Королевы Парижа

      «Это катастрофа» — постоянно мелькала эта мысль в голове Маринетт, потерявшей талисман пчелы. В течение месяца Маринетт, практически не смыкая глаз, пыталась отыскать пропажу. Все её мысли были поглощены только этой единственной заветной целью. Её успеваемость в школе и общение с друзьями оставляли желать лучшего. Она не справлялась с ответственностью, что камнем взвалила на себя. А признаться мастеру Фу было больнее всего, поэтому девушка не придумала ничего лучше, кроме того, как убедить хранителя камней чудес в том, чтобы в случае крайней нужды талисман пчелы был всегда у неё. На удивление Маринетт, мастер Фу согласился и не стал её расспрашивать более. Тикки безумно волновалась за свою подругу, но ужаснее всего было наблюдать затем, как постепенно день за днём её хранительница изводила себя и сходила с ума.       Бледно-розовый цвет кожи Маринетт стал тускнее, да и сама девушка стала походить на усопший труп, вместо глаз у неё были огромные впадины и чёрные мешки образовывались вокруг них. Один раз Алья решила пошутить, предположив, что у Маринетт закончилась «доза». После этой неудачной шутки Маринетт вспылила на лучшую подругу, хотя понимала, что та всего лишь хотела поинтересоваться её здоровьем и предложить помощь. Но помочь Маринетт, по её мнению, никто не мог. Их отношения с Альей стали переживать некоторый кризис. Даже на присутствие Адриана в классе, Маринетт игнорировала и перестала заикаться, ну и в принципе вести себя, как неадекватная.       Поприще супергеройствования тоже оставляло желать лучшего. Кошачьи каламбуры Нуара уже не вызывали приступы веселья, а приводили к ещё большему раздражению. В один прекрасный день после победы над акумматизированным злодеем, герои решили напрямую выяснить отношения, прежде чем они обратно детрансформируются. Оказавшись на крыше Триумфальной арки, скрываясь от папарацци, Кот Нуар начал диалог.       — Миледи, в последнее время ты стала ещё серьёзнее, чем обычно. — осторожно проговорил Нуар, заботливым взглядом обводя фигуру своей любимой. — Могу ли я тебе как-то помочь?       — Да. Ты мне отлично поможешь, если перестанешь вести себя, как придурок и сосредоточишься непосредственно на нашей задаче. — резко отчеканила девушка, поворачиваясь в сторону собеседника, чьё лицо освещали лучи жёлто-розового заката. — Если это всё, что ты хотел узнать, то мне пора идти.       — Но что послужило такой резкой смены твоего поведения? — озаботился Кот, взяв любимую за запястье, прежде чем она взмахнула йо-йо. — Раньше тебя это только забавляло, да и ты любила сострить шутки.       — Я совершила роковую ошибку, Кот Нуар. — призналась Леди Баг, скатываясь по стене величественного монумента богини Победы, держащей на вытянутой руке лавровый венок. — Во время сражения с Королевой Стиля, я потеряла талисман Пчелы и никак не могу его найти. Я сломлена, разбита и совершенно безнадёжная дура.       — Так, вот почему ты так изменилась. Почему же ты не сказала мне об этом раньше? Вместе мы непременно отыщем его, моя леди! — воодушевленно заявил Нуар, опускаясь на колени и поглаживая голову иссиня-чёрных волос.       — Но как? Талисман бесследно утрачен, а владелец камня, так и не объявился. — вопрошала Леди Баг, полностью отчаявшись найти потерянный гребень.       — Вместе мы отыщем его, а пока тебе следует отдохнуть. Ты выглядишь чересчур измождённой. — прошептал Нуар, крепко обнимая девушку и вдыхая запах её тела. — Я сделаю всё, что смогу. Сегодня я поищу его, а завтра мы вместе его обязательно найдем!       — Спасибо тебе, Кот Нуар. –ласково пролепетала Леди Баг, нехотя отпуская блондина из своих объятий.       Внезапно на душе Маринетт стало спокойно, глядя на удаляющийся силуэт Кота Нуара, она почувствовала приятное покалывание груди, а по кончикам пальцев пробежала лёгкая дрожь. Тяжело вздохнув, девушка ещё некоторое время любовалась закатом, в котором растворился её напарник, её Кот. Немного помедлив, Маринетт покормила Тикки макароном, а затем побежала домой, совершая кульбиты над крышами кирпичных домов. Дышать стало легче, словно замок, что сковывал её грудь, наконец, отворился. Оказавшись на мансарде своего дома, девушка детрансформировалась и ещё некоторое время глядела в ночное небо.       Проснувшись от сигнала будильника, Маринетт впервые за месяц почувствовала себя отдохнувшей и умиротворённой. Принявшись выполнять будничную рутину, Маринетт приготовилась к занятиям в коллеже и написала Алье сообщение, в котором попросила прощение, за то, что игнорировала свою подругу и отстранилась от неё. Ответное сообщение пришло мгновенно. Алья не таила обиду на свою подругу и предложила ей после занятий провести время вместе в кафе. Маринетт мысленно поблагодарила судьбу, что даровала ей таких друзей, как Алью и Нуара. Девушке было приятно разделить часть своих переживаний и ответственности со своим верным напарником, который добросовестно решил отчитаться по успехам своих вчерашних поисков. Пускай, Кот и не нашёл талисман, но по какой-то необъяснимой причине, Маринетт была уверена, что сегодня они вдвоём точно найдут талисман пчелы.       — П-п-привет, Маринетт… — услышала Дюпэн-Чэн, войдя в класс. Пожалуй, удивлены этому событию были абсолютно все. Ведь все знали, какую неприязнь питала Хлоя Буржуа к старосте, дочке пекаря.       — Привет, Хлоя… Кстати отличный гребень, тебе идёт. — Неловко ответила Маринетт, глядя ошарашенными глазами на приторную и косую улыбку Хлои, которая всеми силами старалась сделать своё лицо максимально естественным.       — Доброе утро, Маринетт. — поприветствовал бархатный голос зеленоглазого блондина свою одноклассницу.       — Привет, Адриан. — спокойно поздоровалась девушка с парнем, по-прежнему рассматривая кривую ухмылку Буржуа.       — Маринетт, на пару слов. — скомандовала Алья, не в силах больше сдерживать себя.       Мулатка быстро повела за собой подругу в женскую уборную и чуть ли не бросила её прямо в кабину туалета. Убедившись, что рядом вроде никого нет, Алья озвучила всё, что у неё накопилось за эти несколько мгновений.       — Всевышний, я даже не знаю, что более удивительное произошло сегодня! То, что Хлоя поздоровалась с тобой или то, что ты без кривляния и заикания, поздоровалась с Адрианом! — изумлялась Алья, взъерошивая свои волнистые локоны. — Я просто в @х? #.       — Знаешь, начало этого дня действительно оказалось совершенно непредсказуемым. — подытожила Маринетт, поправляя закатанные рукава тёмно-серого пиджака. — Погоди, я, что сделала? Поздоровалась с Адрианом, как нормальный человек?       — Для тебя это настолько удивительно, что сама поверить в это не можешь? — съязвила Лила, выходя из кабинки туалета. — Но не обольщайся, милая, Адриан всё равно никогда тебя не полюбит. Ты же такая растяпа.       — Эй, следи за своим языком, Лила! — вступилась Алья за свою подругу, прикрыв обескураженную Маринетт своим телом. — В противном случае я тебе все зубы пересчитаю, если ещё раз нападёшь своими язвительными замечаниями на мою подругу. Усекла?       Ответом на предупреждение Альи была лишь лисья ухмылка и хлопанье ресниц прищуренных глазок итальянки. Маринетт и Лила питали друг к другу неприязнь с самой первой их встречи. Что уж говорить о том злополучном дне, когда Лила, согласившаяся на силы, дарованные ей Бражником, стала Вольпиной и угрожала дружбе Кота Нуара и Леди Баг. Что-то, а врать Лила умела профессионально. Трудно сказать, по какой причине именно эта модель поведения симпатизировала лисице. Ясно было одно — доверять ей нельзя. Она слишком искусная актриса, на чьи уловки ведётся практически каждый ученик коллежа «Франсуа Дюпон».       Практически весь день Маринетт следила за претерпевающей необыкновенные изменения Хлои Буржуа. Именно из-за этой капризной блондинки, чьи волосы укладывались в конский хвост, происходило множество несчастий. Если говорить кратко, то из-за Хлои аккуматизации подвергался каждый житель Парижа. Было удивительно наблюдать затем, как она сдерживала порывы своего пламенного гнева на окружающих. И всё же эта Хлоя, контролирующая свои эмоции вызывала у Маринетт определённые подозрения. А гребень на её голове напоминал о потерянном талисмане Пчелы. Но поверить в факт того, что этот золотисто-белый гребешок является талисманом, Дюпэн-Чэн не могла. Это было просто невозможно и абсолютно нелепо.       В свою же очередь Алья отмечала странности в поведении Маринетт. Ну, во-первых, её подруга перестала смотреть на Адриана. Серьёзно, практически, каждый божий день она испепеляла спину юной модели взглядом. Вела себя рядом с ним, как чокнутая, которую срочно нужно было положить в психушку на реабилитацию. Теперь же объектом внимания Маринетт всецело являлась Хлоя Буржуа. Алья никак не могла понять по какой причине. То ли это из-за того, что новая Хлоя вызывает у Адриана теплые детские воспоминания, когда Буржуа была его единственным другом. Нет. Бред какой-то. Если бы это было так, то Маринетт бы заревновала и разнесла бы Хлою в пух и прах, лишь не допустить бы романа между Хлоей и Адрианом, совершенно забывая о чувствах последнего. Алья считала себя чуть ли не второй мамой своей подруги, уж чересчур неопытным и наивным было сердце её подруги. И она не хотела, чтобы Маринетт причинили бы боль, потому что это было бы самым страшным происшествием для всего Парижа.       Когда занятия подошли к концу, Адриан подошёл к Хлое и предложил ей ненадолго прогуляться. Ох, как же был шокирован Нино, когда его сосед по парте решил провести время с этой фурией, а не со своим лучшим другом. Умом Нино понимал, что Адриан начал испытывать симпатию к Хлое, что начинала ему напоминать ту маленькую проказницу в детстве, что разделяла с ним его одиночество. Юный диджей отмечал, как Адриан отмечал весь месяц изменения в поведении Хлои и был, мягко говоря, поражён. Но что не следовало делать Нино, так это говорить об этом даме своего сердца, Алье, рядом с которой восседала Маринетт. И тогда эта троица приятелей не придумала ничего лучшего, кроме того, как незаметно проследить за светловолосым дуэтом во время прогулки. «Грёбанные сталкеры» — мысленно проговорила Алья, соглашаясь на бредовый план Маринетт.       — Хлоя, я просто обязан сказать о том, что очень рад наблюдать затем, как ты становишься лучше с каждым днём. — разборчиво выбирая выражения, проговорил Адриан. — Я хочу сказать, что рядом с тобой я начинаю вспоминать своё детство, в котором ты была лучиком света, после того, как моей мамы не стало.       — Ох, Адриан, прости меня! — останавливаясь посреди улицы, раскаялась Хлоя. — Я и подумать не могла о твоих чувствах. О том, через что ты проходишь, каждый день. Мне следовало быть рядом с тобой.       — Спасибо за тёплые слова, Хлоя, они очень многое значат для меня. — мягко улыбаясь, ответил Адриан, заключая подругу детства в свои объятия. — Ты начинаешь мне напоминать одну девушку. Такую же упрямую, но в тоже время очень заботливую и храбрую.       — Н-напоминаю? — негодующе повторила Хлоя, пытаясь не сорваться на неосторожное откровение Адриана. — Да как ты можешь… — не успела продолжить свою тираду Буржуа, как асфальт под её ногами начал покрываться трещинами, а люди убегали со стороны Площади Согласия, где в 1793 году был казнён Людовик XVI, последний монарх Франции Старого порядка.       — Чёрт! — вспылил Адриан, подхватывая на руки девушку. — Прости, Хлоя, но, кажется, нам придётся с тобой погулять в другой раз. — не терпя возражений заключил парень, оставив девушку в безопасном месте, а сам скрылся в безлюдном переулке.       — Не знаю, как вы, ребята, но моему Леди Блогу нужен новый видеоматериал! — протараторила Алья, выбираясь из укрытия. Следом за ней побежал Нино, призывая остановиться свою любимую. Только Маринетт продолжала стоять неподвижно и думать о том, как всё невовремя произошло.