Страх Темноты | Альфа и Омега.

Утром, пока Хамфри наслаждался своим долгожданным выходным, прозвенел пищащий, злобный будильник, который в миг разрушил все сны. Еле открыв глаза, он наконец-то увидел светлую комнату волчицы. Она была не шипко богатая, выглядела так себе, а шторы были прозрачными и практически бесполезны. Единственное, что нравилось Хамфри, так это нежная постель и красивые обои. Кейт стала вставать с кровати, перелезая над ним и затем извинилась, поцеловав возле уха. Возмущённый волк тоже поднялся и спросил, куда ей так надо в субботу, но она не услышала, так как уже ушла из комнаты. Хамфри стал одеваться, чтобы не ходить голым по квартире и смущать Кейт и услышал, как закипает чайник. Протерев глаза, он вышел из комнаты за утренней волчицей, на кухню. — Ты так и не сказала, куда ты? — спросил сонный Хамфри. — Я на работу, — заявила Кейт, — ты можешь пойти спать, я около 12-ти уже буду дома. — Так ты же учишься, — нахмурившись, припомнил волк. — Да, я учусь и подрабатываю. По факту, я считаю это практикой, — волчица наливала в чайник воду. — То есть, ты учишься на психолога и работаешь им? — Да, но я работаю не полный рабочий день. И полноценной работой это конечно не назвать. Я как бы помощница, но иногда мне дают лёгкие расстройства, — раздался щелчок, а затем и само кипение чайника. — Получается ты недо-психолог, пере-помощник? — спустя минуту, стал улыбаться волк. Кейт усмехнулась немного глупой шутке и развернулась вновь к чайнику. Неуклюжая волчица немного пролила кипяток на стол и убрала чайный пакетик, взяв вместо него кофе. В лучах утреннего солнца, она смотрелась намного красивее, а её шерсть блестела, что заставляло Хамфри щуриться. — А ты на бюджете, ведь так? — поинтересовался любознательный. — Нет, я не поступила. Там места не хватило на бюджетке, — она стояла спиной к Хамфри, наливая кипяток в кружку. — То есть, за обучение ты платишь? — спросил волк, сверлящий своим взглядом её спину. — Ага, по 15 тысяч. Ещё 15 стоит аренда квартиры за два месяца, мне уступили, — ответила Кейт, делая чай Хамфри. — А ты сколько зарабатываешь? — Я зарабатываю по 30 тысяч, но мне ещё родители по 10 скидывают каждый месяц. В итоге, 40 тысяч. — Погоди, ты по факту живёшь на 10 тысяч? — Не-ет, — протяжённо спорила Кейт, — я же не каждый месяц по 15 тысяч за аренду плачу. Я живу на 20 тысяч, иногда даже коплю на мебель. Когда я сюда приехала, тут такая мебель была, боже мой. И считай, мне уступили с условием, что я поменяю мебель, — Кейт размешивала сахар в кружках. — И чего, хватает тебе? — спросил Хамфри. — Вроде хватает. С голоду же я не помираю. Кейт поставила им две кружки и закатила глаза, недовольно вспомнив про желанные тосты. Взяв белых хлеб из хлебницы, она кинула их в тостер и обратно села за стол. — Когда тебя на бюджет возьмут? — Не знаю. Обещали, как только место появиться, так сразу. Вроде, там сейчас один ничего не делает и после каникул, я буду за него. Хамфри о чём-то задумался, смотря на не выспавшеюся волчицу. Тем временем, выстрелили немного подгоревшие тосты и волчица пошла к ним. Вздохнув, волк заявил, что пойдёт умоется и ушёл в ванную, оставив Кейт одну с её утренней кулинарией. Она же, закинула ещё два кусочка хлеба, для Хамфри и услышала звук уведомления. Подойдя поближе к своему телефону, она разблокировала его отпечатком и увидела зачисление на сумму 100 тысяч рублей. Отправителем являлся Хамфри А. Тут, волк, стоя у включённого крана с холодной водой, услышал, как Кейт крикнула его имя, назвав дураком. — Опять я дурак, — подумал Хамфри, улыбнувшись при этом. Выключив кран, тот с улыбкой вышел из ванны, где его уже встречала удивлённая Кейт. — Хамфри, я тебе в жизни их не отдам, — растерявшись заявила волчица. — Да и не надо. Это тебе, на обучение. А десятку можешь себе оставить, я не против, — спокойно ответил Хамфри, медленно махая хвостом. На столе стояли ароматные бутерброды, которые остывали и тот, взяв её за плечи, развернул и стал вести к ним. А та лишь жаловалась, предлагала деньги обратно, но Хамфри лишь отнекивался. — А вдруг, — Кейт сделала небольшую паузу, — вдруг ты разлюбишь меня? Или я тебя? — тон волчицы не был громким, как будто сама жалела и боялась одновременно. Хамфри сделал недовольную морду, немного стиснув зубы. — Во первых, только попробуй, во вторых, я тебя не разлюблю. — Любые ситуации в жизни бывают, — неряшливо оправдывалась Кейт. — Кейт, такие ситуации существуют только для того, чтобы их проходить. Вот наша с тобой, когда у тебя денег не особо много. Тебе либо занимать, либо я тебе дам, если занимать, то ты в такие долги влезешь, что мама не горюй. Так что бери и молчи. Она закатила глаза и сдалась, заявив, что не хочет с ним ссориться с самого утра. Они сели за стол и Кейт, пододвинула ему тарелку с 4-мя бутербродами, как бы намекая, что они больше не нужны волчице. Хамфри посмотрел сначала на тарелку, потом на волчицу, которая минут 15 назад жадно смотрела на них и отодвинул обратно к ней. Та, опустив уши, стала есть бутерброды и просто молчать. — Если ты поняла слово "молчать" ко всему, то ты ошибаешься, — тихо подметил Хамфри. — Та нет, — с небольшой обидой ответила Кейт. Через пару минут, как бутербродов не осталось, волчица встала и пошла по направлению к Хамфри. Сев к нему на колени, она крепко обняла его и стала целовать. Хамфри стал нежно опускать лапы к её бокам. — Хамфри, — с воздухом произнесла волчица. Тот остановился на её ляжках и хитро улыбнулся ей. — Люблю тебя, — заявила Кейт. — И я тебя, звёздочка, — ответил Хамфри. Через 20 минут, Кейт ушла, а довольный жизнью Хамфри, ушёл спать на нежной кровати волчицы, слушая, как та закрывает его на ключ.