My little moon

Следующее воспоминание перенесло заклинателей в большой павильон. На полу тут и там валялись стенающие люди в кровавых бинтах и тряпках. Между ними бегали абсолютно разные люди. Юнец лет тринадцати, старик со старухой, да девушка в траурном облачении. — Этот павильон выделили для раненых, — пояснил Цзян Чэн, бегая взглядом по лицам людей. Цзян Яньли присела рядом с одним мужчиной. Тот громко кричал, хватаясь за голову. — Мама? — ахнул Цзинь Лин. — Что она там делала? — А-Цзе, вызвалась помогать лекарям с ранеными, — гордо сказал Цзян Чэн. — Их было слишком много. Поскольку людей катастрофически не хватало, Цзян Яньли отправилась на поле боя вместе с остальными. Она прекрасно знала, что заклинательница из нее никудышная, и потому делала то, что умела – занималась приготовлением пищи для заклинателей. К тому же девушка прекрасно ладила с людьми и не утомлялась сверх меры, да и находилась в безопасности, поэтому Цзян Чэн решили, что так действительно будет лучше. Цзинь Лин был искренне потрясён. Его мама была самой лучшей! — Где именно болит? — мягко, но в то же время твердо спросила Дева Цзян. Мужчина не ответил продолжая кричать. Цзян Яньли вынула бутылочку из своего рукава, и потрудившись смогла влить содержимое в рот раненого. — Это должно помочь. Цзян Яньли продолжала сидеть рядом с мужчиной до тех пор, пока тот не перестал кричать. Его дыхание выровнялось, и глаза облегченно закрылись. — С... спасибо, — охрипшим голосом прошептал он. Девушка устало улыбнулась. — Тёте Яньли нравилось заботиться о людях, даже на войне это качество пригодилось, — глядя на заклинателей, заметила Венлинг. Пусть теперь они попробуют сказать о Цзян Яньли, хоть что-то плохое! На секунду взгляд Цзян Яньли помутнел, и она тут же моргнула. — Отдыхайте, — прошептала Цзян Яньли, собираясь уходить. — Ши...шицзе, — раздался до боли знакомый голос, заставивший Цзян Яньли замереть. — Вэй Ин, — в который уже раз, Лань Ванцзи довелось видеть перед собой разбитого любимого, и снова понимать, что он не может ничего сделать. Вэй Усянь, тот человек, что в прошлом воспоминании до ужаса напугал заклинателей, стоял не в силах пошевелиться. Темная облако Тьмы отступило. Уже не вздорный пятнадцатилетний юноша, но все ещё так же сильно любящий младший братец, смотрел мокрыми глазами на замершую в неверии девушку. Неподалёку от них стоял Цзян Чэн, до боли сжимающий Саньду.  — Это первая наша встреча, после трех месяцев, — не отрываясь от воспоминания сказал Цзян Чэн. Одно из тех мгновений, когда они были счастливы, лишь потому что были вместе. — Сянь-Сянь... — выдохнула Цзян Яньли. Девушка бросилась к братьям. На лице Вэй Усяня, вновь появилась столь живая и теплая улыбка. Этой улыбке суждено было навсегда потухнуть через какие-то пару лет. Сидя вдали от толпы, дети Цзян и Вэй Усянь, братья и сестра не могли отвести друг от друга взгляда. Наконец Цзян Яньли не выдержала, девушка потянулась вперед. Ее ладонь осторожно коснулась щеки Вэй Усяня, словно перед ней был не живой человек, а лишь его видение. Это была тень. Тень их прежней жизни. — А-Сянь, — ее взгляд омрачился. — Где же ты был, А-Сянь? Как же ты похудел... — Ты тоже шицзе, — совсем по-детски нахмурился Вэй Усянь, отчего Цзян Яньли улыбнулась. — И опять он отмахнулся от ответа, — недовольно покачал головой Лань Цижэнь. По щеке девушки потекла слеза, но та быстро ее смахнула. Но слезы вновь потекли по ее лицу. Вэй Усянь поколебавшись смахнул их. По его лицу тоже стали литься слезы, сидящий рядом Цзян Чен опустил голову, и шмыгнул носом. Цзинь Лин покраснел от стыда. Он ведь всей душой ненавидел человека, которого его мама так сильно любила. А дядя пожертвовал своим Золотым Ядром, чтобы спасти его. — Где же ты был, А-Сянь? — вновь задала вопрос Цзян Яньли. Вэй Усянь напрягся, чем омрачил свою шицзе. Прежде, чем та повторила вопрос, Вэй Усянь наклонился вперед заключая ее в объятия. — Я в порядке шицзе, — попытался успокоить сестру Вэй Усянь. — Тебе не нужно волноваться. Лань Цзинъи и Оуян Цзычжэнь громко шмыгнули носами. Только сейчас Венлинг заметила, что у многих юношей и заклинателей были влажные глаза. Цзян Яньли не ответила, вновь обхватив его лицо руками и вглядывалась в него ища подвох. Вэй Усянь на это ярко улыбнулся, заставляя свою шицзе вновь заплакать. Схватив за шиворот Цзян Чэна, Цзян Яньли наконец заключила двух братьев в объятия. Те и не противились. Лицо Вэй Усяня исказилось от боли, в то время, как на лице его шиди была счастливая улыбка. — Его жизнь не могла быть прежней, — отвернулся от воспоминания Цзян Чэн. В то время как он был счастлив вернув себе дом и брата, Вэй Усянь видел лишь пережитки прошлого и жизнь которой у него больше не будет. Время стало лететь куда быстрее и вот уже трое юньмэнцев и оставшиеся адепты Ордена Цзян стояли на пороге в свой дом. Троица застыла боясь пошевелиться. «Мадам Юй, дядя Цзян, я справился. Я вернул их домой» — первым перешагнув порог, Вэй Усянь сразу же послал молитву покойному Главе Цзян и его супруге. — Мы бы обязательно вернулись, тебе необязательно было давать обещание, — зло фыркнул Цзян Чэн. — Идём домой? — обернувшись спросил Вэй Усянь. Цзян Чэн и Цзян Яньли переглянулись. — Адепты Цзян, домой! — громко объявил Цзян Чэн. Адепты издали радостные возгласы и захлопав в ладоши последовали за своим Главой. Адепты Цзян с остальными юношами с громким шумом радовались возвращению юньмэнской троицы в родной дом. Пристань встретила их мёртвой тишиной, напоминая, что все ещё не закончилось. Вэй Усянь и Цзян Чэн уже были здесь, когда возвращали у Вэней свой дом и смогли оценить масштаб потерь. — Теперь понятно из-за чего мне казалось, что наша Пристань совсем не такая какой была, — прошептал на ухо У Мину Лю Янг. Старший юноша с ним согласился. На деревянных зданиях были видны царапины, сажа и пятна крови. В некоторых местах трава совсем исчезла. Главное крыло было наполовину сожжено, так же как и покои адептов. Земля на тренировочном поле все ещё была красного цвета. Главный Зал, как и Зал Предков не пострадали. Работы предстояло много, и адепты вместе с детьми Цзян принялись за работу. Заклинатели понимали, что в то время у Цзян Чэна не было столько людей, чтобы все исправить. Любая сила могла ему помочь. Дева Цзян, как и Глава Цзян наравне со своими подчинёнными работали над восстановлением Пристани. Лань Цижэнь, Не Хуайсан и Лань Ванцзи высказали свое уважение Главе Цзян. Цзинь Лин светился от гордости за своего дядю. Он был воспитан в роскоши, но для себя решил, что проведёт пару месяцев в Юньмэне наравне с остальными адептами. Цзян Яньли мыла полы и убирала в комнатах, а в перерывах готовила еду на всех. Пару не лестных комментариев вырвалось из уст адептов Цзинь. Цзинь Лин решил что своих адептов отправит в Юньмэн на пару лет. А может заодно и в Гусу, уверен Учитель Лань вытянет из них все соки. Оставшись только в штанах и подвязав на поясе нижнюю рубаху Цзян Чэн помогал таким же спарившимся и полураздетым адептам делать новую опору для крыши в Главном крыле. Венлинг нехотя отвлеклась от разглядывания Главы Цзян и ради спокойствия дедушки отвернулась от полуголых адептов. Вэй Усянь первое время таскал ведра с мусором и водой, приносил доски. В какой-то момент Вэй Усянь споткнулся, ноги не смогли его держать и он упал. Лань Ванцзи дёрнулся к нему, но замер: — Вэй Ин, устал... Вэй Усянь уставился на свои дрожащие руки. Он устал, но сам не хотел этого признавать. «Ничтожество!» — проклял он сам себя. — Нет! — раздалось множество не согласных с Вэй Усянем голосов. Его взгляд зацепился за Цзян Чэна, что подперев крышу плечом, ждал пока адепты подопрут её досками. Вэй Усянь поднялся, и чуть не столкнувшись с одним из адептов понёсся к выходу с Пристани. Стоило оказаться за воротами, как он рухнул на колени. Лицо Вэй Усяня исказилось болью, а из глаз потекли слезы. — Жизнь Цзян Чэна была бы кончена без Ядра, — успокаивал себя Вэй Усянь. Сколько бы не отрицал Цзян Чэн, он действительно не мог представить себе жизнь без ядра. «А твоя?» — раздался в голове голос Вэнь Цин. — Ты была как никогда права Вэнь Цин, — смеясь над самим собой, наконец признал Вэй Усянь. — Только... Я смогу с этим справится, вот увидишь. Смогу. Поднявшись Вэй Усянь вытер лицо. Расправив одежды и нацепив на лицо привычную улыбку лоботряса направился обратно. «Нацепил маску». С того дня как Вэй Усянь вернулся, на его лице всегда была лишь маска. Проработав весь день, Глава Цзян наконец объявил об окончании работ на сегодня. Вэй Усянь тут же испарился. Обнаружить его удалось в беседке Мадам Юй. Венлинг с трудом смогла опознать ту беседку. Нет, каким то чудом, она ни капельки не пострадала от Вэней. Просто теперь она была другой... На Пристань уже спустился поздний вечер, и на небе загорелись первые звезды. Мертвая тишина у беседки, сопровождалась измученными всхлипами мужчины. Когда-то отсюда с лёгкостью можно было услышать доносившиеся из-за каменной стены возгласы собиравшихся на отдых торговцев. Сейчас же за этими стенами был лишь развалины, от их когда-то оставшихся здесь лавок. Красивые красные стрекозы больше не летали над этими водами, а брошенный Вэй Усянем взгляд на когда-то густо растущие рядом заросли лотосов, ничего не приметил. «Мы все потеряли» — было первой мыслью. Но повернув голову, Вэй Усянь посмотрел на новый, поднятый сегодня днем вверх, флаг Ордена Юньмэн Цзян. «Ещё не все». Вэй Усянь ещё раз обвёл взглядом беседку, ласково погладил деревянную лавку на которой сидел и усмехнувшись своим мыслям поднялся. Порыв ветра закружил его свободные одежды. Волосы когда-то собранные в хвост теперь струились по худой спине, и взлетали от дуновения ветра. Его рука покоилась на поясе, рядом с прикреплённой к нему флейтой. Прогуливаясь по Пристани Вэй Усянь смог заметить изменения сделанный всего за один день. Пятна крови стали более бледными, Вэй Усяня передернуло от мысли, что его шицзе отмывала их весь день. — Она правда это делала? — спросил Цзинь Лин. — А-Цзе, сама вызвалась, — не хотя признал Цзян Чэн. Он пытался её отговорить, но Цзян Яньли была непреклонна. «Нужно будет сказать Цзян Чэну, чтобы перекрасил их» — сделал мысленную пометку Вэй Усянь. — Вэй Усянь всегда затевает ссоры, а ты только и делаешь, что убираешь за ним беспорядок! Как и наблюдавшие заклинатели Вэй Усянь дёрнулся, когда в его голове раздался знакомый властный голос. — Это воспоминание? — предположил Сычжуй. Его взгляд тут же зацепился за тренировочное поле. Словно во сне он увидел призраков прошлого. Мадам Юй грозно смотрела на бывшего Главу Цзян, его младшая версия сжалась в комок. — Сан-нян. — Шисюн! — В Облачных Глубинах было так же? — Это очень больно, — сжался Не Хуайсан, как никто понимая чувства друга. Вэй Усянь опустил глаза. Он не мог смотреть на лица своих шиди. Он не смог им помочь. Он был виноват в их смерти. «В этот раз он встал между Яньли и Цзысюанем. Что же будет в следующий раз?» — Вы были правы Мадам Юй, разорванная помолвка была меньшим, что я сделал. — Ты не был виноват! — возразил Лань Ванцзи. Вэй Усянь развернулся пытаясь уйти, как можно дальше от призраков прошлого. Направляясь к главному зданию, он не поднимал голову. Коснувшись слегка покосившихся перил, Вэй Усянь наконец посмотрел вверх. Мимо него пронеслись двое детей заставив Вэй Усяня отшатнуться. Подростки Вэй Ин и Цзян Чэн неслись по лестнице, один громко смеясь, другой недовольно ворча. Цзян Чэн замер, столь же удивлённо проводя подростков взглядом. Он помнил тот день, для него это было больше шестнадцати лет назад. А для Вэй Усяня с того дня прошло всего каких-то три года. — Вэй Усянь, А-Чэн! Хватит валять дурака! — кричала им вдогонку Мадам Юй, под смех Цзян Фэнмянь. — Моя госпожа, они ещё дети. — Им уже пятнадцать, они далеко не дети! — крикнула Мадам Юй. О нет. Они были детьми. На войне с Вэнями в первых рядах воевали дети. Рано повзрослевшие дети. Из всех Глав, Цзинь Гуаншань единственный кто, был на войне из его поколения, не считая Вэнь Жоханя. Но сам Глава Цзинь ни разу не был замечен на поле боя, вместо него впереди всех несся Цзинь Цзысюань. Тогда получается, что самым старшим был Чифэн-Цзюнь, тот возглавлял Орден уже больше десяти лет, это не идёт ни в какое сравнение с только что вступившими на пост Главы Цзян Чэном и Лань Сичэнем. Теперь заклинатели прекрасно это понимали, но изменить то что уже произошло, было им уже не под силу. Вэй Усянь вновь застыл вглядываясь в уже позабытые образы Мадам Юй и Главы Цзян. Они исчезли так же внезапно, как и появились. — А-Сянь. — Это голос дедушки? — Цзян Чэн кивнул. Вэй Усянь резко развернулся, но там никого не было. Голос Цзян Фэнмянь ему только почудился. Встряхнув головой, Вэй Усянь пошёл вперёд заходя в Главный Зал, где его уже ждали. — Тела дяди Цзян и Мадам Юй... — Мы нашли их, — кивнул Цзян Чэн. — Когда Пристань восстановится, они займут свои места в Зале Предков. — Голова Вэнь Жоханя, скоро будет лежать перед их могилами, — прошипел Вэй Усянь. За стеной Цзян Яньли замерла, но глубоко вздохнув нежно улыбнулась входя в зал. — Суп из лотоса и свиных ребрышек готов, — оповестила она, демонстрируя поднос с пятью тарелками. Глава Цзян расплылся в счастливой улыбке, словно проживая то мгновение вновь. Стоило Цзян Яньли появится, как Глава Цзян и Старейшина Илин тут же сменили пугающие лица на по-детски довольные, что вызвало смех у Венлинг. — Кто хочет супа? — Я! — первым сел за своё место Цзян Чэн. Как Главе Ордена ему полагалось сидеть во Главе, но Цзян Чэн сел рядом с Вэй Усянем на свое старое место. — И я! — последовал за ним Вэй Усянь, позволяя себе расслабиться. Цзинь Лин подавил в себе чувство зависти. Он никогда не попробовал этого чудо-супа, приготовленного мамой. «И не попробует» — пронеслась в его голове мысль. Лицо юноши заметно потемнело. Цзян Яньли поставила рядом с братьями тарелки, после чего поставила одну себе и по одной каждому из родителей. — Мы ещё не разработали план, — напомнил Цзян Чэн. — У Вэнь Жоханя десятки тысяч, хорошо обученных солдат. — Ну, — загадочно улыбнулся Вэй Усянь. — Допустим, что тут у меня есть кое-какая идея. Юноши заинтересовались. — Неужели, — заинтересовался Цзян Чэн. — Помнишь, в прошлом году, я рассказывал тебе о странном мече, который я нашёл на горе Муси? — Неужели...? — Венлинг округлила глаза. В ее голове пронеслась странная мысль. Лань Цижэнь напрягся, внутри зародилось нехорошее предчувствие. — Разве он не утонул в озере? — нахмурился Цзян Чэн. — Его можно достать. Воспоминание переместилось. Вэй Усянь стоял в пещере Муси, и держал в руках Чёрный меч. Его лицо стало хмуриться, а с мечом происходили какие-то изменения. Слегка пошатнувшись, Вэй Усянь поднял вверх не меч, а печать. Стигийская Тигриная печать. — Так папа создал печать из того меча...?! — Венлинг никак не могла осознать сей факт. Да ведь Цзинь Гуанъяо это даже не снилось! Заклинатели были потрясены, узнав об истинном происхождении печати Старейшины Илин. Воспоминание вновь изменилось и двое Цзян и Вэй оказались в Цинхэ. Цинхэ был наполнен ранеными войнами и Цзян Яньли тут же принялась помогать лекарям с пострадавшими. — Рук не хватало, и А-Цзе вновь вызвалась помогать, — пояснил Цзян Чэн. Лицо Цзинь Лина вновь просияло. Стоило Вэй Усяню и Цзян Чэну зайти в предоставленную им комнату, как их покой тут же нарушили. — Вэй-сюн! — ворвался в комнату Не Хуайсан. Заметив друга, тот ещё громче закричал: — Вэй-сюн! Вэй Венлинг покатилась со смеху, как и остальные юноши. Не Хуайсан выхватил из-за пояса, своего верного помощника новый веер, и с гордым видом раскрыл его, пряча за ним свое лицо. Отсмеявшись заклинательница взглянула на скрывавшегося за веером Главу Не. — Сан-гэ, ты скучал по папе? — с довольной улыбкой спросила Венлинг. — Да, — раздалось из-за веера. Вэй Усянь вначале дёрнулся, а его рука метнулась к флейте, но узнав Не Хуайсана, тот выдохнул. Хоть и напряжение никуда не делось. Цзян Чэн закатил глаза. — Вэй-сюн, я слышал, что ты вернулся. О Будда это действительно ты! — просиял Не Хуайсан. — Ты действительно... Не Хуайсан попытался схватить Вэй Усяня за плечо, но тот отшатнулся. — Мы ведь даже не заметили этого тогда, — покачал головой Цзян Чэн. Лицо Не Хуайсана погрустнело. — Его поведение ведь уже менялось. Поняв, что сделал Вэй Усянь тут же рассмеялся, и взял себя в руки. Схватив Не Хуайсана за руку, он улыбнулся: — Не-сюн, давно не виделись. — Вэй-сюн, ты пропал несколько месяцев назад! Все так отчаянно тебя искали, особенно Второй молодой господин Лань и Цзян-сюн. Они почти... Двое упомянутых мужчин покраснели от многозначительных взглядов брошенных в их сторону. — Довольно, — прервал друга Цзян Чэн. — Ты слишком много болтаешь. Мы только приехали, а ты уже не даёшь нам вздохнуть. Давай, иди отсюда. — Эй! — запротестовал Не Хуайсан. — Я ещё не закончил! Вот, что я Вам скажу. Сегодня вечером я устраиваю банкет. Каждый может прийти и повеселиться. Последние слова он говорил уже за дверью. Цзян Чэн тут же захлопнул за ним дверь. Вэй Усянь смеялся пока, наблюдал, как Цзян Чэн выталкивал Не Хуайсана за дверь. — Правда искал? — стоило им остаться одним, задал он вопрос. — Уж больно ты мне нужен, — фыркнул Цзян Чэн. «Действительно» — согласился с ним Вэй Усянь. — Я шутил идиота ты кусок! — взревел Цзян Чэн. Вечером Вэй Усянь и Цзян Чэн отправились на банкет. Вскоре к ним присоединилась и Цзян Яньли. — Глава Цзян, — заговорил Не Минцзюэ поднимая свою чашу. — Молодой господин Вэй, Вы действительно окажете нам огромную помощь против Вэней. Давайте же выпьем за молодого господина Вэй. — За молодого господина Вэй! — ещё громче повторил Не Хуайсан, за которым последовали все остальные. Венлинг усмехнулась обводя заклинателей насмешливым взглядом. Пока папа был полезен, он был для них героем. Вэй Усянь в этот момент уставился на пустое место среди Ланей. — Почему ты не пришел? — хмурясь спросил у отца Лань Сычжуй. — У меня были дела, — краснея соврал он. Ему ведь просто не хотелось видеть, во что превратился Вэй Ин. — Вэй Усянь, — прошипел Цзян Чэн выводя его из раздумий. — Прошу прощения. — Молодой господин Вэй, — вновь заговорил Не Минцзюэ. — Почему ты не взял свой меч? — Ох, да-гэ, — горько вздохнул Не Хуайсан. Разговоры между заклинателями прекратились. После увиденного, они могли лишь догадываться какого Вэй Усяню было слышать о своем мече круглые сутки напролёт, и знать, что он больше не сможет им воспользоваться. — Я просто не в настроении, — играясь своей флейтой, улыбнулся Вэй Усянь. — Как адепт своего Ордена, — заметил Глава Ордена Яо. — Носить мечи – это своего рода честь. Со слов людей я знаю молодого господина Вэй, как бунтовщика, но не слишком ли это дерзко? В Главу Яо тут же прилетели ненавистные взгляды со всех сторон. Тот же подавился от возмущения, наблюдая за дерзостью молодого поколения. Цзян Чэн и Цзян Яньли переглянулись между собой. — Слава молодого господина Вэй в искусстве владения мечом хорошо известна, — дополнил Цзинь Цзысюнь. — Я ждал, что сегодня мы устроим дружеский поединок. Однако у тебя нет своего меча. Как жаль, что ты не сможешь оказать мне такую честь. — Почему он кажется мне знакомым? — внимательно присмотрелась к говорившему мужчине Венлинг. В её памяти появились мутные образы, распознать которые она пока не могла. — Цзинь Цзысюнь? — удивлено взглянул на невесту Цзян Чэн. — Это мой двоюродный дядя! — тут же встрял Цзинь Лин. — Откуда ты могла его знать? Он умер вместе с моим отцом, когда мне был месяц из-за... — осекся Цзинь Лин. Теперь наследник Цзинь не мог поверить, в то что Вэй Усянь был виновен в смерти его отца. — Юи, — Вэнь Нин настороженно на неё посмотрел. — Ты что-то вспомнила? — Нет, просто его лицо показалось мне знакомым, — покачала головой Венлинг. От девушки не укрылось, то как насторожился её дядя. Раз этот Цзинь Цзысюнь умер, тогда же когда и Цзинь Цзысюань она никак не могла с ним встретиться, будучи дочерью Ханьгуан-Цзюня, получается, если они все-таки встречались когда-то это случилось, во-первых, до его смерти, а во-вторых, в то время, когда она жила на Луаньцзан. В голове все равно ничего не складывалось, и Венлинг решила пока отбросить эти мысли, в конце концов некоторых фрагментов в её памяти до сих пор не хватало. Вэй Усянь вновь улыбнулся. — Кхм, — Не Хуайсан нервно поерзал на своём месте. — Вэй-сюн, может ты расскажешь, как убил Вэнь Чао? — Такой человек, как Вэнь Чао встретил подходящий для себя конец, — поставил свою чашу Вэй Усянь. Не Хуайсан опустил взгляд. — Ты пытался Сан-гэ, — успокоила мужчину Венлинг. — Что он имел в виду? — задумался Глава Яо. — Я слышал, что Вэнь Чао так сильно страдал перед смертью, что его мог не узнать собственный отец, — прошептал Глава Оуян. Цзычжэнь покосился на своего отца, тот отстранился от недовольной супруги, что сверлила его убийственным взглядом. Вэй Усянь просто выпил ещё, когда услышал вдалеке знакомую мелодию. — Похоже на колыбельную, — заметил Лю Янг. — Ханьгуан-Цзюнь часто играет ее, — улыбаясь сообщил Лань Цзинъи. — А-Сянь, — позвала его Цзян Яньли. — Ты не знаешь, где находится Второй молодой господин Лань? Венлинг усмехнулась. — Мама кажется догадывалась о них, — неловко посмеялся Цзинь Лин, боясь реакции дяди и Ханьгуан-Цзюня. — Я не знаю, — пожал плечами Вэй Усянь. Цзян Яньли грустно улыбнулась и покачала головой. — Господа, теперь мы рано или поздно уничтожим Орден Вэнь! — встал из-за стола Глава Яо. Заклинатели дружно согласились поднимая тосты. Вэй Усянь же просто взял своё вино и ушёл. Все выглядели обеспокоенными. Выйдя из зала, Вэй Усянь последовал за музыкой, что привела его к комнате Лань Ванцзи. Не решившись войти, он просто взлетел на крышу и уселся там попивая вино. Лань Ванцзи знал, что в ту ночь Вэй Усянь был у него на крыше, но не решился выйти к нему. Поняв это, Венлинг хлопнула себя по лицу. Там его и нашёл Цзян Чэн: — Почему ты ушёл так рано? — Разве ты не такой же? — усмехнулся Вэй Усянь. — Я беспокоюсь о тебе идиот! Почему ты выглядишь таким мрачным? — А ты как думаешь? — Это из-за Лань Ванцзи, — почти улыбнулся Цзян Чэн. Вэй Усянь поднёс кувшин ко рту, но замер. — Я думал, что это из-за того что раньше Лань Ванцзи считал тебя другом, а ты настаивал на его возвращении в Гусу, — тогда Цзян Чэн действительно так думал, теперь же он понимал, что между этими двумя было уже что-то большее. — Он избегает тебя, и не одобряет то чем ты теперь занимаешься. Зачем ты пришёл сюда? Чтобы Вы вновь поссорились? Именно это они бы и сделали, если бы один решился наконец войти, а другой выйти. — Может быть мне просто скучно, — глубоко вздохнул Вэй Усянь, спускаясь к Цзян Чэну. — Вэй Усянь, я нашёл и вернул тебе твой меч, — остановил его Цзян Чэн. — Почему ты не носишь его? Цзян Чэн был готов ударить сам себя. — Я же сказал, что был не в настроении, — повторил Вэй Усянь. — Тебе следует носить свой меч хотя бы на людях, — на это Вэй Усянь лишь отвёл взгляд, но Цзян Чэн продолжал: — Или они не отстанут от тебя. Давай вернёмся назад. — Это было горькое напоминание для него, что он больше не может им пользоваться, — всхлипнул Лань Мин. — Это так грустно! — Не только, — встрял Не Жонг. Юноша решил поделиться своей точкой зрения: — Возможно, что господин Вэй не носил меч из-за таких вот людей, как Цзинь Цзысюнь. Если заклинатели не видели у него меча, никто не мог пригласить его на «дружеский», чтобы проверить его силы. Не Хуайсан гордо взглянул на своего ученика, абсолютно довольный его ходом мыслей. — Цзян Чэн, ты же должен меня знать. Чем больше ты хочешь, чтобы я что-то делал, тем больше я этого не хочу, — не сдержавшись сверкнул алыми глазами Вэй Усянь. — Что они мне сделают, если я не буду носить свой меч? Кроме того, я не хочу вступать с кем-то в поединок. Цзян Чэн прищурился на него, но Вэй Усянь смог взять себя в руки и подавить Тьму. Вздохнув Цзян Чэн, сказал: — Разве тебе не нравилось демонстрировать свое искусство владения мечом? — Мне уже тогда показалось это странным, — признался Цзян Чэн. — Но из этого идиота мало, что вытянешь. — Я был ребёнком. Мы не можем быть детьми всю свою жизнь. Лань Цижэнь зажмурился. Вэй Усянь был ребенком, которому нужна была помощь, но никто этого не видел. Никто не беспокоился о его чувствах. Улыбнувшись Вэй Усянь похлопал Цзян Чэна по груди своей флейтой. Идя обратно в свои покои, Вэй Усяня вновь окликнули. — Вэй-сюн! — обернувшись Вэй Усянь еле успел поймать влетевшего в него Не Хуайсана. — Ой, мама, — вновь скрылся за веером Не Хуайсан. Он совсем не помнил этого. — Сан-гэ, кто это? — насторожилась Венлинг и Не Хуайсану пришлось выглянуть из своего укрытия. Веер тут же выпал из рук мужчины. Он был не один. За наследником Не с опущенной головой стояла девушка. Вэй Усянь не видел её лица. На её довольно хрупкой фигуре висели одежды служанки, совсем ничего не выделяя и не подчёркивая. — Сан-гэ? — видя как посерело лицо мужчины, вновь повторила свой вопрос Венлинг. — Вэй-сюн, пойдём ещё-ик выпьем, — буквально повиснув на нем, промямлил Не Хуайсан. — Не-сюн, мне кажется тебе уже хватит, — осознав состояние друга, рассмеялся Вэй Усянь. — Молодой господин Вэй, прошу прощения за Второго молодого господина Не, — извинилась служанка склонившись в уважительном поклоне. Голос её оказался мягким и нежным. — Я хотела проводить господина в его покои, но увидев Вас он тут же побежал к Вам. Вэй Усянь усмехнулся вспоминая, как не легко уложить Не Хуайсана спать после попойки. Юноши тут же вспомнили их приключения в Облачных Глубинах. Лань Цижэнь заскрипел зубами. — Ничего страшного. Не-сюн, давай-ка продолжим в твоих покоях? — предложил Вэй Усянь и Не Хуайсан тут же закивал: — Давай я помогу тебе. Как твоё имя? Служанка подняла удивлённый взгляд на Вэй Усяня. «Такая не выделяющая фигура, но такая прелестная внешность» — про себя отметил Вэй Усянь. Лань Ванцзи застыл, чувствуя нарастающую волну раздражения и обиды. Девушка была ещё юна, на пару лет младше его шицзе. Бледнокожая и круглолицая, с румяными щеками совсем неделавших её от этого толстолицей. Светло-карие глаза, длинные ресницы, аккуратный носик и слегка красноватые тонкие губы. — Не-сюн, это ведь твоя личная служанка! — вдруг вспомнил девушку Глава Цзян. Он пару раз видел их с Вэй Усянем вместе, но не замечал между ними ничего необычного. Обычное поведение служанки и молодого господина. — Когда-то она была ею, пока Цзинь Гуанъяо не попросил меня передать ее в Орден Цзинь, — тихо проговорил, наконец пришедший в себя Не Хуайсан. — Она нравилась папе? — не унималась Венлинг. Ей нужно было знать абсолютно все об этой девушке! — Они дружили, насколько я знал... — задумчиво проговорил Не Хуайсан. У Венлинг задергался глаз. — Сюй Сюин, господин, — осторожно отозвалась девушка. «И имя подходящее» — заметил Вэй Усянь. — Сестрица Сюин, давай я лучше помогу тебе довести твоего господина до его покоев, — улыбнулся ей Вэй Усянь. Девушка вновь удивлённо моргнула, но взглянув на еле стоявшего на ногах Не Хуайсана все же кивнула. — Буду Вам очень признательна, молодой господин Вэй. — Вэй Усянь, — поправил её Вэй Усянь. — Не люблю, когда ко мне обращаются на Вы. Показывай дорогу, Сюин. Девушка вначале нахмурилась, но кивнув пошла вперёд. Вэй Усянь придерживая Не Хуайсана последовал за ней. Весь путь они продолжили молча, не считая что-то бормотавшего себе под нос Не Хуайсана. Дойдя до его покоев, Вэй Усянь уложил его на кровать позволяя Сюй Сюин позаботится дальше о своём господине. Когда верхние одежды были сняты и волосы распущены, девушка укрыла Не Хуайсана одеялом и тот громко засопел. Не Хуайсану хотелось провалиться сквозь землю! Вот почему воспоминание решило показать такой унизительный для него момент? Вдруг Глава Не дёрнулся, приковав свой взгляд к Вэй Усяню и Сюй Сюин. Все это время Вэй Усянь наблюдал за её действиями. Плавные и грациозные движения руками совсем не сочетались с её статусом служанки. С каждым разом Лань Ванцзи все темнел лицом, а брови Венлинг сильнее хмурились. Несмотря на клокотавшую в груди Лань Ванцзи ревность, там было что-то еще. Лань Ванцзи никогда не обращал внимания на лица слуг или девушек. Но почему-то глядя на Сюй Сюин он чувствовал в ней что-то далеко знакомое. — Ты танцуешь? — задал вдруг вопрос Вэй Усянь. Сюй Сюин замерла, после чего испуганно на него посмотрела. — С чего Вы взяли? — Твои движения очень плавные, словно ты не ходишь, а танцуешь, — пожал плечами Вэй Усянь. — Я с детства училась танцевать, — чуть помедлив призналась девушка. Вдруг она рассмеялась чисто и как-то грустно. — Хоть давно и не танцую, но видимо тело все еще помнит... — Она хороший человек, Сан-гэ? — нервно переступая с ноги на ногу, спросила Венлинг. — Очень... Венлинг не могла успокоиться. Почему эта девушка не давала ей покоя? Вэй Усянь тоже улыбнулся. — Спасибо за помощь, молодой господин Вэй, — поблагодарила его Сюй Сюин. — Мне было не сложно, — пожал он плечами, выходя из покоев. Лань Ванцзи не заметил, как напряжение спало с его плеч, стоило Вэй Ину уйти от Сюй Сюин. Вернувшись к себе он долго не мог уснуть. Поднявшись, он уселся медитировать. Услышав, как скрипнула дверь Вэй Усянь поднял свою флейту готовый защищаться. — А-Сянь, — остановившись в дверях извинилась Цзян Яньли. — Я увидела, что дверь открыта... Цзинь Лин напрягся. Вэй Усянь удивлённо посмотрел на свою вытянутую руку сжимавшую флейту. Лицо его побледнело. Выдохнув, Цзинь Лин стал наблюдать за поведением Вэй Усяня и его матери дальше. Вэй Усянь не причинит ей вреда, в этом он был точно уверен. — А-Сянь, — подходя ближе, Цзян Яньли посмотрела в его лицо. — Что-то случилось? — Всё...все в порядке шицзе, — успокоил её Вэй Усянь, все ещё глядя на флейту. Проследив за его взглядом Цзян Яньли спросила: — Эта флейта... Я никогда раньше не видела тебя с ней. Вэй Усянь протянул ей её, чтобы она могла лучше рассмотреть инструмент. Но когда Цзян Яньли дотронулась до неё, на неё обрушилась Тёмная энергия. — Мама! Заклинатели ахнули. Девушка отпрянула, как ошпаренная. — Шицзе, ты в порядке? Она причинила тебе боль? — схватил её за запястье Вэй Усянь. — Я в порядке, — покачала головой Цзян Яньли, пока Вэй Усянь прятал флейту за спину. — Значит, она признала тебя своим владельцем. Цзинь Лин вновь изменил свое мнение о Старейшине Илин – дяде. — Я случайно подобрал её, — отмахнулся Вэй Усянь. — Значит она - твой духовный инструмент. Так же как и Цзыдянь мамы, — улыбнулся Цзян Яньли. Вэй Усянь вновь вытащил её обратно. — А-Сянь, как её зовут? — Я ещё не знаю. — У неё есть душа, — покачала головой Яньли. — Ты должен её назвать, или ты хочешь назвать её как и твой меч? Цзян Чэн фыркнул. — Нет, — улыбнулся Вэй Усянь. — Я хочу назвать её Чэньцин. — Чэньцин? — повторила Цзян Яньли. — Чэньцин, — подтвердил Вэй Усянь. — Чэньцин, тоже хранится в Ордене Цзинь? — спросила у Цзинь Лина, Венлинг. Тот покачал головой. На лице Венлинг отразилось удивление. Может она и не хотела идти по стопам папы, но она могла совершенствоваться и пользоваться Тьмой в исключительных случаях. Ей бы очень хотелось отыскать Чэньцин, хотя бы как память о папе. — На сколько я знаю, она была потеряна, А-Юи, — сообщил Не Хуайсан. — Заклинатели искали её долгие годы, но так и не нашли. — Ты изменился А-Сянь, — Цзян Яньли покачала головой. — Где же ты был эти три месяца? «В аду» — Ты слишком много беспокоишься шицзе. — Сянь-Сянь, — вздохнула Цзян Яньли, гладя его по щеке. — Я же видела, как ты рос. Ты не сможешь говорить, что с тобой все хорошо, если я вижу, что это не так. Я больше не буду спрашивать где ты был, для меня важно, что ты вернулся. Очень важно, чтобы мы трое были вместе. Мы все что у нас осталось. Ты всегда можешь рассказать мне, все что тебя тревожит. Вновь Венлинг оказалась права, а Цзинь Лин был дураком. — Хорошо? Вэй Усянь кивнул. Следующим утром Вэй Усянь вновь попытался медитировать, но Тёмная энергия хлынула из него заполняя все комнату чёрным туманом. Её щупальца заструились между заклинателями. — Прочь, — сверкнув глазами приказала Венлинг, когда один из юношей не выдержав давления, рухнул на колени. Тьма повиновалась. Он боролся с ней, и с громким криком потерял контроль. Переводя дыхание, Вэй Усянь сжал мешочек где хранилась Стигийская Тигриная печать. Воспоминание изменилось. Цзинь Цзысюань стоял рядом с Цзинь Цзысюнем. Цзинь Лин просиял увидев отца. Тот выглядел уставшим и повзрослевшим, и юноша вновь попытался запомнить его таким, каким он был на самом деле, а не его идеальную версию изображенную на портретах. Лань Сичэнь рядом с Лань Ванцзи. Не Хуайсан стоял рядом с Не Минцзюэ, и только Цзян Чэн стоял один. Цзян Чэн вновь ощутил знакомое чувство одиночества. Плечом к плечу с ним должен был стоять Вэй Усянь, но его не было с ним... Отогнав эти мысли, Цзян Чэн посмотрел на стоящих по обе стороны от него Не Хуайсана и Цзинь Лина. — Хоть это и не официальное собрание, — фыркнул Цзинь Цзысюнь. — Не слишком ли высокомерен Вэй Усянь? Мы так долго ждем его из-за того что он убил Вэнь Чао. Чифэн-Цзунь, он убил Вэнь Чао, но ты так же убил Вэнь Сюя. Каким бы заклинателем он не был, он все равно не имеет права опаздывать! — Мне он уже не нравится, — заметил Цзинъи. Сычжуй не хотя кивнул, ему мало кто в принципе нравился из Ордена Цзинь. Лань Сичэнь взглянул на своего брата, что никак не реагировал. — Отец, — Венлинг стало напрягать бездействие Ханьгуан-Цзюня. Но тот выглядел совершенно спокойным. — Господа, Вэй Усянь только что прибыл в Цинхэ, и он пережил тяжёлое ранение, — защитил брата Цзян Чэн. — Это мягко сказано, — заметил Оуян Цзычжэнь, его мать согласно кивнула. — Тяжёлая рана? — недоверчиво повторил Цзинь Цзысюнь. — Я вот не видел на нем серьёзных ран. Глава Цзян, теперь ты Глава Ордена Цзян. Вэй Ин – ваш подчинённый. Вы приказали ему присутствовать на собрании. У него не должно быть никаких причин не приходить. — Вэй Усянь не был моим подчинённым, я никогда и ничего ему не приказывал! — поздно осознал это Цзян Чэн. Обогнув стол Цзинь Цзысюнь продолжил: — Мне просто интересно, не делает ли он снова что-то без Вашего ведома. Не может быть, чтобы он снова пошёл практиковать свои грязные трюки, верно? — Он выводит Вас из себя, и настраивает против моего отца!? — осознав вызывающее поведение Цзиня, резко рявкнула Венлинг. — Очень на это похоже, — поглаживая свою бородку признал Лань Цижэнь. — Это наше личное дело, не касающееся Ордена Цзинь, — наконец посмотрел на него Цзян Чэн. Цзинь Цзысюнь резко вздохнул собираясь продолжить. — Хватит, — прервал его Не Минцзюэ. — Давайте прекратим обсуждать такие вопросы. Не Хуайсан спрятал улыбку за своим веером. Взгляды брошенные на Не Хуайсан, Глава Не проигнорировал. — Теперь, когда Вэнь Жохань потерял двух своих сыновей, он подобен человеку без оружия, — продолжил Не Минцзюэ. — Это наш лучший шанс объединиться и завоевать Цишань. — Чифэн-Цзунь прав, — согласился Лань Сичэнь. — Глава Цзян, если молодой господин Вэй не сможет приехать сегодня, пожалуйста, передайте ему нашу сегодняшнюю дискуссию. Цзян Чэн кивнул ему. — Давай продолжим, — заявил Не Минцзюэ. Лань Сичэнь вновь посмотрел на Лань Ванцзи, что казался ещё более расстроенным. Венлинг облегчённо выдохнула, с ним все было в полном порядке, если так можно было сказать. Страх, что отец попросту погрузился в себя, отпустил её. Воспоминание вновь сфокусировались на Вэй Усянь. Старейшина Илин оказался на гребне холма за Нечистой Юдолью. Над ним летали вороны с громким карканьем, но Вэй Усянь их не замечал. Он смотрел, как адепты Не уводили заключённых. — О нет, — в ужасе прошептала Венлинг. — Догоняй! — Поторопись! Если заключённые не подчинялись, их пороли кнутом. — Заклинатели? — переспросил Лань Цзинъи, указывая на группу заключённых. — Где вы видите заклинателей? Стоя вдалеке Вэй Усянь прекрасно видел, что не все Вэни были заклинателями. Там были старики и женщины. Вэнь Нин замер, после чего подошёл ближе, оттолкнув некоторых заклинателей с дороги. Разум Вэй Усяня заполнил гнев, с ним росло и негодование, которое теперь всегда сопровождало его. Он попытался успокоиться, но Тёмная энергия все же вырвалась наружу. Он упал на одно колено. Один Вэнь вырвался, и адепт Не тут же избил его кнутом и оставил на милость ворон. Вэнь Нин отвернулся, узнавая этого человека. Он не был частью их семьи, но он был одним из тех кто не раз помогал им. — Бабушка, — раздался знакомый для Венлинг и Вэнь Нина голос и воспоминание сфокусировалось на Вэнях. Вэнь Цин успокаивала пожилую женщину. — Не бойся. Нам просто нужно следовать за ними. — Тётя Цин, — прошептала Венлинг, наполняясь новой яркостью. — Вы даже самого лучшего лекаря и старуху, не хотели пощадить??? — Мы не знали об этом, — бледнее признался Лань Цижэнь, Учитель Лань не сводил взгляда с истязания невинных людей. Орден Цзинь всецело убеждал их в том, что все заключенные были сильными заклинателями и приспешниками Вэнь Жоханя. Никто из них не решился проверить это, и вот она расплата. Учитель Лань видел бледневшие лица таких же наивных людей, как и он. — А-Цин, куда они нас ведут? — спросила пожилая женщина. — Понятия не имею. Может быть в лагерь заключённых Вэнь, — её глаза загорелись надеждой. — Интересно, А-Нин тоже там? — Возмездие, — пробормотал бабушка. — Если бы А-Хань, не стал как его отец. Вэней бы ждал мир и процветание... Лань Цижэнь был единственным, кто понял о ком шла речь. Вэнь Жохань – А-Хань, действительно стал таким же как его отец, хоть в юности и отличался абсолютно противоположным нравом. — Бабушка, все в порядке, — сказала Вэнь Цин. — Пока с А-Нином все в порядке. Вэй Усянь же продолжал изо всех сил сдерживаться. Когда пожилая женщина упала, он воспользовался Чэньцин. Когда же Вэнь Цин упала, он начал играть. Его музыка оказалась очень мощной. Все схватились за головы, посыпались камни и подул ветер испугавший ворон. Заклинателей вновь обдала волна Тёмной энергии. Всё эмоции Вэй Усяня атаковали их. Цзян Чэн успел поймать Не Хуайсана до того, как у того подогнулись колени. Вэй Усянь перестал играть, но все ещё незаметно смотрел за ними. Незаметно для всех кроме Вэнь Цин, которая оглянулась посмотрев ему в глаза. «Вэй Усянь...» — Она узнала его? — удивился Не Жонг. — А-Цзе, узнала бы его из тысячи, — горько сказал Вэнь Нин, видя мучения своей семьи. Лань Сычжуй подошёл ближе к нему, напоминая, что он не один. — А-Сянь, в чем дело? — найдя его спросила Цзян Яньли. — Ничего, — соврал Вэй Усянь. — Шицзе, почему ты здесь? — Цзеу-Цзюнь прибыл и Чифэн-Цзунь созвал всех на собрание, — объяснила Цзян Яньли. — А-Чэн, искал тебя повсюду. Что только что произошло? — Здесь очень сильный ветер. Он сломал несколько веток. — Неужели? — она не поверила ему, но все-таки приняла его ложь. — Пойдём А-Сянь. Вернувшись на военное собрание, Не Минцзюэ вернул их к столу переговоров: — Как я только что заявил, Вэнь Жохань потерял своих сыновей. Теперь никто не может повести войско против нас. Осталась только армия в Цишане. — Как бы то ни было, — сказал Лань Сичэнь. — Я надеюсь, что все будут бдительны. Сыновья Вэнь Жоханя не являются его козырем. — Цзеу-Цзюнь прав, — согласился Цзинь Цзысюань. — Вэнь Жохань смог уничтожить различные Ордена заклинателей. Он может манипулировать другими людьми. — Это именно то, что мы обсудим сегодня, — сказал Не Минцзюэ. Как нельзя вовремя в комнату вошел Вэй Усянь. Всем внутри пришлось прикрыть глаза от Тьмы, которую он принес с собой. — Вэй-сюн, — поприветствовал друга Не Хуайсан. — Вэй Усянь, — с подозрением посмотрел на него Цзинь Цзысюнь. Венлинг косо на него посмотрела. Цзян Чэн подошел к нему, когда Вэй Усянь негромко поприветствовал: — Глава Не, у меня есть один козырь. Не Минцзюэ бросил взгляд на Лань Сичэня, который смотрел только на Вэй Усяня. — Что ты имеешь в виду? — заинтересовался Цзинь Цзысюань. — Я смогу удивить Вэнь Жоханя, — сказал Вэй Усянь. — В тот момент это действительно больше напоминало самоуверенность и дерзость, чем реальный план, — неловко признался Сычжуй. — У Вэй Усяня все через задницу, — фыркнул Цзян Чэн. — Молодой господин Вэй, — Лань Сичэнь подошел ближе. — Пожалуйста, поясни. — Цзеу-Цзюнь, — ответил Вэй Усянь. — Я и не собирался это скрывать, но все же узнаете вы об этом не сегодня. Он поднял руку туда, где прятал печать, его уверенность поколебалась, когда он также посмотрел на Лань Ванцзи. Он снова поклонился и вышел. — Молодой господин Вэй, — крикнул ему вслед Лань Сичэнь. — Почему ты перестал носить свой меч? — Дядя, — горестно вздохнула Венлинг. Вэй Усянь повернулся к нему: — Я просто не в настроении. Он кивнул Цзян Чэну, и они оба ушли. — Этот Вэй Усянь... он намеревается одурачить нас? — не унимался Цзинь Цзысюнь. — Как может быть что-то, что может удивить Вэнь Жоханя? Противоречит ли это самому себе? — Он может заткнуться? У меня уже болит голова! — пожаловался У Мину, Лю Янг. Лань Сичэнь обменялся долгим взглядом с Не Минцзюэ, затем ушел вместе со своим братом. — Ванцзи, — начал он, когда они подошли к покоям. — Почему молодой господин Вэй так уверен, что он сможет одолеть Вэнь Жоханя? Лань Ванцзи некоторое время молчал, прежде чем признаться: — Я не знаю. — Так много предшественников потерпели неудачу, — покачал головой Лань Сичэнь. — Боюсь, молодой господин Вэй слишком самоуверен. Ванцзи, я хотел бы спросить тебя кое о чем. Ванцзи встретился с ним взглядом. — Были ли смерти на почтовой станции действительно связаны с Темной энергией? — Нет, — ответил Лань Ванцзи. — Ты солгал?! — раскрыв от удивления рот, выпалила Венлинг, Лань Ванцзи пристыженно опустил голову. Лань Цижэнь встретился взглядом с племянником, но ничего не сказал. У него были подозрения, что Ванцзи солгал им тогда. Но он просто не мог в это поверить! Лань Сичэнь кивнул: — Но то, что там произошло, действительно было странным. Когда вы подошли к Илину, было ли что-нибудь необычное? — Брат, — начал Лань Ванцзи. — Для всего в мире установлены правила? Лань Сичэнь задумчиво отвел взгляд: — Когда-то я думал, что если потрачу всю свою жизнь на чтение всех книг из библиотеки Ордена Лань, то смогу постичь правду о мире. Но я обнаружил, что даже если я закончу все существующие книги в мире все еще так много загадок. Здесь нет установленных правил. Нет четкой границы между добром и злом. Тем не менее люди продолжают так считать... Венлинг усвоила этот урок еще давно. И точно помнила, что не от дяди... — Если о людях нельзя судить просто так, — повернулся к нему Лань Ванцзи. — Тогда как мы можем оценить человека? — То, что делает нас людьми. Не может быть оценено просто как правильное или неправильное. Она лежит внутри нас самих. Оценивая других, мы не будем называть их черными или белыми, — ответил Лань Сичэнь. Мужчина поднес руку к груди. — Но надо знать их глубокие внутренние намерения. — Цзеу-Цзюнь очень мудр, — заметил Цзинь Лин. Лани кивнули. Он улыбнулся. Лань Ванцзи посмотрел на свою руку, прижатую к сердцу, затем в сторону, куда подошли Вэй Усянь и Цзян Чэн. Вэй Усянь стоял глядя на него. Лань Ванцзи встретился с ним взглядом. Цзян Чэн с беспокойством наблюдал за своим братом. Лань Сичэнь наблюдал за своим собственным с таким же беспокойством. Такова доля братьев. Лань Цзинъи переглянулся с Лань Сычжуем. Может крови между ними и не было, но это не меняло их духовного родства. Цзинь Лину хватило одного брошенного на Цзинь Чаня взгляда, чтобы ничего не почувствовать. Иногда не родные по крови люди могут стать самыми родными людьми во всем мире. Вэй Венлинг всегда хранила в сердце память о родных, что никогда не были таковыми. Вэни, Лани, Сан-гэ, Цзинь Лин и Цзян Чэн... Ее семья не ограничивалась одной кровью. Родную кровь, такую же как у неё, несли в себе лишь два человека, что подарили ей жизнь. Одного она никогда не знала, а другого, самого родного она потеряла шестнадцать лет назад. Ненароком Венлинг вспомнила о Вэй Чанцзэ и Цансэ Саньжэнь, родители папы, её бабушка и дедушка ведь тоже были её родной кровью и с ними она тоже не была знакома... Вэй Усянь выдавил из себя улыбку поприветствовал их. Еще раз взглянув на Лань Ванцзи, он ушел. Цзян Чэн нахмурился, затем поспешил за ним. — Ванцзи, — сказал Лань Сичэнь. — Если ты беспокоишься о молодом господине Вэй... — Ни капельки, — Лань Ванцзи повернулся в противоположную сторону и ушел. — Правила, — серьёзно напомнил Лань Цижэнь, заставляя Венлинг улыбнуться. Её отец стал столько врать, ему и вправду пора бы вспомнить про правила. — Будь откровенен со мной, — потребовал Цзян Чэн, догоняя Вэй Усяня. — Что ты имеешь в виду? — не понял Вэй Усянь. — Вы с Лань Ванцзи решили вот так просто разорвать ваше общение? — Лань Чжань разорвал общение, — поправил Вэй Усянь. — Я этого не делал. Лань Ванцзи не мог с этим не согласиться. Он был виновен в той ситуации. — Он все равно не хотел отвечать тебе, — отметил Цзян Чэн. Вэй Усянь остановился и повернулся к нему: — Цзян Чэн, я помню, что он тебе не нравился. Почему ты говоришь про него сейчас? — Чепуха, — фыркнул Цзян Чэн. — Теперь мы на одной стороне. Четыре Великих Ордена держатся вместе. Нет никакой необходимости суетиться из-за таких тривиальных вещей. — Говорите прямо, как Глава, — усмехнулась Венлинг. После чего фыркнула. — Отбрасывая свои переживания и чувства. Цзян Чэн закатил глаза. Вэй Усянь скрестил руки на груди. — Кроме того, там, в Илине, это было ... Да, в любом случае, тебе не следует снова говорить об этой чепухе. Ты должен оставаться на праведном пути. Вэй Усянь кивнул, надув щеки. — В чем дело? — спросил Цзян Чэн. — Только что, — задумался Вэй Усянь. — Ты действительно вел себя как Глава Ордена. Цзян Чэн покачал головой и умчался прочь. Лань Ванцзи снова попытался приблизиться к комнате Вэй Усяня. Он поднял руку, чтобы постучать, но в итоге сжал ее в кулак и отвернулся. — Как же с вами двумя сложно, — покачала головой Венлинг, чувствуя нарастающую головную боль. Цзян Яньли поймала его, когда он пытался уйти: — Второй молодой господин Лань. — Мама, прошу тебя помочь этим двоим, — попросил Цзинь Лин. Он обернулся, чтобы поприветствовать ее: — Дева Цзян. — Вы здесь из-за А-Сяня? — спросила она. Лань Ванцзи просто еще раз поклонился и собрался уходить. — Второй молодой господин Лань, — остановила его Цзян Яньли. — Мне нужно спросить тебя кое о чем. Он колебался лишь мгновение, прежде чем повернуться к ней. Восприняв это как разрешение, она спросила: — Темная энергия А-Сяня...она опасна? — Этот метод нанесет вред телу и исказит разум, — ответил Лань Ванцзи. — Что... — она замолчала. — Что тогда нужно делать? — Владение мечом – самая достойная техника, — сказал Лань Ванцзи. — Талисманы и заклинания могут только помочь этому. Они не могут быть использованы. Лань Ванцзи отвернулся, чувствуя тяжесть на сердце. Вэй Усянь завернул за угол. — Лань Чжань, что ты сказал шицзе? — заметив их двоих, нахмурился Вэй Усянь. — Вэй Ин, — ответил Лань Ванцзи. Вэй Усянь подошел ближе: — Я помню, как говорил тебе держаться подальше. — А-Сянь, — вмешалась Цзян Яньли. — Второй молодой господин Лань просто... Но Лань Ванцзи уже уходил. — Что случилось, А-Сянь? — спросила Цзян Яньли. — Я беспокоился о тебе, поэтому спросил Второго молодого господина Лань. Почему ты так злишься? — Шицзе, — гнев Вэй Усяня прошел. — Он... рассказал тебе о надзорном пункте в Илине? — Ох, папа. — Больше всего на свете Вэй Усянь боялся стать разочарованием для А-Цзе. Она отвела взгляд, затем покачала головой: — Он ничего не сказал. Вэй Усянь удивился и убежал, преследуя Лань Ванцзи, пока тот не ушел слишком далеко: — Лань Чжань! Лань Ванцзи замедлил шаг. — Лань Чжань, послушай меня! Лань Ванцзи выхватил свой меч и нанес удар. — Хоть одна ваша встреча может закончиться без драки и ссоры? — устало поинтересовалась Венлинг. Вэй Усяну, который вовремя отступил назад, чтобы избежать удара, блокировал следующий удар Чэньцин, а затем еще два следующих. Ему пришлось сделать сальто назад, чтобы избежать четвертого удара. Он не пытался защищаться, когда Лань Ванцзи приставил острие своего меча к горлу Вэй Усяня. Вэй Усянь просто закрыл глаза, принимая свою смерть. Эта мысль проскользнула у многих, заставляя их сердца сжаться. Когда этого не произошло, он посмотрел на лезвие, затем на человека, державшего его в руках. — Лань Чжань, — вздохнул Вэй Усянь. — Спустя несколько месяцев ты снова добился прогресса. — Это ты не добился никакого прогресса, — ответил Лань Ванцзи. — Где Суйбянь? Венлинг коснулась рукояти меча. Рука Вэй Усяня крепче сжала Чэньцин, прежде чем он заставил себя расслабиться. Когда солнце село, он повел Лань Ванцзи в другое место и в конце концов забрался на крышу. — Напоминает вашу первую встречу, — вздохнул Оуян Цзычжэнь. — Лань Чжань, — он откинулся назад, закидывая ногу на ногу. — Тебе не кажется, что это место очень знакомое? В тот год, в Облачных Глубинах, мы с тобой стояли лицом к лицу вот так. — Мы дрались, — поправил Лань Ванцзи. — Верно, верно, — Вэй Усянь качнулся вперед и рассмеялся. — Это когда я нарушил комендантский час и был пойман тобой, Второй молодой господин Лань. Жаль, что сейчас нет Улыбки Императора. Он со вздохом откинулся спину. — Все меняется, — сказал Лань Ванцзи. — Как может быть все по-прежнему? — Действительно, никак. Вэй Усянь улыбнулся, затем стал серьезным: — Лань Чжань, спасибо. — За что? — Спасибо, что не сказал шицзе, — уточнил Вэй Усянь, затем усмехнулся. — Путь Тьмы повредит твоему телу и разуму, — предупредил Лань Ванцзи. — Я знаю, — признал Вэй Усянь. — Но, Лань Чжань, то, что я практикую – это не манипуляции. Это что-то другое. — Вранье! — Что-то другое? — переспросил Лань Ванцзи. — Да, — кивнул Вэй Усянь, затем сел. — Это было то, чему я научился в темном, темном месте в течение трех месяцев. — Это то, чем ты воспользовался, чтобы выжить! Лань Ванцзи дернулся, преодолевая желание спросить где он был, но не спросил. На мгновение Вэй Усянь выглядел погруженным в свои мысли: — Но, в конце концов, я должен поблагодарить вас за музыкальную технику Ордена Лань. Мое новое совершенствование требует тренировки разума и изучения талисманов. С помощью бамбуковой флейты все можно контролировать. — Твой контроль зависит от духа? — удивился Лань Ванцзи. Вэй Усянь кивнул, не утруждая себя придумыванием лжи. — Овладеть этим разумом – все равно что вытащить зерно из горящего огня, — продолжил Лань Ванцзи. — Если не делать это осторожно, ты рискуешь выродиться в Путь Тьмы. Последствия будут невообразимыми. — Я знаю, — настаивал Вэй Усянь, затем наклонился ближе. — Лань Чжань, «Прошу, не беспокойся о таком человеке, как я». — Вэй Ин! — Лань Ванцзи, впервые с неприязнью взглянул на возлюбленного. «Я буду продолжать беспокоиться о таком человеке, как ты! Потому что, ты лучший человек, что так внезапно появился в моей жизни...» — ...я понимаю твое беспокойство. Но я, Вэй Ин, обещаю тебе, что никогда не скачусь до Пути Тьмы. Ты мне веришь? — Верю. — Он уже скатился! Лань Ванцзи медленно отвел взгляд, слегка кивнув. Вэй Усянь встал и спустился с крыши. — Позволь мне помочь тебе — попросил Лань Ванцзи. Вэй Усянь оглянулся: — Хорошо. Затем он ушел.