Вільна

Юле трудно привыкать к тому что над головой больше не гудят сирены. И ничуть не легче обустроится в чужом для нее городе. От одиночества и ноющей тоски спасает только Тина. Ставшая особенно близкой сейчас , настолько что Саниной невольно становится стыдно перед мужем... Сегодня для всех верующих особенный день , святой праздник - Христово воскресение. У Юли в корзинке пасха , разноцветные писанки и соль. На краях пасхальной корзинки повязаны синежелтые ленты , как символ родной страны. Они с Тиной и сонно моргающим Данечкой идут в храм , как и сотни других , те кто волей случая временно остался без дома. На улице совсем по весеннему тепло и Кароль вспоминает что в родном Киеве , на Крещатике вот вот расцветут каштаны. Что уже радуют глаз сотни ярких тюльпанов в ботаническом саду , а они так их и не увидят. Кароль надвигает на глаза шелковый платок и долго молится у иконы распятого Христа. Просит упокоить души тех , кто теперь на небе и сохранить живых. Смахивает ладошкой слезу и хватается за плече стоящей рядом Юли. После службы они забредают в какой то парк и садятся на свежепокрашенной скамейке. Даня тут же принимается гонять стайку голубей по тротуару , а певица отламывает кусочек пахнущей ванилью и цедрой пасхи. Она разминает выпечку в руке и бросает слетевшимся птицам крошки. Неожиданно вспоминает , что голуби птици мира и просит об этом самом фантомном мире и для родной земли. Юля смотрит за тем как их сизие гости собирают с асфальта угощение и машинально прижимается к Тине всем телом. - Сповільненний пульс Розсипане зілля ... - Тихо напевает она , забыв что вообще то это Тинина партия. - Більше я не боюсь, я вільна ... - Чуть осипший голос народной артистки Украины звучит с надрывом и пускает по коже мурашки.Юля впивается ногтями в ладони и снова не останавливаясь ни на миг поет. Поет лиш бы не заплакать ... Кто бы мог подумать , что теперь их песня будет звучать так. Выворачивая на изнанку всю душу. Что их песня станет неофициальным гимном родной страны. Теплый ветер путается в волосах , а на щеках оседают первые капли апрельского дождя и девушки только чудом успевают добратся в гостинницу. Данька , утомленный ранним подьемом засыпает на большой кровати , а Тина с Юлей перебираются на балкон. Откуда то в руках старшей оказывается бутылка дорогого французкого вина и два хрустальных бокала. Юля тихо выдыхает присаживаясь в плетеное кресло и Тина у улавливает в воздухе малейшее колебание ее дыхания. Она разливает напиток по бокалам и долго молча смотрит в затянутое серыми тучами небо. Юля отпивает маленький глоток и облизывает губ ы так , что у Кароль на миг останавливается сердце. На задворках памяти всплывают их редкие , но такие долгожданные встречи и такой недосягаемый теперь дом. Юля оборачивается , долго не сводит с коллеги по дуэту затуманненный алкоголем взгляд и жмется к ее горячему лбу своим. Никто не понимает как именно в поцелуе сталкиваются их губы и тишину нарушает звон разбившегося стекла. Тина притягивает Юлю еще ближе , смыкает на ее тонкой талии руки и резко отстраняется , слыша словно со стороны испуганное : " Прости ... " Она не понимающе вглядывается в испуганно поникшую Санину и мысленно материт себя , совершенно забывая , что сегодня нельзя. Юля тянется губами к ее виску и замирает , что бы хотя бы немного унять сердцебиение. - Прости , прости , пожалуста ... - Испуганно бормочет она. - Я не должна была давать тебе напрасную надежду... - Юль , Юлечка ... Только не надо извиняться , прошу. - Тина сглатывает неприятный липкий комок и впивается ногтями в ладони. - У меня кроме тебя в этом чертовом городе никого больше нет. Ты моя тоненькая ниточка к дому. Мой мир ... Мое Солнце ... Юля , прости за то что так сильно люблю тебя ... Извини что возжелала то , что никогда не пренадлежало мне... Горячую речь прерывают требовательные чужие губы и тающий в несдержанном поцелуе стон. - Плевать ... - Хрипло говорит Санина и ее влажное дыхание опаляет Тине шею. - Мне стоило это сделать раньше. Я слишком долго молчала... Тина шумно выпускает из сжавшихся легких воздух и мгновенно чувствует чужие ладони под толстовкой и влажные поцелуи на шее. Юля жмется к ней всем телом разделяя тепло прикосновения на двоих и прикрывает глаза. Под веками мелькают кадры с их выступлений , фрагменты клипа и время , которое они так по глупому упустили. С каждым мигом муж превращается в размытое воспоминание и Юле проверьте даже не стыдно. Что то в ней сломалось еще там , на вокзале Варшавы. - Вибач , Вал... Але здаєтся саме зараз тут , я нарешті по справжньому вільна...