— Таким ты мне нравишься куда больше.

Ночное время. Обычный двух этажный дом королей, а так же их вальтов. Слышатся в коридоре тихие шаги. Бубновый король решил выйти из своего "чайного царства" – так любили называть его комнату другие. Сухость во рту и жуткое желание сделать глоток воды взяли вверх. Красный король идёт по коридору. Стены и всё, что на них находится: картины, небольшое зеркало, полочки с комнатными растениями, всё это тонет в прекрасном лунном свете, что так и успокаивает глаз. Такая ходьба по коридору приводит его к комнатам других королей, после которых уже и будет следовать кухня. Везде царит тишина и нарушает её лишь стук веток об окно. Но слух Данте улавливает и что-то иное. Похоже на чей-то шёпот. Любопытство тут час вспыхивает в нём ярким пламенем, заставляя на время отложить поход на кухню. Жажда уже не так сильно чувствуется. Интерес полностью заглушает все ощущения. Тихо, на цыпочках, парень приближается к источнику тихих слов. Глаз привыкает к ночи, к тьме, отчего ему становится легче разглядеть табличку на двери с надписью " Пиковый Король – Вход запрещён ". Возможно, лишь единицы просто бы не обратили внимание и прошли дальше, но не наш герой. Данте, примкнув к двери, вслушивается, пытаясь разобрать хоть что-то из слов Пикового. Поначалу это даётся с трудом, но даже так можно адаптироваться, как говорится, подстроиться под волну слов, медленно начиная улавливать смысл сказанного. — Чёртов бубновый. Чтоб его. – Будто, сам себе твердил рогатый. – Чёртов красный. – Продолжал тот, выплёскивая всю ненависть, что копилась так давно. Но.. Точно ли это от столь огромной нелюбви к любителю чая? Быть может это что-то иное, что-то что Пик никак не мог признать в себе. Скрытые чувства – вот главная причина столь агрессивного настроя. Встречи их ни разу не проходили без хамского отношения Пикового к Бубновому. Он не знал, что такое нежность и как её проявить. Но, как не странно, красный всегда отвечал ему с доброй улыбкой, вовсе не замечая словесных ран, что наносил Пик. Такое отношение выводило из себя ещё сильнее. Заставляя доходить до точки кипения, взрывая очередной вулкан, извержение которого и является этот всплеск столь недобрый слов. — Эта отвратительная улыбка, поганый тихий и добродушный тон.. – Следует удар в стену. Такие выходки другие терпели довольно часто, но даже к такому можно привыкнуть. Поначалу жильцы этого этажа сонные вылезали из своих комнат и шли на разборки, предъявляя Пиковому королю, что это не дело так шуметь. Шли дни, а такое поведение всё не менялось. Ребята стали свыкаться с этим и перестали как-либо лезть к нему, ведь попросту бесполезно. Ни к чему это не приводит. А Данте всё стоит да слушает, что же там про него бормочет фиолетовый. Взгляд у него задумчив. Он знал, он понимал, что за его спокойную натуру можно ненавидеть, раздражаясь с нейтральности, но последующие фразы заставляют Бубнового удивиться. Нет, даже больше. Он шокирован. — Что-ж за напасть на меня. Агх! Пик опускается на кровать, слышится негромкий скрип. — И как я мог поддаться этому мерзкому и грязному чувству.. Аж выворачивает.. — О чём он..? – Шепчет Данте, продолжая подслушивать признание. — Раздражает. Почему же именно он запал мне в душу? – Обращаясь к свыше, парень цыкает. Вновь следует оскорбление в сторону красного: – Чайный дурень. Чтоб ты провалился. Бубновый король быстро отпрянул от двери. Хлопая глазами, он пытается собраться с мыслями. Как и говорилось ранее, его сложно сбить с пути, спутать его мысли, заставляя пребывать в таком состоянии, но сейчас в его голове бушует ураган, снося всё. Мысли, как нити, что переплетаются между собой, собираясь в огромный ком, который Данте будет распутывать очень долго и не без труда. На лице вспыхивает лёгкий румянец. В парне борются два чувства. С одной стороны приятно, что кто-то обратил на него внимание, что он является объектом обожания. Но с другой удивление. Почему же такой, на первый взгляд, чёрствый и грубый человек смог влюбиться, если это чувство можно таковым назвать, в него? — Вот так.. Поворот.. – Срываясь с уст, тихие слова растворяются в ночной тишине. Похоже, что Пик всё же улавливает эти нотки речи. Сышен топот, быстро приближающийся к двери с другой стороны. Не проходит и минута, как перед Бубновым резко распахиваются "врата", что вели в комнату злого короля. Глазам предстаёт такая картина: рогатый, с еле заметными покрасневшими щеками, стоит в дверном проёме. Недовольный, он цыкает, поднимая свою голову, с презрением смотря на красного. Данте же в свою очередь будто язык проглотил. Прикрыв рукою свой рот, любитель чая всё с тем же удивлением всматривается в глаза Пика в которых мелькает лунный свет. — Что-ж.. Друг мой.. – Было начал он, как его резко перебивают: — Слышал значит всё.. Чёртов чайник. – Рычит Пик. Фиолетовый быстро хватает Данте за футболку, затаскивая к себе в комнату, попутно закрывая за собой дверь, а после прижимая полуночника к стене. Бубновый не успевает среагировать, всё происходит слишком быстро. Дальше, хлопая глазами, хочет сказать что-то, как-то уладить ситуацию, возможно, прийти к согласию, но Пиковый вновь не желает слушать. Вжимая Бубнового короля в стену, рогатый властно хватает его за подбородок, поднимая и приближая к своему лицу. Весь гнев потихоньку пропадает, заменяясь на странные чувства для таковой ситуации – удовлетворение. — Потрясённый ты мне нравишься намного больше. Куда же пропала та добродушная улыбка? Тот спокойный тон? Мм? Я слышу иные нотки в твоём голосе. – Поворачивает голову парня в бок, осматривая каждую частичку этого личика. Удивлённый взгляд, отсутствии какого-либо ответа заставляют Пика чувствовать себя победителем. Наконец-то он смог добиться этого. Наконец Бубновый раскрылся для него с другой стороны. Это что-то новое для Пикового короля, что-то интересное и желанное. Такую реакцию хочется видеть почаще, но для этого нужно не хило так постараться. — Какой же ты всё-таки интересный и в то же время раздражающий.. Смотря в распахнутые глаза Данте, Пик невольно тонет в них. Хмыкая, поворачивает голову обратно. — Последние слова, чайовник? – Дразнит он, словно давая надежду хоть на одно слово, но стоило Бубновому привести мысли в порядок для речи, как фиолетовый резко притягивает его к себе, властно вовлекая в страстный поцелуй. Не проходит и без попыток отстраниться, вот только это поджигает ещё больший интерес у рогатого. Он прикусывает того, чтобы не рыпался и продолжает касаться его нежный губ, постепенно углубляя поцелуй, проникая внутрь языком. И похоже, Данте начинает приходить это по душе. Возможно, скрывать свои чувства и казаться для всех непреодолимой горой слишком. Обращаясь с какими-то вопросами, за какими-то советами в нём видели лишь человека, что знает ответ буквально на всё. Не было ничего больше простого "друг", "приятель". Ощущения, которые он получал в данный момент были так же в новинку. Эта мелкая дрожь; власть над телом; удивление – всё это было прекрасным для любителя чая. Поэтому, поддавшись эмоциям, чувствам, Данте, будто соглашаясь на какой-то контракт, полностью отдаётся Пику, что так и желает властвовать над ним.