Демоны тоже умеют любить

Сон не спешил посещать двух отдыхающих под одеялом существ, и они просто наслаждались обществом друг друга, время от времени разговаривая о чём-то, а порой просто пребывая в непринуждённом безмолвии. Когда молчание затянулось, Чайлд невольно погрузился в одолевающие его уже не первый день мысли. «И почему меня так невыносимо тянет к нему?.. Его нрав: одновременно строгий и серьёзный, но в то же время отзывчивый и добродушный; мягкий характер и открытость, сопровождающаяся мудростью и большим опытом в жизненных делах. — рыжий парень поёрзал на одном месте и сильнее уткнулся щекой в тёплую грудь консультанта. — Чего уж душой кривить, его внешность — это что-то с чем-то! Эти изящные черты лица; взгляд, словно он спустившийся свыше небожитель; роскошные, шёлковые волосы, потрясающей глубины и красоты янтарные глаза, идеально сложенное и такое манящее, привлекательное тело…» Из груди Тартальи сам собой вырвался чуть слышный вздох. «Что со мной, не пойму.» — Послушай, Аякс. Юноша так и вздрогнул, стоило его настоящему имени прозвучать вслух: редко, очень редко, кто называл его так; и он поднял макушку, вопросительно воззрившись на Чжун Ли. — Скажи, почему ты здесь уже в третий раз? Услышав вопрос, демон мгновенно замялся, не зная, что ответить на это. «Поверьте, господин Чжун Ли, я и сам задаюсь этим вопросом уже третью неделю, — закрыв глаза, вздохнул Чайлд про себя.» — Ну… А разве в этом есть что-то особенное? — с глупой улыбкой отозвался младший. — Очень редко инкубы или суккубы одаривают одного и того же человека повторным визитом. Чаще всего они выбирают понравившуюся им личность и посещают их лишь на одну ночь, после чего уходят с рассветом и больше никогда не возвращаются. Что насчёт тебя, то твой первый приход был обычным, как и у всех остальных. Почему я тогда позволил тебе остаться?.. И не смотри на меня так, — бывшего архонта позабавила недовольная мордашка Чайлда, и он ласково потрепал его по рыжей голове. — Я вполне мог заставить тебя уйти, уж поверь. Но я не знаю, почему решил поступить иначе. Быть может, стоит признать, что в последнее время мне было нестерпимо одиноко, и твоя компания показалась мне не самым плохим вариантом? Кто знает… Чайлд заинтересованно глядел на задумавшегося на мгновение мужчину, ожидая, что тот скажет дальше. — Первый твой приход был таким же обычным, как принято у вашей расы. Но вот когда ты пришёл во второй раз, всего спустя неделю, едва успевшую минуть, я был действительно поражён. Ты пришёл незадолго до заката, и нам удалось провести немного времени вместе, за чашкой свежего чая и лёгкой, не обременяющей беседой. Кроме того, ты остался со мной до позднего утра и, проснувшись, я к ещё большему своему изумлению увидел тебя, мирно дремлющего рядом. Когда ты проснулся, поспешно собрался и попрощался со мной с озорной улыбкой, я уж было уверился, что это была последняя наша встреча. Но вот ты приходишь ко мне уж в третий раз. И в этот раз со сладкими подарками к чаю. С каждым новом словом, раздававшимся из уст мужчины, рыжий демонёнок краснел всё сильнее. Он знал, что такой разговор обязательно будет, он знал, что всё это до невозможности странно… но ничего не мог с собой поделать, да ведь и сам консультант был явно не против их общения. Чайлд смущённо потёр кончик рога и нервно взъерошил волосы. — Я… Он открыл было рот, когда Чжун Ли закончил свой монолог, но слова не хотели строиться в предложения. Отчаянно покачав головой, инкуб устремил взор куда-то вглубь комнаты, не в силах взглянуть в такие манящие, янтарные очи. — Я и сам не знаю… Такое чувство, точно что-то меня к Вам тянет. А что именно, понять я не в силах, — Тарталья неловко затеребил краешек одеяла. — Просто Вы настолько великолепны, что мне даже не хватит всех слов мира, чтобы в достаточной мере показать Вам своё восхищение. Ваш строгий, но мягкий в душе нрав, Ваши взгляды на мир и большой жизненный опыт, да даже Ваше тело и… и всё в этом роде, — руки демона принялись рьяно жестикулировать, помогая ему хоть немного угомонить путающиеся в голове мысли. — Ощущение, как будто я должен быть рядом с Вами, словно бы я не должен уходить. Словно я и сам не хочу уходить… Чжун Ли всё это время осторожно поглаживал пушистые волосы и основания чутких, чужих рогов. Ему было невероятно приятно слушать похвалы от этого очаровательного и молодого, для своего происхождения, человека. — Вот оно что, Аякс. Кажется, я догадываюсь, в чём заключается корень сей проблемы. Тот поднял голову и всё же решился взглянуть на возвышающегося над ним консультанта. В его глазах читалось взволнованное, даже напуганное ожидание. — И в чём же? — Это симпатия. Любовь, если угодно. Щёки Тартальи вспыхнули, как сгорающий метеор, а глаза ошеломлённо расширились. — А вот и неправда! Не может такого быть! — Почему же? Чайлда запнулся и напряжённо фыркнул себе под нос, снова ёрзая на одном месте. — Не может такое существо, как я, полюбить кого-то. Это не в нашей природе, понимаете? Бывший архонт беззлобно вздохнул и ободряюще улыбнулся нахмурившемуся рыжему чертёнку. — И вовсе нет. Почему ты решил, что это правда? Чайлд хотел было возразить, но снова не нашёл, что сказать. Впервые в жизни он чувствовал, что ему нечего ответить собеседнику, что на его остроумном языке не может собраться воедино убедительный и доходчивый аргумент. — Ну… Как же… — рыжий демон тяжко вздохнул и присел на кровати, сгибая колено и подпирая голову рукой. — Это же всем известный факт: инкубы и суккубы не умеют влюбляться. Всё, на что они способны — мимолётная страсть, которая утихает за считанные дни. Распутные демоны как-никак. — И понятие инкубов и суккубов строго разделено, не правда ли? Особенно это видно на твоём примере: нет ни единого шанса забрать у тебя доминантную роль. Беззлобный сарказм, с которым Чжун Ли произнёс эту фразу и смех, застывший в глубоких янтарных глазах, заставил Чайлда сначала рассмеяться, а затем задуматься. — Ну, это другое, — махнул рукой Аякс. — Наверное… Внезапно ладонь Тартальи, лежащую под одеялом, накрыла тёплая и широкая рука консультанта. Юноша поднял голубые глаза на высокого мужчину, присевшего рядом с ним, и его сердце забилось сильнее от того, насколько он вдруг стал серьёзным и оттого величественным, властным, точно древний правитель. — Это неправда, Аякс. Всё то, что ты сейчас говоришь, лишь внушалось тебе на протяжении жизни, как внушалось всем твоим сородичам на протяжении многих сотен и тысяч лет. Это неправда. Ты можешь любить. Ты можешь любить, как и все другие живые существа. И неважно, что говорят остальные. Тусклый взгляд Чайлда, похожий на гладь озера в тёмную, безлунную ночь, на мгновение засиял, точно вспышка далёкой, ясной звезды. Он был далеко не дураком, и озвученные консультантом мысли давно посещали его, однако выгравированные острым лезвием воспитания чужие мнения подавляли его собственные идеи и не позволяли действительно взглянуть на ситуацию под разными углами. Чайлд судорожно выдохнул и ошарашенно моргнул, уставившись в темноту под своими ногами. «Впервые в жизни кто-то поддержал мои убеждения… Что если это действительно правда? Что если всё это время я вовсе не ошибался?!» — В-вы так считаете? — с лёгким недоверием инкуб покосился на мужчину, точно ожидая от него подвоха. — Абсолютно, — не принимая возражений кивнул Чжун Ли. — Любое живое существо способно любить. Все эти внушаемые порядки зачастую не приводят ни к чему хорошему. Особенно если они диктуются кем-то, кто сам не задумывается о справедливости этих суждений и об их последствиях. Рыжий парень задумался и сосредоточенно нахмурился, не заметив, как бывший архонт мельком глянул на мрачные тёмные небеса, в которых где-то далеко-далеко находилась обитель верховных богов, держащих под незримым контролем весь огромный Тейват. — Что ж, — справа от Моракса раздался звонкий смешок, и в следующее мгновение вновь повеселевший взгляд воззрился на консультанта. — Я подумаю над Вашими словами. Цепкие руки обхватили талию шатена, и Чайлд, прикрывая глаза, с фирменной лисьей ухмылкой прижался к чужому боку, ставшему за этот месяц таким родным и незаменимым. — Раз уж на то пошло… Похоже я и правда люблю Вас, господин Чжун Ли. Бархатный, низкий голос раздался над лохматой головой демона, а затем на рыжей макушке был оставлен ласковый и нежный поцелуй. — Ты тоже пробуждаешь во мне непривычные старому сердцу чувства, дорогой Аякс. В тот момент инкуб благодарил все высшие силы за то, что в комнате царил мрак, и его горячо любимый Чжун Ли не увидел, как стремительно и беспардонно краснеют кончики его ушей. *** — Сяншэ-эн~ Чжун Ли повернул голову в сторону произнесённого нараспев слова. — Мне так нравится проявление Вашей истинной формы, — Аякс осторожно коснулся светящихся золотом рогов и самодовольно улыбнулся. — А я сразу догадался, что Вы не простой человек! — Вот как? — бровь Чжун Ли заинтересованно изогнулась. — Что же тебя натолкнуло на эту мысль? — Глаза у Вас нечеловеческие, — весёлая ухмылка загорелась на лице демона, и он ласково прильнул к чужой груди. — А знаешь ли ты кто я на самом деле? — Есть одна мысль, — брови Чайлда задумчиво нахмурились. — Но это полный бред, даже говорить не буду, — рассеянно рассмеялся рыжий и ещё больше расслабился. — Мне интересно твоё предположение. — Да бросьте, сяншэн, это глупость. — Поведай мне. Неожиданная настойчивость: мягкая, но властная, прозвучала в голосе консультанта, и парень замялся, неловко закусывая губу. — Ну… Ваши золотые рога, чешуя, по всему телу и этот длинный хвост, — он погладил рукой обвивший всё его тело тёмный хвост с золотыми пластинами на верхней части, отчего Чжун Ли невольно прикрыл глаза и едва слышно выдохнул, с нескрываемым наслаждением. — Вы очень похожи на дракона, а самый известный дракон в этом портовом городе это… Рекс Ляпис? Чайлд с какой-то стыдливой опаской поднял глаза на шатена и к своему удивлению увидел вполне серьёзное выражение лица, с лёгкой усмешкой и хитрым-хитрым взглядом. — Ты угадал, Аякс. — Чего. Серо-голубые очи распахнулись так сильно, как только можно, и Чайлд круглыми глазами уставился на довольное спектаклем божество. — ЧЕГО?! Моракс громко рассмеялся, когда лицо демона снова уткнулось в его обнажённое тело, и принялся нежно поглаживать мягкие волосы, пока со стороны Чайлда время от времени раздавались нечленораздельные звуки, а в голове Тартальи неустанно крутилась одна и та же, сбивающая с толку мысль. «Я СЕЙЧАС ЧТО, ТРАХНУЛ САМОГО ГЕО АРХОНТА?!»