Поцелуй Иуды.

Из-за музыки Эрен почти не слышал то, что говорил Флок. Жмущиеся друг к другу люди на танцполе расплывались перед глазами, превращались в однородную массу и рябили сразу несколькими цветами. Бросив попытки разглядеть хоть что-то впереди, Эрен наклонился ближе к Флоку, чтобы спросить, перекрикивая отдающие толчками в легкие басы: — Что ты мне дал? — Пилюлю веселья, Йегер, — Флок привычно удержал Эрена ладонью за шею, двигаясь ближе. — Лекарство от памяти. Подожди немного и жизнь снова заиграет для тебя красками. Флок скалился как-то непривычно довольно, будто не прижимал совсем недавно задыхающегося Эрена к груди, не пытался выдавить из себя слова сожаления, которого отродясь в нем не было. В его планы на этот вечер входило два пункта: 1 — вернуть Эрена к жизни любыми способами; 2 — воспользоваться моментом слабости его духа и затащить, наконец-то в постель, чтобы утешить правильно. Сам Эрен не знал, зачем вообще согласился пойти куда-то с ним после того, как жевал сопли несколько дней безвылазно в своей новой квартирке. В старую он уже никогда не вернется — намертво отложилась в памяти кровь на стенах и бездыханное тело матери, замершее на полу гостиной с потухшими открытыми глазами, некогда такими же ярко-зелеными, как и у него самого. Эрен уперся локтями на столик и спрятал лицо в ладонях, пытаясь то ли избавиться от всколыхнувшихся воспоминаний, то ли спрятаться от ставшего слишком резким цвета диско-шара, поднятого к потолку. Этот клуб принадлежал старому школьному другу отца. Отличная возможность заставить скрюченного Крюгера позвонить папочке и нажаловаться на его плохого мальчика, снова налакавшегося до потери пульса. Интересно, что он скажет, если застукает в очередной раз Эрена, толкающего в чью-то глотку свое достоинство за углом «моего, между прочим, приличного заведения!», но ему только это и нужно. Потрепать нервы папашке, отключить свою голову, напортачить. Сделать первый шаг к уничтожению собственной жизни. Расслабиться было крайне сложно. Из-за всего произошедшего дурные мысли никак не хотели выходить из головы, путаясь с разбавляющим кровь наркотиком, побуждающим не сидеть на месте и сделать хоть что-то. Эрен резко встал из-за стола и отмахнулся от вопросительного взгляда Флока громким «я отлить», отмечая, что толпа больше не выглядит бесформенной кучей. Только, если смотреть на нее непрерывно, чудилось, что она затягивала в себя, как какая-то черная дыра. Обычно Эрену не особо нравилось трястись на танцполе под громкую непонятную музыку, но сейчас мысль оказаться в пульсирующей массе разгоряченных людей не была совсем уж отвратительной. По дороге к уборной, Эрен непрерывно оттягивал ворот рубашки. Было очень жарко и казалось, что ткань не просто прилипла к коже, а стала ее частью. Он расстегнул несколько пуговиц и толкнул ногой дверь на пружине. Здесь было тихо. Шум основной части клуба доходил до слуха отдаленной пульсацией; приглушенный свет не терзал глаза и, открыв кран с холодной водой, Эрен набрал немного в ладони, чтобы плеснуть себе в лицо. Он изучил свое отражение в зеркале. Уставшие глаза с расширенными зрачками; заживающий порез на виске, который точно превратится в шрам. Будет ли он до самой смерти напоминать о случившемся? В любом случае, этот неровный след делал смазливое лицо Эрена более мужественным, как он вдруг подумал, можно будет сочинить героическую историю о том, как он нарвался на преступников и спас попавшую в беду даму. Лишь бы найти того дурака, который в это поверит. Тишину уборной нарушило копошение и размеренный тихий стук, раздающийся от одной из кабинок. Эрен посмотрел на нее через отражение в зеркале и усмехнулся. — Не отвлекайтесь, — он закрыл кран и провел влажной рукой по волосам. — И не забудьте использовать резинку, чокнутые придурки. Уходя, Эрен впустил немного шума из зала и впервые за несколько дней рассмеялся. Смех был задушенным, ненастоящим и вызванным действующей на организм таблеткой. Опираясь на стену, он хохотал так громко, что проходящие мимо люди смотрели на него с подозрением и отвращением, но он не мог остановиться. Узкий коридор снова поплыл, стал шире, чем был до этого и уходил в никуда, заканчиваясь не танцполом, а чернеющей пустотой. Музыка отдавалась во всем теле, вместе со смехом выбивая воздух из легких. Когда Флок нашел его, Эрен задыхался, сидя на полу с больной улыбкой, растягивающей лицо. — Прижало? — Флок резко дернул Эрена на себя и тот, потеряв равновесие, завалился на него всем весом и неловко обнял за плечи. — Я уже было подумал, что ты присосался к новой пассии, так долго тебя не было. — Захлопнись, Флок, что бы ты мне ни дал, это охуенно работает, — Эрен сумел нормально встать на ноги и теперь уже прижимал его к себе одной рукой. — Пошли потанцуем, со старшей школы этого не делал. Флок только покачал головой, плетясь вслед за Эреном к прыгающей толпе. Играла какая-то новомодная песня и присутствующие перекрикивали высокие колонки, дергаясь (танцем это было сложно назвать) в такт музыке. К ним Эрен и потянулся, продолжая крепко держать Флока за плечо. Упускать такую возможность было бы грешно и глупо. Флок прижался к Эрену так, будто кто-то подтолкнул его в спину, и сжал чужую взмокшую рубашку пальцами. Они оба быстро подстроились к ритму дергающихся и слились с остальной массой, так что никто не обращал особого внимания на то, что происходит у них под носом. В этот вечер Флок откровенничал, лапал, куда мог дотянуться, но Эрен впервые не возражал и пока все шло так, как было запланировано изначально. Забывшийся, с прилипшими ко лбу волосами, выбившимися из затянутого пучка, Эрен выглядел совершенно очаровательным. Он притерся спиной к танцующей позади девушке, потянул Флока за руки на себя и сжал рыжие волосы на затылке, заставляя запрокинуть голову. Зрачок стал почти полностью черным, сожрав радужку, и Флок терпеливо ждал, пока совсем откажут тормоза — и дождался. Эрен грубо поцеловал его, ударившись зубами. Кусал губы, прижимая к себе за талию свободной рукой и пожирал безумным, голодным взглядом. Флок улыбнулся в поцелуй, едва поспевая за ним, вцепился пальцами в плечи и, увлекшись, не сразу заметил, как они привлекли чужое внимание. Из-за музыки почти не было слышно ругательств, поэтому, когда Эрена сильно толкнули, выбивая из толпы к барной стойке, Флок еще несколько секунд стоял на месте, прижимая ладонь к кровоточащей губе. — Ебаные пидоры, — агрессивно настроенный мужик надвигался на Эрена и лицо его было мрачнее тучи. — Лучше сидите в своих углах и надрачивайте друг другу, пока член не отсохнет, а не лобызайтесь на виду у здоровых людей. Потерявшийся в моменте, Эрен рассмеялся и оперся ладонями на стойку позади себя. Голова немного кружилась, и он уже не помнил, чем занимался минуту назад. Музыка все еще тарабанила по грудной клетке и тело двигалось само по себе под ритм. — Что, тоже хочешь? — он сжал кулак, поднося его к лицу, и надавил кончиком языка на щеку с внутренней стороны. — Прощу тебе эту грубость, если отсосешь мне. Казалось, еще немного, и у мужика лопнула бы от перегрева голова, с такой злостью он смотрел на Эрена. Тот на это выражение лица только открыто посмеялся. — Не стесняйся, малыш. Эрена с силой дернули за грудки, и несколько застегнутых пуговиц оторвались, упав под ноги. — Черт, дружище, эта блядская рубашка стоит дороже всей твоей одежды, одним отсосом тут не обойтись, — с наигранным сожалением произнес Эрен, пока тянулся рукой назад. Нападавший заставлял его больно вжиматься копчиком в барный стул. — Что я сделал не так, напомни? Облапал твою подружку? Извини уж, значит, она сильно напомнила мне одного сладкого мальчика, которого я деру по пятницам, а в воскресенье отмаливаю этот грех в церкви, беря в рот у священника. — Ебучий ты пидор, сдохнуть захотел? — мужик дернул Эрена за грудки еще раз. — Сейчас я покажу, где твое место. Когда он отпустил Эрена, чтобы замахнуться и ударить, тот уже нащупал за своей спиной бутылку и разбил ее о край стойки, расплескивая прозрачную жидкость по полу и стоящим рядом людям. Розочку Эрен выставил перед собой, довольно улыбаясь, пока мужик отступал на шаг назад. — Может, все-таки потрахаемся и по домам? А то навели тут беспорядок. — Эрен! — Флок вынырнул из толпы, но Эрен никак на это не отреагировал. Почти сразу за его спиной показались вышибалы Крюгера. Один из них оттолкнул пышущего злобой мужика в сторону, а другой выбил разбитую бутылку из руки дергающегося под музыку Эрена и сжал его предплечья, заламывая за спину. — Напиши мне! — крикнул он мужику, оборачиваясь через плечо, пока охранник настойчиво толкал его вперед. На улице уже ждал Крюгер собственной персоной. Он сложил руки на груди и отстукивал по асфальту носком лакированного ботинка. Аж противно. Крюгер всегда выглядел, как сутенер со стажем. Эрен был уверен, что он насилует накачанных наркотой девчонок, задержавшихся в его клубе. — Я помогу, — Флок подхватил трясущегося Эрена, пока тот смеялся, разглядывая Крюгера. — И отвезу его домой. — Прости, но в этот раз я расскажу все твоему отцу, Эрен, — Крюгер подошел ближе, с прищуром вглядываясь в его лицо. — Что ты принял? — Не знаешь, чем торгуют в твоем гадюшнике? — Забудь сюда дорогу, будь добр, — Крюгер кивнул вышибале за спиной Эрена и тот вернулся обратно в клуб. — Я уже устал тебя выгораживать. Понимаю, что ситуация сейчас очень тяжелая, но вместо… этого, лучше бы побыл с отцом. — Да я лучше наглотаюсь таблеток и подохну в подворотне, чем буду утешать Гришу, — Эрен сплюнул на землю в опасной близости от начищенного ботинка. — Расскажи ему, будь добр, как его любимый сын устроил пьяный дебош, перед этим хорошенько нализавшись с кем попало. Можешь приукрасить историю для пущего эффекта. Крюгер посмотрел на Флока и скривился. — Убери его отсюда. Такси я вызвал, — он смерил Эрена таким взглядом, каким смотрят на убогих попрошаек, выпрашивающих милостыню у метро, и зашел в здание вместе с охраной. — Спасибо за гостеприимство, дядюшка, — бросил Эрен, прежде чем Флок с силой потащил его за собой к машине. — Эй, Форстер, только не говори, что мы реально поедем домой. — Успокойся, — Флок устало вздохнул, заталкивая его на заднее сиденье. — Я устрою тебе вечеринку, когда приедем. Вечеринка не состоялась. Эрен отрубился, едва они поднялись в лофт, и Флок смог дотащить его только до дивана на первом этаже. Он осторожно перевернул Эрена на спину и расстегнул оставшиеся пуговицы на рубашке. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась. Флок провел пальцем от солнечного сплетения вниз до ремня и надавил на пряжку. — Да, Йегер, с каких пор ты обламываешь все веселье, — покачал головой Флок, отходя к кухне, чтобы выпить воды. Он открыл холодильник и не нашел там ничего, кроме трех бутылок виски и битком набитого лотка для яиц. В мини-баре тоже был только алкоголь и, достав из ящика стакан, Флок набрал в него воды из-под крана. Стакан он оставил на журнальном столике возле спящего Эрена и вышел из квартиры, по пути набрав сообщение «Позвони мне, когда проснешься».

*** Проснулся Эрен от стука в дверь. Открыв глаза, он поморщился от прострелившей голову боли. Осушил заботливо оставленный рядом стакан и присел на диване, кулаками протирая глаза. Настойчивый стук повторился и получилось разобрать что-то вроде «немедленно открой гребанную дверь, пока я ее не вынес», и Эрен заставил себя встать, чтобы на негнущихся ногах доползти до источника противного звука. На панели возле двери показалось алеющее лицо отца. Эрен раздосадовано цыкнул и ввел код. Он не помнил, как попал домой. Не помнил ничего, кроме эпизода в туалете и трясущейся кабинки, поэтому ворвавшегося Гришу сначала проигнорировал, а потом вернулся на диван и грузно свалился в него, запрокинув голову на спинку. — Ты позоришь честь нашей семьи своими выходками. С самого утра Зик обзванивает журналистов, чтобы избавиться от грязи, которую ты развел, — от упоминания брата Эрен скривился, но промолчал. Он потянулся за телефоном, чтобы проверить новостную колонку, пока Гриша продолжал его отчитывать. — Я понимаю, что тебе тяжело из-за случившегося с мамой, но мне тоже тяжело, Эрен. Мы должны быть сильными. Твои поступки нельзя оправдать. Разве может так себя вести будущее лицо «ПАРАДИЗ ФАРМАСЬЮТИКАЛЗ»? Эрен поджал губы, отбрасывая телефон обратно на журнальный столик. На экране беззвучно играл ролик с тем, как он разбивает бутылку о барную стойку и тычет ею в лицо незнакомца. — Да плевать мне на твою компанию, — Эрен сжал ладонями ноющие виски. — Я не собираюсь заниматься этим дерьмом, отдай золотой стул Зику, у него задница как раз подточена под это место. Гриша тяжело вздохнул, поправляя очки. — Эрен, твоя мама… — Не смей говорить о ней, — подняв голову, Эрен впервые за встречу посмотрел на отца. — Не будь ты так помешан на своей компании, она была бы жива. — Перебарщиваешь, — Зик закрыл за собой дверь, которую проигнорировали до этого, и поправил очки. Точь-в-точь, как отец. — А вот и верный пёсик. Вы пришли на завтрак? Простите, но в холодильнике мышь повесилась еще на прошлой неделе. — Не паясничай, Эрен, тебе не десять лет, — Зик остановился за плечом Гриши и внимательно осмотрел весь первый этаж лофта. — Я прибрал большую часть твоего дерьма, но твоя наркозависимость все равно просочилась в прессу. Эрен раздосадовано простонал. Судя по ролику в колонке, он ничего такого и не сделал. Обычная потасовка в клубе. Ни один вечер у Крюгера не проходит без драк, почему сейчас раздули из мухи слона? — Все твои счета заблокированы, — переведя взгляд на Эрена, Зик мягко улыбнулся. — И ты под домашним арестом. — Сам только что сказал, что мне не десять лет, какой еще домашний арест? — И я нанял тебе телохранителя, — Гриша присел на диван рядом с Эреном, но, когда потянулся, чтобы погладить его по голове, тот отшатнулся. — Этот человек будет следить за тобой во время ареста и… Мне так будет спокойнее. Гриша подозревал, что неудавшееся покушение на жизнь его семьи повторится и давно планировал приставить к сыну человека, но никак не думал, что повод будет таким. — Ты сильно разочаровал меня, Эрен. Рассмеявшись, Эрен схватился за голову. Он сжал зубы и оперся локтями о колени, разглядывая ботинки Зика. Злость рвала грудную клетку, хотелось выплеснуть весь скопившийся яд, но обрушившаяся на него реальность дня сегодняшнего, вернувшая его обратно в мир, который теперь являлся его жилищем, лишал всех сил. Сейчас он намного больше желал того, чтобы отец и брат убрались подальше, чтобы он напился до беспамятства снова и уснул без сновидений, а потом проснулся и повторил все по новой. — Мой человек прибудет завтра, — Гриша поднялся на ноги и по привычке расправил несуществующие складки на брюках. — К этому времени приведи себя в порядок. Пока пресса не утихнет, будешь сидеть здесь, обо всем позаботится твой телохранитель. — Значит, нанял для меня няньку? — Эрен пихнул ногой журнальный столик и тот со скрипом проехался по полу. — Ведешь себя, как ребенок, значит, тебе нужна нянька, — спокойно сказал Гриша, остановившись у двери. — Называй, как хочешь. Не смей позориться еще больше. Если изживешь одного, я найму другого. Опомнись, Эрен, посмотри, во что превращается твоя жизнь. Карла сгорела бы от стыда. Зик закрыл за ними дверь вовремя, потому что в нее в ответ на слова отца полетел стакан, разлетевшийся вдребезги. Эрен, вскочивший с дивана, зарылся пальцами в волосы. Он был слишком слаб даже для того, чтобы нормально злиться. Флок не предупреждал об отходняке, втюхивая таблетку. Едва волоча ноги, Эрен прошел к мини-бару, достал початую бутылку текилы и, дрожащими руками отвинтив крышку, сделал несколько глотков из горла. Поморщился от горького вкуса и поднялся по лестнице в спальню. Кого бы ни прислал отец, завтра он просто его не пустит. Будет стоять под дверью до посинения или сразу уволится, так и не приступив к работе? Плевать, это уже не его проблемы. Оставил без денег? Отлично, Эрен будет рад умереть от голода. А если уж совсем будет невмоготу, просто позвонит Флоку.