и не мог ни один человек увидеть, что происходило внутри). В центре комнаты, под потолком висел крюк, но, конечно же, висел не он один. Через крюк была перекинута веревка, к концу которой так же был привязан крюк, только этот уже находился внутри молодого парня, который был подвешен таким образом за анус. Казалось, все его внутренние органы разрывались крюком, а само тело давило с такой силой, что постоянно было ощущение, что его анал вот-вот порвется. Крюк, однако, был не единственным, что держало парня в воздухе - к его соскам и члену с потолка шли цепочки, которые соединялись в одну наверху, а заканчивались острыми зажимами на сосках и головке члена. Глаза были закрыты черной, широкой, кожаной повязкой, а пухлые губки обхватывали черный шарик кляпа. - Что за восхитительная картина, - раздался женский голос, - ты очень хорошо сегодня подготовился, дорогой. За это я награжу тебя! Женщина подошла к висящему парню, покрутила его несколько раз, рассматривая лучше, наблюдая, как от каждого вращения по его телу бежит дрожь боли. - Ну что ты, что ты, сладкий, - снова заговорила она, - я же всего лишь осматриваю тебя, не надо так напрягаться. На этих словах она слегка оттянула цепочку, что потянула за собой соски и член. Парень издал сладкий стон. - Молодец, - похвалила его женщина, - ты же хороший мальчик и знаешь, что твои стоны просто музыка для моих ушей, я хочу слышать её весь вечер. Она приблизилась к его груди, облизала затекшие сосочки, провела ладонью по его лицу. Послышался стук каблуков. Она отошла, но когда вернулась, в воздухе слышались взмахи плети. Парень снова сжался, в этот раз уже от страха. - Ну чего ты, малыш, - начала женщина, - я всего лишь хочу разогреть тебя для вечера, а ты уже так трясешься, ай-ай-ай. Каждое ее слово сопровождалось ударом - она била попку, член, соски; особое удовольствие ей доставляло то, как парень искренне старался сдержать боль и подарить ей только стоны наслаждения. Спустя какое-то время все тело парня было в красных полосках от плети - не было ни сантиметра незадетой кожи. - Ну что, - ухмыльнулась она, - теперь приступим к основному блюду? Раздался смех. Парень слышал, как несколько раз чиркнули спичкой, затем было несколько минут полного молчания, и когда он уже расслабился, его соски обжег горячий воск. От неожиданности парень вскрикнул - но из-за кляпа получился лишь всхлип. - Ай-ай-ай, - причитала женщина, - ты же обещал быть хорошим мальчиком и дарить мне только стоны, а? В конце фразы она направила струю горячего воска прямо на член. От боли парень взвыл. - Ты снова меня огорчаешь, дорогой, - сказала она и добавила воска прямо на головку, затем залила яички. Воск оказался даже на лице юноши, он больше не мог вынести пытки. - Хорошо, хорошо, - снова раздался голос, на этот раз он сочился нежностью, - теперь я помогу тебе избавиться от этих неприятных ощущений. Давай счистим с тебя весь воск. Женщина взяла в руки стек и начала бить по местам, где был воск - она била яички, грудь, торс - все тело парня снова оказалось в отметинах, только на этот раз уже кровавых. Парень помнил, что ему нужно было показать, как ему нравится все это, но инстинкты были сильнее - он выл, кричал сквозь кляп и извивался на крюке, что приносило лишь больше болезненных ощущений. Когда воск остался лишь на лице парня, женщина остановилась. - Думаю, ты не хочешь, чтобы твое красивое личико пострадало от стека, да? Парень что-то утвердительно промычал. - Хм, хорошо, тогда, думаю, ты можешь почистить его сам о мои сапожки. Да? Конечно, тон высказывания ничуть не был вопросительным, это было утверждение, поэтому юноше даже не было нужды кивать, однако он сделал это. - Хорошо, тогда я сниму тебя, однако хочу оставить крюк в твоей попке, ты же тоже этого хочешь, мм? Конечно, мнение молодого человека ничуть не учитывалось, скорее это была игра в диалог. Женщина отстегнула цепи от потолка и взяла в свою руку. - Думаю, зажимы мы тоже оставим. Затем опустила парня на пол и отвязала крюк от веревки. Натягивая цепь она подвела его к дивану, на который села сама, свесив ноги на пол. - Давай, постарайся хорошенько счистить весь воск, - голос прозвучал нежно, но чувствовалось, что это был приказ. Парень послушно начал тереться лицом о подошву сапог - он тщательно стер весь воск на лице и чтобы удостовериться, что точно стер все, прошелся лицом по подошве снова. - Хороший песик, - похвалила она, - думаю, ты знаешь, что песики не только трутся о ноги, но еще и хорошо работают язычком, да? Она наклонилась и сняла кляп. Он послушно начал вылизывать сапоги, начиная с подошвы, языком проходя каждый миллиметр обуви; затем перешел на ножку, язычком продвигаясь все выше, он наконец нашел ее влагалище и начал вылизывать - сначала по кругу, играясь с клитором, потом все глубже его язычок проникал внутрь. Женщина начала сладко стонать, время от времени она натягивала цепочку, чтобы парень лизал усерднее. Вскоре с громким стоном она кончила, но не собиралась на этом останавливаться. Натянув цепь, она позвала его на диван, а затем уселась на его лицо своей промежностью - елозя по его лицу она пыталась добиться оргазма снова, он старался высунуть язык как можно дальше, чтобы подарить ей удовольствие. Она зажала своей киской его нос, а анус оказался как напротив его язычка. Он с прежним усердием начал вылизывать ее заднее отверстие, а она терлась клитором его нос в ожидании разрядки. Бурно кончив, женщина слезла с парня, достала крюк, сняла зажимы с члена и сосков. - Что должен сказать хороший песик после того, как доставил удовольствие своей хозяйке? - Спасибо, Госпожа, я буду рад вновь вам угодить, ав-ав.