Танцую по ветру

Жизнь сама по себе прекрасна. Море само по себе свободно, но если его сравнить с небом, то бабуля говорила победит ветер. Жить, самой по себе, свободно, прекрасно. Жить как море, жить как небо. Быть ветром. Я была на свободе лишь однажды. Один единственный раз. И он навсегда останется в памяти или вечной татуировкой на душе. В тот день я сбежала от мадам Розье в лес. Мне было шесть лет. В тот день я в первые увидела солнце. Знаешь… не смотря на то что глаза слезились, плакала я не из-за него. Просто солнце такое красивое. Но меня нашли и опять забрали в шахту. Только наказали перед этим. Закинули в высохший колодец на три дня. Было так хорошо… звёзды по своему тоже красивы. Они мне понравились больше. Звезда. Не важно на сколько ярко солнце Мы загадывает желания именно на звезды. Я тоже загадала. Хочу танцевать, как ветер. Над морем. Вслед небу. Недавно мне исполнилось семь лет. Меня снова отправили проверять норы, вытравленных кротослонов. Там я нашла свое сокровище! Маленький сундучок в котором лежали браслеты с бубенчиками. Они, покрытые пылью, грязью, все равно сверкали для меня подобно звездам. Старшим людям я достала лишь мешок со странными картами и резной серп. Браслеты оставила там же. Надеюсь никто их не найдет. Мне восемь и меня кажется хотят опять продать. Поэтому отвели в мойку, чтобы отмыть грязь и перевести в благоприятный для товара вид. Исключая побои. Главное — чистая. В воде отражался маленький человек. Короткие бледно-блондинестые волосы слишком короткие даже для хвостика, кожа вся в синяках и мелких шрамах, на руках, шее и ногах новые, чистые кандалы с неприятно звенящей цепью. Вместо глаз два сияющих алмаза. Больших и мертвых. Похожи на те которые она иногда достаёт из нор. Продать не успели. Остров «Каменоломни» выбрали для битвы, две серьезные личности. Возле них невозможно стоять ровно. Колени подгибаются, раняя тело на каменную кладку. Люди бегали по другим людям, пытаясь найти укрытие от двух монстров. Никого не колышет жизнь девочки в оборванных вещах, уже не слишком чистую, уже почти не живую. Море само по себе свободно, но если его сравнить с небом, то бабуля говорила победит ветер… Почему мне кажется. что ветру все равно на бегающих по земле людей. Девочку пнул один из охранников и закинул в шахту. Вход через мгновение завалили и сейчас девочка одна, освещаемая светом одной свечи. Цепи противно звенели, а в голове гулял ветер. Без мыслей она побрела в компании свечки по извилистым коридорам шахты. Разбросанные вещи, инструменты, камни отбрасывали пугающие тени, а шум сражения и грохот заставлял потолок боязливо дрожать. Интуиция девочки просила ее спрятаться в норе. Потому что не смотря на все дерьмо перед глазами. Она хотела танцевать, как ветер. Над морем. Вслед небу. Через минуту ребенок нашел свою норку. Ту самую, с ее сокровищем. Она успела. Пещера обвалилась, похоронив дитя под своими обломками. Бабушка… Я не знаю, смогу ли выжить. Ты меня обнимешь, когда мы встретимся? Я тут. Пожалуйста спаси меня, бабуля. Спасите меня. *** Да Гарп, ты идиот. Как от задания: «Освободить деревню от захвата пиратов» смогло стать обычной стычкой с Роджером? (Я так не играю!) Нет, он пират эт да. Вот толькочто не тот который нужен. И руководство молодцы, подсабили. Остров то уже лет десять почти под Цепными пиратами сидит, а они лишь сейчас очухались. От деревни одно название. Местных жителей давно перепродали или убили. После хорошего мордобоя я по привычке сел на валун, попивая холодный чай с примесями всяких добавок из фляжки. Та ещё гадость, но надо. Гол Д, что спокойно валялся неподалеку и тоже что-то распивал, подорвался с места и испуганно осматривал руны от шахты. От нее остались обломки. чего он так испуганно. — Твою мать! Распространив волю к обломкам я заметил маленький огонек. Такие огоньки бывают лишь у детей. Получается, там под грудой камней сидит ребенок?! — Быстрее разбирай! Вдруг ему не хватает воздуха?! — Гол Д несмотря на синяки, начал копаться в обломках. Быстро сунув фляжку в карман, раздробил большой валун и понеслась. По прибытию ребята непонимающе уставились на своих капитанов. Старпомы смотрели с пофигимтичным видом. Они видели этих мужчин и не в таком амплуа (что может перебить игры в песке?) Потом замерли и отдали приказ расчистить завал. На все ушел час. Люди в непонимании уставились в нору. — Эй! Малыш! Слышишь меня? Меня зовут Роджер! — он засунул голову (она еле как поместилась) в норку и начал кричать. Присутствующие закатили глаза. — Точно, точно. Мы тебя не обидим! — я вытащил его морду и сам крикнул туда. Из темноты послышался лязг. Он заставил присутствующих нахмуриться. Лязг был слишком похож на. — Цепи. — Послышался пораженный шепот сзади. — …– из темноты все ещё не слышно голоса ребенка. — Как бы его оттуда доста. — Я тут. Присутствующие уставились в выемку откуда звучал слабый детский шепот. — Не бойся! — Я уверенно сказал малышу. — Каменз, живо неси верёвку! — как можно тише попросил свою правую руку — Стой, Гарп. Тащить верёвку долго. Держи мой плащ. Он длинный. — Роджер положил руку мне на плечо, протянув свой капитанский плащ. Я кивнул. — И мой возьми. — Темный король Сильверс положил поверх красной ткани свою синюю. — Быстрее вытаскиваете. Мы все тут виноваты, что ребенок оказался в чьей-то норе. Хорошо хоть жив остался, после всего произошедшего цирка. Присутствующие засуетились. Кто что начал с себя снимать под одобрительный гул. Я тяжело вздохнул, одновременно завязывая узлы. — Я сейчас протяну «верёвку». Либо обвяжи ее вокруг себя, либо держи по крепче. Как все сделаешь, потяни на себя. — Все тем же уверенным голосом попросил ребенка. Вновь послышались звенящие звуки. Через минуту ткань в руках робко дернулась и я аккуратно потащил ее на себя. Пираты и Дозорные (и их врачи) в ожидании смотрели на «верёвку» из одежды. Первой появилась грязная макушка блондинестых волос. Они коротким ёжиком торчали во все стороны. Потом руки, лицо и кандалы с увесистой цепью. Губы в миг превратились в узкую линию на лице. Ребенка и в цепи. Хочется сплюнуть. Подхватил малышку на руки. Слишком лёгкая. Теперь захотелось лично перебить шайку цепных. — Лимия-сан, осмотрите ребенка. — А ну расступились мелочь! — Бойкая старушка тростью разогнала двух пиратов, с ценником больше ее годового жалования, подлетела ко мне сверкая единственным (но ой каким зорким) глазом. — Бедная девочка… Нужно отнести её ко мне в мед.комнату. Одними бинтами тут не обойтись. Непрямой приказ в исполнении которого никто не сомневается. — Так точно, мэм.