Ты похож на счастье

Спустя несколько дней от болезни Аято не осталось и следа, жизнь имения Камисато вернулась в прежнее русло. Ну, почти. Тома был сам не свой, он так и не смог выбрать подходящий момент и подобрать нужные слова, чтобы признаться господину в своих чувствах. Оторваться от протирания пыли и с тряпкой в руках заявить: «Прошу прощения, господин Камисато, вынужден поставить Вас в известность: я Вас люблю и подозреваю, что это взаимно. Я прав?» было бы слишком глупо. Настроение отвратительное: уборка не доставляет удовольствия, чай невкусный, даже шутки не придумываются… Аято слишком хорошо узнал Тому за те годы, что тот жил с ними, чтобы не заметить перемены в его настроении. Да, он как всегда безукоризненно выполнял свою работу, привычно улыбался при встрече… но в этой улыбке не было жизни, в его бездонных зелёных глазах не загорались огоньки. Тома словно стал своей бледной копией. Молодой человек чувствовал, что причина кроется в нём, и это разбивало его сердце. Меньше всего он хотел причинять боль человеку, который был для него совершенно особенным. Тем более, он не понимал, чем именно мог ранить Тому… В один из вечеров Аяка, Аято и Тома сидели на террасе у дома и обсуждали планы на предстоящий выходной. — Ребята, простите, но я не смогу составить вам компанию для игры в сябу-сябу. Путешественница попросила меня сходить с ней и Паймон на фестиваль Иродори, — виноватым тоном сказала Аяка. — Не переживай и повеселись хорошенько! Я уверен, мы с Томой прекрасно проведём время, правда ведь? — Аято подмигнул управляющему. Тот постарался сдержать эмоции, но на его щеках вспыхнул румянец, красиво оттенивший золотистые пряди волос. Вот он, идеальный момент! — Да, конечно, не беспокойся о нас, — Тома кивнул и улыбнулся. Какой чудесный вечер! Тёплый ветерок приносил сладковатый аромат сакуры, светлячки, кружащиеся над травой, создавали волшебную атмосферу, а внимательный взгляд Аято пробуждал в животе множество кристальных бабочек. Сегодня во внутреннем дворе имения Камисато снова раздавался звонкий смех и звучали шутки. Молодые люди весело общались до поздней ночи и неохотно разошлись по спальням. Брату с сестрой очень не хватало «прежнего Томы» все эти дни. Аято уютно устроился в кровати и с предвкушением закрыл глаза. После такого яркого вечера он надеялся, что ему приснится Тома… О Архонт! Воспоминание вспыхнуло в его голове и электрическим разрядом пронеслось по телу. Ему уже снился Тома, когда он был в бреду! И если он снова разговаривал во сне, то всё становится понятно… Кажется, им необходимо объясниться. И игра в сябу-сябу — отличная возможность. В выходной дом был наполнен трепетным ожиданием. Молодые люди с волнением готовились к вечерней игре и прихорашивались: Тома до блеска натёр медальон, висящий на шее, и поправил чёлку, а Аято разгладил воротник и изящно вставил в волосы фиалку. Тома пришёл в гостиную раньше господина, чтобы украсить её и приготовить котелок с угощениями. Он расставил на столе свечи, повязал ленточки в разных местах и поставил разогреваться бульон. Как раз когда управляющий опустил в котёл щупальца кальмара, мидии и грибы, в комнату зашёл Аято. Он выглядел ещё прекраснее, чем обычно, даже потрескивание огня, казалось, не могло заглушить биение сердца Томы. Он с трудом перестал «гипнотизировать» господина и пригласил того за стол. — Отвернись, пожалуйста, на минутку, я хочу, чтобы мои угощения остались сюрпризом для тебя, — с улыбкой произнёс Аято. Когда его продукты тоже забурлили в котле, игра началась. Тома первым закрыл глаза, вытащил кусочек и медленно прожевал, пытаясь распознать вкус: — Ммм, я думаю… это устрица? — сказал он, а про себя подумал: «Хм, неужели господин Камисато задумал то же, что и я?!». Теперь пришла очередь Аято. Он зажмурился, поводил палочками в бульоне и отправил угощение в рот. — Это… мидия?.. Тома, мне кажется, я разгадал твой хитрый план, — Аято окинул взглядом свечи и сияющего управляющего. — Господин, но вы же тоже принесли устриц! Разве это не хитрый план? На бледных щеках Аято разгорелся пожар, он отвёл взгляд и смущённо улыбнулся. Тома решил перевести этот неловкий разговор в шутку, вытащил из котелка щупальце и, прикусив его зубами, встряхнул головой: — Я похож на осьминога? Аято засмеялся, взял Тому за подбородок, заглянул в его глаза и прошептал: — Ты похож на счастье!.. Затем откусил кусочек щупальца и поцеловал горячие губы Томы, тот робко ответил на поцелуй, не в силах поверить в исполнение своей мечты.