Трое глотают колёса любви

У каждого в жизни есть своя трагедия. Моя трагедия в абсолютном непонимании этой самой жизни. Я хочу жить, но не знаю зачем. Мне всего-лишь 16, но кажется, я уже повидала всё на свете: другие страны, толпы парней, мужиков и людей, прочитала кучу книг, испытала вкус побед, но так и не нашла смысла в жизни. Вот сидим мы сейчас на кухне, вроде всё хорошо, есть друзья, есть молодость и привлекательная внешность, есть голова на плечах, ум , перспективы, могу стать кем захочу,  а хочется просто забыться и перестать быть собой, перестать быть человеком, не делать выборы, не иметь ответственности, хочется просто нихуя не делать. Хочется перестать терзаться сомнениями о будущем. Мир вокруг странный, правила в нём странные, законы социума рациональные и примитивные, а законы вселенной мне никогда не понять. Есть ли свобода? Предначертана ли мне заранее судьба? Решено ли всё за меня? Или может я просто повредила мозг наркотой и от этого у меня, помимо очевидного недостатка дофамина, ещё и такие долбанутые мысли? Мы сидим в относительной тишине, с улицы слышится прерывистый шум газонокосилки и далёкие трели скворцов доносящиеся из негустого подлеска на границе с коттеджным посёлком. Благо, школу сегодня прогуляем, лето кончилось, но всё же, возможно, мне удастся вытащить ботана и игромана на пикник к речке. - Слушайте, сидим, курим, может возьмём шампусик, отвёртку, еду в контейнеры положим и пойдём на природу? Тут буквально 20 минут и пляж шикарный среди сосен, а по ту сторону речки охуенный вид на одетую в золото и янтарь лиственницу. - Ты что дед? Может еще и грибы попутно пособираем? - Гортанным голосом произнёс Миша выдувая струйки дыма через ноздри. - Ага, хуйня затея, к тому же, нам скоро в шк топать. - Рома учуял мой антишкольный настрой и начал недовольно щуриться. - Я в школу не пойду. - Сказал Миша. - Вот видишь, Ромео и ты с нами оставайся. - Я же уже сказал, от кого поведёшься от того и наберешься, в кого вы меня превращаете? Не давите, я вообще-то стремлюсь к успешному успеху. - Произнёс Рома скрестив руки на груди. - А толку-то от твоего успеха?  - Миша, как всегда, равнодушно, окинул нас обоих взглядом. - Ну, знаешь, счастье, свобода. - Счастье и свобода не в успехе, идиот, они внутри сознания должны культивироваться. Если ты не имеешь предрасположенности к взращиванию счастья внутри себя, то счастливым ты не будешь. - Миша редко выдавливает из себя длинные изречения, но когда это происходит я неизменно наслаждаюсь ровным, глубоким, немного грубым, баритоном его голоса. - Так вот я имею эту предрасположенность! - Повезло. - Произнесла я улыбнувшись. Мы сидели за кухонным столом и выкуривали по второй, моя мобила завибрировала. Неделю назад мне написал Юрчик, парень который дал мне затянуться плюшкой у подъезда в вечер моей роковой связи с Ромео. Юрчик, следуя законам синхроничности вселенной звал меня гулять в осенний лес, ну он точнее звал меня долбануть свеженькой шмали в окружении природы, но и в этом есть некая романтика. Я прислала ему координаты и встав из-за стола, молча отправилась разыскивать в гардеробе подходящее покрывало для пикника. Друзья друзьями, а плюшка и дым в бутылке ждать не будут. Юрчик написал, что у него на руках только марихуана, а через что её курить следовало взять с собой мне. Благо наборчик стандартный, ничего необычного: пустая пятилитровая и двухлитровая бутылки, нож, фольга и зажигалка.  - Вы либо со мной в лес, либо расходитесь, кто куда хочет. - Произнесла я утрамбовывая покрывало в портфель North face. - Ну не гони, Кристалл, тебе без нас скучно будет, давай на диване полежим, поболтаем о предстоящем походе, или документалку какую посмотрим. - Начал возмущаться Рома уже настроившись на прогул школы, а точнее на проведение дня рядом с Мишей. На Мишу с его кирпич-лицом, никогда не выражающем ничего кроме презрения, слова подействовали самым прямым образом, он встал, затушил бычок о каплю воды на борту раковины и начал собираться домой. - Скучно, ха, мне никогда не скучно, я сейчас там с другом встречусь. - Произнесла я, зная, что слово "друг" для обоих жуткий триггер, для каждого по своему. Парни замерли на месте, Миша посмотрел на меня с толикой раздражения и, возможно, злости. А может это раздражение мне только причудилось и ему абсолютно всё равно. Рома же просто был расстроен, что бы он не говорил, ему с нами двумя комфортно, Миша вообще его краш, а я тут вынуждаю закончить этот так хорошо начавшийся день. - Ну ты и блядина наркоманская. - Иногда лексика Миши может превратиться в жуткую химеру на 70% состоящую из матов, в основ из оскорблений. Но меня на сам деле напугал не "джентльменский" слог. Он просёк тему. - Бляять, тебя ебёт вообще, чё нервничаешь? - Я тебе уже говорил, что меня, по непонятным причинам, необъяснимым, тупым и отвратительным, ебёт то, что ты торчишь на наркоте. Может хватит сука? - Говорит тип, который мне уже даже не парень и который меня, сука, за месяц даже не выебал. Мне уже всё понятно, катись лесом, мнение твоё мне до пизды, понял? - А, так дело в этом, дело в твоей пизде. - Произнёс он даже не удосужившись выразить удивление. - Так пойдём наверх, я тебя трахну. Кто-кто, а Миша точно слова на ветер бросать бы не стал. Сумбурный, злой секс. Не припомню когда у меня последний раз был такой. Смотреть на лицо Ромео вообще бесценно, он думает, что мы больные на голову, и завидует, ведь сам он абсолютно нормальный. - На конец-то, дебил, и трёх лет не прошло, презиков у меня нет. - Ну и похуй. Я бросила рюкзак на пол, резко развернулась и пошла в свою комнату, наверх по лестнице. Сердце колотится как под спидами. - И что, не боишься подцепить от меня чего-нибудь? - Произнесла я нервно усаживаясь на край незаправленной кровати. - Нет. - Ну, я, так то, чиста.. - Я знаю, мы оба проживаем эту жизнь из похожих внутренних состояний, но в отличии от меня, тебе твоя жизнь дорога, не понимаю почему. - А ты меня изнутри что-ли прочёл, чтоб о моих внутренних состояниях говорить? - Конечно, ты же моя девушка. Я замерла на мгновение, и как я раньше не замечала, как та искра пробежавшая между нами при первой встрече в курилке превратилась в огонь. Пламя было красивым и уродливым одновременно, но самое лучшее было в нём то, что оно не обжигало, мы не причиним друг другу боли, ибо у обоих, болеть уже нечему. - Даа, ты прав, если любовь то только такая, любовь двух нездоровых людей. Рома со своей абсолютной нормальностью к нам в трио не вписывается. Как думаешь? - Какой ты любишь секс? - Произнёс Миша снимая с себя футболку. Его юношеское тело имело куда больше родинок и веснушек, чем ожидалось, не знаю откуда у него мышцы, не представляю его ни в спортзале ни во дворе на брусьях, ведь и там и там люди. Наверное, не заметила турник в дверном проёме у него в комнате.. - Как получится. Желательно неповторимый, хочу чтобы ты выделялся среди других. Он приблизился ко мне, взял ладонями за лицо и поцеловал в губы. Из открытого окна в комнату проникал холодный ветер всасываемый сквозняком с первого этажа. Руки скользили по моим рёбрам и пояснице. Миша поднял мою футболку и начал целовать соски, оставляя языком мокрые и леденящие душу и тело следы. Иногда, когда я трахаюсь с кем попало, я думаю о том, что делаю что-то неправильно, что моё обнаженное тело может принадлежать лишь тому, кто смог полюбить мою обнаженную душу, сейчас, мне хотелось всецело и до конца дней принадлежать лишь Мише Доценко, раньше, такого, вроде, не было. Моё сердце трепещет как у пирата смотрящего на закат на горизонте океана, только что-осознавшего, что вот он, на языке, прямо сейчас ощущается вкус жизни. Моё дыхание сбилось как у тюремного заключенного осознавшего, что он наконец свободен. Кажется, что вот вот, из глаз хлынут слёзы, а губы начнут самопроизвольно извергать нежные признания в любви: "Миша, Мишенька, никогда не оставляй меня, пожалуйста, прошу, ты единственный заставляешь меня чувствовать себя счастливым ребёнком, лишенным ощущения тяжести жизни". Хочется сказать что-то подобное, но из груди вырывается лишь пошловатый стон.  Хоть в жизни от него инициативы не дождешься, в ласках он жадный, кажется ему мало и он хочет ещё. Он стянул с меня всё, оставив валяться голую на простынях, отпихнув одеяло подальше дабы я не могла прикрыться, а сам поднялся и смотрит, расстёгивая ремень ДольчеГабана на джинсах. Интересно, сколько девушек у него было? Этот взгляд уверенно говорит, что сотни. Он начинал нежно, но я чувствую, как постепенно эта нежность перетекает в грубость, хотя о какой грубости может идти речь, если предварительные ласки длятся уже минут десять, это уже на девять минут больше, чем в мой первый раз. - Господи, какая же ты мокрая, на простынку капает. - Сказал он с ложным упрёком. - Ну простите. - Мне нравится. - Произнёс он поглаживая головкой члена мою мокрость. Он опустил взгляд, взял член в руку, направил и вошел. Мне захотелось плакать, эмоции оголились и стали явными, слезам ничего не мешало горячими потоками течь по щекам. Затем, приближаясь к финалу, мне почему-то вспомнился мой первый парень. Я тогда понятия не имела о том, что такое оргазм, имитировала, и врала ему, что когда кончаю, то у меня перед закрытыми глазами разворачивается картина Млечного пути, звёзд, далёких галактик, взрывов сверхновых.  Сейчас, эта ложь, была не так далека от истины. Обычный член двигается во мне, обычный парень, самая что ни на есть, незамысловатая миссионерская поза, обычное утро обычного вторника. Но мне казалось, что я перерождаюсь, как феникс из пепла, отбрасываю старые привычки, мысли, сжигаю прежнюю себя и появляюсь вновь обретая новую точку отсчёта.