Как две ведьмы актёра до нервного тика доводили

Молодой, но уже вполне известный актёр, возвращаясь в квартиру после тяжёлого трудового дня, очень надеялся, что раз он живёт в квартире не один, а с двумя подругами-студентками, то его ждёт спокойный вечер, болтовня ни о чём и, что самое главное, вкусный ужин. Однако, он даже представить себе не мог, как сильно его представления о сегодняшнем вечере далеки от реальности. Парень зашёл в нужный подъезд и услышал громкую мелодию старой и порядком доставучей песни. "Наверное, у соседей вечеринка", – подумал он, но понял, что ошибался, уже стоя под дверью нужной квартиры и осознавая, что музыка играет именно оттуда. Зеленоглазый открыл дверь и услышал то, что не входило в его представления об отдыхе именно сегодняшним вечером. – ОН УЕХАЛ ПРОЧЬ НА НОЧНОЙ ЭЛЕКТРИЧКЕ, В ТЕМНОТЕ ШАГОВ, ТЫ ВСЁ ЖДЁШЬ ПО ПРИВЫЧКЕ! ОСЕНЬ И ПЕЧАЛЬ, ДВЕ ПОДРУЖКИ – СЕСТРИЧКИ РЯДОМ С ТОБОЙ, ЭТОЙ НОЧЬЮ НЕМОЙ! – напевали или, лучше будет сказать, орали откуда-то с кухни. Парню очень захотелось возмутиться, что он тут! Причём очень часто! Но для этого надо было найти двух отчего-то через чур весёлых девушек. Пока он разувался, с кухни продолжало доноситься громкое пение. – ОН УЕХАЛ ПРОЧЬ НА НОЧНОЙ ЭЛЕКТРИЧКЕ! С ГОРЯ Б ЗАКУРИТЬ, ДА ПРОМОКЛИ ВСЕ СПИЧКИ! ОСЕНЬ И ПЕЧАЛЬ, ДВЕ ПОДРУЖКИ – СЕСТРИЧКИ! ДЕВОЧКА, ПЛАЧЬ, ВСЁ ПРОЙДЁТ ВЕСНОЙ, – зайдя для начала в гостиную, ну так, на всякий случай, вдруг ошибся и они не на кухне, но нет, в комнате был только источник музыки, в виде надрывающегося смартфона одной из жительниц этой квартиры, а два источника криков были всё же на кухне. Убавив звук, Серёжа, а если кто не понял, это именно он, подошёл к кухне и сказал: – В смысле "всё пройдёт весной"? Вы что, до весны пить собрались? – спросил парень, знающий двух шумных девчонок, как свои пять пальцев, а потому, не сомневающийся в причине веселья, но как только он открыл дверь и увидел разворачивающуюся там картину, потерял дар речи на пару секунд. – Это невозможно... – неверяще сказал Серёжа, но тут же в ответ ему послышалось пьяно-невнятное, но не менее уверенное и громкое: – Я ЗНАЮ ТОЧНО – НЕВОЗМОЖНОЕ ВОЗМОЖНО, СОЙТИ С УМА, ВЛЮБИТЬСЯ ТАК НЕОСТОРОЖНО! – Так, два пьяных солнца, успокаиваемся! – МИМО НАС, МИМО НАС ПЬЯНОЕ СОЛНЦЕ, ОНО УЙДЁТ И БОЛЬШЕ НЕ ВЕРНЁТСЯ, НУ ЧТО ЖЕ ТЫ МОЛЧИШЬ, НЕ ПОДНИМАЯ ГЛА-А-АЗ?! МИМО НА-А-А-АС!!! – Тихо! – не выдержав, гаркнул Серёжа. Два не совсем трезвых создания синхронно закрыли рты, заинтересовано заглядывая уставшему соседу в глаза. – Какого, что б у вас алкоголь закончился, чёрта? – актёр не на шутку разозлился, разглядывая изменившихся подруг. – Пьяного, – совершенно спокойно выдала крайне логичный ответ Ника. – И не поспоришь, – с мрачным отчаянием согласился зеленоглазый, – Но, может, вы всё же поведает мне полную версию всего, что успели вытворить? Серёжа потянулся к стоящему на столе чайнику, чтобы сделать глоток водички, смочив пересохшее и саднящее после крика горло. Девушки переглянулись, неловко улыбаясь и пожимая плечами. Объяснить изменившийся внешний вид они могли, но это было опасно для нервной системы бедного актёра, живущего с ними. – Ну, нам стало немного скучно и мы решили попробовать сделать то, о чём давненько думали, – мягко начала Стеша, аккуратно отодвигая чайник от позарившегося на него молодого человека и ненавязчиво подсовывая ему под руку свой стакан с соком. – Так! Почему ты отбираешь чайник? – и всё-таки Серёжу так просто не провести. Злобно сверкнув глазами в сторону собиравшейся было вмешаться в битву за необходимый всем сосуд, он выдернул чайник из рук подруги, сделав глоток прямо из носика. – Ой... – пискнула Ника обречённо. – Не жить котятам, – согласно вздохнула Стеша, потирая заболевшую после перетягивания "кипятка" руку. – Водка?! Вы серьёзно? В чайнике? – то ли озверел, то ли удивился Серёжа. – А почему нет, когда, собственно, да? – спросила высокая девушка. – Водка. В чайнике. Как вы вообще до этого додумались?! – Дело было вечером, делать было нечего, – в тон подруге ответила темноволосая, – Скучнейшая история. – Так, стоп! Голова уже болеть начинает, давайте по-порядку, – попросил Серёжа. – Голова у него болит... Пить меньше надо! – сказала Ника, – но раз ты так хочешь услышать эту историю, то пожалуйста, никто не запрещает. Несколькими часами ранее – Жизнь моя жестянка, да ну её в болото! – зачитывала Стеша, лёжа на спине на диване, по-тихому пытаясь столкнуть Нику с нагретого места бедром. – Покрась мне волосы! – вдруг предложила высокая, – У меня краска лет сто уже в запасах лежит. – Ты про синюю? – Да. – Может, каре тебе сделаем? – на лице девушки пониже появилось предвкушающее выражение. – Как у Коралины? – кажется, Нике понравилась идея. – Именно! Главное после стрижки не забыть покрасить. Делать я это буду только пьяная. Где-то были запасы водки... – подскочив с дивана, Стеша жестом фокусника достала из ниоткуда уже початую бутылку, – Твою ж блоху! Она треснутая! – Ну так перелей куда-нибудь! – Ника слегка запаниковала, не желая проветрвать квартиру к приходу Серёжи. – Куда? – зеленоглазая оглянулась, но, придумав что-то, побежала на кухню. Схватив со стола пустой чайник, Стеша быстро вылила водку туда, счастливо улыбнувшись: – Прям как на выпускном! – Заварим чаёк? – рассмеялась Ника, вошедшая следом. Ответом ей стал довольный кивок: – Тащи краску, я сейчас запишу нас на стрижку! – Нас? – высокая красавица приподняла брови, улыбаясь подруге в ответ. Та лишь хихикнула, промолчав. Немногим позже Вот уже две короткостриженные, одна с длинной в пару-тройку сантиметров, другая с каре, и не совсем трезвые девушки сидят на кухне, попивая "чаёк" и читают инструкцию к краске для волос. – В общем, надо вот это, – первая приподняла флакон с густой жидкостью и поставила его чуть вперёд, – Смешать с этим, – на сей раз в ход пошёл тюбик с краской. – Угу, – внимала вторая. – Может музыку включим? – спросила пока ещё золотоволосая. – Может, Иванушек? – А почему бы и да? Стеша не раздумывая включила свою любимую песню "Девчонка-девчоночка" и унесла смартфон в гостиную, чтобы поставить на зарядку. Ника же в это время взбалтывала флакон, пытаясь получить однородную смесь. – Слушай, вроде цвет проявился, что думаешь? – Думаю, можно пробовать. – Прокалываем крышку? Или что это... – Делай проще и отрежь кухонными ножницами, – закатив глаза, посоветовала невысокая девушка. Голубоглазая последовала совету подруги, но ситуацию это не особо не изменило. – По-моему, ничего не получилось. – Сейчас разберёмся, накинь пока полотенце на плечи и садись на стул ближе к окну. После того, как им всё же удалось открыть злополучный флакон, случилось кое-что непредвиденное: – Я тебя поздравляю, подруга! Оно не промешалось. – И что будем делать? – Ну, попробуем так, вдруг прокатит, – пожала плечами парикмахер по неволе. – Будем надеяться, что получится хотя бы что-то адекватное, – с надеждой в голосе вздохнула потенциальная Коралина в стране кошмаров. – Получится, иначе я собственноручно куплю ещё краску и покрашу себя настолько плохо, насколько умею! – Давай не надо, а? Так хоть ты прилично выглядеть будешь. Настоящее время Точкой в рассказе стал обречённый Серёжин стон: – Сатурн, я смирился с тем, что ты ополовинила свою гриву, побрив виски и затылок, но сейчас я даже остатков не вижу, только огрызки. А ты, эксперементаторша, больше так не делай! Убьёшь волосы, потом страдать будешь. И не подбивай ребёнка на такие авантюры! – В смысле? – хором воскликнули девушки. – Я не ребёнок! – возмутилась Стеша. – Она сама думать умеет! – согласилась Ника. – Ладно! Но всё равно, давайте без внеплановых смен имиджа, – сдался актёр. Девушки синхронно вздохнули и тут довольно неожиданно заговорила синеволосая. – Будешь? – спросила она у парня, протягивая чайник с необычным содержимым. – Буду! Доведёте меня своими экспериментами, – проворчал Серёжа. – Может, тогда лучше валерьянку вместо водки? – Да с вами, чтоб спокойным быть, надо пустырник жрать. С поля, сука. С КОРНЕМ, БЛЯТЬ! – Сука и блять – это конкретные персонажи? – хихикнула Стеша, радуясь такой "остроумной" и провокационной шутке. Высокая девушка обиженно треснула зеленоглазую по плечу, готовая уже продолжить это неловкое избиение, но их друг удачно кинул в шутницу оставленной на полу кухни подушкой, которую девушки притащили для комфорта. Бросок был меткий, и бедная рефлекторно сделала шаг назад, врезавшись в стену позади. Серёжа, хлебнув из пресловутого чайничка, подошёл к своей бывшей "жертве" и прижал к себе, погладив по голове и спине, которым больше всего и досталось при неожиданном столкновении. Затем актёр вытянул руку, ухватив Нику за плечо, и тоже втянул в объятия. Следующее утро – Ай! Какого чёрта?! – по всей квартире были слышны подобные выкрики молодых экспериментаторш, которых как маленьких котят молодой актёр тащил за шкирку в ванную комнату. – Не понял, – растерянно моргнула темноволосая. – Пить, так пить! Сказали котята, когда их понесли топить, – высказалась синеволосая. – Не знаю как ты, фея-суицидница, но я если и собираюсь умирать от рук прекрасного мужчины, то исключительно после ночи проведенной с ним в одной постели! – невысокая девушка ловко извернулась, вырвавшись из рук друга. – Я каждое утро нахожу у себя в кровати нежданчик в виде твоей сонной тушки! – Я не это имела в виду! – А всё, раньше надо было, – повторно ухватив Стешу за воротник домашней кофты, Серёжа снова взял курс на ванную комнату. – Моя очередь брыкаться! – у Ники было настроение поддерживать кипишь устроенный друзьями, а потому она тоже предприняла попытку спастись бегством, но не получилось. Подленько хихикнув, забытая зеленоглазая дернулась, повторно ускользая из рук актёра из оказавшись у него за спиной, повисла на шее, отчаянно мешая удерживать высокую девушку. Психанув, парень спиной прижал недо-обезьянку к стене обездвижив её и поудобнее перехватил Нику. – О, наши отношения уже дошли до обжиманий у каждой стенки? – не удержалась от очередной провокации неудачливая шутница. – Всё, котята, топиться пошли! – Серёжа был полон решимости. – О, мы уже на этапе, где ласково называем друг друга зверьками? – на этот раз голос подала Ника. Она ещё раз дёрнулась, споткнулась и красиво полетела на пол, свалив вместе с собой парочку дураков. Оказавшись на полу, актёр слегка удивился, а девушки неприлично громко рассмеялись, имитируя крики чаек.