Кровь и пламя. Секрет феи

– Я знаю, что я последний, кому бы ты стала помогать, но... – Ты прав: ты последний человек во всех изменениях и галактиках, кому бы я стала помогать. Да я бы даже Даркару помогла полный Реликс собрать.– На мгновение в помещении повисла немая пауза. Скай выгнул брови, а я решила закончить, что начала: – А, ой, простите, я ведь ему и помогла! Скай недоуменно переводил взгляд с меня на Стеллу, затем на Фарагонду. Желая закончить с ним разговор, я повернулась к Фарагонде и зло спросила: – Совет Магикса знает об этом? – Им доложили почти сразу же после случившегося. Я медлила. Конечно, мне безумно не хотелось помогать королевской чете Эраклиона, но раз новоиспеченный будущий король, обратился к Винкс и Фарагонде, да и потом, не я вправе решать, кому жить, а кому умереть. – Что нам известно? – тяжело выдохнув, я плюхнулась в кресло. Не то, чтобы я вела себя так, будто полностью не соблюдала субординацию. Но да, я вела себя именно так. Обстоятельства обязывали. Фарагонда недовольно свела брови, но решив промолчать насчёт моего поведения, начала говорить в деталях то, о чем мне вкратце поведала Стелла, пока мы шли к директору в кабинет. Сначала я посчитала это глупостью, из-за которой меня так бесцеремонно вырвали с Пироса, но после слов Фарагонды я насторожилась. – На прошлой неделе, ночью принцесса Диаспора была выкрадена из дворца Эраклиона. Сначала все подумали, что это обычные похитители с целью наживы, но ни утром, ни в обед не поступило записки с суммой выкупа. А начавшиеся поиски за пределами Эраклиона ни к чему не привели. Принцесса будто бы исчезла с лица земли. – Хорошо, и кто виноват в ее краже? – Неизвестно. Но Высшие маги Совета Магикс сумели выделить в покоях Диаспора след черной магии. Фарагонда многозначительно посмотрела на меня поверх своих очков. Да, я тоже догадываюсь, кто это может быть, но с чего она так странно на меня смотрит? Не могла же она догадаться о... Да нет, бред какой-то. – Так, а чем мы можем помочь, если даже Высшие маги не смогли справиться. Фарагонда молчала с минуту, скрестив пальцы и уперевшись в них подбородком. Да, вопрос логичный, как и последовал логичный ответ. – У меня есть один амулет, позволяющий душе путешествовать меж мирами и общаться с другими душами. Да и посещать людей во плоти, что уже раньше столкнулись со смертью. Но управлять им можно только с помощью огня дракона, так как это живородящая магия. – Ясно. Это все, что я смогла выдавить. Конечно, кто если не я. – Напомните, почему я обязана помочь? – Потому что Диаспора – принцесса, а нам не хватает только для полного счастья ещё и политического конфликта. Если тебя устроил мой ответ. – Да, вполне, спасибо, директор Фарагонда. Я собиралась уходить, но женщина окликнула меня, заставив остановиться. – Амулет, Блум.– Фарагонда протягивала в раскрытой ладони амулет, о котором она говорила. Я вернулась, забрала его, не глядя, сжимая в кулак. – Какие-то волшебные слова? – Нет. Ты сама поймёшь, что нужно делать. Кивнула. Развернулась и пошагала в свою комнату. Стелла нагнала меня уже в нашей общей комнате, когда я упала на диван, прикрывая глаза. – Прости, что выдернула тебя с теплого курорта. Я усмехнулась. Ох, Стелла, ты не вытянула, ты избавила меня от вечного заточения во дворце Домино. – Знаешь, я тоже не хочу помогать этим врунам. – Врунам?– переспросила зашедшая с остальными Винкс Муза.– Ещё пару часов назад ты говорила совсем иное. – Я уж подумала, что с этикетом ты обучалась и манерам заключённых,– усмехнулась Флора. Я с интересом посмотрела на подругу, которая, сидя на журнальном столике между диваном и креслами, стала лукаво улыбаться. – Да нет, я просто сбегала на танцы. Иногда в таверны не для принцесс.– Стелла подмигнула мне. Пока девчонки вели разговор, я подняла перед собой руку с виду обычным амулетом. Присмотревшись, поняла, что не знаком он мне: круглый, с остроконечной шестигранной звездой, а посреди – неизвестный символ причудливой формы. Потёртый от времени металл, заставлял напрячься. Это ж сколько ему лет то? Я крутила его, разглядывала, изучала, пытаясь сообразить, как им пользоваться, но все, что я знала об амулетах или оберегах – нужны были слова, да действия простые: на себя надеть и поцеловать после слов заклинания. Только вот слов заветных мне Фарагонда не сказала, на произвол судьбы отправила. Душа моя должна покинуть тело, чтобы встретиться с другими душами, а как вернуться? Да и почему я это делать должна? Вдруг вообще не безопасно? Да как может быть безопасно то, что подразумевает выход моей души из тела? В который раз тяжело вздохнула. Нет, повременю пока, чтобы делов не натворить, а то мало ли какой получеловек, полудемон узнает о моей смерти, так смотри и весь мир туда за мной отправит. Нет, не хочу так. Девочки все о чем-то говорили, но уже разбившись по группкам. Не заметила, как Флора и Лейла ушли куда-то, а Муза и Текна о чем-то весело спорили, пока Стелла упрямо не слезала со стола, забравшись туда с ногами, и подпиливая себе пилочкой ногти. – Я вот что думаю: была б возможность, я бы такие острые когти отрастила, что каждому могла... – Стелла умолкла. – Знаешь что, ты пугаешь меня в последнее время. Уж очень сильно. – Сама не понимаю, что происходит.– Пожала плечами принцесса, не отвлекаясь от своего занятия. – Пойду я прогуляюсь. Вышла и сразу побрела в сторону сада за Алфеей, чтобы подумать, чтобы обмозговать все. Майя мне силу древнюю помогла открыть в себе, а значит, и знания о магии немного больше доступны. Но только те, чему меня хранительница сама и научила. Магия Хаоса – это не инстинкты, а наоборот, полное регулирование всех эмоций. С поведения Фарагонды я была в шоке: отдав мне древний артефакт, она отправила меня в вольное плаванье. С чего бы? Проверить, чему я научилась на Пиросе? Так вот, чему я научилась на Пиросе, это тому, что магия подчиняется лишь тогда, когда ты знаешь, что делать. Я села на дальнюю скамейку у культурно облагороженных зарослей можжевельника, и продолжила рассуждать до тех пор, пока мой покой не нарушили. – Я могу присесть? – Если я скажу «нет», это что-то изменит? Скай сел на противоположной стороне скамейки. Я встала, не собираясь находиться с ним в одном месте. Этот лжец и трус меня раздражал. – Я хочу объясниться. – Ого,– протянула я, оборачиваясь.– Что ж, начинай, а я посмотрю на твое унижение. – Прекрати, Блум. Я понял, что виноват, но можно вести себя попроще? Я скрестила руки на груди, вскинув брови. Стало даже интересно, что он скажет. – Тогда на балу, когда я отошёл от тебя после танца, ко мне подошла Диаспора, предложила выпить за нашу давнюю дружбу... – О, понятно,– я развернулась, чтобы уйти, но Скай продолжил. – Я сказал, что не хочу вспоминать о прошлом, но после этого она сказала, что беременна. Я не поверил сначала, посчитал очередной уловкой, но когда она показала заключение повитухи... Блум, прости меня. – Нет, Скай, я не буду тебя прощать! – я резко развернулась, полная гнева и решимости все высказать. Уже не болело, уже не текли слезы. Была лишь пустота и гнев.– Ты спал с ней в то время, когда встречался со мной! Я не собираюсь тебя прощать! Ты обманывал меня, держа в объятиях и говоря, что любишь, как в то же время, улетая на Эраклион, ты спал с девушкой, с которой был помолвлен! Скажи, хоть что-нибудь из того, что мне говорил, было правдой? – Прости меня.– он в отчаянии опустил голову, что ещё больше разозлило меня. – Так что, нет! Считай меня обиженной или злой на тебя, но я не собираюсь ни помогать тебе в ее поисках, ни прощать тебя. – Но кто, если не ты? – Не знаю! Попроси Валтора, может, он сговорчивее будет! И развернувшись, я поспешила к себе в комнату. Зайдя в помещение, я громко хлопнула дверью, закрывая ее за собой. В душ! Мне необходимо в душ, чтобы хоть немного остыть! "Кто, если не ты?" Не знаю, Баба Яга, например! Вот же тупое создание! Струи прохладной воды опаляли разгоряченную кожу. Я понимала, что злясь, теряла контроль над обретенной новой силой, но пока ничего не могла с собой поделать. Прохладная вода приводила в чувство. Сколько я так стояла – не считала, но когда вышла, я была спокойна и готова к конструктивным диалогам. В комнате Флоры не оказалось. Блеск! Она меня испугалась, что-ли? Что повлияло на ее отсутствие – не известно. Я, обернутая в полотенце, открыла окно, чтобы впустить вечернюю прохладу, но тяжёлый, наэлектризованный воздух Магикса был совсем не таким, каким я ожидала его почувствовать. В эту секунду я поняла, что уже скучаю по прохладным ночам Пироса, а затем воспоминания принесли мне образ Дымка, с которым я даже и не попрощалась, как, впрочем, и с Майей. Лёгкая одежда, найденная в шкафу с малым трудом налезла на не до конца вытертое тело. И пока я сушила полотенцем волосы, мой взгляд упал на прикроватную тумбочку, где я оставила древний амулет. Я села на кровать, согнув одну ногу и с заминкой, но потянулась за неизвестной безделушкой. Какой силой она обладала? Взяв ее в руки, покрутила, рассматривая, и сжала в кулаке, уставившись в стену задумчивым взглядом. Я была искренна в своем отсутствующем желании помогать Скаю в поисках Диаспора. Фарагонда не убедила меня политическим конфликтом. Подумаешь, ещё один. А где их нет? Почти каждая третья планета Волшебного Измерения состоит в тех или иных враждебные отношениях с другими планетами. Так что, одним больше, одним меньше. Но Диаспора беременна. А все ли ещё? Ее похитили пять дней назад, и неизвестно в каких условия она содержится, и жива ли ещё? Впрочем, ребенок не просил, чтобы его зачали и рожали, и тем более, не повезло ему с такими родителями. Посмотрела на амулет в руке, задумалась сильнее. Больше, чем отсутвующее желание помогать, у меня было желание изучить свойства неизвестного мне предмета и попробовать свои новые силы. А что если с ним можно работать на собственном резерве? Как тогда на Пиросе, соединить свою сущность, с сущностью амулета? Прокатит ли? Страх смешивался с противоречивыми чувствами ненависти и исконного интереса. Что ж, попробуем раз выпала такая возможность. Я надела амулет, легла на кровать, рассыпая по подушке мокрые волосы и сжав амулет в кулак, закрыла глаза, открывая свой внутренний резерв и пытаясь дотянуть до магического источника. Сначала я не могла найти его: была лишь пустота, но потом... Потом что-то вязкое, с привкусом металла, что оставался на языке, открылось навстречу, и я потянулась сильнее к источнику амулета. Я не знала: сработала или нет, пока не открыла глаза и не увидела перед собой просторный незнакомый кабинет, посреди которого стоял на мягком ковре темный массивный дубовый стол, кресло. Позади возвышались стеллажи с книгами, стопки которых украшали собой практически все помещение: стол, возле стола, возле стены, на подоконнике, под подоконником, у стеллажей. Много волшебных книг! А слева распростерлись широкие чистые окна, через которое пронизывая все пространство проникал яркий серебряный свет полной луны. – Зачем ты здесь? – голос сухой, тихий, угрожающий, но знакомый. Я повернулась вокруг, ищя его источник. – Выйди,– сказала я дрогнувшим голосом. Мне не хотелось верить, что безжизненный голос принадлежал тому, кого я знаю. Но мои надежды разлетелись прахом. Из тени стеллажей вышла высокая фигура. Темная магия, что клубилась вокруг него была слишком велика, от чего у меня закружилась голова, но я устояла. Я никогда раньше не чувствовала подобного. Ни от кого! Даже от Даркара! Это сила была опасной и могучей. – Зачем ты здесь?– повторил вопрос Валтор. – Явилась тебя увидеть. Маг усмехнулся, а на его бледном лице темные впадины глаз казались слишком пугающими. Что с ним случилось? Я не могла шевелится, не могла сделать и шагу, окутанная пустынной древней магией, судорожно продолжала сжимать в кулаке амулет. – Нагляделась? Проваливай. – Не могу. Мне помощь нужна. Принцесса Диаспора пропала не далее как пять дней назад. Может, ты слышал что-то или... – Или? – Или,– я сглотнула, не решаясь продолжить. – Сам украл? Зачем она мне? – Тогда... Что с тобой случилось?– я наконец смогла с собой справиться и сделала шаг вперёд. Валтор не шелохнулся. – Какая тебе разница? Не собираюсь я с тобой секретничать.– А в глазах... Что-то глубоко внутри вспыхнуло на миг огнем и погасло. Будто о помощи меня просил. Или мне это показалось? – Боюсь, что ты не отвечаешь за свои поступки. И Диаспора тобой похищена была. Уж прости, но... – Но что? Злой маг-узурпатор вернулся и стал покорять один мир за другим? Диаспора была моим союзником, и отлично вписалась бы в золотое трио Трикс. Выдающаяся ведьма. Только вот беременна. Мне она не нужна... Но кому-то же она понадобилась! Я сделал ещё один шаг,становясь почти вплотную к нему и ища хоть что-то в его глазах, дотронулась до холодной руки. Валтор дернулся, будто от расколеннего железа и отступил к окну. – Уходи. Даже если и знаю, где принцесса – тебе ее не найти. И подружкам передай: сунетесь, всех перебью! В ранее безжизненном голосе послышалась угроза. Мой скрытый до этого гнев вспыхнул вновь. Да что с ним? – Я действительно тебя не понимаю. То ты в миг переворачиваешь всю вселенную в поисках меня, то внезапно похищаешь Диаспора. Слушай, это у меня раздвоение личности... Буквально... Но за тобой такого не наблюдалось! Валтору нечего было сказать. По крайней мере, он показывал это всем своим видом. Лишь в глазах вновь на мгновение полыхнул огонь и погас, будто он пытался сопротивляться, что-то сделать, когда он спокойно и безжизненно заговорил. – Я не собираюсь перед тобой отчитываться. Я была в замешательстве. Злилась и не могла найти себе места. Руки чесались хорошенько вписать ему пощечину, и желательно не одну, но здравый смысл останавливал, подкрепленный сомнением происходящей ситуации. Не нравилось мне это. Поняв, что разговаривать со мной больше никто не желает, я вернулась обратно, открывая глаза уже в своем теле. Рука все ещё сжимала амулет, и костяшки на пальцах побелели. С помощью левой руки я разжала правую, что отозвалось болью от судороги. Хотелось плакать. Плакать от ситуации и от боли в руке! Что-то во всей этой ситуации не вязалось, в картинку не складывалась вся мозаика. Начав прокручивать в голове каждый его жест, слово, движение, взгляд, я понимала, что что-то ускользает от меня, но не могла ухватится за это. Тайна упорно не желала быть раскрытой. Валтор никогда себя раньше так не вел: похищение артефактов – запросто, но вот беременных девушек... Честь куда-то исчезла? Нет. Что-то другое. То, как он дернулся, когда я дотронулась до него, то, как одернул руку, будто обжегшись... Ему самому требовалась помощь! Никак иначе! Внезапно в голове всплыли слова Валтора о том, что не далее, чем неделю назад он был на Обсидиане, где упорно искал нечто. Обсидиан, странное поведение... Не наложило ли это ужасное место свой отпечаток на него? Но тогда почему он был так нежен со мной? Или у него спланировано все? Да и его реакция, когда я спросила о том, кто ещё пострадал из-за моих поисков. Он утаил. Не ответил. Рой мыслей не позволил мне уснуть до самого утра, поэтому на общий завтрак в столовой я пришла крайне задумчивой и раздраженной.