Dependent. история A.

Александр неловко оглядывал салон незнакомой машины, остановив свой взгляд на девушке, что сидела на сидение напротив, не отрывая взгляду от телефона. Странный юноша сел рядом с Алексом, после чего машина двинулась вперёд по трассе. Гам неловко прокашлялся, привлекая к себе внимание. — Довольно грубо просить меня поговорить и не предоставлять мне должного внимания, — Гамильтон тихо усмехнулся. Низкорослая мадам холодно оглянула его, несмотря на это натянув на своё лицо широкую улыбку. — Приятно познакомиться, Александр, верно? — она отложила телефон на место рядом с собой. — Да-да, он самый, — его спрашивают об этом уже второй раз, — так, что за хрень, которую тебе нужно обсудить со мной? Он не знал её, но решил не придаваться излишней вежливости, учитывая то, как он вообще оказался в этой машине. Да и угрожало ли ему что-то? Рядом сидел довольно хрупкий парень, а напротив была просто девчонка, как показалось Алексу. Вероятно, она была на пару лет младше его самого. — Видишь ли, — девушка вздохнула, взглянув на тонированное стекло машины, — дело в том, что ты единственный, с кем легко было бы поговорить по поводу Аарона. — С чего бы это? — Алекс вскинул бровь, — если что, мы с ним не друзья или типа того. Я его почти не знаю. Кареглазая мягко рассмеялась, махнув рукой. Это заставило Алекса только неловко улыбнуться, положив руки на собственные колени. — Я знаю, успокойся. Никто тебя в его товарищи и не записывал. Просто, у нас похожая проблемка, Гамильтон. И я, вместе со знакомыми, — она указала ладонью на Сэмюэля, но больше никого не назвала, — вдруг решила, что было бы славно, если кто-то, кто-то довольно сносный, помог бы мне. Как ты понимаешь, речь идёт о тебе. — Прям жути нагоняешь, — Гамильтон закинул ногу на ногу, с недоверием складывая руки на груди, — ближе к делу, если можно. Девушка довольно улыбнулась, обменявшись взглядом с рыжеволосым товарищем, а после убрала ладонь в карман сумки, достав оттуда бутылёк. Заметив знакомую упаковку, Алекс сглотнул, но виду не подал, отводя взгляд. — И что это? — Александр вздохнул. — Не включай придурка, — она закатила глаза, — это то, чем Аарон пичкает тебя с начала твоего обучения, разве нет? Младшая заинтересованно потрясла бутыльком, прислушиваясь к характерному звуку прикосновения таблеток к пластиковой упаковке, улыбнувшись. — Мой парень работал с Аароном какое-то время, но сейчас дела идут совсем плохо. Я не поддерживаю его методы сотрудничества, — девушка нахмурилась, слегка выпрямившись, — у меня сейчас огромные финансовые проблемы, понимаешь о чём я? — Хочешь, чтобы я выпросил для тебя у него дурь? — Александр вскинул бровь. — Нет. — она раздражённо вздохнула, но не изменила спокойствия на лице, — мне нужно, чтобы ты был хорошим парнем и помог мне нагребсти что-то на этого мудака. Знаешь, бумаги о поставке, да и в целом информацию о том, где Бёрр всё это скупает. Я почти уверена, что он не настолько внимательный, от того и надеюсь на утечку информации. Гамильтон потёр глаза, которые начали гореть, а голова резко заболела от избытка информации и алкоголя в крови. Почему именно сейчас? — Тебе какая выгода от этого? У меня есть подозрения, что закон на его стороне. — Это уже не твои проблемы, — младшая облокотилась на спинку сидения, — обещаю, тебе понравится то, что я предложу взамен. Например, свободу от этого всего. Представь, как бы прекрасна была твоя жизнь без Аарона в ней. Алекс свёл брови "домиком", растерянно оглянув новую знакомую, что теперь прожигала его взглядом. Это именно то, о чём он думал сегодня. Жизнь без Аарона стала бы легче, разве нет? И не только для него, а для всех, кто ходит под этим засранцем в их университете. — Я даже замолвлю словечко перед знакомым врачом, тебе помогут, — на лице девушки появилась искренняя улыбка, — знаю, всё выглядит как дешёвый сериал, но это наша реальность прямо сейчас. Помоги мне, а я не останусь в долгу. Она протянула ему ухоженную ладонь, прикусив губу. Если это сработает, девушка и правда сдержит своё обещание. Наверное. — Ладно. Тебе повезло, что ты умеешь договариваться, — Алекс пожал её ладонь, — теперь можно вернуть меня на место? — Да, — младшая слегка кивнула, отпустив его ладонь, — кстати, моё имя Мария Рейнольдс. Если тебе это нужно. — Знаешь, так намного спокойнее, я думал, что информация тут есть только обо мне, — юноша тихо рассмеялся. Мария спокойно улыбнулась ему, повернув голову к водителю, сказав что-то совсем тихо, чего Алекс, к сожалению, не услышал. Через минут десять его высадили у того же бара. Гамильтон вышел из машины, оглянувшись в последний раз. Сэм помахал ему ладонью с дружелюбной улыбкой и захлопнул дверь, после чего машины уехала. Александр тяжело вздохнул. Во что он себя втянул вообще?

***

Как и было предсказано Джоном, Чарльз болтался в уборной после ужина, кажется, выплюнув из себя не только еду, но и часть своего желудка. Точнее, именно так он себя чувствовал. Закончив свидание с керамическим "парнем", Ли устало вернулся в пустую комнату. Он не знал, где носило Аарона в это время, да и не особо хотелось знать. Парень слишком устал от присутствия Бёрра рядом. Достав из тумбы пакетик с привлекательным порошком, британец устало потёр глаза, завлекая себя вечерним ритуалом создания дорожек наркоты. Это могло стать его хобби, пожалуй, единственным, которое его бы не утомляло сейчас. Наклонившись над тумбой, парень втянул через нос грязновато-белый порошок, расслабленно выдыхая. Вот она, запретная любовь, которая определённо не оставит его. Прикусив губу, Ли прижался спиной к серой стене, дожидаясь привычного эффекта. — Я не могу поверить, что ты снова делаешь это с нами. Чарльз приоткрыл глаза, оглядывая неестественного самого себя, сидящего на кровати Аарона. Отражение выглядело странно, Ли знает, что это его собственные галлюцинации, потому и не обращает внимание на слова в собственной голове, тихо вздыхая. — Мы могли бы заниматься чем-то полезным, — тем не менее, галлюцинация не затыкалась, довольно поправляя галстук, — помнишь, мама хотела, чтобы мы были юристом? Какое разочарование.. — Отвали, — Ли устало отвернулся, фыркая на пустоту, — ты часть меня. — А мог бы быть тобой, — парень подмигнул ему, — как бы прекрасно мы жили, подумай. А сейчас ты недалеко отошёл от какой-нибудь шлюхи с трассы, только денег на этом не зарабатываешь. Нормально выглядящий Чарльз, являющийся галлюцинацией, сел на подоконник, болтая ногами. Сам же Чарльз прижал ладони к лицу, желая заткнуть свои мысли. Акт самобичевания вышел на новый уровень. — Пытаешься заполнить пустоту внутри, пихая в себя чужие члены? Когда мы последний раз были у врача? — юноша задумчиво оглянул потолок, — может, у нас уже букетик из венерических заболеваний? — Обязательно, — Чарльз посмеялся, потирая мокрые глаза, — ебаное воздействие мефедрона.. Британец дрожаще вздохнул, шмыгая носом и утирая надоедливые слёзы. Однажды он перестанет ошибаться с дозой. — Сегодня опять будем ныть всю ночь? — образ напротив рассмеялся,— какой вообще тогда смысл жить? — Ты даже не существуешь, чёрт возьми! — Ли глубоко вздохнул, потряхивая головой и хватая чехол с гитарой со стены, желая перебить собственные мысли игрой на гитаре.

***

— Нет, мам, всё отлично, — Беллами спокойно облокотился на стену, прижимая телефон к уху, — люди здесь не такие уж и плохие.. наверное, я почти никого ещё не знаю. Коридоры были пустыми, потому он без проблем разговаривал в голос, топчась на одном из этажей. Без соседа по комнате было тоскливо, а родители были слишком заняты, чтобы часто общаться с ним, да и он уже не ребёнок. Тем более, разве он здесь для того, чтобы развлекаться? Вовсе нет. Единственное, что сейчас его волновало, это помочь отцу в одном из, пожалуй, запутанных дел, а потом получить свою долю признания с его стороны. — Ладно, спокойной ночи. Я тоже вас люблю, — парень улыбнулся и отключил вызов, на выдохе прижавшись лбом к стене. Голова болела от большого количества мыслей. У него уже было несколько подозреваемых, но Джонатан не мог найти доказательств, чтобы опровергнуть или доказать свои гипотезы по поводу этих личностей. От собственных мыслей отвлёк звук струн, иногда чистого звучания, но чаще всего мелодия дрожала, будто играющий сжимал гриф с остервенелой силой. Оглянув коридор, Беллами шагнул к комнате, из которой доносился звук. Собравшись с силами, парень слабо стукнул в дверь, после чего игра стихла. Кто-то по ту сторону зашуршал чем-то, а после всё же тихо приоткрыл дверь. Джонатан встретился взглядом с уже знакомым юношей, слабо улыбнувшись. — Привет, — светловолосый поставил ногу в образовавшийся проём, чтобы Ли не закрыл дверь, заметив покрасневшие глаза парня, — у тебя всё нормально? — Да, — Чарльз слабо оглянул Беллами с головы до ног, после чего в голове всплыли слова Аарона, потому британец неохотно открыл дверь шире, — хочешь зайти? — Не откажусь, — Джонатан пожал плечами, заходя в комнату. Комната не блистала ремонтом как и его собственная, но от того, что здесь явно жили двое, выглядела более уютно. Беллами самовольно прошёл глубже, присев на кровать, на которой лежала измученная ранее гитара. — Ты хорошо играешь, — парень натянул на лицо улыбку. Чарльз вскинул бровь на очевидную ложь, сев на кровать напротив, чтобы чувствовать себя в достаточной безопасности. Галлюцинации больше не было, хотя присутствие другого человека не успокоило его сильнее. — Спасибо, наверное, — Ли пожал плечами, — так ты мазохист, да? Либо у тебя плохой музыкальный вкус. — Я просто очень вежливый, — Беллами взял гитару в руки, оглянув её. Несмотря на состояние хозяина, инструмент выглядел довольно аккуратно, а корпус был обклеен какими-то наклейками. Парень предположил, что это эмблемы музыкальных групп. Британец слабо кивнул, неловко спрятав израненные руки за спину. Обычно он не скрывал травм, но Джонатан вызывал странное чувство беспокойства. Вероятно, из-за того, что Ли знает, кто он такой и чьим сыном вообще является. Интересно, догадывался ли Беллами о его знаниях? Тем не менее, Чарльз всё ещё считал, что большая информация на его стороне. — Где твой сосед по комнате? — юноша всё же убрал гитару в чехол, повесив инструмент на, очевидно, отведённое для него место. Чарльз проследил за его движениями, отдёрнув воротник футболки. Он чувствовал себя просто ужасно, не желая говорить, но всё таки, ему нужно было притвориться, что он в порядке. — Не знаю, наверное, общается с кем-то. Я не его мамочка, — Ли прикрыл глаза, — а ты чего бродишь? Я думал, что ты по вечерам молишься на иисуса и читаешь библию. Джонатан прыснул со смеху, с интересом оглянув Ли, что выглядел как лесной зверёк, посаженный в клетку. — Я выгляжу как фанат религии? — Возможно, — Чарльз слабо улыбнулся, поддёрнув крестик на собственной шее, — я, если что, тоже в теме. Британец издал нервный смешок, а после стыдливо опустил взгляд, потерев лицо. Возможно, ему стоит молчать, чтобы выглядеть более привлекательно в глазах нового знакомого. Тем не менее, Джонатан поддержал его собственные смехом. — Ты идиот, — он улыбнулся, расправив плечи. — Ты тоже, раз припёрся учиться сюда, — Чарли окинул потолок взглядом, — тебя родители не любят, поэтому сослали в это учреждение? Беллами поднялся с кровати, подойдя ближе к Чарльзу, заставив того изрядно напрячься. Тем не менее, Джонатан просто стёр большим пальцем дорожку крови, вытекающую из чужого носа. Всё ещё выглядело жутковато. — Любят, я просто странный, — светловолосый сел рядом, почти бесшумно, чтобы создать большее ощущения комфорта для другого, — а тебя любят? — Просто обожают, — Ли опустил голову, позволяя крови просто вытекать, — с радостью бы вас познакомил, но ты даже не водил меня на свидание. Джонатан вскинул бровь, молча взглянув в окно на заходящее солнце. Вероятно, расположить парня к себе будет намного легче, чем он думал. — Я это исправлю, — Беллами притворно рассмеялся, — если, конечно, тебе это понравится. Чарльз поднял большие пальцы вверх, подняв больной взгляд на знакомого рядом. Наркота действительно развязывает ему язык. — Это будет моё первое свидание за несколько лет, — Ли поджал губы, а после начал смеяться, — ты просто очарователен. Он покачал головой. Либо Джонатан был просто придурком, либо ему было скучно, что он решил так неловко флиртовать с Чарльзом. По крайней мере, Ли думал именно так. Беллами стянул с себя рубашку, оставаясь в одной футболке, после чего прижимая ткань к покрасневшему носу юноши, пачкая любимую вещь в чужой крови. — Значит, мы ещё поговорим об этом.