Захватывающий дух имитация эскапизма

Чёрные как смоль волосы, бездонные глаза, улыбка расплывшаяся на всё лицо. Нечто пугающие было напротив. Рука устремившаяся на рукоять меча остановилась. В непонятии парень опустил глаза на миг. Рука предательски дрожала, злость на самого себя от своего же страха уносила в пустые и несуразные мысли, но сейчас было не самое лучшее время для разбора своего внутреннего Я. Воин, боец, Предвестник фатуи — это он должен внушать страх и дрожь, а не обычный злой дух или того хуже сумасшедшая. Поток мыслей прервала боль пульсирующая где-то в области живота. Существо стояло на месте, но её рука вытянулась в длинный канат доходящий прямо до парня, а её длинные когти вонзились в живот. Давно Тарталья не испытал такой боли, обычно именно он её причинял, но сейчас парень был на месте человека который хочет лишь выжить, отбросив свою гордость и умоляя о пощаде. В глазах темнело, играли кривоватые силуэты словно бесы, кто-то смеялся, кто-то бил сам себя, кто-то кричал, а кто-то стоял и сверлил взглядом в пустоту. Он сделал ужасную ошибку, выкинув фразу — Кто вы такие?! — Могильная тишина, все взгляды резко устремились на него. Кажется было так тихо, что парень слышал ритм собственного сердца. Всё из чёрного становилось кроваво-красным, а силуэты молча продолжали пялится. Ноги не держали, он упал на колени. Существа окружили его в кованый круг и нагнулись чуть ближе к лицу парня, глаза бегали, не знали куда себя деть. Может он уже сходит с ума? Может он уже псих? Закрыв глаза, здравый смысл начал возвращаться. Только из него выдернул ужасный смех, которым заливалась, та девушка, что недавно ранила парня. Положив руку на живот, она хохотала во весь голос. Это ужасно взбесило парня, но посмотрев на свою рану из которой рекой вытекала кровь, в голове начали появляться не самые позитивные мысли. Силуэты подобно девушки начали хохотать, этот несчастный смех окружил его, в голове только и было, что слышно эхом отдаляющийся звук. *** Аромат благовоний крепко заелся в голове рыжего парня. Он приходил в сознание, открывая кое-как глаза первое, что он увидел статуя Гео Архонта — О слава богам, я выжил — произнёс победным и хриплым голосом Тарталья. — Возможно вы и живы, но можете умереть в любую минуту. Ваши раны серьёзны — голос послышался из тёмного не освещённого угла, он раздался эхом, а после всё сменилось на могильную тишину которой теперь уже парень начинал бояться. — Кто вы? Как я тут оказался? — настороженно спросил парень. Только сейчас он заметил, что находился в храме, лёжа на тканях и весь перебинтован, слушая треск костра. Это единственное, что не давало ему ещё сойти с ума. Мужчина в кромешной тьме молчал, это было подозрительно. У рыжего парня достаточно врагов, но стали бы они его спасать? Спасать чтобы устроить ещё более жестокую расправу. Возможно. — Вы ответите? Или мы так и будем играть в молчанку? — Немного ухмыльнувшись вырвался этот сарказм. Стук раздавшийся сразу после слов убрал ухмылку с лица. Мужчина сделал шаг вперёд. Теперь костёр на немного дал увидеть своего спасителя. Длинные коричневые волосы, в некоторых местах кончики были золотистыми, неплохое телосложение, а так же… Глаза поднялись ещё чуть выше остановившись на губах. Почему-то это сразу засмущало рыжего парня и он отвёл взгляд. — Раз вы пришли в себя, я пожалуй пойду. Думаю вы сможете позаботься о себе, тем более я уже закрыл вашу рану и обработал, нужно ещё немного отдохнуть. До свадьбы точно заживёт — мужчина повернулся спиной уже собираясь уходить, не ожидая особо услышать слов благодарности, но — До свадьбы говорите, не уж то до нашей с вами? Боюсь таким сравнением эта рана никогда не заживёт — издавая небольшой смешок сказал Тарталья. — Раз горазды шутить, то и чувствуете себя уже лучше. Всего хорошего. — Постойте. Вы не ответили на мои вопросы, дайте хотя бы узнать ваше имя. Всё же вы спасли мне жиз...— на секунду какой-либо свет полностью пропал, храм погрузился во тьму, тогда же неизвестный спаситель ушёл. Не успев моргнуть всё вернулось в изначальный поток. Треск костра, парень сидевший на тканях, его перебинтованный живот, тёмный угол, который уже никого не скрывал, гость ушёл.