Каждый порок двигает нас к совершенству

—Что ты использовала, когда готовила зелье? —спросил Клаус, без прелюдий врываясь в квартиру знакомой ведьмы.       Та испуганно отскочила в сторону, чтобы первородный прошёл, и хотела прикрыть дверь, как следом за ним вошёл Элайджа, поправляя запонки на рукавах своей рубашки. Ведьма обрадовалась, что здесь благородный старший брат, он всегда был разумом, совестью и благоразумием этой семьи. —А что не так? Девчонка не вспомнила ничего? —спросила женщина.       Элайджа резко прижал её за горло к ближайшей стене, стоило женщине только входную дверь закрыть. Его взгляд был серьёзен как никогда, а по лицу ходили жевалки, ясно давая понять, что он весьма зол. Клаус только хмыкнул с до чёртиков испуганного лица ведьмы. —Как видишь, Элайджа по обыкновению не будет никого спасать, а только оторвет тебе голову быстрее меня. Так что не тяни резину, Агнесс, и говори, —сказал Никлаус. —Я делала все как всегда. Добавила все травы по рецепту моей книги. Девчонка... —начала Агнесс, но Элайджа ещё больше сжал её горло, отчего её губы стали стремительно синеть. —У неё есть имя — Элизабет, —проговорил старший первородный и разжал хватку, чтобы ведьма не умерла раньше положенного. —Эл-лизабет, —заискаясь, повторила ведьма и продолжила:—Элизабет должна была потерять сознание и пройтись по задворкам памяти, все вспоминая. Я уже не раз делала такое зелье, и все всегда работало, а последствий не было никаких. —Вот только Элизабет потеряла сознание опять и не просыпается уже несколько часов, а из носа и глаз текла чёрная кровь, —прошипел Клаус. —Чёрная? —испуганно переспросила Агнесс. —Это очень не хороший знак. —Да что ты?! А сами мы бы не додумались, —хмыкнул Элайджа и отпустил её, делая шаг назад. —Ты сейчас же едешь с нами и посмотришь на неё. Если по твоей вине ей станет ещё хуже, или она умрет, то я убью всех твоих родственников, друзей и людей, которых ты когда-либо знала, —сказал Клаус. —Ну что же ты так, Никлаус, —дипламатично произнёс Элайджа, в в глазах женщины появилась надежда. —Мы убьём, не будешь же ты один это делать.       Надежда в глазах Агнесс тут же погасла, и она покорно пошла к двери, понимая, что ситуация для неё безвыходна. Вскоре они втроём приехали на машине к дому Сальваторе, в котором находилась Элизабет.       Деймон первородным гостям был не рад. Он бы с удовольствием справился сам, чем принимал бы помощь от тех, кто хочет убить его Елену, но Ребекка доходчиво объяснила, что сейчас в приорете лишь жизнь Элизабет, а на Гилберт всем плевать с высокой колокольни. –Это та самая ведьма, которая облажалась? —уточнил Сальваторе старший, ведя троицу в комнату, в которой Элизабет лежала на кровати в бессознательном состоянии, а рядом с ней была Бонни, вытерающая черную кровь, которая медленным потоком текла из носа и глаз. —Она самая, —ответил Элайджа.       Агнесс поджала губы и подошла к кровати, аккуратно садясь на край и осматривая брюнетку. Та беспокойно шевелила веками, будто видела сон, а пальцы подрагивали. Ведьма положила руку на лоб девушки и прикрыла глаза, начиная шептать слова. Бонни в этот момент внимательно всматривалась и вслушивалась в каждое слово и каждый жест женщины, пытаясь понять, что она делает. Элизабет безуспешно бродила по темноте уже который час в тщетной попытке понять, где выход. Паника не захлестывала её в этот момент, она была предельно спокойна, но отчетвливое чувство, что грядёт что-то совершенно ужасное, не давало покоя. Майкл ей не давал покоя, а точнее его резкое появление. Желание отомстить ему было настолько мощным, что просто давало силы, чтобы бродить в темноте вечность. —Да где тут чёртов выход? —всплескнула руками она, но ответа, что было ожидаемо, не последовало.       Агнесс убрала руку со лба Элизабет и повернулась к первородным, на её лице отразилось искреннее сочувствие, от чего у Клауса до небес взлетело желание снести ей голову в этот же момент. Элайджа же сжал руки в кулак и спокойным тоном, который, к тому же, не терпел возражений, начал говорить. —Ты спасешь её, —не спросил, а утвердил он. —К сожалению я не могу этого сделать, —проговорила Агнесс и поспешила продолжить:—Моё зелье здесь не при чем. Её прокляли, а снять проклятье может только тот, кто наложил. —И кто это сделал? —спросил Деймон, у которого уже руки чесались пробить дыру в стене от злости.       Агнесс пожала плечами, ведь ответа она не знала. Клаус оказался за её спиной и свернул шею ведьме понимая, что толку от неё не будет больше никакого. Майклсоны переглянулись, будто спросили друг у друга, знает ли кто-нибудь ответ на заданный Деймоном вопрос. Бонни помялась на месте и прикрыла глаза, будто что-то вспомнила. —Кто такой Майкл? —спросила она, а глаза Клауса и Элайджи в тот же момент сузились в немом вопросе и подозрении. —В баре ко мне подошёл вампир и сказал, что хочет передать привет от Майкла. Элизабет так разозлилась и чуть при всех его не убила. А ещё сказала, чтобы вампир передал весточку Майклу. Она обещала его убить. —Он же должен быть в склепе, разве нет? —спросила Ребекка, вошедшая в комнату. —Видимо, он как-то освободился и узнал про свое незаконченное дело, —произнёс Клаус. —Это какое же? —нахмурился Деймон. —Он убил всю семью Элизабет и поджёг дом, думая, что и она умрет. Но ей удалось выжить, а сейчас он похоже решил завершить начатое, —пояснил Элайджа. —Никлаус, нужно найти его ведьму или ведьмака и заставить снять проклятие. —Только где мы его найдём? —спросил Клаус. —Что-то мне подсказывает, что он найдёт нас раньше. —Я могу сделать поисковое заклинание, если у вас есть его вещь, —произнесла Бонни. —У нас есть кое-что получше, ведьмочка, —хмыкнула Ребекка. —Наша кровь. Он наш отец. Элизабет в отчаянии рухнула на колени, прикрывая лицо руками. Она не понимала, что вообще происходит, почему с каждой секундой ей становится хуже, а каждый вдох отдаётся болью в сердце. Она решительно не понимала, как ей выбраться, как вернуться в сознание, все будто было в тумане, учитывая, что и темно вокруг.       Бонни ткнула пальцем в карту и указала место, где последний раз был Майкл. Это были горы в тысячах километров от Мистик Фоллса, что заставило всех переглянуться и сделать определённые выводы. —Он точно уже не там, —хмыкнула Ребекка. —Скорее всего там он нашёл ведьму, и та его скрыла, —нахмурился Элайджа.       Они продолжили поиски, в которых им помогала Бонни. Она использовала различные известные и неизвестные ей заклинания, но они были бесполезны. Ведьма или ведьмак Майкла надёжно скрылись, и теперь не представляется даже возможности, чтобы их найти.       Тем временем Элизабет становилось все хуже и хуже. Кожа с каждым часом приобретала земляной оттенок, будто сама природа её хотела отправить на кладбище. Её ресницы теперь не двигались в беспокойных движениях, теперь от неё вообще не было никаких движений. Элизабет теряла силу, все больше походила на труп, и лишь нитевидное сердцебиение давало понять, что она ещё не умерла. Элизабет лежала на полу, смотря в темноту, которая заменяла потолок. Сил ни на что не было, хотелось пуститься в глубокую депрессию и не вылазить оттуда несколько лет. И она бы так и поступила, если бы не звуки драки, которые начали до неё доноситься. —Вот и как узнать, что происходит ? —нервно взмахнув руками, спросила сама у себя девушка. Она поднялась на ноги и прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться и хотя бы понять, чьи это голоса. И какого же было её удивление, когда она услышала Клауса и Элайджу. Сердце внезапно забилось с новой силой, и девушка закрутила головой, ища выход. —Ну же! Давай! Мне нужно к ним, —проговорила Лиззи.       Она резко приняла сидячее положение в кровати и увидела, как недалеко от неё был Элайджа, который вырвал сердце кому-то незнакомому парню. Позади Майклсона был ещё один вампир, и Элизабет, оказавшись за секунду позади него, вырвала ему сердце. —Какого черта здесь происходит? —спросила брюнетка, а Элайджа улыбнулся, видя девушку на ногах. —Майкл, —коротко пояснил Майклсон, оглядывая Лиззи с ног до головы и отмечая все тот же оттенок кожи и мертвенную усталость в глазах девушки. —Он заявился сюда и хотел нас убить.... А ещё, Элизабет, его ведьмак проклял тебя. —Всё будет хорошо, —тут же ответила Майклсон, хотя её сердце застучало с новой силой. Она подошла к мужу и положила руки ему на плечи, сжимая их. —Мы сделаем это вместе. Мы снимем с меня проклятье. —Это вряд ли, —хмыкнула незнакомка и взмахом руки откинула Элизабет в сторону.       Та ударилась головой и упала на четвереньки. Подняв голову, она показала один из своих самых свирепых взглядов, но ведьма и бровью на это не повела. Она подняла руку, а Элайджа сморщился от боли. —Приятно, когда сосуды в голове то лопаются, то срастаются вновь? —хмыкнула ведьма и новым взмахом руки заставила Майклсона отлететь в другую часть комнаты.       Его руки прибились к стене без возможности движения, так же как и ноги. Мужчина был парализован, а движения сковывали невидимые силы. В это время ведьма остановила Элизабет, которая побежала к ней и также заставила замереть, только посреди комнаты. —Так-так-так, —протянул Майкл с улыбкой чеширского кота и вошёл в комнату. —Мне этот расклад нравится! Неужели я убью вредную девчонку, которая бесит меня вот уже несколько столетий? —Смотри не захлебнись от счастья слезами, —фыркнула брюнетка, не оставляя попыток хоть как-то подвигаться, но у неё ничего не получалось. —Не смей прикосаться к ней, —прошипел Элайджа, пытаясь вырваться, и это у него выходило. Всё таки он был первородным вампиром, который уж явно посильнее какой-то ведьмы.       Майкл улыбнулся и подошёл к Элизабет вплотную, повернув голову чуть вбок, выражая интерес. За секунду его рука оказалась в грудной клетке девушки, и та испустила приглушенный удивлённый визг, который тут же сменился криком Элайджи, когда Майкл повернулся к сыну с сердцем его любимой в руках.

***

      Тёмные тучи сгустились над Мистик Фоллс. Поднялся небольшой северный ветер, из-за которого все присутствующие на кладбище были вынуждены укутываться в свои пиджаки и куртки, чтобы уберечь внутреннее тепло.       У выкопанной ямы стоял чёрный гроб с открытой крышкой. Элизабет на живую совершенно не походила, да и не должна была. Серые вены покрывали все её тело, выглядывая из-под одного из самых её любимых платьев. —Мы смогли победить Майкла, —произнесла Бонни и положила на плечо Деймона руку, ободряя его при этом. Вернее пытаясь. —Но какой ценой, —хмыкнула Ребекка, изо всех сил стараясь не показать ту тяжесть, что у неё сейчас на душе.       Клаус не обратил внимание на их разговоры, в упор глядя на гроб. Он поверить не мог, что все так закончилось. Поверить не мог, что его малышка Лиз, которой он так дорожил, к которой он как ни к кому другому быстро привык, которую он любил словно вторую сестру, больше нет. —Элайджа так и не пришёл, —сказал Кол. Ему, казалось, одному было здесь абсолютно все равно. Он не знал близко Элизабет, не мог судить о ней. —Пора закапывать гроб. —Нет, он должен прийти, он не пропустит это, —возразила Ребекка. —До меня слух дошёл, что недалеко от города устроили бойню в баре и убили там абсолютно всех. Поверь, Бекка, если бы он был в состоянии, он бы пришёл, —произнёс равнодушно Клаус, хотя на душе скребли гвоздями.       Блондинка поджала губы и смиренно стала наблюдать, как гроб опускают в яму и засыпают землёй.       Элайджа пришёл тогда, когда на кладбище не было ни одной живой души. Совесть и чувство сожаления терзали мужчину, и он бы не хотел, чтобы его кто-то видел. Только она.       Майклсон присел у каменной плиты, скинув окрававленный пиджак в сторону. Его лицо, тело, большая часть одежды были покрыты кровью, а в глазах читалась чувство горечи и не померной утраты. —Знаю, ты была бы не рада видеть меня в таком виде, —произнёс Элайджа. —Более чем уверен, что не поверила бы, пока не увидела. Я слетел с катушек, сам это вижу, но остановится не могу. Без тебя не могу.       Мужчина поднялся на ноги и ещё раз посмотрел на каменную плиту и надпись на ней.

«Элизабет Беннет-Майклсон.

Годы жизни: -

Прекрасная жена, друг и человек»

      Элайджа опустил взгляд и тихо побрел с кладбища, возвращаясь на него каждый день из года в год и оставляя живые цветы, будто Элизабет не была мертва, а лишь спала. Но со временем цветы завяли, а новые перестали приносить...