Приказы вне устава

Когда Баки озвучил, к кому именно хочет обратиться за помощью, Стив прихренел. Нет, он знал, что у них проблемы, но не был готов... К такому. Успешно реабилитированный Баки динамил его уже третий месяц, не позволяя зайти дальше поцелуев, хотя сам же и провоцировал пикантные ситуации. Видно было, что ему хотелось, но дело с места не двигалось. – Я боюсь сорваться. Я боюсь скатиться в амок и навредить тебе. И себе, не перебивай меня, Стив. Ты не знаешь, как мне может сорвать резьбу в этом деле. Хуже, чем в драке. – Я смогу тебя контролировать. – В этом и проблема. Не сможешь. Даже больше – я хочу, чтобы ты не смог. Хочу выбить из тебя всю способность к рациональному мышлению. В подтверждение своих слов Баки куснул его в шею и сильно провел языком по сонной артерии, в которой тут же усилилось биение крови. – Окей, допускаю, что ты сможешь это сделать. Ох, Баки... Но я же не просто человек, ты не сломаешь меня. – Но потрепать могу. У меня... Переключается что-то в голове. Я превращаюсь не то, что в животное... В машину. За семьдесят лет не один десяток несчастных погиб не совсем тривиальным способом. Просто... Доверься мне. И Стив, как всегда, доверился. И уже готов был пожалеть об этом. На пороге их дома стоял Брок Рамлоу, беглый рецидивист, оправданный стараниями Фьюри заочно. Двойной шпион, тройная дрянь армейской закалки. Он оглядывал помещение с цепкостью, от которой Стиву было не по себе. На самого Стива он смотрел оценивающе, но без лишнего масла в глазах. – Он знает, что делать, Стиви. Он согласен помочь... Если ты не хочешь, я пойму, но пожалуйста... Баки тяжело сглотнул. Он выглядел немного виноватым и очень напряжённым. И Стив хотел его до дрожи в пальцах. – Какие правила? – осторожно поинтересовался он, мысленно взвешивая Рамлоу на внутренних весах. Брок был привлекателен как отдельно взятое физическое тело. Стив не был бы против показать ему своё, если бы не одно "но". Недоверие и вынужденное предательство. Два "но", получается. – Я к тебе, кэп, не полезу, как бы сильно ни звенело, но присутствовать буду до самого финала. Детка одними бедрами тебя надвое переломит, когда оргазмом сведёт, может, и выживешь, конечно, но ребра точно треснут. А я тут, вроде как, чтобы этого не допустить. – Скажи ему, что сказал мне, – встрял Баки. – Зимний, ты зараза. – Не зараза, а Баки. Скажи, я хочу увидеть его лицо. Стив стоял столбом посреди комнаты, не понимая, что значат эти их острые переглядки. – Хочу тебя, Роджерс. Всегда хотел. Но мозги у меня есть, как и инстинкт самосохранения, так что ничего между нами не будет. Но я сделаю тебе хорошо. Его руками, его членом и ртом. Я знаю его возможности и знаю много способов их использовать. Ты будешь умолять, Роджерс, а я буду видеть это... Хоть так. Хотя бы через посредника, но я тебя трахну. Брок говорил, глядя Стиву в глаза над плечом Баки, который тем временем тёрся о него, обнимая. Стива, на удивление, это не раздражало, а наоборот, будоражило. Слова Брока будили в нём что-то тёмное, страшное, совсем не нежное и светлое, какое будил Баки. Брок продолжал смотреть на него, неуклонно распаляясь, глаза его темнели, дыхание тяжелело. Баки расстёгивал его куртку, ремень, но не пытался снять с него футболку. Стив решил забить на терзания – успеет насладиться самоуничижением потом, когда все закончится. Сейчас он чувствовал азартную щекотку в животе – хотелось рискнуть и проверить, как далеко все зайдет. Он не сомневался, что сможет остановиться в любой момент. – Будем слушаться его, Стиви? Баки пробормотал это Броку в шею, словно не мог оторваться от него, а Стив решил сдаться в этом странном противостоянии взглядов. – Да. – Барнс, поцелуй его. Брок решил перейти сразу к делу, и Стив не возражал. Баки мгновенно оказался рядом. На его языке чувствовался горьковатый вкус одеколона Рамлоу, слизанного с его шеи, и Стива коротнуло от осознания – их действительно трое. Они собираются переспать на глазах постороннего. – Я хочу слышать вас обоих. Барнс, говори. – Он сладкий. Стив всегда сладкий, меня ведёт от мягкости его губ... – Он снова приник к Стиву, вылизывая его рот, а Брок вздохнул. – Где хотите? – Спальня. Да? Спальня, Стиви. Почему-то сам Стив не чувствовал в себе сил говорить. Словно горло перехватило – он мог только дышать. – Раздень его, Барнс. Медленно, я хочу видеть каждый сантиметр. Не трогай лишнего, просто смотри. Баки безропотно подчинился. Стив видел, как стекленеют его глаза с каждым словом Брока, но это не пугало, это было не так, как при чтении кодов. Футболка, джинсы, белье – всё легко слетело в сторону, Стив даже не заметил этого. Ему было достаточно жарко, перед глазами плыло. Открыться полностью он не мог – ещё не настолько утонул в ощущениях. Присутствие Брока добавляло перца в знакомое блюдо, и никак не получалось переключиться. – Сядь на кровать, Роджерс, ровно. К изголовью ближе. Барнс... Разденься сам. Красиво. Себя тоже не трогай. Баки с дрожью отодвинулся от Стива, позволяя ему опуститься на разобранную кровать. Он встал посреди комнаты, так, что и Стив со своего места, и Брок, опустившийся в кресло, могли его видеть одинаково хорошо. Он раздевался ещё медленнее, чем только что раздевал Стива. Он выгибался, то и дело прикрывая глаза, и его кожа казалась очень светлой по сравнению со снятыми тряпками. Он провел рукой по шее и... – Я сказал, не касайся себя. В голосе Брока прозвучал металл. Стива пробрало мурашками, Баки, как он видел, тоже. Этот металл был сильнее всех его мышц и вибраниума вместе взятых. – Не будешь слушаться, я уйду. И вы оба останетесь неудовлетворёнными. Ты понял меня? Баки что-то промычал, а Брок цокнул языком. – Я хочу слышать тебя, принцесса. – Да, Брок, я буду слушаться. Я понял. Баки поднял голову, взглянув в потолок, и сложил руки за спиной, шире расставив ноги. У него крепко стояло – член торчал вверх, чуть изогнутый влево, пока ещё сухой, но даже на вид горячий. Баки подрагивал, ожидая приказа. – Покажи себя нам. Покажи, что у тебя есть. Баки с готовностью пришел в движение. Он повел плечами, потянулся, огладил руками свой торс. Закинул голову, обнажая шею. Кадык дернулся, вызывая у Стива острое желание впиться в него зубами. Баки ущипнул себя за соски, красуясь перед Стивом, и на головке его члена выступила прозрачная капля. Глаза Баки были закрыты. Он бесстыдно прогибался в пояснице, непроизвольно трахая воздух, сбито дышал. Стив чувствовал, как его собственный член дёргается, как слюны во рту становится много... Баки повернулся спиной, разворачиваясь лицом к Броку, и Стив застонал. Баки раскрыл себя, показывая, растягивая ягодицы так, что кожа вокруг входа натянулась. Брок одним слитным движением встал с кресла и оказался близко. Он обхватил Баки, устраивая свои ладони поверх его рук, и потянул сильнее. Баки задышал громче, упираясь лбом в его плечо и переступая ногами. – Хочешь, Роджерс? – Брок коснулся Баки указательным пальцем, не проталкиваясь, а лишь обозначая, и Баки застонал со Стивом в унисон. – Проверим, насколько ты универсальный солдат. Будешь здесь, да, детка? Он массировал вход Баки, позволяя ему тереться кончиком члена о свои жёсткие штаны. Его взгляд жадно ощупывал Стива, и под ним колени разъезжались сами собой. Не в силах выдержать это, Стив потянулся к своему члену, желая ослабить напряжение. – Не трогай. – Угроза в голосе Брока добавила жару, Стив едва не захныкал. – Повернись, принцесса, наша детка уже хочет твой рот. Баки послушно выпрямился. Стив видел, как у него дрожали ноги. – Встань на колени перед ним. Можешь вылизать сверху, ниже пояса не трогай. Руки в замок. Баки тут же сцепил запястья за спиной, с ногами залез на постель, сел справа от Стива и наклонился вперёд. Он аккуратно не касался Стива нигде, держа дистанцию в полдюйма, и со стонами, жадно вылизывал мягкую кожу. Он целовал её, всасывал до боли, пускал в ход зубы. Он дул на мокрые дорожки, игрался языком с сосками, тёрся щетиной о мягкую кожу ареол... Стив сходил с ума. Хриплые комментарии присевшего с другой стороны Брока выдержки не добавляли. – Прикуси сосок, Барнс. Сильнее. Потяни его на себя, давай. Вот так... Стив зашипел сквозь зубы, чувствуя, как Баки тянет, и боль острой волной бьёт от груди прямо в член, заставляя его напрячься ещё больше. – Залижи его... Да... Теперь второй. Стив потянулся руками к плечам Баки, к его голове, желая то ли прижать ближе, то ли отстранить... – Нет. Подними руки вверх и держись за изголовье. Давай, Стив, будь хорошим мальчиком. Это было чем-то запредельным, подчиняться вот так, безусловно и добровольно. Брок назвал его по имени, и Стиву захотелось, чтобы он сам держал его руки. Но он не настолько сломался, чтобы попросить. Пока ещё нет. Изголовье кровати было крепким, Стив ухватился за него, чуть дёрнув ногами. – Умница. Смотри, какой он умница, Барнс. Поощри его, ну, лизни там, где он хочет больше всего. Баки, кажется, понимал, в чем суть игры Брока, а потому лизнул Стива... в губы. Стив протестующе застонал, взбрыкнув, и едва не отпустил металлический поручень. Он хотел н е т а м, но Баки, поймав настроение, дразнил его, распаляя их обоих, стремясь угодить Броку... А Брок хрипло рассмеялся, вызывая у Стива новую дрожь. – Хитро́, принцесса. Горжусь... Смотри, какие уязвимые места Стив открыл... Заставь его покраснеть. Баки с готовностью выдохнул. Он облизал самую нежную кожу с обратной стороны бицепса и поцеловал возле подмышки. Стиву не было щекотно, но было до крайней степени странно. Это было... Интимно. Намного интимнее, чем поцелуй в живот или в шею. Он не мог объяснить, почему. А Баки не останавливался. Он вылизывал его с упоением, наверняка собирая терпкий личный вкус. Стив дрожал и действительно краснел. – Посмотри, какой он красивый... Видишь, какой розовый стал? Наверняка горячий, да, Барнс? – Да, командир. Горячий, мягкий и здесь, здесь особенно... – Баки с варварским акцентом горячечно шептал ещё что-то, но Стиву будто ватой заложило уши. – Ляг на него. Потрись. Без рук, только телом. Сделай себе приятно. Баки со стоном перекинул через Стива ногу и прижался, горячий, мягкий, гладкий. Он двигался, словно волна, двигал бедрами, каждый раз проезжаясь грудью по груди, зажимая их члены между животами. Он разгонялся сильнее и быстрее, и вдруг сильно, ощутимо укусил Стива в стык плеча и шеи. Руки его мгновенно оказались по бокам от головы Стива, комнату наполнил скорее рык, чем стон. – Стоп. Брок крепко схватил его за волосы, оттягивая голову назад, до хруста в позвонках. Пластины в вибраниумной руке зажужжали и перекалибровались. Баки дрожал, сдерживаясь, неглубоко дыша открытым ртом. Губы его были красными, он, наверное, прокусил кожу до крови. Стив боли не чувствовал, ему было очень сильно хорошо, словно под седативными, и он понял, что действительно не удержал бы Баки, если бы он слетел с катушек. Более того, он бы его поощрил. Брок свободной рукой потянулся к его рту и протолкнул в него сразу два пальца по самые костяшки. При этом он задел бедром плечо Стива, и Стив не сдержал стон. – Тише, детка, сейчас он о тебе позаботится. Да, Барнс? Надо извиниться перед Стивом, не думаешь? – Аааргх, – Баки заговорил с пальцами во рту и по его подбородку потекла слюна, капнув Стиву на пресс. Брок тут же пальцы убрал. – Я заглажу вину. Его бедра дрожали и Стив прикладывал всё своё терпение, чтобы не двинуть тазом вверх. Баки с сожалением бросил взгляд на укус на шее Стива, когда Брок отпустил его волосы. Он по одной, медленно, убрал руки обратно за спину, но Брок решил иначе. – Можешь оставить их. Можешь трогать. Но взамен я хочу слышать, что ты чувствуешь. Баки с голодным, больным стоном тут же устроил ладони у Стива на груди. – Он такой упругий, я чувствую, как сердце бьётся в пальцы. Его кровь... – Баки облизнулся, – горячая. Я бы пил её, я бы не остановился... – Голос его стал просящим, тихим, темным, Стива повело, перед глазами замелькали мушки. – Его соски такие твердые, такие острые под нежной кожей. – Он взял их между пальцами и выкрутил так, что Стив ахнул. – Пососи ему, Барнс, ты же хочешь. – Да, черт возьми, спасибо. Я могу... Руки? – Только ртом, принцесса. Без шуток. Пока он не попросит. Я тебе помогу. Брок сместился ниже, так, чтобы доставать до Баки, протянув руку. Баки же выгнулся по-кошачьи, томно взглянув Стиву в глаза. Стив нетерпеливо дрогнул. Он подтянулся чуть выше к изголовью, так, чтобы мог видеть происходящее, не напрягая шею. Баки широко лизнул его лежащий на животе член. А потом снова, и снова, и... – Я сказал, сосать, Барнс. Ну! Он снова потянул его за волосы. Баки переступил коленями поудобнее и губами приподнял ствол. Брок сразу же, не особо нежно, насадил его глубже. Дёрнул выше и снова насадил. Стив видел, как закатились у Баки глаза. Его руки сжались в кулаки, загребая простыню по бокам от бедер Стива. – Чувствуешь, какой он гладкий внутри, детка? – Брок двигал головой Баки, трахая Стива его ртом. Баки же полностью отдался на его волю. – У него волшебный рот, правда? Уверен, твой член так приятно скользит по ребристому нёбу, что хочется двигаться так вечно. Но знаешь, что? Может быть ещё лучше. Горлом, Барнс. Глубже. Он надавил на затылок Баки сильнее, и Стива окатило изнутри горячей волной. Баки расслабил горло и впустил его туда, где было у́же, плотнее. Очень скользко и горячо. Брок не дал ему подняться, удерживая на месте, пока Баки не захрипел. Тогда он позволил ему ненадолго освободиться, а следом снова прижал так, что Баки коснулся носом паховых волос. – Сжимай его горлом. Хочу, чтобы он чувствовал твои стоны. Баки послушно застонал, завибрировав горлом вокруг члена, Стив вторил ему отборным матом. – Как ты умеешь, детка, это горячо! Такие грязные слова из твоего чистого рта... У Баки на глазах выступили слезы. Стив хотел взглянуть на Брока, увидеть, стоит ли у него, хочет ли он их, но отвести взгляд от Баки было просто невозможно. Брок убрал руку, и Баки, судорожно вдыхая, выпрямился. От члена к его губам тянулась нитка слюны, весь ствол блестел и пульсировал, Стив был довольно близко к краю. – Подразни его языком. Брок погладил Баки по щеке, размазывая влагу, и отстранился. Баки кинул на него благодарный взгляд и мурлыкнул. Он погрузил в рот только головку, вертя вокруг неё языком, массируя уздечку и дразня уретру. – Я в свое время пирсинг ему хотел сделать, знаешь. Представь, первоклассный киллер с железкой на языке. Представь, как тебе было бы сейчас... Стив на воображение никогда не жаловался. Спинка кровати в его руках скрипнула. – Теперь яйца, Барнс. Приласкай их, подключи руки, не бросай нашего хорошего мальчика. Баки практически тут же прикоснулся к Стиву металлической рукой, и Стива дёрнуло от контраста температур. Он въехал в рот Баки глубже, и Брок недовольно цокнул языком. Он ничего не сказал, но Стив почувствовал что-то похожее на стыд. Он не хотел разочаровывать его, хотел быть послушным, и эти желания оглушали и сбивали с толку. Когда он вернулся на прежнюю позицию, Брок одобрительно хмыкнул. Стив буквально почувствовал, как покраснел ещё сильнее. – Да, принцесса, сожми их чуть сильнее, потяни... Не сильно, вот так... Баки, судя по расфокусированному взгляду и хриплым выдохам, абсолютно наслаждался процессом. – Нажми за ними, давай, поищи снаружи нужное место... Помассируй немного. Стив никогда не чувствовал ничего такого. Не то, чтобы он был искушен в делах постельных, свой, да и любой другой организм, он знал весьма условно, в каких-то общих чертах. Он не представлял, что Баки может сделать, собственно, не проникая в него. И когда Баки нашел, что искал, яйца поджались сами собой. Он надавил туда, откуда импульс пошел в две стороны – в член, до самой головки, и внутрь, глубже, словно до мочевого пузыря, мурашками отзываясь в плечах. – Да, да, детка, это именно то, что надо. Чувствуешь? Мужская точка G. Брок зашуршал одеждой, запуская руку к себе в штаны. Он пожирал Стива черными, нереальными глазами, в которых не осталось ни следа прежней золотой искры. Он выглядел как демон-искуситель, поработивший Баки своими чарами и взявшийся за Стива. – Сделаем нашу игру интереснее, – Брок потянулся к тумбочке за бутылочкой лубриканта, заранее подготовленной готовым ко всему Баки. Он щедро плеснул жидкость на Стива, попадая и на его член, и ниже, и на ласкающие пальцы. – Войди в него, Барнс, для начала живыми пальцами. Надеюсь, ты, детка, хорошо подготовился к нашим приключениям. Стив судорожно вздохнул и кивнул, задыхаясь от стыда. На нем можно было жарить бекон, без сомнений, но он действительно, готовый к любой авантюре, предложенной Баки, вымылся и вычистился везде. Баки осторожно погладил его между ягодиц. – Голос, Барнс. – Такой розовый, такой нежный... Спасибо гребаной сыворотке, гладкий. Такой ждущий, Господи, я хочу... Я так хочу внутрь... – Рано. Но ты получишь его, в итоге. А пока погладь его изнутри. Вот так, – Брок крутанул в воздухе пальцем по широкому кругу, показывая, чего хочет. И Баки подчинился. Он медленно и осторожно толкался внутрь, влажно дыша, качаясь на коленях в жажде трения. Когда палец оказался в Стиве до самой костяшки, Баки вдруг повел им вправо, потом влево... Ощущения Стив описать не мог. Ему не было неприятно, скорее было... Раздражающе мало. Или много. Или хотелось вытащить его наружу, но лишь затем, чтобы потом втолкнуть вновь. Баки разминал его круговыми движениями, как показал Брок, а Брок гладил его затылок, царапая кожу головы. Он пригнул его ниже, и Баки понятливо снова открыл рот. Стива разрывало от нехватки ощущений. Новизны было в избытке, он чувствовал, что уже близко, что если бы Баки снова взял в горло, он бы кончил. Но Брок такой команды не давал, и Стива уже трясло. – Смотри на него, принцесса, смотри, как хорошо ты ему делаешь. – Брок склонился и прошептал это Баки в ухо, но Стив все равно услышал. Баки поднял взгляд прямо с членом во рту, и особенно сильно прокрутил палец. Изголовье кровати все же погнулись под дрогнувшими руками Стива. – Мне кажется, он кончит сразу, как только войдёт в тебя, принцесса. Это будет слишком просто. Хочу, чтобы он кончил для начала на твоих пальцах. Ты сможешь выдоить его изнутри, чтобы он сделал это без рук? Баки замычал с членом во рту и содрогнулся. – Я разрешу тебе потрогать себя, если справишься. Брок должен был быть рожден змеем. У него должны были быть клыки и крылья, он не мог быть просто человеком... Стив перестал воспринимать его тем же самым парнем, который столкнул его с ГИДРОЙ, он даже перестал думать о нем, как о том парне, который прикрывал его на миссиях. Брок стал чистым грехом, превращая их с Баки близость в нечто безумное. – Ты можешь использовать другую руку. Введи два, средний и безымянный, вот так... Брок согнул свои пальцы в пародии на рокерскую "козу" и подвигал ими, словно в манящем жесте. Его губы растянула порочная, жёсткая ухмылка, он провел ладонью с затылка Баки до копчика и вообще убрал с него свою руку. Баки тут же отстранился, и Стив почувствовал прохладу и пустоту. Когда исчез и палец, он неожиданно даже сам для себя издал странный звук. – Не хнычь, детка, сейчас станет хорошо, правильно. Ты хочешь, чтобы тебя заполнило до краев? Тебе нужно что-то внутрь, поглубже, я прав? Тебе надо, чтобы твои нежные, шелковые стеночки распирало до предела? Наша принцесса не откажет тебе, да? Баки уже так широко разъехался коленями и прогнулся в спине, что едва не мазал текущим членом по простыням. Стив видел, как он тяжело качается у него между ног, и как Баки хочется на него хотя бы руку. – Держи изголовье, Стив, не нарушай правила. Он даже не заметил, когда потянулся вперёд, то ли к Баки, то ли к Броку, желая побудить их к действию. Баки всегда чувствовал его чутко, и больше тянуть не стал. Два металлических пальца вошли не так легко, как один живой, но смазки все ещё было достаточно. – Голос. Хочу знать, какой он внутри. – Брок дрочил себе, глядя, как Стив шире разводит ноги. – Как Ад, командир, – Баки окончательно перешёл какую-то внутреннюю границу, обращаясь к Броку по уставу, – он такой тугой, такой плотный, я чувствую, как он сжимается на мне. Он пульсирует, командир, он такой чувствительный... – Хорошо, да... Найди простату. Нежнее... А как найдешь, сделай ту штуку, ты понимаешь, о чем я. Завибрируй, Барнс. Пусть наша совершенная детка покричит. Баки на мгновение вынул пальцы, упёрся живой рукой в колено Стива, отводя его ещё больше в сторону, практически укладывая на матрас. Брок потянулся за подушкой и просунул её ему под поясницу. Баки так стало намного удобнее, да и вид открылся более пикантный. Стив чувствовал себя безумно уязвимым, словно распятая лягушка. Но ему это извращенно нравилось. Он от себя такого не ожидал. Когда металлические пальцы снова оказались в нём, ощущения стали острее. Баки сделал буквально одно поступательное движение, и вдруг замер там, внутри, чуть согнув пальцы. А в следующий момент рука зажужжала и Стив не удержал долгий, громкий стон. Пальцы Баки вибрировали. От того места, в которое они упирались, по телу расходился ток. Ноги потеряли чувствительность, Стив ощущал, как в них покалывало. Все вены в теле горели огнем. – Да, принцесса, хорошо. Двигай ими там, сильнее, пусть он кончит тебе на лицо. Хочешь кончить на эти губы, детка? Стив даже не сразу понял, что обращаются к нему. Он стремительно терял ориентацию в пространстве, и слеп, и глох. Баки задвигал пальцами, не разгибая их и не переставая вибрировать. – Удобную штуку они встроили в руку, да? Это от перегрева и намокания, чтобы разбить лёд, к примеру, или раскрошить стену... Ты понимаешь, Стив, что теми же пальцами, которые трут твою простату, Барнс может пробить сталь? Брок удивительно хорошо контролировал свой голос. Он звучал ниже, мягче, с каким-то акцентом, но Стив не мог понять, с каким. Рука Брока в его собственных штанах не останавливалась ни на минуту. Баки не останавливался тоже. Стив едва держался, чтобы не опустить кулак на член. – Ты сможешь, детка. Я верю, что сможешь. Порадуй нас, не трогай себя, сделай это только от пальцев внутри тебя, это будет ярче, поверь мне. Тебе понравится. Принцесса, ускорься, мы уже на грани. Мы. Брок тоже вместе с ним. Стиву стало практически нечем дышать. Он неконтролируемо приподнялся на пятках, вздрогнув, отчего пальцы Баки внутри надавили сильнее. Он даже не контролировал, стонал ли он. – Давай, Стиви, кончай же... Вибрация стала невыносимой. Баки прижал большой палец к тому самому местечку за яйцами, от прикосновений к которому Стива продирала дрожь, и стал сильнее вбиваться внутрь. Не видя немедленной реакции, он зарычал и приподнялся, устраивая вторую руку у Стива на животе, так близко к члену, что Стив чувствовал им её тепло. Оргазм накатывал неуклонно и неотвратимо. Стив становился громче и громче, дыхания не хватало, стон был дробным, на полном пределе связок. Изголовье хрустело в руках. Интенсивность ощущений зашкаливала и в итоге Стива поглотило нечто столь сильное и бурное, что внутри оно не поместилось. Он действительно заляпал спермой лицо Баки, яростно облизнувшегося и ни на секунду не прекратившего своих действий. Член Стива дергался, изливаясь, выстреливая каждый раз, когда Баки давил особенно сильно. Сил не оставалось, но вибрации не останавливались. Брок молчал, и Баки продолжал терзать его натёртый нервный комочек, давя на живот. Стиву казалось, что всё внизу расслабилось до предельной точки. Мышцы пытались вытолкнуть из себя чужие пальцы, яйца сжимались, избавляясь от содержимого, и мочевой пузырь, если бы смог, тоже присоединился бы к делу, но шансов у него абсолютно не было. Баки не останавливался. Стив мотал головой из стороны в сторону, рыча и хныча одновременно, даже ноги его подергивались, но мозг не мог дать четкую команду, как отстраниться от острых ощущений. Изголовье всё же сломалось. Толстый железный прут треснул. – Не могу больше, Бак, Баки... Стив едва протолкнул эти слова через сжатое спазмом горло. Ему было почти больно. Так ярко и так долго. – Хватит, принцесса. Ты молодец... Знаешь, что делают молодцы? Баки перестал вибрировать и осторожно вытянул из Стива пальцы, но его все равно трясло остаточными спазмами. Покрасневший мокрый член лежал в ложбинке между кубиками пресса, куда натекла приличная лужица. И тут его коснулся горячий рот. Снова. Стив сорвал голос. Он даже не мог прекратить это. Баки стонал вокруг его болезненно напряжённого ствола, лаская себя там, внизу, но Стив этого не видел. – Да, детка, да, да... Такой чувствительный, даже чересчур... Для тебя это слишком? Ты же не человек, ты выдержишь, ты пойдешь на второй заход, а потом на третий. Ты же не разочаруешь свою принцессу? Давай дадим Барнсу кончить от твоих сладких стонов... А потом от крепкого члена в заднице. Ты же дашь ему это? Детка? Стив мог только хрипеть. От сенсорной перегрузки отказывали основные чувства. К вискам прокатились горячие слезы. Баки вдруг вздрогнул и выпустил его, наконец, из своего плена. Он упёрся лбом Стиву в бедро и замер так, переживая свой собственный оргазм. – Какое счастье просто дышать, да, Стив? Я думаю, вам нужна передышка перед следующим раундом, а мне нужно хотя бы руки вымыть. – Возьми мои спортивки в шкафу, – устало проговорил Баки, еле ворочая языком. Он не поднял головы и, наконец, улёгся на матрас полностью, даже не потрудившись как-то сместиться с мокрой простыни. Стив, наконец, отпустил поломанную железку и сбросил её на пол с глухим стуком. Замлевшими руками он обнял Баки за плечи – докуда дотянулся – и прикрыл глаза.