Багровое небо, затянутое черными тучами

      Сегодняшний дождь был особенно ужасным, он длился уже несколько часов и не собирался прекращаться. Солнце загромоздили тёмные, непробиваемые лучами тучи, из-за чего в маленьком городке США было пасмурно. В такую погоду на улицу выходить не хочется от слова совсем, да и настроение в эти дни не ахти. Ветер сегодня был заметно слабее, чем в предыдущие дни, но и такой раскачивал деревья туда-сюда. Порывы также развевали листы, висящие буквально повсюду и содержавшие в себе фотографию молодого парня и информацию о нем.       Пропавший. Уже далеко не первый и скорее всего не последний. За последние несколько месяцев исчезновения особенно усилились, а пропавших без вести так и не нашли. Ни следа, ничего. Словно этих людей забрала потусторонняя сила. Полиция не смогла сделать чего-то дельного в вопросе исчезновений и никак это прекратить они тоже не сумели. В результате всего этого пропал тот самый парень… Виктор Кочевников, двадцать один год. Его нет уже вот как шесть дней.       Пропажа Виктора поставила все апартаменты на уши, ведь люди в них были тесно знакомы друг с другом. Хотя дом и напоминал скорее общагу с небольшими квартирами, а не комнатами, таковым он не являлся. Кочевников жил на третьем этаже в одиннадцатой квартире, доступ к которой был у него и у Найта. Найт – лучший друг парня, хотя каждый безусловно мог назвать его бойфрендом Кочевникова. Всё же их отношения никак нельзя было назвать дружескими.       Штайнер сидел на кухне: большая комната с тумбами, плитой, холодильником и большим столом, заставленным стульями. Найт держал в руках кружку горячего кофе, из которого по-прежнему валил обжигающий пар. Парень смотрел в одну точку на стене, думая о своем и словно не моргая. Его взгляд был мрачным, потускневшим, можно даже сказать мертвым. Оно понятно, ведь Штайнер потерял дорогого себе человека и с таким горем ещё нужно справиться. У каждого на это уходит разный промежуток времени, неделя, две, а может и несколько месяцев. — Как ты? – спросила только что вошедшая на кухню Юта, молодая голубоволосая девушка. — Нормально, – холодно ответил парень, отвернувшись в другую сторону.       Куппер грустно вздохнула, ей было тяжело видеть в таком подавленном состоянии своего друга. Подойдя к холодильнику, девушка открыла его и достала холодную банку пива, которую тут же приложила к голове. Почему-то сегодня утром у неё начались адские боли в области головы и никакие таблетки не помогали, разве что ближе к обеду всё более-менее стихло. — Его найдут, не волнуйся, – тихо произнесла Юта, открыв с пшиком банку. — Нет, – коротко сказал Штайнер, из-за чего получил удивленный взгляд со стороны подруги. – Никого не нашли. И его не найдут. — Если ты так будешь думать, то его правда не найдут… — Это не поможет! – парень тут же ударил кулаком по столу и встал со стула, развернувшись к Куппер. – Какая, блять, разница, как я думаю?! Это поможет его найти? Поможет поискам? Нет! Нихрена подобного! Это ничего не изменит! — Успокойся, я просто пытаюсь помочь, – девушка выставила одну руку перед собой, пытаясь утихомирить разбушевавшегося Найта. — Не нужна мне твоя помощь! Ничья мне помощь не нужна! Просто оставьте меня одного! – эмоционально выкрикнув последнее слово, Штайнер быстрыми шагами покинул кухню, оставляя окаменевшую от шока и печали подругу одну.       Это заметила пришедшая домой Августина, одетая в черное пальтишко и держащая мокрый из-за дождя зонтик в руках. Она слышала весь разговор, ведь кухня находилась рядом со входом. Поставив зонтик у стены и сняв обувь, девушка зашла на территорию только что произошедшей бури эмоций и заметила грустный взгляд Куппер. Рейнольдс хотела было произнести что-то, как словно в её горле застрял ком. Она давно не видела Юту в таком состоянии. — Юта, ты как? – единственное, что смогла спросить девушка. — В порядке, – спустя пару секунд ответила Куппер. – Просто… просто мне грустно от происходящего. Виктор пропал, Найт ни с кем не разговаривает. Знаешь, будь сейчас обычный день, я бы просто наплевала на них с высокой колокольни, но ведь Виктор исчез… по всем нам это нанесло какой-то удар. — Всё образумится, – Августина положила руку на плечо Юты и взглянула ей в глаза. – Я уверена, с Виктором всё хорошо, и он скоро найдётся. Это лишь временные трудности, мы с ними справимся.       Повисло тридцатисекундное молчание, после чего Юта всё же ответила. — Знаешь… может ты и права.       Рейнольдс улыбнулась ей своей теплой, согревающей улыбкой и Куппер не могла ответить ей иначе, как тоже улыбнуться. Наверное, сейчас хорошим решением будет думать о лучшем исходе, ведь если верить в худший, то моральное состояние может упасть совсем в никуда.       Где-то вдалеке на кладбище в землю ударила молния, но была она не обычная. Багровый, адски пылающий электрический заряд… Это мог заметить лишь сторож, который естественно сильно удивился этому. Никогда прежде он не видел подобного, только в каких-нибудь фильмах или телешоу. Широко разинув рот, он рухнул на свою пятую точку и смотрел в небо, откуда и прилетел кровавый разряд молнии.       Вдруг позади послышался демонический, искаженный мужской смех. Сторож быстро поднялся и в панике начал оглядываться, он начинал было думать, что это чей-то розыгрыш, пока не увидел вдалеке чей-то силуэт. Его словно искусственно затемнили, оставив лишь огромную багровую ауру и черную фигуру худощавого мужчины с средним ростом. Ничего из его внешнего вида особо не выделялось ровно до того момента, как глаза сверкнули красным в возникшей темноте.       Сторож помахал головой, подумав, что ему чудится. И как только он открыл глаза, то не увидел никого. Облегченно выдохнув, мужчина развернулся и тут же его схватил кто-то за шею. Работник кладбища вмиг поднялся вверх и начал мотать ногами, пытаясь выбраться из крепкой хватки неизвестного. Он всё ещё не видел лица напавшего… до того момента, как он показал его лично.       Пепельные волосы, одно кошачье ушко было отрезано и остался лишь небольшой кусок от него, мертвецки серая кожа, лицо всё в ссадинах и царапинах, а вот глаза и рот… его склеры были полностью черными, словно пустота. И единственное, что уместилось в непроглядной тьме – красные огоньки, адски горящие и прожигающие сторожа взглядом. Его рот был усеян острыми, акульими, желтыми зубами, которыми без проблем можно перегрызть кому-то глотку. Это был не человек… скорее демон, косящий под человека. — Что… ты… такое? – тяжело произнес сторож, чье горло всё больше и больше сжималось. — Я, – Виктор занёс руку и поднял лишь указательный палец с длинным, острым словно лезвие ножа когтем, – есть, – он улыбнулся до ушей, – Бог!       Мгновенье. Небольшая секунда, как монстрообразная версия потерянного друга перерезало глотку невиновному сторожу. Из глотки мужчины брызнула кровь, попадая на лицо Виктора и окрашивая его пепельные волосы в багровый цвет. Он словно наслаждался страданиями сторожа, всё шире и шире улыбаясь. Впрочем, его агония длилась недолго и как только руки и ноги опустились вниз, Бог откинул его в сторонку и развернулся в сторону множества могил.       Виктор начал медленно отрываться от земли, выставив руки по бокам. Левитируя уже на достаточном расстоянии от поверхности, вокруг него начала сгущаться всё та же багровая аура. Он закрыл глаза и начал высасывать оставшиеся души из тел мёртвых людей, лежащих в могилах. Абсолютно каждая таковая полетела к нему, усиливая его способности и делая Виктора всё более и более опасным. Как только процесс поглощения душ умерших закончился, он снова опустился вниз, на землю. — Бог снова в игре, – сразу же после этого на всю округу раздался демонический смех монстра.

Надвигается что-то очень нехорошее.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ