Панк фемели

В этот день воздух был на столько плотным, что девушка задыхалась. Сигарету Marlboro держала очень слабо, казалось, она тратит на это свои последние силы. Ее пепел медленно падал на мокрый асфальт, и сигарета вот-вот должна была потухнуть от монотонно капающего дождя, который напоминал девушке метроном. Но Настя очнулась. Ее размышления остановились в мертвой точке, и она, как ни в чем не бывало, закурила. Это была последняя сигарета. В этот день все ощущалось как что-то последнее. Она знала, что ждет ее сегодня. Она знала, что ждет ее всегда. Каждый день, возвращаясь домой, Настя погружалась в мир, из которого не было выхода. Жаль, что дождь не может смыть эту грязь с ее души так же, как смывает пролитое ею пиво с тротуара. Это была седьмая бутылка. " Еще одна, - подумала девушка, - и наступит вечер. " Отец должен быть дома сегодня. Она, так же как и все ее члены семьи, чувствовала этот мрак. В такие моменты в воздухе всегда веяло отчаянием, и одновременно спокойствием. Бояться было нечего. Ей даже нравилось то, что происходит вокруг, что происходит в ее семье и в их ближайшем кругу. Романтизация была чем то обыденным и никак не тревожила Настю. Ее жизнь проходила в маленьком, но не достижимом мире, в ее мире. Бычок полетел куда то далеко, совсем не в направлении мусорки. Да и плевать было на этот бычок. Девушка снова погрузилась в размышления, параллельно допивая остатки алкоголя. Если ее не тревожил ее мир, от куда рождалось эта тревога? Почему, даже стремясь к приключениям, к чувству закипающего в крови адреналина, к неописуемому возбуждению, в Насте зарождалось отчаяние? Казалось, буд-то слезы вот вот потекут по ее щекам, но плакать совсем не хотелось. Ее размышления снова завелись в тупик, и, решив, что не собирается отдавать свое счастье и драйв в руки сомнения, девушка поковыляла домой. Дверь оказалась открытой. Это не было чем-то необычным. Зайдя в квартиру, никаких запахов перегара, блевотины, крови и пепла она не ощущала. Для Насти эти запахи были родными и дарили ей полное спокойствие, так что она не замечала их. Она перестала их чувствовать еще в детстве. Приятные ароматы духов, цветов, свежей выпечки только усиливали тревогу, буд-то показывая, что вот она, нормальная жизнь, чего девушке совсем не хотелось. На кухне кто то был. Две женщины часто приходили сюда. Они молча смотрели в окно, а в руках тлели сигареты. Каждая пришла сюда по своей причине, которую никогда не озвучит. Возможно они тоже бежали от навязчивых мыслей и сами не осознавали, как оказывались в этой квартире. -Настя? Тебя давно не было дома. Вообще в последние дни было очень пусто. Дима и Даня спят у себя в комнате. Все обошлось. Выпьешь? - в глазах говорящей горел нездоровый огонек, явно зажженный большим количеством спирта. -Вика, не стоит. Что ты, что Настя, еле стоите на ногах. Я здесь не за тем, что бы растаскивать ваши тела. - вторая женщина была более рассудительной даже в таком состоянии, что уважали все, но все же в голосе читалось раздражение - она явно не планировала сегодня веселиться. - А зачем ты пришла, Поганка? Знала же, что он вернется сегодня. Алкоголь сейчас усиливает ощущение жизни. Ощущать ее полностью, я хочу только этого. - Я пришла поговорить на счет Виталика. Он в моем доме корни пустил, и на отрез отказывается выходить на улицу. Что произошло, почему мальчик так напуган? И, конечно, мне бы хотелось, что бы ты выскребла его из моей квартиры. - Кстати, схуяли Виталик без бровей? Твоих рук дело? Выглядит смешно, но его, все же, жаль. Не поэтому ли он ошивается у Поганки? - Вика издала что то, похожее то ли на смешок, то ли на приступ икоты, и продолжила потягивать сигарету. - История нелепая. Пока отца не было дома, у нас жил Сережа. Я не особо вникала, но зловещий смех в ванной явно принадлежал ему. А крики - Виталику. Я так и не поняла, смеялся второй или нет, но в последний раз я видела его, когда он выбегал из квартиры. Уже без бровей. - Обычно эти двое ладили, только они понимали шутки друг друга, Сережа всегда был для Виталика как отец. Что же такого могло произойти? Выяснить бы. Пойдешь ко мне, когда проспишься, поможешь выяснить. - атмосфера казалась немного душной, и сейчас Поганка пыталась быть серьезной, хоть и не смогла сдержать смешок. Представлять то, как синеволосый мужчина силой сбривал брови мальчику, было бредово. Вика же предпочла избежать серьезности и уже заливалась смехом так, как это позволяла степень ее опьянения. В другой раз за такую несерьезность на нее бы злились, но сейчас все звучало как большой анекдот, так что она явно выражала мысли остальных девушек. Разбирательство в ситуации решили отложить на потом, так как и Поганка начала потихоньку ощущать головокружение и легкую тошноту. Сегодня все перебрали. Сегодня можно было перебрать. Женщины, каждая в своем темпе, отправились по домам. Настя еще не долго впитывала атмосферу кухни, являвшейся почти центром ее жизни, и пошла откисать в ванной. Девушка очень любила ванну, она была лекарством, наслаждением и комфортом, казалось, что в горячей воде она как в броне, но очень мягкой, убаюкивающей. Настя погрузилась в сон.