Истинный дракон

      Я вновь вдыхаю забытый воздух оставленной родины, снова ощущаю это непонятное для меня чувство⁚ радость, волнение, печаль и… страх.       Да, я боюсь! Боюсь оглянуться, увидеть незнакомые лица, что смотрят на меня со всех сторон, боюсь вдохнуть, боюсь шагнуть вперёд. Однако, невзирая на это, мои шаги быстры, но до безумия тяжки для меня, что приходилось ускоряться вновь и вновь. Этот город незнаком мне, это княжество незнакомо мне, эти люди… совсем не мои люди, которых я хотел бы защищать.       Это всё — не моё.       Меня окружает роскошь, которая ослепляет, заменяя солнце по утрам. Я хожу по пустому замку, что давит меня и заставляет испуганно оборачиваться каждый раз, когда я прохожу мимо своей комнаты. А это ведь всего лишь ветер, или же дверь, что закрылась с оглушительным грохотом прямо передо мной.       Да, я боюсь! Боюсь вновь проснуться в незнакомой для меня комнате, осознать, что я лежу совсем не в той кровати, узнать, что здесь нет любимого мной балкона, лишь огромные окна, в которых темным-темно, и луна больше не освещает мой радостный лик.       Это всё — не моё.       Меня окружают слуги, что готовы потакать мне во всём, воины, которые готовы защитить моё тело. Я надеваю на себя тяжёлый кафтан и не узнаю себя. Будто бы не я стою перед самим собою, а другой человек, совершенно не похожий!       «Кто вы такой?» — спрашиваю вслух, но отражение не отвечает, лишь смотрит гневным, осуждающим взглядом.       Да, я боюсь! Боюсь увидеть тебя посреди тех, кто едва ли готов склонил головы передо мной и с лёгкостью променять меня на тебя. Я не хочу видеть разочарование в твоём лице, не желаю видеть печаль, что давно смешалась с гневом. Просто не желаю, поверь мне! Если, конечно, сможешь…       — Столько лет тирании от брата моего оставили на Вас опечаток страха и ужаса. Но прошу поверить мне, ибо я, раб божий, клянусь, что не стану тем, кого Вы боялись и боитесь до сей поры!       Это правда, чистейшая правда, которую я могу выпилить без всяких запинок, терзаний и всяких мук человеческой совести. Всепоглощающий гнев, бушующее пламя в груди и ужас, который ты оставил в воздухе.       Это всё — не моё.       Да, я боюсь! Боюсь однажды среди всех бумаг увидеть твоё письмо, в котором будешь проклинать меня всеми возможными словами, которые знаешь. И напишешь ты его не на родном языке, о не-е-ет, для тебя это слишком просто, слишком легко.       Ты напишешь его на том языке, который я знаю в совершенстве, которому я обучен с самого раннего детства, который я люблю. Насыпав соль на рану, попытаешься задеть меня, но прекрасно понимаешь, что твой план провалится, не так ли? Ведь надавить на живое — это твоё преимущество надо мной.       Это всё — не моё.       Меня окружают враги, что хотят моей кончины. Всю ту грязь, что летит на меня, я слушаю с гордо поднятой головой и отвечаю той же колкостью, которой ты учил меня с раннего детства. Каждый раз, засыпая, я прячу свой кинжал под мягкой подушкой, будто боясь чего-то, или… кого-то?       Да, я боюсь! Боюсь умереть от твоих рук, лицезреть твой лик, что искажается в ненависти по отношению ко мне, боюсь услышать твой низкий голос, карающий меня за всё, что со мной приключилось. Я боюсь твоего поникшего взгляда, который смотрит прямо в душу, высасывая всю мою радость, причиняя лишь адскую, сумасшедшую, невыносимую боль, что пробирает до костей.       Ты превратился в настоящего вурдалака, который стал лишь сказкой на ночь, лишь инструментом для отпугивания детей. Я и сам тебя не узнаю, мне неведомо, каким ты был здесь, в своей родной земле, но я прекрасно помню, каким ты был в моей.       Эта ненависть, что копилась год за годом, разъедала изнутри, не давая спать по безмолвным для тебя ночам. Каждый шаг на этой земле ты считал личным оскорблением, которое ты терпел целых четыре года, которые стали для тебя целой вечностью, а для меня — раем на земле.       Меня окружают предатели, что готовы бросить меня, даже не оглянувшись. Деньги, власть и сила — вот что им было нужно, и нужно до сих пор. Лишь единожды показав им своё слабое место, ты становишься для них открытой мишенью, в которую они попадают сразу же, без всяких колебаний.       Да, я боюсь их! Таких родных и до безумия чужих людей. Каждый, каждый из них строит из себя моего слугу, а на деле окажется моим близким и самым злейшим врагом из всех, кого я встречал. Их ледяной взгляд, которым они меня провожают, заставляет меня ёжиться от страха, их тон, которым они разговаривают, режет мне слух, язык, на котором они разговаривают со мной, кажется всё более и более непонятным и чудным. В голове всплывали далёкие воспоминания. Голоса, до боли родные и вместе с тем незнакомые мне.       Меня окружают тени, что улыбаются мне в ответ. Тени, которые окружили меня со всех сторон. Они поют до боли, до жути знакомую мелодию, которую я не знал, но часто напевал себе под нос каждый раз, когда не мог заснуть в этих безмолвных ночах. Но это явно не мой голос, явно не мой!       Это не моя земля, это не мои люди, это не моя родина!..       Это всё — не моё.       Я сижу на троне и смотрю на других свысока, вдыхаю чужой для меня воздух, что обжигает лёгкие, не позволяя дышать полной грудью, иду по чужой земле, в которой утопаю, словно в зыбучих песках, сижу в чужом городе и на чужом троне, и даже надел на себя чужие вещи, которые до жути мне велики. Это всё не моё.       Это всё твоё!