Мади

Лёша никогда не заплетал никому косички. Этот навык никогда и не был нужен, пока они не стали жить вместе. Утренняя рутина в семье, где есть ребёнок, оказалась для Щербакова целым испытанием. У него не всегда есть силы себя собрать, а тут надо ещё и о маленьком человеке позаботиться. Если с завтраком и выбором одежды он ещё справляется, то когда приходит время заплетать девочку, Лёша нервничает. Волосы у Мадины уже довольно длинные, а тренироваться ему было не на ком. Нурлан частенько уезжает раньше Лёши, и тогда Мадина топает в садик с распущенными, где потом, осуждающе глядя на дядю Лёшу (именно так Мадина пока что называет папиного друга), воспитательница Ирина Вареньевна (именно так Мадина выговаривает отчество женщины) заплетает её сама. В те дни, когда Нурик успевает собрать дочку, Лёша засматривается как длинные пальцы ловко плетут косички или крутят хвостики, цепляя красивые резиночки и заколки, что кажутся ещё ярче на черных как у папы волосах. — Малыш, мне завтра перед работой на техосмотр заехать надо, отвезешь Мадину утром? — Может, давай я с машиной повожусь, а ты на моей поедешь? — Да не, мне по пути как раз, я уже договорился. Лёша заметно тускнеет, уже предвкушая очередную порцию стыда завтрашним утром, не то перед воспиталкой, сующей свой нос куда не просят, не то перед самой Мадиной, которая и без того отличается от других девочек в группе, не то перед идеальным Нурланом, который здорово управляется с любой проблемой и совсем не боится Мадину, в отличие от неопытного ещё Лёшки. — Что такое? — настроение Лёши никогда не ускользало от чутких глаз Нурлана и сейчас он тычется носом в щёку блондина, пытаясь отвлечь его от крайне интересного занятия — разглядывания своих кутикул. — Ничего. — Лёша умело не поддаётся на провокации и не поднимает взгляд на казаха. — В чём дело тогда? Не хочешь Мадину везти? Я понимаю, я проебался чуток в последние пару дней, не подрассчитал. Давай я буду возить её всю следующую неделю, ты отдохнёшь. — Да это тут не при чём, мне не сложно совсем, просто.. — Лёша снова мнётся и Нурлан старается посмотреть ему в глаза, вынуждая продолжить. — Ну, просто, знаешь, я не дружу с волосами. — Я тебе это всегда говорил, причёска пиздец была, — смеётся, — до сих пор считаю своей главной победой то, что я заставил тебя отрастить волосы и начал таскать в свой барбершоп. — Да я не про это, придурок. У меня не получается заплетать Мадину. Я пробовал пару раз, но это всегда кончалось слезами, и поэтому я перестал. и когда я её вожу, её заплетают в садике, а там ещё тётка эта противная, Вареньевна которая, смотрит на меня так постоянно, будто я Мадину не с распущенными волосами, а в чулках в сетку привёл! Какая ей вообще нахуй разница, будет она с косичками или нет? Ей вообще-то и так очень красиво, нет же, надо придраться. Понимая, что Лёшин словесный понос не закончится сам собой, Нурик тянется, чтобы прекратить его поцелуем. Лёша ожидаемо отвечает. Он вообще редко отказывается от возможности прикоснуться к губам Нурлана, но как только Нур отстраняется, блондин всё так же тупит взгляд и забавно надувает губы от обиды. Нурлан никогда не говорит ему об этом, боится, что тот начнёт контролировать свою мимику и избавится от этой милой детали. — Лёш, ну ты серьёзно? Ты из-за этого загнался? Думаешь, у меня с первого раза стало всё получаться? Надо просто потренироваться немного, и всё получится. Не будешь же ты всю жизнь к воспитательнице её водить или меня ждать. — Ну нет.. она же сама когда-нибудь научится.. Лёша и сам выглядит как ребёнок сейчас, куксится. Понятно, почему его обижает мнение воспитательницы. — Давай ты хотя бы попробуешь попробовать? Я знаю, что у тебя получится. — тихий голос Нурлана вселяет уверенность, но Лёша продолжает стоять на своём. — Нур, она опять плакать будет, я не хочу ей больно сделать. — Хорошо, давай на мне. — Что? — Лёша наконец поднимает взгляд, но сейчас он скорее удивлённый, чем обиженный или расстроенный. — А что? У меня тоже волосы есть. Даже тоже чёрные. Я не Рапунцель конечно, но на маленькую косичку точно хватит. — Нур привычным жестом поправляет волосы и так тепло улыбается, что Лёша немного успокаивается. — У меня есть идея. У тебя будет лучший учитель. — Лёша всё больше не понимает что происходит, когда Нурлан выходит из комнаты. Возвращается он уже с Мадиной, у которой в руках расчёска и резинки, а на лице широкая улыбка и горящие глаза от предложенной папой игры. — Солнышко, Лёша тоже хочет научится заплетать, научишь его? — Да! — девчушка вскакивает на кровать ногами и гордо говорит, — Добро пожаловать в нашу парикмахерскую! Присаживайтесь пожалуйста, скажите, что бы вы хотели? Нурлан садится на пол, чтобы всем было удобно, но Мадина всё равно остаётся стоять на ногах, потому что так голова папы как раз находится на уровне её рук. — У меня, знаете, нет никакого повода, поэтому можно что-то простое. Давайте хвостики попробуем. — Нурик включается в игру, радуясь интересу Мадины. — Ой, вы знаете, у нас сегодня новый парикмахер, он пока что неопытный, но он хочет научится, вы не будете против, если я на вас его поучу? — Нет конечно. — Нурлан улыбается, хоть его любимые сейчас и не видят его лица. Лёшу, в отличие от брюнета, такой энтузиазм Мадины слегка пугает. Не хочется упасть в грязь лицом перед ребёнком. — Смотри, сначала надо расчесать. — она протягивает Лёше массажку и уже представляет как папа будет выглядеть с хвостиками. Леша начинает быстро расчесывать волосы, но Мадина его останавливает. — Подожди, ты так больно ему сделаешь! — она берёт расчёску в одну руку, а второй отделяет прядь волос. — Надо от конца к началу, а не наоборот. Так легче будет. Девочка показывает Лёше как надо и снова отдаёт предмет ему. А пока он начинает правильно расчесывать волосы её папы, рассказывает, что вообще-то у неё есть спрей для лёгкого расчесывания с принцессой, который очень вкусно пахнет вообще-то. Когда начинающий парикмахер заканчивает, обучение продолжается: — Вот, теперь надо разделить волосы на две стороны. — с этим заданием Лёша справляется на ура. Нурлан послушно сидит и не дергается, чтобы не помешать. С ровным пробором посередине он выглядит забавно и больше походит на Гульшат, которую иногда отыгрывает, чтобы повеселить домашних. Мадина показывает Лёше как собирать хвостик, закрепляет ярко зелёной резинкой с листочком. Лёша повторяет, и хоть несколько волосков выбиваются и остаются парочка небольших петухов, выходит достаточно сносно. Сдержать смех не удаётся никому, когда папу отпускают с кресла их воображаемой парикмахерской и показывают своё творение в зеркало. — Нурик, Нурик, — Лёша заливается смехом — монологи можно больше не писать, просто ходи на выступления вот так. Нурик корчит рожицы и сам весело смеётся, осматривая хвостики, а потом возвращается на пол. — Нет, знаете, я так вдохновился новым образом, что решил сегодня сходить куда-нибудь со своим любимым человеком. Могли бы вы сделать мне что-то посерьёзнее? Может, косички? — он поворачивается и подмигивает Лёше. — Давайте! Давайте! — Мадине эта идея явно нравится и она быстро стягивает резинки с волос, от чего Нурлан чуть вздрагивает. Лёша замечает это и запускает руки в его волосы, нежно поглаживая, чтобы убрать неприятные ощущения и заранее извиниться за то, что они собираются сейчас сделать с его головой. На этот раз Мадина расчёсывает его сама, аккуратно перебирая локоны, а потом объясняет Лёше как нужно разделить волосы на три части, чтобы плести косичку. у обоих пряди получаются неодинакового размера, но их это не останавливает. Раз уж взялись мучить Нурлана, надо хотя бы довести до результата. Мадина забавно высовывает язык, когда сосредоточенно пытается заплести колосок, Лёша засматривается на неё, такую забавную сейчас, и пропускает последовательность действий. Она цокает, распускает то, что уже получилось и объясняет заново. Лёша старается повторить, но пальцы не слушаются, волосы выбиваются и получается плохо. У Мадины выходит чуть-чуть лучше, но на уровень парикмахерской всё же не тянет. Она хмурится и не знает, пустят ли папу куда-то с такими кривыми косичками. Её наверное в садик не пустили бы. — Пап, иди посмотри. — она слезает с кровати и тянет Нурлана к зеркалу. Он вертит головой, осматривая с разных сторон. — Не нравится? Мне кажется у нас не получилось. Давай распустим? — А по-моему, очень мило. — старается поддержать дочку Нурлан — Нет, всё торчит. Распускай! — в упрямости она могла бы легко посоревноваться с Нурланом. — Эхх, придётся как обычно идти. — он быстро расплетает колоски и лёгкими движениями откидывает волосы назад. Лёша подходит к нему и протягивает руки к волосам, чтобы поправить те прядки, которые после косичек не хотели ложиться ровно, но чувствует, как его тянут за трико. Мадина требовательно тянет ткань, ведя его за собой. — Пошли, у нас ещё другие клиенты есть. У них получится косички сделать. Нурлан улыбается, глядя на то как дочка уводит его парня в детскую и закрывает дверь. Из любопытства он заглядывает через несколько минут, но его быстро выпроваживают из комнаты. Вспомнив, что они не убирались после ужина, Нурлан провел какое-то время на кухне, загружая посудомойку и убирая продукты в холодильник. Вернувшись в спальню, он взялся за ручку и блокнот, накинув пару шуток о своих волосах в новый монолог. Через час Лёша с Мадиной возвращаются и несут с собой куклы, волосы каждой из которых собраны: у каких-то в хвост, у каких-то в одну или две косички, а у одной аж три косы переплетаются в одну большую – эту несёт Мадина. — Смотри, смотри, пап, я заплела! — Как красиво, котёнок. — Нурлан берёт куклу в руки. — а тебе Лёша помогал? — Нет! Он вот эту заплетал, и ещё вот эту, и вот эту. — она выкладывает перед Нурланом три куклы с аккуратно заплетёнными косичками. Он сначала смотрит на них, а потом на смущенно улыбающегося Лёшу. — Ну всё, значит открываем парикмахерскую. — Да! Только давайте завтра, я устала, хватит с меня красоты на сегодня. Мужчины тепло улыбаются, глядя на то как девочка пальцами расчёсывает чёлку одной из кукол, а потом вместе смотрят мультфильм, под который Мадина засыпает у них в кровати.

***

Утром, сидя на СТО, Нурлан получает фотографию косички на голове дочери, а следом изображение улыбающихся Лёши и Мадины.