Помогаешь мне не умереть…

Уже наступил вечер. А Давид всё сидит и рыдает под дверью, продолжая терзать свою душу и начёсывать руку. Если честно, то место, которое он расчёсывает, выглядит на данный момент совсем не хорошо. Оно полностью покрасневшее, а где-то кожа уже не выдерживает острых ногтей. Поэтому там начинают появляться совсем небольшие и тонкие порезы. Да, много боли это не приносит и не успокаивает Давида, как лезвие. Поэтому он до сих пор не может прекратить истерить и гнобить себя за всё сказанное в адрес своего возлюбленного, но при этом продолжает мучить свою руку. А Торкио тем временем сидит в своей комнате в наушниках, чтобы не слышать все эти звуки страданий. Но иногда он их снимает. Так Итан понимает, Давид ушёл или он до сих пор сидит и рыдает у него под дверью. Возможно, вы подумали, что Итану похуй на Дамиано и на его страдания. Но нет, всё ни так. Он просто устал. Точнее, Торкио очень хотел бы сейчас выйти из квартиры и обнять парня, успокоить его. Но вот Итану надоело это всё. Нет, он его не разлюбил. Торкио просто устал, постоянно успокаивать Давида и первым приходить на помощь. Поэтому он так и поступает. Просто сидит, плачет и ждёт, пока Дамиано уйдёт. Или, наоборот, придёт поговорить о случившемся. Давид сидит и рыдает где-то часа два, а может и три. А Торкио изредка слышит это всё и удерживает себя от того, чтобы не пойти успокаивать своего возлюбленного. Через какое-то время Дамиано всё-таки понимает, что своей истерикой он ничего не решит. Поэтому Давид немного успокаивается и опускает рукава, а после начинает стучать в квартиру парня. По-началу Итан его не слышит, так как сидит в наушниках. Поэтому Дамиано уже думает, что он никому не нужен и собирается уходить, но перед этим ещё раз сильно ударяет кулаком по двери, без какой-либо надежды на то, что ему кто-нибудь откроет. Хоть Давид уже думает идти домой, он решается ещё немного постоять. Вдруг Итан всё же пустит его обратно. Торкио услышал последний стук через наушники. Поэтому он снимает их и прислушивается. Просто через музыку он не разобрал. Что это был за звук. По-началу он вообще думает, что это у соседей что-то упало. Когда Давид опять же собирается уходить, он решает постучать ещё раз. Так как глубоко в душе он ещё надеется на то, что Итан не слышал предыдущие стуки. После последних звуков Торкио понимает, что, судя по всему, это Дамиано, который пытается дозваться до него. Поэтому он вскакивает с кровати и направляется к двери. Смахивая слёзы с лица. Давид опять же думает уходить, как вдруг слышит, что учитель крутит щеколду. А после Торкио открывает дверь. И пересекается взглядами с Дамиано. Итан смотрит на Давида и в принципе осматривает его с ног до головы. И ему его жалко. Он сейчас выглядит как беззащитный мальчонка. Дамиано стоит перед ним и продолжает всхлипывать, трястись и заламывать пальцы. И смотрит он на Торкио таким виноватым и скорбящим взглядом, который в душу ему даёт, в самое сердце. Прям хочется подойти и обнять его, но Итан попрежнему сдерживает все свои чувства. А Дамиано смотря на Торкио, видит в нём какую-то грубость, смешанную с любовью, которая одновременно и отталкивает, и притягивает. Но при этом его мокрые от слёз глаза очень ярко выдают грусть и каплю вины. — Можно зайти? — всхлипывая, спрашивает Дамиано. Итан ему ничего не отвечает. Он молча делает шаг назад. Тем самым учитель даёт Давиду пройти в квартиру. Дамиано встаёт напротив своего возлюбленного. Берёт его за руки, и смотря ему в глаза, говорит: Малыш, прости меня. Прости за то, что думаю только о себе. Я должен был догадаться о том, что ты тоже мог устать. И не должен был начинать ругаться, обзывать тебя, да и говорить то, что сказал про твой предмет и работу — извиняется Дамиано. Всё это время он смотрит в глаза своего парня, моля своим взглядом о прощении. А после он снова начинает истерить и гнобить себя: Я ужасно себя повёл по отношению к тебе. И всегда себя так веду в ответ на твою помощь. Либо сбегаю, либо говорю лишнего. Я сам себя за это ненавижу. Я урод. Прости меня… прошу — последнюю фразу Давид сказал сквозь зубы, склонив голову, чтобы Итан не видел его вновь настигшие слёзы. Итан молчит, где-то минуту, переваривает информацию, а после отвечает Давиду: Дами, ты меня тоже прости. Я не должен был кричать на тебя, зная то, что ты этого очень сильно боишься — прощает и в тот же момент извиняется Торкио, а после добавляет: Не надо себя так сильно винить. Я ни в коем случае не думаю о тебе так, как ты только что о себе выразился. Да, мне неприятно, когда ты так реагируешь на мою помощь, но это точно не повод себя гнобить. И я слышал, что ты говорил о себе, когда ты сидел под дверью, как ты плакал, скорее даже ревел. И прости, что не подошёл и не успокоил — теперь уже Торкио начинает себя винить, сжимая ладони парня. На это Дамиано упирает голову в грудь своего возлюбленного. И говорит: Малыш, ничего страшного. Спасибо за то, что ты пытался помочь с этим чертовым тестом — Дамиано тоже прощает парня и благодарит его за помощь, которую он почему-то решил не принимать. На это Итан обнимает парня, поглаживает его по голове, чтобы тот побыстрее успокоился и забыл все свои обиды и отрицательные поступки за сегодняшний день. — Я всегда рад тебе помочь, только принимай эту помощь, как полагается. А никак сегодня — говорит Итан, а после добавляет: Люблю тебя. На последние слова парня Дамиано поднимает голову, смотря на него. После кладёт на его шею свои руки, притягивает к себе Итана и нежно целует. Торкио отвечает на поцелуй. Он хочет его продлить, но не перешагивать черту, так как Итан помнит, что случилось в прошлый раз. Но сейчас он даже просто продлить поцелуй не может. Так как на его глаза попадается оголённая и исцарапанная рука парня. Итан сразу же отстраняется от губ своего возлюбленного и берёт его руку. Начинает осматривать. Он видит, что конечность полностью покрасневшая и кое-где есть маленькие царапины. Изучив руку Дамиано, Итан поднимает на него свой вопросительный взгляд. Он ничего не говорит. Просто Торкио хочет услышать, что произошло от Давида, хоть сам всё прекрасно понимает. Дамиано не хочет говорить правду, так как знает, что этим он только усугубит ситуацию. Поэтому Давид нагло врёт своему партнёру. — Малыш, я просто поцарапался. Точнее рукой резко по стене провёл. Я ни резался. Ни в коем случае — врёт Давид, и без всякого стеснения, скорее даже страха или смущения в глазах. — И зачем ты врёшь? — вздыхая, спрашивает Итан. — Я не вру. Это правда! — сквозь губы отвечает Давид. — Так, Дамиано, если ты хочешь продолжить ссориться, то можешь врать мне, сколько твоей душе угодно. А если хочешь помириться, то лучше правду скажи — отчитывает его Торкио. — Я царапал руку, так как лезвие не нашёл. Поэтому она настолько красная. Это сегодня было — холодно и почти без эмоций отвечает Дамиано, и от стыда за своё враньё он зло смотрит в сторону. — И вот зачем было врать? — продолжает отчитывать его Итан, а после добавляет: Ладно, забыли. Пойдём промоем раны. После Торкио начинает промывать и обрабатывать царапины парня. А Давид всё это время молчит и стоит с опущенной головой, а по щекам изредка текут холодные слёзы. Ему стыдно за то, что он снова соврал учителю. Вот почему он не может просто взять и открыться парню. Рассказать обо всём, что с ним происходит. Он ведь знает, что его никто не осудит за это, но всё равно боится сказать хоть одно слово о своем отце. Поэтому он врёт даже по поводу своей семьи и в принципе жизни. А Итан даже не догадывается, что Дамиано до сих пор ходит в этот подземный переход, чтобы просто купить себе еды, хоть он и обещал, не приходит туда больше. И да, видимо, это очередное обещание снова оказывается ложью. После того, как Торкио промывает его раны, они вместе идут в спальню Итана. Ложатся на кровать. Они оба сидят в телефонах, и поверьте, сидели бы так ещё долго, если бы Дамиано не решил бы извиниться перед Итаном за своё вранье. Только вот не словами, а чем-то более романтичным и даже приятным. Давид пододвигается к Итану, обнимает его, кладёт голову на его грудь и делает это так, чтобы у него был прямой доступ к шее своего партнёра. Торкио на эти действия Дамиано никак не отреагировал. Так как увидел в телефоне, видимо, что-то более интересное, чем его парень. Дамиано немного полежал на груди старшего, а после ему надоел этот гаджет в его руках. Поэтому младший выхватывает телефон из рук парня и кладёт его в карман, немного недовольно смотря на Итана, тем самым говоря ему «обрати на меня внимание». Торкио сразу же обнимает Давида, начинает гладить его по макушке, что заставляет Дамиано улыбнуться. Так как это поглаживание всегда его немного смущает. Через какое-то время Давид тянется своими губами к шее парня, начинает её почмокивать и покусывать. На что старший откидывает голову, чтобы у младшего было больше места для его манипуляций. В один момент Дамиано впивается в шею Итана своими губами, засасывает её. Оставляет маленькую отметину. От чего заставляет Итана тихонько простонать. Учитель получает удовольствие от всех этих действий. Поэтому даёт Давиду полную власть над собой. Точнее, разрешает делать с его шеей всё, что тому угодно. После Давид оставляет еще несколько отметин, нежно облизывает их. И возвращает голову на грудь парня, прижимаясь к нему. Они ещё какое-то время лежат в обнимку. Как вдруг на глаза Дамиано попадается тот самый тест, который они и до тройки не дотянули. Поэтому Давид встаёт с кровати, берёт тест и ручку, а после садится рядом с лежащим Торкио. — Может, до тройки дотянем. Доведём дело до конца. Здесь же совсем чуть-чуть осталось — с небольшим смущением говорит Давид. Да, он понимает, что всё опять может закончиться ссорой. Но в этот раз Дамиано сам решает, что нужно доделать, и его никто не заставляет учиться через силу. — Не устанешь? — с издёвкой говорит Торкио. На что получает не одобряющий взгляд Давида и продолжает: Ладно, ладно, давай доделаем. Говорит учитель и подсаживается ближе к своему ученику, кладёт руку на его талию и начинает объяснять. И в этот раз Давид его внимательно слушает и даже пытается рассуждать и сам отвечает на вопросы. На что получает похвалу и улыбку учителя. — Всё на тройку сделали — говорит учитель, поглаживая Давида по макушке. — Малыш, а на четыре сколько надо? — Дамиано задаёт вопрос учителю, от чего тот сильно удивляется. — Ещё три задания надо сделать, а что? — отвечает учитель с небольшим непониманием. — Я четыре хочу. Поможешь? — просит его Дамиано, а после добавляет: Просто два, два и три – это два за триместр, а два, два и четыре – это три в триместре. — Давай делать, троечник ты мой недоделанный! — смеётся Торкио. А после они продолжают решать тест. Сейчас дела идут намного быстрее, чем раньше. Так как Итану не приходится вытаскивать каждое второе слово из Давида. — Спасибо — говорит Дамиано. После того, как они сделали ещё три номера, чтобы была четвёрка. — Малыш, тут на пятёрку чуть-чуть осталось, давай доделаем: предлагает Торкио. — Итан, времени уже много. Мне домой надо. Мне же ещё уроки делать — говорит Дамиано. — Может списывать, а не делать? — придирается Торкио. — Итан, не начинай, пожалуйста — говорит Дамиано. — Прости, правда, не хотел. Просто ты реально способный к учёбе. И рассуждать ты тоже умеешь, но при этом не учишься. Поэтому я и наезжаю. Не обращай на это внимание — извиняется Торкио. — Ничего страшного — прощает его Дамиано, после целует в лобик своего возлюбленного. И, попрощавшись, идёт к себе. *** Придя домой, Дамиано быстро берёт все учебники и тетради, а после идёт на крышу. Когда Дамиано приходит на своё любимое место, он начинает делать. Точнее, списывать домашнее задание. Давид уже списал все уроки, кроме литературы. И когда он берёт тетрадь и начинает вбивать в поисковую строку «ГДЗ». Дамиано вспоминает последние слова парня. О том что он способный и может что-то сделать сам. И ещё Дамиано припоминает ту самую улыбку учителя, когда Давид сказал, что хочет четыре вместо трёх. Поэтому ученик убирает телефон, открывает учебник на нужной странице и пытается что-то понять. Через какое-то время он вспоминает, что Итан сегодня что-то говорил об этой теме. Поэтому Давид напрягает каждую частицу своего мозга и пытается что-то написать. Дамиано отвечает только на два вопроса из пяти. Да, это скорее всего два, так как ответы не совсем полные и скорее всего. Точнее по любому неправильные. Но зато он сделал это сам. А никак всегда. И при этом Дамиано точно знает, что Итану будет всё равно на оценку. Главное, что Давид сделал всё сам. Для него это намного важнее. Из-за этой долбанной литературы. Давид засыпает ближе к часу. Точнее, даже не засыпает, а просто вырубается на своей родной и любимой крыше. *** Дамиано, как обычно, просыпается в шесть утра. И пытается ещё немного поспать, но солнце не даёт ему этого сделать. Поэтому Дамиано собирает учебники и идёт гулять. Он проходит все тихие и маленькие улочки, наслаждаясь моментом, когда никто не может его потревожить. Ведь тишина вокруг, а перебивают её только птицы, которые поют свои серенады, сидя на деревьях или свободно летая высоко в небесах. Что может быть лучше такой беззаботной жизни, в которой нет проблем. Бери, себе летай и пой! Ведь ты полностью свободная и одинокая птица… Но всё хорошее в нашей жизни всегда заканчивается. Поэтому, когда Дамиано видит на часах восемь пятнадцать, он спешит в школу. Да, Вам не послышалось он спешит. Точнее, бежит в школу, чтобы не опоздать на первый урок литературы, из-за которого он не спал полночи. Давид еле-еле успевает зайти в кабинет до звонка и сесть за свою последнюю парту. Когда учитель заходит в класс и видит Давида, он заметно удивляется. Так как Дамиано принципиально опаздывает на его уроки. Минут на двадцать, если не больше. — Сегодня занятие пройдёт немного по другому, чем было задумано. Вы мне сейчас сдаёте домашку, а пока я буду её проверять, Вы будете писать небольшой тест. Он совсем несложный — говорит учитель, а после добавляет: Телефоны мне на стол. Кто не положит два в журнал. И за списывание друг у друга тоже будет соответствующая оценка. И при чём у обоих. Пока Торкио раздаёт тесты, все кладут свои телефоны и тетради с домашним заданием на стол учителя. Только вот один Дамиано не сдаёт свой гаджет. Так как понимает, что ему необходима четвёрка, чтобы было три в триместре. А то сегодня ещё одна двойка за домашнее задание будет. Все начинают писать работу. По-началу Дамиано по-честному пытался ответить на вопросы. Так как надеялся, что там будет то, что ему объяснял Торкио. Но нет, ничего подобного там не было. Поэтому пришлось обращаться к интернету. Давид списывает шесть вопросов из десяти, чтобы получить четыре. И всей душой надеется на то, что учитель не поймёт, что он нашёл ответы на эту работу, а после и списал по ним. Урок подходит к концу. Все сдают свои тесты и забирают тетради с проверенной домашней работой. А после все выходят из класса. А учитель, как обычно, просит Дамиано задержаться на пару минут. Торкио закрывает дверь на ключ. И подходит к столу с заметной улыбкой на лице. — Дами, а ты сам делал? — спрашивает Итан, показывая на тетрадь Давида. — Сам тебя хотел порадовать. Точнее хочу — смущаясь, говорит Давид. — Ты молодец, что самостоятельно попытался что-то написать. Ну и меня ты тоже порадовал — хвалит его учитель, поглаживая его по макушке. А после добавляет: Тут на два, конечно, но я за старания тройку поставлю. — Не надо так делать. Ставь, что есть — говорит Дамиано. У меня здесь привилегий из-за того, что я твой парень, нет. Я такой же, как и все: Дамиано осуждает несправедливое действие своего парня. Просто он совсем не хочет выделяться. Становиться любимчиком. Только из-за того, что он, грубо говоря, с кем-то спит. Дамиано никогда не понимал и не поймёт такой привилегии. И на себе он её испытывать уж точно не хочет. Да, с какой-то стороны это выгодно –иметь халявные тройки и четвёрки. Но для Давида это не является нормой. Просто он не хочет пользоваться Итаном ради каких-то дурацких оценок, из-за которых он нередко получает пизды от своего папаши. И на что ему, конечно же, крупно похуй. — Малыш, ты чего? Это же всего лишь оценка. Я же просто хочу похвалить тебя таким способом — говорит Итан, который его совсем не понимает. Как вообще можно от такого отказываться? : думает Торкио. — Я снова повторяю, что я не хочу никаких привилегий. Я не хочу тебя использовать ради оценок. Ставь два. Так как эту оценку я честно заработал. — Дамиано пытается переубедить парня. — Хорошо, поставлю два, если ты этого хочешь — соглашается учитель. И ставить правдивую оценку. А после обнимает Давида со словами: Ты всё равно большой молодец. Что решил сделать сам. Я правда очень рад и считаю тебя умником, несмотря на оценку — говорит Итан и крепче прижимает к себе парня. И у обоих на лице появляются улыбки. Они стоят в обнимку какое-то время. А после Торкио вспоминает, что они всё-таки в школе находятся: Малыш, иди на перемену. Скоро второй урок начнётся — говорит Итан. — Не хочу — не соглашается Дамиано и ещё сильнее прижимается к Торкио. — Любимый, нас заподозрят тогда — напоминает ему учитель, а после добавляет: Я тоже хочу с тобой постоять в обнимку, и поверь очень сильно, но давай не сейчас. — Ну ладно, я вечером к тебе приду — обещает ему Дамиано, а после выходит из кабинета. *** Дамиано приходит домой. И сразу идёт на кухню, чтобы найти там хоть чуть-чуть еды. Так как он голодный до такой степени, что у него журчит в животе. И, конечно же, он ничего не находит. Поэтому он уже хочет идти за гитарой, а после в переход, чтобы заработать хотя бы рублей пятьдесят. Но вдруг в квартиру входит отец, который полностью рушит планы своего сына. Папаша, который пьяный в хлам, а, впрочем, как всегда, заходит на кухню и видит сына. И без всяких приветствий сразу же с наездом спрашивает: Что у тебя ик с литературой случилось? — интересуется отец. И тем самым до чёртиков пугает сына. — Отец, я всё исправлю. Ччестно — заикаясь и пятясь назад, говорит Дамиано. — А два ик в триместре ты как хочешь на тройку вывести ик за неделю? — спрашивает пьяный папаша. — Я всё иисправлю, обещаю! — всё так же боязливо отвечает Давид. А после видит, как отец снимает ремень: Пап, не надо ппрошу. Я всё исправлю, я усспею! — Дамиано уже фактически кричит на отца от страха. От чего тот только злее становится. Отец не слушая высказывания сына, подходит к нему и силой разворачивает спиной к себе. После наклоняет, стягивая с него штаны, трусы и начинает бить. И каждый новый удар сопровождается ором от боли или мольбой, чтобы отец перестал причинять ему эту невыносимую боль. В этот раз Дамиано решает не сдерживать свои эмоции. Он делает всё абсолютно наоборот. Он орёт во всё горло, чтобы его хоть кто-нибудь услышал и пришёл на помощь. Но всем, как обычно, всё равно на чужие страдания. Пошумят и успокоятся. Все же мы слышали эту фразу? Проходит минут десять с начала этой ебучий порки, и отец в кои-то веки останавливается и ставит условие: Если в триместре четверки ик не будет, то ты у меня неделю ходить не сможешь. И ведёшь себя сейчас как ик девка какая-то. — Хорошо — отвечает Давид, нервно вытирая слёзы со своего лица. А после отец уходит. У Дамиано не выдерживают дрожащие от страха ноги. Поэтому он валится на пол. Давид продолжает плакать от боли, только уже не настолько сильно, как раньше. Но продолжается этот плач совсем недолго. Так как его хотение есть, преодолевает его боль. Поэтому Дамиано встаёт. Но перед тем, как взять гитару, он берёт нож и идёт в ванную. Давид начинает резаться. Точнее, просто насмерть уродовать свою руку. Дамиано более менее быстро успокаивает себя при помощи кухонного ножа. После он заматывает раны, умывается, берёт гитару и выходит из дома. *** Давид уже час сидит в пешеходном переходе и играет на гитаре. Но вот никто даже и десяти рублей не положит. Тем не менее, он всё равно продолжает исполнять музыку. Кто-то же должен хоть чуть-чуть кинуть ему денег в чехол из-под гитары. Проходит ещё немного времени. И случается то, чего Дамиано боялся больше всего и в принципе всегда боится, когда идёт попрошайничать. Он поёт под гитару и в один момент отводит взгляд в сторону и замечает знакомый себе силуэт. А когда присматривается, он понимает, что это Итан, которому он обещал, что больше никогда сюда не придёт. После они пересекаются взглядами. И Давид замечает грусть в глазах своего парня. Он видит, что он расстроен, что он не может на это смотреть без слёз. Поэтому, когда Дамиано доигрывает песню, Торкио подходит к нему. А Дамиано напуганно смотрит на него. — Малыш, заканчивай это всё и давай уйдём отсюда — почти шёпотом говорит Торкио. На что Дамиано ему кивает и убирает гитару в чехол. А после они вместе и молча уходят оттуда. Когда они выходят из пешеходного перехода, Итан задаёт Давиду вопрос: Ты зачем сюда пришёл? Давид немного сторонится учителя. Ему стыдно сказать, что он голодный и не ел уже больше суток. — Дами, ты чего молчишь? Не бойся сказать, я же выслушаю и помогу — Итан пытается заполучить доверие ученика. — Я кушать хочу. Поэтому и пришёл попрошайничать — признаётся Дамиано, а после извиняется за невыполненное обещание: Прости, что снова попёрся в переход. — Малыш, ну ты чего. Не надо извиняться. Пойдём ко мне. Я тебя накормлю — жалеет его Торкио. И пока они идут к нему, тот задает ему ещё один вопрос: Дами, я, конечно, понимаю то, что мой вопрос сейчас будет не очень уместен, и прости, если затрону за больное. Но когда ты в последний раз кушал? Такой вопрос завёл Давида в ступор. По-началу он думает соврать, чтобы не шокировать учителя. Но после вспоминает, что произошло вчера и решает сказать правду: День, может больше — холодно отвечает Дамиано, смотря в пол от стыда. — Господи, Дамиано, приходи ко мне, когда тебе кушать нечего. Я всегда тебя покормлю. Мне несложно. И не надо этого стесняться — говорит Итан, держа парня за руку. На это учитель получает молчаливый кивок. Что означает согласие Давида. Весь путь Дамиано тихо плачет от стыда и ещё из-за одной сегодняшней ситуации. И не понимает за что ему всё это? Что он такого сделал, что теперь ему приходится это терпеть? А Торкио крепко держит парня за руку и иногда вытирает слёзы с его лица. И при этом Итан не говорит ни слова и не пытается успокоить Давида. Он понимает, что это тяжело – так бедно жить. А после ещё и рассказывать кому-то. И он даже представить себе не может, насколько же сейчас Давиду стыдно идти к Торкио, чтобы тот его покормил, потому что его семья не может купить даже куска хлеба домой. *** Дамиано уже сидит за столом с тарелкой супа. А Итан усаживается рядом, кладёт голову на плечо парня, а руку размещает на его талии и поглаживает её. Давид довольно быстро ест и немного трясётся, будто боится чего-то. А Торкио пытается его успокоить: Малыш, успокойся, пожалуйста. Просто поешь, как нормальный человек. И поверь мне, я сейчас ничего плохого ни о тебе и тем более о твоей семье не думаю. После этих слов Дамиано и вправду успокаивается. Он перестаёт трястись и начинает есть в нормальном темпе. А Торкио ещё сильнее прижимается к нему. После того, как Дамиано поел, он заметно повеселел. Точнее, у Давида перестают литься слёзы из глаз, да и улыбка на лице появляется. Делать им нечего. Поэтому они просто лежат обнимку, как и хотели ещё с самого утра. Но при этом Давид отлично понимает, что ему нужно что-то придумать, чтобы подольше побыть у Итана. Так как домой ему уж точно не хочется. В голову лезет только школа. Поэтому Давид предлагает Итану дать ему какое-нибудь дополнительные задания, чтобы позакрывать двойки. На что учитель соглашается, и они начинают заниматься. И по небольшой случайности засиживаются допоздна. — Дами, уже поздно. Может, ты у меня останешься? — предлагает Итан. — Да, давай — соглашается Дамиано. — Сейчас дам тебе ночнушку тогда — говорит Торкио и лезет в шкаф, после даёт Дамиано домашние штаны и футболку. — Спасибо — говорит Давид, а после вспоминает о порезах: Итан, а у тебя есть футболка с длинным рукавом? — спрашивает Дамиано с полным пониманием того, что он сейчас крупно спалится перед парнем. — В смысле. А зачем? — задаёт вопрос учитель, а после до него доходит: Покажи руки, пожалуйста — просит учитель. Дамиано опускает голову и без всяких колебаний закатывает рукав кофты. Так как понимает, что Итан из него правду любой ценой выроет. Торкио подходит к Давиду и снимает бинты. И видит руку, которая будто бы в мясорубке побывала. Итан глубоко вздыхает, а после меняет парню повязку. — А теперь слушай меня. Если я ещё раз увижу на твоём теле хоть один порез, который ты себе нанёс. То я буду общаться с твоим отцом. Если ты меня не понимаешь. Может, его поймёшь — Торкио ставит условие, которое до чёртиков пугает младшего. — Хорошо… — отвечает Дамиано. А после начинает переодеваться. Если с верхом проблем почти не было, то вот штаны ему надо было одеть так, чтобы Итан не увидел порезы и следы избиений на его заднице, так как его нижнее бельё, к сожалению, полностью синяки не закрывает. Поэтому Дамиано делает всё очень быстро. Точнее, он как пуля снимает джинсы, а после так же быстро запрыгивает в домашние штаны, когда Торкио отводит от него свой взгляд. Но вот Итан немного подсмотрел за парнем. И увидел что-то похожее на ссадину на пятой точке своего возлюбленного. И тут в голове Торкио начинает твориться сущий кошмар. Неужели его догадка о том, что Давида бьют, является правдой. Нет, такого быть не может: думает Торкио. — Дамиано, подойди ко мне — просит Итан. И Давид без всяких вопросов подходит к парню: Что такое? — спрашивает младший. Но Итан не отвечает на его вопрос: Спиной ко мне повернись — опять же просит Итан. — Зачем? — спрашивает Дамиано. Так как начинает догадываться, что здесь происходит. — Надо, поворачивайся — говорит Итан, а после добавляет: У тебя на штанах что-то я посмотреть хочу — Торкио пытается войти в доверие. И Дамиано ему слепо верит. Хоть всё прекрасно понимает. Поэтому поворачивается спиной к Итану. Торкио одним движением приспускает штаны и трусы парня. И на его глаза попадается вусмерть выпоротая задница: И как ты это объяснишь? — интересуется Итан, который сейчас находится в полнейшем шоке.