под одной крышей

вещи летят в небольшой чемодан, который уже перебит ими. в комнате слышатся тихие возмущения и скрипы шкафов. сегодня сережа съезжает со своей любимой квартирки. столько воспоминаний, столько эмоций навсегда останутся в этих стенах. сережа бы обязательно сел и погрустил, но сейчас его перепирает гнев от того, что все его вещи не помещаются в единственный чемоданчик. времени идти и покупать новый нет, как и денег. дело доходит до чёрных пакетов, которые он купил когда-то для стрима. времени остаётся час, а он даже не разобрал полностью одну комнату. от злости не может собраться, лишь пинает все на своём пути. все комнаты разобраны, сережа смотрит на десять пакетов и один чемодан и улыбается, думает какое же он молодец. до приезда газельки осталось ещё целых пятнадцать минут. сережа садится на кровать, которая пропахла его порошком для стирки, смотрит на пустующую комнату и слезы подлетают к глазам. не хочется уезжать отсюда, но по финансам эту квартиру невозможно тянуть. их хватило лишь на захудалую квартирку недалеко от центра москвы. ремонта особого там нет, но главное - есть где прилечь. смущает только то, что там проживает ещё один квартирант, в другой комнате. пешков довольно общительный человек, потому думает, что выйдет на лад с этим соседом. мысли перебивает номер, записанный как "переезд". беря трубку, встаёт и начинает по-тихоньку подносить пакеты к выходу. через несколько минут на пороге появляется грузчик, который помогает сереже отнести пакеты на улицу. сережа открывает глаза от светящихся фонарей, сонно оглядывается и понимает, что он почти приехал. район довольно мрачный, люди все ходят злые. видимо, помотала их жизнь. газелька останавливается напротив подъезда. дом не такой уж и плохой, в темноте правда. он подходит к домофону, открывает электрическим ключом, пропуская вперёд грузчика. жить он теперь будет на втором этаже, дом без лифта. думается ему, что это ещё то для него препятствие. поднимается на свой этаж, появляется немного отдышка. видит чёрную дверь, самую приличную из всех четырёх. просовывает ключ в дверной проем, крутит в разные стороны - ничего не открывается. начинает немного психовать, ведь рядом с ним стоит сейчас человек, с тремя пакетами. ещё немного покрутив, дверь отворяется. грузчик кидает пакеты на порог и бежит за остальными. сережа заходит, в квартире темно и есть небольшой запах капсул для стирки. он снимает обувь, вещает куртку рядом с чужой на крючок. открывает ванну, совмещённую с туалетом. все чисто, ничего не смущает. на фоне слышится шум, падающих пакетов. проходит по коридору, видя две комнаты, слава богу не смежных. в дальней, которая ближе к кухне, горит свет. эта комната соседа, он запомнил. проходит в свою. старые обои, ковёр на деревянном полу, кровать двуспальная, шкаф небольшой и стол со стулом, кажется, со временем ссср. евро-окна ничем не завешаны, свет фонарей с улицы освещает комнату. есть запашок "бабушки", так сережа называет все старое. - сергей, я все донес, - раздаётся голос с подъезда. он выходит из комнаты, рассписывается в нужных местах и оплачивает перевоз последними деньгами. смотрит на все эти пакеты и думает разобрать их завтра, сегодня нет сил. он проходит вновь по коридору, но уже дальше на кухню. опять ковёр, старые обои, стол со стульями, небольшой розовый кухонный гарнитур и холодильник с двумя морозильными камерами. кухня сама по себе маленькая, тесно находиться в ней. пооткрывав шкафчики и холодильник, захотелось познакомиться со своим сожителем. он проходит обратно в коридор и тихонько стучит в комнату. сначала не слышно никаких звуков и сережа настойчиво стучит ещё раз. - подождите, - кричат внутри комнаты. дверь открывается и перед глазами сережи появляется высокий, с подтянутым телом, русый парень. свет в комнате светит тускло и плохо получается разглядеть остальные детали. - здравствуйте, я сергей, ваш новый сосед, - протягивает руку в честь знакомства. - здравствуйте, сергей. я иван, - как-то быстро пожимает руку и начинает её вытирать об футболку. данный жест не совсем порадовал пешкова. неужели он настолько ужасно выглядит, что ему руку нормально пожать не могут. - так, сережа, давай на ты. я живу здесь второй год, значит будем пытаться жить по моим правилам. после одиннадцати не шумим, еду покупаем свою, мою не кушаем, посуду естественно сразу моем за собой, полы по расписанию, мусор тоже. ну и самое главное, соблюдаем чистоту, никакого бардака. ладно? - э-а-э, ладно, - на самом деле злость сережу перепирала. он только приехал, а ему уже наставили условий, - я наверное спать пойду, доброй ночи. в ответ он получает неодобрительный взгляд и хлопок дверью. сережа хотел хорошенько хлопнуть по лицу вани, но решил, что займётся этим завтра. может человек просто не в настроении, кто ж знает. сережа проходит в свою комнату и сразу же плюхается в кровать без постельного белья. но сейчас это последнее, что его волнует.

***

лучи солнца проходят через окно сережи и попадают на его глаза. он с головой залезает в одеяло и думает, что как только появятся деньги, он первым делом купит шторы, ведь это не дело. пытается мешать спать ему не только погода, но и новый сосед, который вот уже минуты три стучит в дверь без перерыва. - входи, - вымолвил сережа, снимая с лица одеяло. в комнату заходит ваня. при дневном свете он ещё более красив, его волосы переливаются, а зелёные глаза смотрят прямо в душу. у сережи в глазах плёнка, но даже через неё он видит озлобленный вгляд. - слушай ты, кучерявый, я по моему вчера ещё сказал про порядок в доме. что было не понятного в моих словах? - в смысле? я вчера сразу спать лёг, - сергей искренне не понимает злости ивана. - вот именно, сразу спать он лёг. а свои пакеты не нужно заносить в комнату? я собирался в университет, а там твои шмотки из них вываливаются, ни пройти ни проехать! - извини, не думал, что для тебя это такая проблема. иди на учёбу давай, опоздаешь же, - с такой ухмылкой он произносит последнее предложение. это милое личико уже так раздражает, а ведь даже суток не прошло. ваня выходит из комнаты весь в гневе, пиная вещи сережи при выходе из квартиры.

***

разложив все свои вещи, чтобы ванечка не кричал, сережа направляется на кухню. живот разрывается от голода, а есть нечего. денег на покупку еды тоже нет. открывает холодильник и видит запеканку, от которой глаза загораются. " ну, я же совсем немного съем, он даже не заметит" думается серёже. он ещё потом минут пять пытался отговаривать себя от этой мысли, а после отрезал небольшой кусочек, налил чужого чая и начал наслаждаться. сереже думается, что его сосед вкусно готовит. поев, он по привычке оставляет посуду на столе и собирается в гости к амине. компьютер в старой квартире входил в аренду и теперь придётся стримить у друзей.

***

сережа, еле стоящий на ногах, вновь мучается с дверью. перед глазами все плывёт и он не может попасть даже в дверной проем. множество безуспешных попыток и он начинает стучаться. громко так, без установки, что аж пожилые соседи повыглядывали из своих квартир, презрительно смотря. - ваня, я же зн-аю, что ты дома. открой, - хриплым голосом пытается кричать сергей, немного запинается. дверь щёлкает и приоткрывается. из неё видно только зелёные глаза, наполненные агрессией, и руку, которая за куртку начинает тянуть пешкова в квартиру. - кучерявый, ты совсем в край ахуел? - ванюш, что случилось? - и падает на плечо к ванюше, от чего ноги подкашиваются. - а ну-ка убери свою..., - бессмертных решил не продолжать, видя, что тот не в состоянии даже стоять. подхватывает его, держа одной своей рукой за талию, а другой придерживает его мощную руку на своём плече. очень тяжело, ваня и сам еле идёт. дойдя до кровати кудрявого, он скидывает его тело и накрывает. вся агрессия сходит на нет, когда ванюша начинает рассматривать лицо сереженьки. такое умиротворенное, приятное даже. пухловатые щёчки, кудрявые светлые волосы на них, длинные чёрные ресницы и пухлые губы. - а ты красивый, ролтон, - и выходит из комнаты с улыбкой.

***

пешков уже второй день просыпается от солнечных лучей на лице. голова трещит по швам, во рту как будто кошки насрали, тело ломит. повспоминав еще минуты три кто он такой, поворачивает голову на стол, стоящий рядом с кроватью, и видит стакан воды с таблеткой. прокручивается все, что вчера было и становится стыдно, что перед соседями, что перед ваней. но за таблеткой тянется, ведь с головы уже начинают опадать швы. берет телефон в руки и смотрит свои счета. вчера на стриме собрал 10000 рублей, 3000 из которых он благополучно пропил. зачем пьёт? он и сам не знает, наверное, в привычку вошло с временем депрессии. неприятный вкус во рту никуда не делся, потому сережа заказал бутылку пива и доширак. ещё почему-то в квартире так вкусно пахнет, борщом кажется, как на зло. мочевой пузырь тоже подводит и из-за него приходится бежать, а не идти, в туалет. краем глаза замечает ваню на кухню. после отлива становится намного легче и он направляется на приятный запах. - о, очнулся, - не отрываясь от нарезания мяса, произносит ваня. - ты это... прости за вчера, - держит свой взгляд на полу, боясь поднять. - хм, простить за запеканку и невымытую посуду или за кипишь, который ты развёл? - за все, - сережа подходит поближе, тянет руки чтобы обнять. - ну это бооорщ, ты че. если я за вчера тебя простил это не значит, что правила отменяются. - извини... - я борщ приготовил, сейчас ещё гуляш с макаронами сделаю. ты что будешь? - я вообще доширак себе заказал, - а глаза засияли при упоминании домашней еды. сережа так её любит, но сам никогда не готовит, по одной простой причине - не умеет. - ты сам как доширак, еды домашней хоть поешь, - тянется достать глубокую тарелку для супа, - борщ будешь же? - да, если ты не против, - пытается скрыть свою радость, но не выходит, сияет весь. борщ получился очень насыщенный и сытный, прям как мама готовит. облизывается и просит добавки, на что ваня вздыхает, но добавки даёт. приятно даже как-то смотреть на кудрявого, который сияет лишь от борща. как маленький ребёнок, думается ване.

***

ваня стоит у кухонного гарнитура, нарезая овощи для своего любимого соседа. он и сам не понял, как тот сел ему на шею и свесил ножки. деньгами особо не помогает, посуду не моет. тот лишь благодарит мурчаниями на ушко, тёплыми руками на талии и приятными словами, а бессмертных шугается, очень. ему может это и нравится, но мысли, что серёжа грязнуля не дают покоя. уж слишком чистюля наш иван. - ванюш, когда там уже кушать? - и вот опять, сережа подходит сзади, тесно прижимается и гладит ванину тонкую талию. - сереж, ну прекрати, - ваня поворачивается передом к сергею, убирая его руки со своей талии. но кажется, что он делает это для приличия, ведь особых сил он не прикладывает. руки пешкова скатываются к бёдрам бессмертных, отправляет их назад, к подкаченным ягодицам. ваня запрыгивает на кухонный гарнитур, отбивается ногами, а улыбка с лица не слазиет. шальные руки проводят ещё раз по бёдрам, легко идя к паху. от чего ваня закидывает голову назад, проглатывая стон. сережку это забавляет, очень забавляет. ближе пододвигает ванюшу, приближая свое лицо к шее напротив. умелым языком начинает мазать по ней, оставляет светлые засосы своими пухлыми губами. языком ведет тропинку до губ. бессмертных первым вцепляется в желанные губы, покусывая нижнюю, от чего сережа стонет в поцелуее. пешков первым запускает язык, ища язык партнёра. найдя, начинает переплетать их. гладит по вставшему члену через ткань, от чего ванек просто не может перестать стонать. от удовольствия запускает свои руки в кудри сережи, тянет его лицо ближе к своему. кудрявый отсраняется от поцелуя и смотрит в зелёные глаза напротив, столько возбуждения в них. начинает запускать свои ручки под мятую футболку вани, исследуя каждый изгиб тела. каждый кубик обводит несколько раз большим пальцем. идеально ровную талию обводит много раз, от чего ваня громко дышит в шею сережи, иногда постанывает, специально в ухо. сереженька снимает с себя футболку, потому что очень жарко от возбуждения, а потом помогает ванюше, впиваясь в его обкусанные губы. все это кажется так неправильно для вани, но удовольствие от рук сережи просто не даёт думать об этом. вновь руками спускается к члену, который побаливает. сжимает его немного, ищет головку, по которой потом проводит большим пальцем несколько раз. одновременно с этим мочит все тело вани своим языком, оставляет пометки. ваня не знает куда деть свои руки, водит от кудрявых волос до ягодиц, которые сильно сжимает, от чего у сереженьки тоже вырываются стоны в хрупкое тело. приподнимает ваню и снимает с него серые спортивки, которые уже все намокли. остаются лишь боксеры, по которым сережа проводит своим шершавым языком, беря головку в рот. через ткань все это так по другому ощущается, от чего ваня царапает всю спину серёжи, а тот отвечает тем же. рукой умело ещё раз проводит и начинает доставать из боксеров член. весь красный, вены синие выпирают. ваня лишь от одного прикосновения громко начинает стонать в ухо, покусывая мочку. сережу это так возбуждает, он начинает своей ладонью умело водить по члену вани вверх и вниз. ваня уже от этого хочет кончить, но пешков не даёт, играется, останавливаясь каждый раз. - не мучай меня, пожал-луйста, - простанывает в ухо ваня. - а ты будешь мне каждый день борщ варить? - вылизявая тело вани повторно, узнает сергей. - буду, папочка. папочка. это было явно лишнее, ведь сережа начинает надрачивать ване так быстро и резко, что тому становится больно и приятно. стоны уже на всю кухню, кудрявый уже просто не может сдерживать себя от такого. давит на головку изредка. покусывает шею ванюши, делая самые последние движения, ведь ваня уже не может терпеть. изливает руку пешкова своей спермой, на что тот берет и облизывает ее. ваня противится от такого, но целоваться к нему почему-то лезет, глотает свою сперму и слюни сережи. действительно, после такого ванюша ему каждый будет будет борщ готовить. и перестанет ныть о сраче, который создаёт сережа, потому что, кажется, теперь ему придётся жить с кудрявым далеко не как соседи.