Закатная тропа

       Она разберётся? Ну что ж, Эрен давно отучилась от привычки себя переоценивать; кора, кажется, треснула под пальцами…       — Господи, — собственный дрожащий голос показался пощёчиной.        Она с трудом расслабила кисть, тихо прошипев от боли — занозы вошли глубоко.        Сосредоточиться. Вдох, выдох, размеренно, не торопясь — как учила Армин. (Эрен почти чувствовала хватку подруги на собственных плечах).       — Ты там живая? — Майк приземлился на дерево напротив, втянув тросы. — Крюгер?        Она не знала, что ему ответить.       — Пахнешь страхом. Ты встречала этого бандита раньше?        Эрен вскинулась, чувствуя, как непроизвольно дрогнула.       — Бандита?       — Эти трое действовали вместе на нижних уровнях — доставили нам слишком много хлопот. Сомневаюсь, что у такого, как он, не было собственной банды.       — Это не имеет значения.        Захариас вскинул брови.       — Твоя сестричка уже успела напеть серенады плану Смита?        Эрен отлепилась от ствола, поправляя ремни. Разум наконец начал фильтровать поступающую информацию как положено, а не сквозь призму паники:       — Ты пристрастен, Майк.       — Ну, как скажешь, — он криво улыбнулся самым уголком губ. — Давай резче тащи свою задницу обратно, пока Туррет не решил, что ты кого-то решила прирезать от расстройства.        Майк сорвался с ветки, скрываясь среди могучих стволов.        Смит знал. Боже, естественно он знал. Но почему Армин ничего?..        Эрен помнила уставший взгляд подруги тем утром — казалось, она не спала добрые несколько суток, закопавшись в бумагах на чужом столе.        Встречаться в кабинете Смита было… очень странно. Веяло неправильностью и карикатурностью.        Армин улыбнулась как-то натянуто. Сжала переносицу и попросила поставить чай где-нибудь подальше от хаоса на начальственном столе.        А у Эрен не повернулся язык сказать ей о вернувшихся снах.        Армин надтреснутым голосом тихо рассказывала о новом построении, проблемах со снабжением и Лобове; на тонкой шее ярко выделялось алое пятнышко. Заметив взгляд Эрен, она повыше натянула воротник форменной рубашки. Эрен только покачала головой…        …В настоящем она попала прямо на разбор полетов, пролетев над головой распекающего рядовых Флагона. Майк чуть дернул бровью, скосив на неё взгляд.        Эрен грузно приземлилась, чудом не завалившись на ногу. Фокус зрения слегка поплыл. Она проморгалась, пытаясь сосредоточиться на одной точке.       — …вам надо понять раз и навсегда, что правила созданы не просто так. Раз уж нашелся один самоубийца, который уверен, что его методы приемлемы — это не дает стаду права пренебречь базой. Уяснили, олухи?        Ряд нестройных голосов вторил разошедшемуся Флагону. Эрен даже не вслушивалась, не в силах отвести взгляд от Аккермана.        Молодой мужчина стоял показательно расслабленно, вот только пальцы его беспокойно оглаживали рукоятку УМП, то и дело сжимая её слишком сильно — чудом не задевая клапан. Невысокая фигура, привычный мощный силуэт — но Аккерман в двадцать с лишним имел черты более диковатые, почти звериные. Острые скулы, равнодушный взгляд, ровная линия губ, мощный подбородок. Пряди острижены твердой рукой (привычной прическе он не изменял даже сейчас).        Эрен нервозно облизнула губы, опуская взгляд на увитый ремнями рельефный торс, скрытый за форменной рубашкой. Сдаваясь, прижала ладонь ко лбу, который от чего-то казался горячее обычного.       — …Крюгер!        Эрен вздрогнула, испуганно распахнув глаза и опустив руку. Майк тихо посмеивался, прекрасно заметив, кого она разглядывала, Туррет недовольно пыхтел, даже покраснев от натуги; большинство солдат преданно поедали ее глазами, с безнадежностью изображая положенный энтузиазм.        Но, собственно, были свои плюсы в наличии даже самого ничтожного звания.        Эрен усмехнулась открыто — впервые за долгое время.       — Я надеюсь, вы все достаточно прониклись речью нашего капитана? Впрочем, увольте меня от ваших попыток демонстрировать добропорядочность — мы все прекрасно знаем, ради чего тут собрались. Меня зовут Эрен Крюгер, это Майк Захариас, а с капитаном Турретом вы прекрасно знакомы, я полагаю. С сегодняшнего дня и до первой вылазки я буду помогать курировать вашу группу.        …Она буквально чувствовала на коже его презрительный взгляд.

***

       Ладонь Армин — прохладная. Эрен льнула словно та кошка, подставляясь под нехитрую ласку. Тихий смех вторил удивительному спокойствию, что окутывало словно теплым одеялом…        Подр… сестра выглядела посвежевшей и довольной. Распущенные волосы скрывали новые отметины на хрупких ключицах, взгляд казался мягче, а круги под глазами стали будто чуть меньше.        Говорить о приступе опять казалось совсем неуместным.       — Ты уверена, что хочешь этим заниматься? Туррет просил тебя всего лишь помочь с парой тренировок — и то через Эрвина.        Эрен поморщилась, зарываясь пальцами в волосы.       — Я не знаю. Мне хочется… мне хочется, Армин, понимаешь?       — Пошутила бы не самым приличным образом, но… Боже, мы выше званием капитана Аккермана. Просто в голове не укладывается.       — Как будто он станет подчиняться нам. Это все настолько… Черт, не знала, что капитан с нижних уровней.        Армин помолчала недолго, словно собираясь с мыслями. Эрен не торопила ее: сестра могла долго подбирать слова.       — Эрвин что-то задумал. Ну, насчет них. Я не уверена, что кто-то вроде Аккермана так легко бы согласился вляпаться в военщину. Подземный город… гиблое место, но эти трое не выглядят особо обиженными жизнью.        Сестра поправила съехавшее с них одеяло, обнимая поперек груди. В темноте Эрен не могла различить выражение ее лица, поэтому решилась тихо прошептать:       — Я совсем ничего о нем не знала. Да и… — пока Армин не заметила, сглотнула поспешно вставший поперек горла комок. — Ты слышала про этих… Изабель и Фарлана? Они погибли?       — Вероятно. Тебя это… беспокоит?        Эрен знала, на что намекала Армин. О, она знала лучше прочих.        Эрен кровь на руках не смыть никогда — жаль, что уже почти не тошнило от самой себя.       — Не хочу, — она как в детстве сползла под одеяло, словно прячась от всего мира. — Ничего хорошего не выйдет.        Армин шумно вздохнула, но промолчала.       — Иногда я думаю, что ты видишь во мне капризного ребёнка, но… но я… — голос звучало глухо — то ли от преграды в виде одеяла, то ли от подступавших к горлу слез, — правда не могу.        Поглаживавшая ее шею ладонь замерла.       — Эрен.       — Такая бессмыслица, Арм, — в глаза будто сыпануло песка — настолько сухими они были. — Я могу абсолютно, черт возьми, всё! …кроме того, что реально имеет смысл.       — Это очень плохой разговор, помолчи.        Сестра нависла сверху, спустив одеяло с них обеих. Темнота скрадывала очертания ее силуэта.       — Так ты все глубже закапываешь себя, Эрен. Я сознательно поддерживаю тебя, даже зная, к чему это приведет. И, если ты считаешь, что так будет лучше — я пойду за тобой. Держи это в голове, чудовище мое.       —…а как же Эрвин?        Армин дрогнула всем телом.       — Да что же ты за человек-то такой, Эрен!        На сдавленный смешок ее лицо придавили подушкой.

***

       Они были действительно неплохи. Эти двое. Даже в отрезе от капит… черт побери.        Хорошо.        По другому.        Л-ле…        Эрен сжала переносицу, сдавленно заматерившись. Нанаба подняла голову от пачки документов, недоуменно вскинув брови.       — Майк предупреждал, что у тебя потек крышак, Крюгер, но чтоб настолько?       — Я все еще не глушу вино с Гергером.        Нанаба хмыкнула, с удовольствием перечеркивая что-то в отчете.       — Справедливо. Дай знать, когда решишь — Майк будет в восторге. Такая пьянь как ты — изумительный спарринг-партнер.        Эрен поморщилась, с трудом прогоняя стыдливые воспоминания.       — Я вывихнула ему руку.       — Ты вывихнула ему руку, — с безмерным удовольствием мурлыкнула Нанаба. — А мы забрали банк. Обожаю тот день!        И расхохоталась, комкая несчастный отчет и выбрасывая за спину, откинувшись на стуле. Одновременно с этим дверь скрипнула, а затем кто-то ойкнул. Эрен подняла взгляд.        Изабель недоуменно рассматривала комок бумаги у ног, прижимая к груди новую порцию макулатуры.       — К-кому это вывихнули руку?       — Особо любопытным рядовым и носы отрывали, — фыркнула недовольно Нанаба. — Только не говори, что Туррет решил осчастливить нас ведомостями?        Магнолия растерянно оглядела захламленный офицерский кабинет, затем опустила взгляд на бумаги в своих руках (Эрен было странно видеть её такой робкой).       — Я не знаю, меня попросили…        Женщина закатила глаза и поднялась со стула, забирая из рук Изабель стопку, бегло пролистала титульники и покачала головой.       — Знаешь, что, Крюгер? С меня хватит. Соболезную тебе с Флагоном, но эта муть выше моих сил. Эй, ты, — она впихнула девушке бумаги обратно, подтолкнув к столу Эрен, — передай вашей няньке ее новую головную боль.        Хлопнула дверь.       — Не стой столбом, Изабель.        Та наконец отмерла, бесцеремонно плюхаясь на место Нанабы.       — «Нашей няньке»?       — Проснулась-таки, — Эрен вздохнула, обмакнув перьевую ручку в чернила. — У Нанабы специфическое чувство юмора. Как и у всех тут. Лучше поясни-ка мне один момент — разве новобранцев отправляют с документами?        Магнолия вдруг расплылась в неловкой улыбке, почесав затылок. Замялась, старательно отводя взгляд от попыток Эрен посмотреть ей в глаза.       — Меня попросили. Убедительно.       — Кто?       — …попросили, — упрямо буркнула она.       — Ты ведь понимаешь, что я могу доложить капитану?       — Да черт возьми, ну, заставили меня девчонки, это так важно?        Эрен отложила ручку, глубоко вздохнув в попытке не сорваться. Она совсем не понимала, куда вляпалась по незнанию? Нанаба не станет поднимать переполох, оставив право разбираться ей, — одно это было хорошо… В первый же день в штрафные новенькие угодили за жесткий спарринг на тренировке — даже Эрен слышала недовольные шепотки, что наглых крыс надо бы проучить, что уж говорить о вездесущей Нанабе.       — Это трибунал.        В комнате повисла тишина.       — Ты могла украсть эти документы, скопировать, передать кому угодно без ведома капитана, так как он не поручал тебе ничего подобного. Думаешь, хоть кто-то здесь подтвердит твои слова?        Изабель покраснела как-то неровно, пятнами. Внезапно бахнула рукой по столу — а затем испуганно зажала рот, когда чернильница покачнулась и опрокинулась. Эрен дернулась от неожиданности, выпачкавшись в чернилах рукавом кителя.       — Магнолия, да во имя стен!        Та засуетилась по комнате в поисках тряпки, что-то нервно тараторя. Эрен устало прикрыла глаза левой, чистой рукой, пытаясь собраться с мыслями — чему мельтешившая на фоне Изабель совсем не способствовала.       — …я постираю вам форму, будет совсем как новенькая!       — А ты умеешь? — Эрен скинула китель на спинку стула, оставаясь в одной рубашке. — Чернила не так уж легко вывести.       — Ну, с кровью же справлялась, — пробормотала Магнолия обиженно себе под нос.       — Не стоит. Возвращайся на тренировку.       — А как же?..       — Это приказ, рядовая Магнолия.       — Какой смысл в ваших приказах, если меня отправят под трибунал?        Упрямая девчонка застыла прямо напротив нее, крепко сжимая несчастную тряпку до побелевших костяшек.       — Никто никуда тебя не отправит, Изабель.       — Н-но… вы же только что?..       — Я разве сказала, что доведу это до сведения капитана? — Эрен сама не знала, зачем, но если Чёрч и Магнолия были дороги Л-ле… Аккерману — почему она должна была позволять подобному произойти? — Запомни, Магнолия: документы тебя попросила взять я. И именно поэтому ты забрала их у этих твоих… девчонок. Ясно?        Изабель мелко закивала, широко раскрыв глаза. Эрен хмыкнула и не удержалась от последней шпильки:       — Теперь-то в моих приказах есть смысл?

***

       Вечно можно было наблюдать за тремя вещами: как кто-то работает; как кто-то огребает; и как кто-то огребает от Аккерманов.        Эрен пялилась. Пялилась абсолютно нагло и не скрываясь. В конце концов, у нее было вполне благонравное оправдание: она наблюдала за тренировкой. А отвести взгляд от Аккермана в таком контексте — просто преступление.        Поймите правильно, Эрен за годы наловчилась обращаться с приводом лучше прочих, но как это делал он… было искусством, не меньше. Соперничать с Аккерманом в силах только Аккерман…        Эрен осеклась, вздрогнув от промелькнувшего до боли родного образа. Это отрезвило мгновенно.       — Аккерман, Черч, на землю! Магнолия, Рифтер, приготовиться!        Она сознательно ставила два главных раздражителя в пару. Фарлан казался здравым смыслом троицы, даже пытался гасить конфликты, но у него не сильно получалось, учитывая, что зачинщиками в основном были не они.        Изабель в отрыве от них была вполне терпима. Эрен с трудом заткнула вякнувшую было совесть, когда заметила, что Рифтер на подходе к полосе будто случайно пихнул напарницу по боксу с лезвиями: Магнолия, запнувшись, чудом не завалилась под весом оборудования.        Эрен цыкнула, отведя взгляд. Как же раздражало…        В целом тренировка прошла в пределах нормы: Сайрам страховала на полосе, Эрен же, как только черед троицы прошел, больше наблюдала за остальной группой — она не вмешивалась даже в разбор полетов, безучастно наблюдая за небом на ветке. Идея участвовать уже не казалась такой хорошей. Потакание собственным желаниям еще никогда не приводило её ни к чему хорошему.       — Офицер Крюгер! — окрик с земли оказался полной неожиданностью.        Эрен вздрогнула, опустив голову. Внизу ей махала Изабель с «охраной» в виде Аккермана и Черча позади.       — Что случилось? — Эрен грузно приземлилась, сматывая трос. — Разве Сайрам не отправила вас отдыхать?       — Мы и отдыхаем.        На приподнятые брови Эрен девушка только рассмеялась:       — Мы хотели узнать, можно ли еще полетать, пока вы здесь.       — Полетать? — она сознательно не отводила взгляд от Магнолии. Было ли это трусостью? Даже его голос она слышала только издалека, не зря так высоко выбрала позицию. — Вам недостаточно тренировок?       — Нам недостаточно тренировок в отрыве от дебилов.        Эрен, титаны его раздери, вздрогнула — как девчонка. Она отвыкла от глубокого звучания этого голоса, который раньше обещал ей смерть восемью разными способами лишь за день… Только недоуменный взгляд Изабель на её недолгий ступор заставил собраться.       — А себя вы к ним, значит, не относите?        Он цыкнул раздраженно — до боли знакомо, заставив почти поверить, что сейчас ей, чеканя слова, напомнят о субординации и вручат в зубы швабру, заставив отмывать конюшни.        Наваждение прогнал голос — кажется, Фарлана?..       — Очевидно так, мэм.        Эрен поморщилась.       — Полчаса до ужина. За оборудование отвечаете головой.        Аккерман и Черч умчались мгновенно, не удостоив её ответом. Магнолия не сдвинулась с места.       — С вами все в порядке?       — Что, прости? — Эрен ошеломленно моргнула, склонив голову к плечу.       — Вы так… нет, ничего, извините. Хотите со мной?       — Полетать?       — Полетать, — кивнула девчонка, улыбаясь. — Вам же тоже интересны штучки Леви?       — Твоя фраза звучит слишком двояко, Магнолия.        Изабель зависла на мгновение и тут же расхохоталась.       — П-простите.        Эрен только махнула рукой и вдруг улыбнулась самым уголком губ.       — Разовая акция, Изабель. Догоняй!

***

      — То есть ты выпускаешь газ вот так, а затем переворачиваешься и меняешь угол?        Эрен посмотрела на девушку как на самоубийцу.       — Не сможете?       — Пытаешься развести меня на спор?        Эрен разбежалась по ветке, пытаясь высчитать примерную траекторию, и выпустила газ. С самого начала было понятно, что затея добром не кончится, но… ее всегда было легко взять «на слабо».        Она чудом не вписалась в ветку, но трос уже запутался в листве — Эрен под кривым углом пронеслась между деревьями, жестко приземлившись, и еще по инерции пробежала пару метров, прежде чем остановиться.        И звонко расхохоталась во весь голос.       — Эй, ты, разбойница, угробить меня вздумала?        Она не знала, услышала ли Изабель, но на душе отчего-то незримо потеплело. Просто дурачиться было так приятно.       — Она не виновата, что у вас в разведки такие неумехи.        Её трос с глухим шлепком ударился об землю, освободившись из плена, — а затем рядом спрыгнул Леви Аккерман, бросив на Эрен взгляд, словно та была причудливой зверушкой.       — У нас в разведке, Аккерман. Не отрывайся от коллектива.       — Говённенький ты предлагаешь коллектив.        Эрен только закатила глаза, не став напоминать о субординации. Вспомнила Рифтера и вздохнула: в чем-то он был прав, но… люди ненавидели тех, кто хоть немного от них отличался.        Она это прочувствовала на собственной шкуре.       — Я не могу просить вас принимать это как должное или смириться, но…       — Уволь меня от своих нотаций.        Тон Аккермана звучал раздраженно. Она не видела выражения его лица — да и не хотела, честно говоря.       — Постарайся просто никого не убить, пока эти двое не видят, Леви.        Его смешок, она была уверена, ей просто почудился.